Глава 4
- Что? Я тебя сейчас... - яростно заверещала Рае, хищно скалясь на Ифаня, что просто ржал, как конь, рассматривая красное от злости лицо девушки. Одногруппник не переставал подшучивать над ней, узнав о ее свиданиях с Чунменом, что очаровательно ей улыбался или заигрывающе подмигивал на парах. Теперь, он каждый раз оборачивался назад, взглядом пробегаясь по лицу девушки, которая тут же смущенно отворачивалась или краснела, потупив взгляд, заставляя парня издать легкий смешок. Гаин была очень счастлива за Рае, ведь наконец она осмелилась на такой серьезный шаг, как признание человеку, которого так долго любит. Сама бы девушка ни за что бы на такое не решилась - это казалось ей храбростью, на какую она не была способна. Да и с мальчишками она никогда не ладила и не общалась, так и по сей день: Ифань - единственный с кем общается Гаин и то посредством того, что он друг Рае. Но с недавнего времени она познакомилась еще с одним студентом. Лу Хань - это один из лучших друзей Сехуна, который был очень жизнерадостным и веселым человеком. Еще Тэмин и Чонин, но их Гаин знала, так как один учился в ее университете, а второй являлся одногруппником. Девушка скучающе подложила под подбородок ладошку, наблюдая за Рае, которая обиженно стукнула ладошкой по столу и перебралась на сторону подруги, всем своим видом заявляя Ифаню, что это - бойкот. Он лишь насмешливо закатил глаза, продолжая жадно поедать свой долгожданный ланч. С утра у Гаин совсем не было настроения, а желудок, как нарочно, не принимал еду, вызывая рвотные позывы. Она лишь отреченно вглядывалась в окно, вырисовывая пальцами незамысловатые узоры на запотевшем стекле. Прокручивая в голове все свои счастливые воспоминания, Гаин понимала, что ее жизнь уже не будет, как прежде. Она стала как дикая птица, которую посадили в золотую клетку и уже никто ей не поможет. Казалось, она закрылась в своем мире, не выходя из него и не впуская туда никого. Ее разум заполнен каким-то самоанализом, как компьютер, который выдает тебе "Идет анализ для получения обновления!", когда обновляет все свои программы, перестраивая их в другом направлении.
Гаин молча поднялась со стула и, обогнув свою подругу с Ифанем, поплелась к выходу из университета, направляясь к стадиону, где частенько играли студенты. Она заняла крайнюю трибуну и, опустив голову на ладошки, начала разглядывать силуэты человечков, которые, энергично пасуя друг другу, закидывали мяч в корзину. На самом деле в них она узнала Чонина, Сехуна и Лухана, которые смеялись, что-то демонстрируя друг другу. Первым ее заметил Чонин, который подошел к первой трибуне, чтобы выпить воды после уморительной игры. Он тут же поднялся к верхним трибунам, перепрыгнув через несколько рядов одновременно.
- О, привет. - устало улыбнулся парень, присев на ту же трибуну, только на одно место дальше, чем девушка, чтобы не задеть ее, ведь как-никак он был очень вспотевшим. Гаин благодарно ему улыбнулась, ведь все это время, друг Сехуна поддерживал ее. - Что ты тут делаешь?
- Просто... - медленно протянула девушка, пересекаясь взглядом с Сехуном, что дружелюбно кивнул ей головой, продолжив соревноваться с Луханом. - Мне здесь уютно...
- Как ты? У тебя нет настроения. - задумчиво ответил парень, наблюдая за друзьями. Но не услышав ответа, а лишь неопределенное пожимание плечами, он сладко улыбнулся, и потрепав ее по волосам, спрыгнул с рядов, подбегая вновь к друзьям. Гаин лишь удивленно уставилась в их сторону, но Чонин больше не удосужился взглянуть на нее...
***
Придя домой, девушка тут же скинула портфель на пол, медленно перебирая ногами и поднимаясь по лестнице. Этот день был очень мрачным и утомительным, поэтому ей очень хотелось отдохнуть. Переодевшись в клетчатую рубашку и штаны, Гаин рухнула на кровать, зарываясь волосами в подушку. Никого еще не было, а это значит, что она сможет подремать спокойно хоть час. Она сняла с волос резинку, положив ее на тумбочку, и провалилась в сладкий сон, теряя связь с реальностью.
Проснувшись, девушка заметила, что кто-то ее укрыл, а значит, мама вернулась. Она медленно подошла к зеркалу, томно зевнув, и тут же спустилась по лестнице на кухню, откуда исходил приятный запах.
Мама стояла к девушке спиной, в фартуке, что-то усиленно размешивая, и изредка поглядывая на рецепт, что покоился на ее столе. Заметив Гаин, она слегка повернула к ней голову, тепло улыбнулась и вновь принялась к своему делу.
- Уже проснулась? - спросила женщина, откладывая миску и оборачиваясь к девушке, которая тут же кивнула.- Все нормально? Сехун сказал, что ты нездорово выглядишь.
- Нет... - неопредленно ответила девушка, опустив свой взгляд на босые ноги, которые согревал пол с подогревом. Мать слегка прищурилась, пробежавшись взглядом по дочери и обогнув стол, приблизилась к ней, остановившись от нее в двух шагах. Женщина слегка подалась вперед накрывая теплой ладонью ее лоб для измерения температуры. Она недовольно поджала губы и метнулась в сторону тумбочки, что-то выискивая. Гаин лишь непонимающе следила за ее движениями, скромно стоя на своем месте, не смея шевельнуться. Через несколько секунд мама вложила в ладони девушки стакан воды и таблетку, и легким кивком головы дала ей указание выпить лекарство.
- Зачем? - девушка непонимающе изогнула бровь, взглянув на белую таблетку, державшую в ладони. - У меня температура?
Женщина лишь кивнула, вновь приступая к готовке пищи, взяв в руки миску и ложку. Девушка покорно выполнила ее указание. В комнате воцарилась неловкая тишина. То есть, так думала Гаин. Казалось матери совсем нет дела до нее, но в чем же тогда претензии? Постояв еще пару минут, Гаин добавила:
- Я могу помочь?...
Женщина резко обернулась к ней, глядя на нее удивленными глазами, но ответила:
- Будет хорошо, если ты отдохнешь и побережешься. - она провела своей рукой по голове дочери и добавила. - Лучше выпей чаю с медом.
Гаин поджала губы, пробормотав себе под нос что-то несвязное. Но каково было ее удивление, когда мимо стола, приближаясь к ее матери, прошел Сехун заворачивая рукава своего свитшота. Она непонимающе заморгала глазами, наблюдая за странной картиной: ее мама и "жених" готовят обед? Что?
- Аа... что ты тут?...
- А, Сехун? Он пришел в гости. Оказалось, он чудесно готовит и я попросила его научить меня готовить одно интересное блюдо! - радостно хлопнула в ладоши женщина, отчего получила растапливающую сердце улыбку парня.
- Можешь присоединиться? - вежливо предложил парень, сузив красивые глаза. Гаин лишь неуверенно кивнула, думая, стоит ли вообще соглашаться?
Девушка лишь собрала волосы в хвостик и, завернув рукава, принялась за дело. Было странно наблюдать за такими вот умелыми действиями в готовке со стороны парня. Она завороженно наблюдала за его ловкими махинациями. Ее мать резко вышла из кухни, сославшись на забытый в чулане чеснок.
- Влюбилась? - его проникновенный голос заставил девушку вырваться из своих раздумий и вернуться в суровую реальность.
- Ч-что? - запнулась девушка, опустив глаза на доску. - Ничего такого... - тихо пробормотала девушка, еще раз повторив. - Ничего такого...
Сехун лишь издал легкий смешок, наблюдая за порозовевшим лицом вечно отстраненной девушки, которая совсем не подпускает к себе парней или еще чего похуже - почти не общается с ними. Он кинул взгляд на то, как она режет овощи, неодобрительно покачав головой и откладывая ложку, подошел к девушке:
- Не-не-не. Так не пойдет! - он встал позади нее и слегка наклонившись к ней, положил на ее руки свои ладони. - Это слишком крупно, нужно чуть мельче, смотри...
Он начал медленно водить ее рукой по досточке, нарезая овощи. Но разве Гаин могла думать о еде в такой момент! Ей было жутко неудобно: она ощущала как ее спина упирается в его твердую грудь, а его горячее дыхание обжигает ее ухо, вызывая вереницу чувств в ее голове. Его теплая ладонь нежно обхватила ее пальцы, бережно водя рукой по твердой поверхности. Девушка сжалась под его напором, но черт возьми, это было так странно и так здорово! Почему-то в этот момент она ощутила себя такой маленькой и хрупкой, и хоть это был всего лишь обучающий урок по "правильной нарезке овощей", ей эта близость показалась слишком недопустимой, особенно тогда, когда они с ним почти незнакомы.
- Ты все поняла? - мягко поинтересовался парень, слегка отстранившись от нее и упершись ладонями о столешницу, по обе стороны от девушки.
- Да. - резко кивнула она, ощущая на себе пристальный и внимательный взгляд Сехуна. Нарезав все овощи как следует, Гаин сложила их в миску, пересыпав в сковороду, в которой уже закипало масло. Сехун то и дело проверял духовую печь, в которой так аппетитно запекалась рыба. Откуда он так чудесно готовит? Ведь он студент, как ему удалось научиться профессиональным блюдам?
- Расскажешь что-нибудь? - не глядя на девушку поинтересовался парень, наливая в кастрюлю воду. - Например, как ты протестовала насчет брака и почему не настояла на своем?
- Я... - было начала Гаин, но замялась, подкидывая в уме: сказать или нет? Впрочем, здесь нет ничего тайного, но разве он должен знать об этом? Да и, к тому же, какое ему дело? Но, все-таки, Гаин никогда не осмелилась бы едко или колко ответить кому-либо. Она была слишком мягкой. - ...не протестовала, честно.
Сехун удивленно вскинул брови, часто моргая ресницами. Он выпятил нижнюю губу и, тяжело вздохнув, добавил:
- Почему же? Лично я был против.
- Я не привыкла... перечить... - тихо призналась девушка, понимая, что родители - ее слабость. Она никогда им ни в чем не откажет, пусть это будет против ее желания, но они ведь так хотят этого. И им это нужно. Значит, так и будет.
- Что? - парень изогнул бровь, не понимая всей ситуации. - Но разве плохо то, что ты хочешь высказать свое мнение? Ты серьезно готова жертвовать своей судьбой ради всего этого... ?
А у нее есть выбор? Если она откажется, испортив отношение с родителями? А отец? Его она никогда не ослушивалась, а уж тем более протестовать... это было выше ее сил. Гаин лишь молча потупилась на свои руки, переминая пальцы. В глазах Сехуна она увидела какой-то нездоровый блеск, что ввело ее в ступор. Она лишь молча покосилась в раскрытое окно, в котором расцветала ночная тьма, подобно распускающемуся бутону. Сехун лишь прищурил глаза, разглядывая девушку. Обычно, он почти не говорит, но сегодня вдруг ему захотелось побеседовать и узнать о ее чувствах, хотя раньше ему было совершенно все равно на все это. Гаин молча, в раздумьях, поднялась со стула, плетясь к гостиной, но услышав звонок в дверь, чуть ли не подпрыгнула на месте. Перед ней стоял Лухан, приветливо улыбаясь девушке и неловко почесав затылок, добавил:
- Извини, что так поздно и без предупреждения, но мне нужен Се. Он у тебя, не так ли?
Гаин лишь заторможенно кивнула, прежде чем почувствовала чужое дыхание и теплые руки, опустившиеся на ее плечи, чуть сжавшие их. Девушка слегка дрогнула, чуть сильнее схватив ручку двери.
- Что ты тут делаешь? - Сехун смотрел на друга полным непроницаемости взгляда, который переменился легким выражением удивления, после чего он добавил: - Тренировка?
Иногда Гаин просто не понимала общения этих двоих. Они были настолько скрытны! Или это только при ней? Сехун тут же побежал вверх по лестнице, на ходу стягивая с себя фартук. Лухан проследил за ним, будто ждал, когда он скроется из поля зрения и чуть подавшись к Гаин, негромко спросил:
- Ты уже узнала?
- Что? - девушка удивленно вскинула брови, не понимая вопроса парня, который выглядел очень серьезным.
- Ты можешь рассказать мне, я тебя не выдам. - Лухан положил правую ладонь на сердце, склонив голову к груди. Гаин издала легкий смешок, но все равно ничего не поняла.
- Что я должна рассказать тебе? - девушка скрестила руки на груди, недовольно поджав губы. И чего он издевается над ней? Странный какой!
- О Сехуне. Ничего еще не знаешь? - хмыкнул Лухан, подозрительно вглядываясь в глаза девушки. - Раньше ты была сообразительней...
- Ты о чем? Я не понимаю тебя! - Гаин пытливо вглядывалась в ореховые глаза китайца, пока тот лишь не усмехнулся, немного отшагнув назад.
- Позже ты поймешь что к чему. - задумчиво протянул Лухан, тыкнув пальцем в лоб девушки. - Просто напряги мозг! Заставь извилины двигаться!
- Эй. - послышался приближающийся голос за спиной. - Блефуешь?
Лухан закусил губу, отведя взгляд в сторону. Он отрицательно покачал головой, и выходя за дверь, негромко прибавил:
- Хунни, кто последний, тот дурак! - парень быстро выскочил за дверь, показывая друзьям язык. Сехун лишь виновато улыбнулся девушке, и обувшись, поспешил следом за другом, чтобы задать ему трепку.
Хоть это и выглядело чертовски странным, это вот его: "Хунни, кто последний, тот дурак" - что-то напомнило ей. Будто ей доводилось слышать такое раньше, но почему она не могла понять откуда? Откуда она слышала такое? Помнился ей какой-то писклявый, визгливый голосочек, произносивший эти заветные слова, на которые второй всегда откликался - пулей выбегая из дома. Вот только когда такое было? Загадка...