Эхо снов на поле битвы
***
Илья проснулся рано. Сонельно-рано: почти с самим рассветом. Он открыл глаза и на мгновение растерялся. Желтый свет пробивался сквозь щели в жалюзи. Рано, слишком рано — но сон... сон ещё не до конца расстелился по голове чёрным узором, и он отказывался отступать. Всё ещё ощущалось прикосновение ветра, тех хлопающих лепестков, и чувство почти реального присутствия рядом кого‑то. Но изнутри — тревога: как будто сегодня всё летит по наклонной плоскости.
Он потянулся, челюсть слегка болит от ночной стиски челюстей. Конечно, снова сон. И эти сны уже неделю тянутся, почти каждый раз — внезапно. Это стало тревожным сигналом: где-то внутри что‑то нависло.
— Почему это влияет... — подумал он, скатываясь с кровати. В прошлой игре он дал пять фрагов меньше, чем обычно, и это было слишком много. Его тиммейты уже начали шептаться, он замечал их взгляды, когда в коммуникации он тормозил, промахивался, промедлял.
Но сегодня — плей‑офф. Сегодня всё должно быть иначе. Он поднялся, заглянул в зеркало: взгляд застыл в стекле. Широкие плечи, лёгкая щетина, синие глаза. И всё же... лицо — нормальное; и тем не менее в сердце это ещё не данность. Всё ещё — голова, отравленная сном.
Он брызнул воды на лицо и пошёл в зону завтрака, где уже варился кофе. Охранники, команда персонала, несколько знакомых, которые узнали:
- О, G2! — улыбались и ставили чашки. Одна улыбка была незнакомо тёплая: девушка в белом фартуке прикрывала лицо, когда дала ему лоток. Он не запомнил её лица, только блондинистые волосы, чуть светлее его, и голубые, как серое небо. Но в тот момент это не привлекло его внимания.
Запах кофе, овсянка, яйца, джем. В голове — сон и предчувствие, что всё идёт как-то «не так», слишком легко или слишком тяжело. Его ладонь непроизвольно сжалась вокруг чашки.
***
Автобус уже ждал. Команда свернулась на задних сиденьях: кто-то спал, кто-то смотрел в телефон. Звуки кабины, тихая музыка. Илья сел отдельно, по привычке.
— Илья? — тихо подсел к нему старший аналитик, Мэтью.
— Спокойно, — улыбнулся он и постучал чашкой. — Всё будет хорошо. Это матч.
Его взгляд невольно скользнул по толпе людей на улице у отеля, проникая в раннее утро города. Никого светловолосого почти не было. Пара молодых девушек-студенток спешили, кто-то готовил кофе. А что‑то внутри немедленно запульсировало:
- Ты всё равно найдёшь её, — словно голос из сна. Но почему — почему среди тысяч людей, и только одна‑две с оттенком блонда? А где остальные? И почему они все девушки, и вообще — почему так мало светлых волос?
Мысли выскальзывали, но до матча — если это действительно делает его слабым, он не даст слабости закрепиться. Он посмотрел на Мэтью — спокойный взгляд напомнил, как держать себя в руках.
***
Камеры. Свет. Гул зала. Тысячи зрителей. И команда — G2. Игра начиналась как обычно: громкая музыка, выход на сцену, флаги. Он держал голову прямо, плечи расправлены.
Но будто что‑то плыло внутри. В перерывах между раундами он ощущал голод, не на еду, а на цельность. Иногда он прерывал дыхание, чтобы не сбиться.
— Match on, — сказал тренер.
Раунд 1 — пистолет, стандартный выход на B. Илья попал ... но оступился. Момент, и мимо. Его сердце застучало и тут же потонуло в воде. Победа всё равно — раунд за ним, и он чуть облегчённо выдохнул.
Команда движется вперёд. Он держался, но несколько промедлений — глотков меньше. Лёгкие движения, призрачные звуки, его глаза чуть напряглись.
Раунд 5 — самый плохой. Он промахнулся в клинче, круг потерян. То могло стоить победы.
— Илья, тихо, — сказал Snax. Только фоновая, но достаточная, чтобы он услышал и вытащил себя обратно.
Команда выиграла.
В перерыве он опустил голову на стол и закрыл глаза:
- Ты же мог. Тебя выручили, но ты мог. Почему ты вообще...
Звуки в зале, в ушах; кто‑то смягчил руку на плече. Голос Snax'а прошёл сквозь:
- Ты сюда пришёл. Не завтра. Сегодня. Помни. Это твой день.
Карта 2 — Mirage.
Он выдохнул. "Одна карта — одно дыхание." Игра стала натуральнее. Он играл, но как будто в параллельной реальности: внимателен, спокоен.
Но он продолжал — всё равно. Он подстроился.
— Спасибо... — прошептал он.
Когда объявили финальный раунд — 15:12 — и
- G2 wins!
Прозвучал, Нико чуть сдвинул под нос микрофон:
- Плей‑офф, Илья. Производительность жива. Это твой вклад.
Он выдохнул. Глубокий один вдох и усталось, как желе, расплылась внутри. Но в груди появилась... гордость.
***
После матча была договорённость: вся команда — G2 — идёт гулять, как будто после «arty‑похода». Они вместе вошли в торговый центр, что рядом с отелем: элегантная галерея с яркими окнами, запахом кофе и парковкой. Это был пункт встреч и развлечений.
— И так, куда идём? — спросил, оттенком шутки, капитан.
— Кофе — обязательно, и новая одежда — тоже обязательна, — сказал MalbsMd, усмехнувшись.
— Будем как Nike‑гардероб, — подмигнул Илья.
Внутри — сотни людей. Светлых волос было действительно мало: пара блондинок в магазинах, одна продавец-консультантка, а ещё девушка в тилте на шопинге.
Он мельком узнал, как будто блондинка из утренней кофейни — но это могло быть совпадением. В витринах — фасады одежды, итальянские кроссовки, джентльменские костюмы. Кто‑то примерял обувь, кто‑то делал сторис в «выпуске». И слышались названия брендов, которые он только слышал по рекламе.
— Надо взять что‑то спокойное, но серьёзное, — произнёс он.
Пара фотофанов крутила вокруг киберспортсменов: ему пришлось сделать пару селфи — он улыбался, не думая о сне, и говорило что‑то самому себе: «Не трогай это».
После двух часов шопинга они сели за кофе и суши: движение и успокоение, звук палочек, чашек.
— Что‑то у тебя взгляд растерянный сегодня, — заметил Нико.
— Просто хорошо в глазах, — он улыбнулся и подумал: «Я чуть не увидел её. Опять.»
Он ещё раз посмотрел по залу — блондинки ... три. А других не было. Но никто не подставлял лицо, как во сне.
***
Ночь наступила быстро. Они вернулись в отель и разошлись по номерам: чья‑то Netflix‑вечеринка, чей‑то анализ демо. Он лёг. Стук сердца затих; сон появлялся легко, как вода. Он видел её снова: он стоял на поле маков, в алом пространстве. Эти маковые лепестки трепетали, медленно кружась. Девушка с макушки маков — она в платье, волосы чуть развевались, под ветром. Но он видел — лицо уже размыто, словно непечатный кадр. Он попытался прикоснуться к ней, но не смог; и она обернулась.
Голубые глаза, размытие как в аквариуме, и выскользнула фраза. Ее голос звучал так знакомо, будто где‑то рядом внутри:
- Скоро ты всё поймёшь, милый.
И опять — провал; дальше — только чёрный экран. И всё. Музыки нет, только стук сердца — он выдыхал и выдыхал. И проснулся... но проснулся после долгого сна — 10 часов подряд. Глубокого, как озеро. Обычно он прерывался, просыпался; но сейчас он спал, и выспался. И подъем был мягким. Сонная тишина в голове: он не вспомнил ни бессониу, ни казённое чувство тревоги. Только лёгкая боль затылка. И... странное ощущение, что он проснулся не после сна, а внутри него — уже кто‑то другой.
Он открыл глаза — и впервые за долгое время — улыбнулся себе:
— Вот... Это было хорошо.
Внутри ... что‑то готовилось.
Потому что где‑то в этом мире есть она: девушка с блондом, эффектом блюра и тихой улыбкой в глазах, каким-то образом уже общающаяся с ним в подсознании. Но пока не пришла физически. А он уже узнаёт: скорое понимание. Именно невидио‑слово из сна — "сейчас, не завтра".
Что‑то скоро изменится, внутри или снаружи. И он готов. И больше не боится.
——————————————
Все свои мысли на счет новых работ можете присылать в мой тгк! Всегда очень рада этому (и мне очень важно ваше мнение).
https://t.me/lanskayaf
