Браслет на запястье

Утро началось с раннего подъема и суеты. Вокруг будущих супруг кружилась прислуга, помогая с костюмом и украшениями. Лу был одет в молочный ханбок с серебряными узорами, а Мариус - в темно-зеленый с черной накидкой и красивым поясом. Их волосы были красиво уложены, все было как полагается.

В комнату к Гуссенсу зашла мать, приказав прислуге выйти. Блондин напрягся, понимая, что это идет к какому-то разговору.

- Сынок, - Мягко начала женщина. - Ты уже стал таким взрослым, ты по прежнему останешься моим ребенком, даже если твоя фамилия станет другой.

- Конечно, мама, этот брак не настоящий же, - Он взял ее руки в свои. - Я стану частью их семьи только формально, но моя настоящая семья это вы с отцом.

- Да, однако... - Женщина смутилась. - Вам придеться жить вместе и тем более сегодня ваша первая брачная ночь.

- Что? Мы же не обязаны этого делать, - Юноша весь перепугался.

- К сожалению, вам надо это сделать. Уверена, что Мариус будет добр к тебе, - Лу начал паниковать, его никто не предупреждал, что он будет сегодня заниматься чем-то таким со своим другом. Тем более парень очень стеснялся своего тела и для него оголить любую часть тела перед кем-то - пытка.

А вот к Мариусу пришел отец с подобным разговором. Мужчина ни капли не стеснялся и прямо сказал:

- Не разочаруй меня, сделай все, как надо, - Он положил руку на его плечо. - Я не только про церемонию, но и про вашу брачную ночь.

- Как мы можем сделать это, если между нами ничего нет? - Де загер возмутился.

- Природа вам подскажет, - Парня эта фраза очень разозлила. Потому что для него такая близость была высшим проявлением доверия к любимому человеку. А тут ему про какую-то природу говорят.

Свадьба была пышной, но для них она стала испытанием. Они чувствовали себя неуютно среди шума и смеха, среди этих людей с высоким статусом - все это было им не по душе. Гости желали удачной семейной жизни, но о какой семье идет речь, если они не любят друг друга? Неужели никто не понимает, что это все обман?

- Все будет хорошо, - Пытался подбодрить Мариус, видя волнение Лу. - Скажем пару слов и все.

- Я так нервничаю, - Признался Гуссенс.

- Мы справимся, - Уверенно ответил брюнет и юноша поверил ему.

Пара стояла друг напротив друга, смотря в глаза. Они поклялись любить друг друга и в горе и в радости, согласились стать законными мужьями. Пусть все это ложь, но из их уст уверенно прозвучал ответ «да». А следующая фраза смутила их до предела.

- А теперь, можете скрепить клятву поцелуем.

Юноши застыли. Лу почувствовал, как его щеки горят, а Мариус опустил глаза, сжимая руки в кулаки. Блондин, который вообще забыл про этот момент на свадьбе, был застигнут врасплох. Кареглазый, собравшись с духом, придвинулся ближе, а Гуссенс сделал шаг назад.

- Прости, - Прошептал старший.

- Может не будем?

- Давай не будем торопиться, - Согласился Мариус.

- Они, как два фазана, застигнутые в лунном свете, - Сказала одна из тетушек 

В зале воцарилась тишина, а затем послышался приглушенный смех. Но он был скорее от понимания и сочувствия, чем от насмешки. Родители, видя замешательство своих сыновей, поспешили сгладить ситуацию. «Не беда, молодые еще успеют!» - воскликнул отец Мариуса, и все поддержали его слова. Свадебная церемония продолжилась, но момент первого поцелуя так и остался нереализованным, словно два робких сердца не могли найти смелости для первого прикосновения.

Обоим стало стыдно, что они не смогли этого сделать. Но для них это все впервые, поэтому стеснение зашкаливало. Из-за того, что Де загер сделал шаг навстречу для поцелуя, Лу подумал, что это он трус. Но на самом деле, брюнет стеснялся не меньше его.

Они обменялись не кольцами, а браслетами. У них было так принято, это показывало их статус. Молодожены смущались, когда надевали друг другу браслеты, потому что касались чужих рук.

Лу всю свою жизнь скрывал свою застенчивость, боялся осуждения, насмешек. Он боялся, что его слабости станут известны, и он потеряет уважение. Особенно стеснялся своего тела. Парень считал себя недостаточно красивым, недостаточно мужественным. Он всегда старался держаться подальше от ситуаций, которые могли бы раскрыть его уязвимость.

Страх первой брачной ночи был для него одним из самых мучительных. Он представлял себе все возможные варианты развития событий, и ни один из них не казался ему привлекательным. Лу боялся не соответствовать ожиданиям, боялся показаться неумелым, боялся быть отвергнутым.

Супруг проводили в комнату, которая с этого момента станет их спальней. Комната была застелена красными шелками, в воздухе витал аромат жасмина. Гуссенс сжал край ханбока, будто ткань могла его защитить. Он боялся не столько близости или какой-то боли, сколько того, что Мариус увидит его тело - слишком худое, слишком бледное. Царила тишина, ее нарушал только треск свечей. Блондин сидел на краю кровати, перебирая пальцами одеяло, а Де загер стоял у окна.

- Как ты себя чувствуешь? - Спросил кареглазый тихим голосом.

- Не знаю, - Он пожал плечами. - Мне страшно.

- Мне тоже, - Юноша посмотрел на него с пониманием.

- Но... нам надо, мы обязаны это сделать.

- Давай просто поговорим, - Предложил Мариус. - Не будем делать того, чего не хотим.

- Я недостаточно... красив? - Голубые глаза были на мокром месте.

- Что? Нет, вовсе нет. Просто мы же не так близки, даже... поцеловаться не можем, как речь может быть о чем-то большем?

- Я не могу, не смог, - Расстроенно произнес Гуссенс. - Ты же хотел, ну, то есть... Не хотел, а попытался это сделать.

- Попытался, но мне бы не хватило смелости, честно, - Ему было стыдно. - Я постеснялся вот так целовать тебя на глазах у всех.

- Прости, что недостаточно хорош, - Он повернул голову, чтобы его слезы не увидели, но голос дрожал, поэтому Мариус сразу понял, что к чему.

- Лу, нет, перестань так думать. Во-первых, я слишком неопытен, а, во-вторых, я считаю, что такое не для лишних глаз. В-третьих, ты симпатичный и не думай, что недостаточно красив, чтобы кто-то тебя поцеловал, - Де загер говорил уверенно.

- Спасибо, - Робко ответил Гуссенс. - Я просто слишком застенчив, да и неопытен тоже.

- Ничего страшного, с нужным человеком это мелочи, - Парень не намекал на себя, просто хотел поддержать.

- Я согласен с тобой.

Слово «симпатичный» немного задело Гуссенса, потому что это казалось обманом. Почему он не сказал, что Лу красивый или прекрасный, почему просто симпатичный? Голубоглазый как всегда начал накручивать себя.

- Я никогда не был так близок с кем-то.

- Я тоже, - Ответил Мариус.

- Я не знаю, как это все должно происходить, - Блондин продолжал делиться откровениями.

- Лу, мы ничего не будем делать. Перестань так нервничать, - Гуссенсу казалось, что на него ругаются, поэтому он не смог сдержать слез.

- Прости, просто это все так неожиданно, - Юноша не хотел показывать свои страхи и слезы, но всхлип был слишком громким и Де загер сел к нему ближе. - Я решил, что должен поговорить об этом искренне.

Брюнет понял, что его слова прозвучали слишком грубо для парня.

- Я не хотел тебя как-то обидеть, правда, - Он заглянул в мокрые глаза. - Спасибо, что искренен со мной, это ценно.

Гуссенс выдохнул и успокоился, даже немного улыбнулся.

- Можно обнять тебя? - Спросил Мариус, а тот посмотрел немного напуганно. - Понял, тогда...

Он не успел договорить, потому что на его плечо положили голову.

- Мне неловко, - Признался Лу, а брюнет понял его. Он готов сближаться постепенно, если не объятья, то юноша готов подставить свое плечо. Де загер тоже смущался от любого прикосновения, поэтому его щеки сейчас горели.

Они сидели вот так в тишине, Гуссенс расслабился и закрыл глаза. Мариус тоже выдохнул, потому что сегодняшний день наконец закончился.

Через пол часа родителям с уверенностью сообщили, что у супруг все происходит, как надо, что слышали это собственными ушами. Но правда ли у них что-то было?