ᴏʙsᴇssᴇᴅ ᴡɪᴛʜ ʏᴏᴜ

Чимин мгновенно выбегает из учебного заведения, не переставая лить поток горячих слёз на свои щёки, чем шокирует мимо проходящих школьников. На улице моросит мелкий дождь. Холодный ветер резко бьёт в лицо, от чего преподаватель съеживается и обхватывает себя руками.

      - Ненавижу проклятую осень. Ненавижу тебя, Чонгук, - шепчет про себя опечаленный омега.

      Свинцовое небо сгущает серые краски над плачущим парнем. Он со всей силы сжимает кулаки, впиваясь подстриженными ногтями в мокрые ладони. Чувствует едкий запах сырой листвы, пытаясь сдержать очередной приступ тошноты. Едва плетётся по дороге в сторону автобусной остановки, громко всхлипывая от отчаяния. Он фактически ничего не видит перед собой, потому что пелена застилает глаза. Пак морально разрушен, словно его только что бросили под автомобиль и раздавили. Раздавили второй раз подряд, не оставив и мокрого места. Гнев сменяется абсолютной беспомощностью. Хрупкое тело пронзает крупная дрожь, заставляя зубы стучать друг о друга.

Когда автобус останавливается, выпуская через автоматические двери пассажиров, омега не раздумывая прекращает свой плач, вытирает рукавом рубахи влагу с лица и быстро запрыгивает в транспортное средство, усаживаясь на мягкое кресло возле окна. В салоне гораздо теплее, чем на улице, но ощущение зябкости на коже всё ещё присутствует. Паку повезло, что он сидит один, в противном случае, человеку пришлось бы лицезреть опухшее бледное лицо, с мокрыми разводами от слёз.

      На фоне испытанного стресса, омега быстро отключается под звуки местного радио, опираясь макушкой на холодное окно. Просыпается только тогда, когда по динамику объявляют его остановку. 

                                             
***

       Чон возвращается домой с перебинтованными руками и растрёпанным видом. Тэхён уговорил друга зайти в медицинский кабинет, чтобы наложить на поврежденные, окровавленные костяшки эластичные повязки. По пути в медпункт, темноволосый сжимал челюсть от боли, так как открытые раны на коже, словно жгли огнём. По рукам стекали полосы красной жидкости, тёплые капли которой срывались и падали на школьный ламинат.

      Доктор пришла в ужас, увидев характер повреждений и уже готова была доложить об инциденте директору, но парни уговорили её этого не делать, заверяя, что никаких драк на территории школы не было и это всего лишь метод выпустить пар. Повреждённые участки кожи промыли под тёплой водой. Обработали специальным антибактериальным раствором. После чего опутали разбитые руки юноши стерильными бинтами.

      Ким порывался отвезти Чонгука домой, беспокоясь о физическом и душевном состоянии друга, только тот наотрез отказался, поэтому сел за руль сам, отсылая шатена куда подальше.

       Темноволосый убивался всю дорогу. Ненавидел себя за ту боль, что причинил Чимину и даже хотел умереть. Разбиться, врезавшись в грёбанное ограждение или какое-нибудь здание. Единственная причина, по которой он не стал сводить счёты с жизнью - любовь. Безудержная любовь к своему учителю, который ещё и беременный от него. Старшеклассник понимает, что не имеет право поступать с омегой так жестоко. И существование в ином мире без любимого станет настоящей мукой.

      Даже если рыжий не простит его и навсегда поставит крест на этих безнадёжных отношениях, которые закончились едва не успев начаться, он должен предотвратить убийство собственного ребёнка.

      Альфа впадает в ступор, когда встречает папу на кухне, ведь обычно родители пропадают на работе, не интересуясь его судьбой, из-за чего юноша постоянно обижается и даже по долгу не разговаривает.

      Отношения с папой и отцом у Чонгука натянутые уже очень давно, если не сказать, что с самого детства. Парень завидовал своим сверстникам, родители которых не скупились на любовь и внимание по отношению к ним. Походы в парки, на аттракционы, пикники или посиделки у камина - это всё, о чём он мечтал, но альфа и омега попросту отмахивались от настойчивых просьб ребёнка, сплавляя его няне. Ребёнок нередко закрывался в своей комнате и тихо плакал, потому что чувствовал себя ненужным и лишним.

      Чонгук пообещал себе, что когда вырастет - обязательно создаст семью, где будет непременно несколько малышей. Представлял, как он их будет любить, играть с ними или ходить на прогулки. Верил, что в будущем будет счастлив, если не с родителями, то со своим омегой и будущими детьми. Эта мысль грела маленькое мальчишеское сердечко. А что ему ещё оставалось? Если даже няне он был не нужен.

      Когда темноволосый стал взрослее, у него появились друзья, которые и спасли его от терзающего одиночества. В старших классах он впервые узнал про вечеринки и алкоголь. Неоднократно возвращался домой под градусом. Только тогда родители опомнились, что воспитание сына они проморгали.

      - Привет, пап, - сухо бросает младший.

      - Привет, Чонгук. Ты почему так рано? - удивлённо спрашивает  мужчина, заливая горячей водой зелёный китайский чай в заварнике.

      - Отпросился, плохо себя чувствую.

      Чонхён заканчивает свои дела и обращает внимание на сына.

      - Чонгук! Что...что с тобой случилось? - окидывает испуганным взглядом руки парня, - Ты подрался??

      - Нет. Неудачно упал, - отводит  глаза в сторону, направляясь к холодильнику.

      - Ты, лжёшь!- хмурится омега, - Куда ты опять вляпался, Чонгук?

      - Я же сказал, никуда. Просто упал.

      Старший не доверяет словам альфы, но больше не задаёт лишних вопросов. Вместо этого, он проходит к шкафчику и достаёт оттуда вазу с песочным печеньем.

      - Здравствуй, сын, -  входит на кухню воодушевленный отец.

      - Привет, -  не глядя здоровается темноволосый и подносит к губам бутылку колы, опустошая её до половины.

      - Дорогой, почему не сказал, что у нас будет ребёнок?

      Вопрос отца застаёт домочадцев врасплох. Чонгук внезапно давится напитком, выплёвывая жидкость на чистый кафель. Чонхён роняет чайную чашку, которая тут же раскалывается на две части. Парень осознает, что совсем забыл выбросить эти тесты раньше, чем их увидят родители. Ведь, о беременности омеги он хотел рассказать только тогда, когда выпустится из школы, чтобы не причинить вред своему учителю.

      - Айщ! Какой ребёнок? - с непониманием спрашивает раздраженный омега.

      - Как какой? Я нашёл использованные тесты в уборной. Когда пакет с мусором выносил - увидел несколько упаковок. Везде две полоски. Думал они твои.

      Чонгук внезапно покрывается румянцем, засовывая бутылку обратно в холодильник. Папа - омега разворачивается в сторону мужа, замечая у него в руках коробки из под тестов. Ненадолго повисает тишина. Супруги переглядываются друг с другом, переваривая полученную информацию в голове и приходят к одному единственному выводу.

      - Чонгук!!! - доносится звонкий крик родителей до слуха парня.

      - Я не настроен сейчас на диалог. Разговор состоится после моего выпуска из школы. Семь месяцев придется потерпеть, - с невозмутимым видом произносит альфа, вышагивая в сторону выхода из кухни.

      - Подожди! - останавливает омега, - Не смей уходить от разговора. Тебе придётся рассказать или мы узнаем всё сами и тогда будет хуже.

   - Это моё личное дело и вас оно никак не затрагивает

      - Нет, ошибаешься, ещё как затрагивает, - подключается старший альфа, - Ты же знаешь, что наша семья у всех на виду, поэтому не смей нас позорить. Говори, кто он?

      Родители альфы весьма трепетно относятся к своей репутации. Всё-таки отец - бизнесмен, а папа - деятель искусства. Партнёры по бизнесу и поклонники Чонхёна знают  Чонов только с лучшей стороны. Они никогда не были замешаны в скандалах. Про них нередко пишут в газетах, выставляя образцом идеальной семьи. Только младший ненавидит эту показуху. Считает, что до идеала им ещё очень далеко.

      - Неважно кто. Важны наши чувства, - тяжело вдыхает темноволосый.

      - Оставь свою сопливую романтику при себе, Чонгук! - грубо прерывает омега, - Ты, чёрт возьми, школьник и уже успел оплодотворить кого-то! Где были твои мозги??

      - Сказал же, всё узнаете после моего выпуска. Разговор окончен, - разворачивается и направляется к выходу из кухни.

      - Стой, паршивец! Мы ещё не закончили, - хватает парня за локоть Минхёк, -  Скажи, кто он и проблем будет гораздо меньше, точнее их не будет вообще, если мы вовремя всё решим.

      Мужчина буквально закипает от злости и едва сдерживает в себе желание выпороть сына как следует. Но зная упрямый характер Чонгука, он понимает, что сделает только хуже.

      - Я, кажется, знаю кто совратил нашего мальчика, - задумчиво произносит Чонхён, - Мне соседи рассказывали, что нередко видели Чонгука в обществе рыженького паренька. В последний раз он был у нас вчера. Учитель Пак. Верно, родной?

      Темноволосый сглатывает вязкую слюну, не зная, как оправдать любимого перед родителями.

      - Он мой репетитор, забыли?

      - Что твой репетитор делал рядом с тобой в нерабочее время или...например, за городом? В доме на дереве, который мы тебе подарили?

      - Откуда ты...

      - Соседи, дорогой. Так это он тебя соблазнил?

      - Нет! - грубо отвечает младший, -  Чимин - мой истинный. Я был тем, кто долго преследовал его. Он избегал меня, говорил, что пожалуется родителям. Но я ничего не мог поделать с собой. Влюбился с первого взгляда. Пару недель назад сделал ему предложение и мы...в общем теперь у нас будет ребёнок, чему я искренне рад.

      Шокированные родители хлопают глазами, не в состоянии озвучить свои мысли. Омега пятится назад, опираясь поясницей о столешницу кухонной мойки. Минхёк резко хватает со стола пустой стакан, наполняет красным вином и незамедлительно опустошает его. Такого поворота никто не ожидал. Чонгук не может поднять головы, чтобы взглянуть на своих родных. Ему немного стыдно. Но больше всего парень переживает за учителя.

      - Ты в своём уме? Какой ребёнок? Какое предложение? Ты сам ещё ребёнок и я не позволю какому-то... извращенцу испортить тебе жизнь! - повышает тон голоса омега, - Завтра же идёшь к нему и даёшь деньги на аборт.

      - Не смейте, чёрт возьми, указывать мне! - с разворота ударяет перебинтованным кулаком в стену, - Всю мою грёбанную жизнь вас не было рядом со мной, а теперь вспомнили, что у вас есть сын?

      - Ах, ты неблагодарный мальчишка! - звук пощёчины эхом отражается от стен, - Мы с папой работали ради тебя, чтобы ты жил в достатке и ни в чём не нуждался. Это и есть твоя благодарность?

      - Да лучше я был бы нищим, чем одиноким. С детства мечтал об идеальной семье, которой у меня никогда не было. Значит создам её с тем, кого люблю, - отрезает младший,- Не вздумайте мешать мне. Своего ребёнка я убить не позволю!

      Чонгук покидает кухню, оставив родителей в полном недоумении. Чонхён хватается за сердце, постепенно усаживаясь на рядом стоящий стул, а Минхёк даёт мужу сердечные капли. Они прекрасно понимают, что непослушание сына может им стоить блестящей репутации или даже карьеры. Пойдут неприятные слухи, выльется много грязи, журналисты как коршуны налетят со своими вопросами и будут рыться в грязном белье, а если узнают, что их ребёнок ещё и с простолюдином связался...с каким-то учителем, тогда вообще за пределы дома можно не выходить.

      - Мы не должны допустить этот брак. У нашего мальчика будет достойная партия, - коварно ухмыляется омега, потирая ладони друг о друга.

      - Серьёзно? Ты же видишь как решительно он настроен. Ничего не выйдет.

      - Есть у меня один план, дорогой...

                                                 
***

      Чимин с трудом вваливается домой. Сбрасывает с себя мокрую обувь и медленно шаркает ногами по старому паркету. Он физически слаб и морально истощён за сегодняшний день. Перед глазами появляются тёмные круги, вновь усиливается тошнота, ещё немного и рыжий упадёт в обморок. Пак вовремя опирается на стену коридора и медленно спускается вниз по ней, пытаясь удержаться на ногах.

      - Папа, папочка! -  доносится из комнаты тонкий детский голосок.

      - Какой папочка, Кихён-и? Он ещё на работе, - сонным голосом произносит омега.

      - Нет, папочка тут!

      Маленький альфа встаёт с кроватки и бежит навстречу к папе, который уже находится в отключке, сидя на холодном полу. Джунг с недоверием переваривает в голове слова внука, ведь сын в первой половине дня преподаёт в школе, поэтому не должен сейчас быть дома. Он лениво поднимается с кресла и направляется вслед за Кихёном, чтобы удостовериться в правильности слов ребёнка.

      - Господи, Чимин, что с тобой?

      Взволнованный мужчина мгновенно подлетает к рыжему. Падает на колени и берёт холодное лицо в свои горячие ладони. Пытается привести парня в чувства, расстёгивая трясущимися руками, верхние пуговицы на мокрой рубашке. Ребёнок стоит, в оцепенении, наблюдая за тем, как  возле стены "спит" папа, а дедушка не может его разбудить и почему-то очень нервничает.

      - Чимин! Чимин, очнись! - слегка хлопает по щекам, - Малыш, принеси из холодильника маленький  прозрачный пузырёк. Он находится с правой стороны от двери. Только быстрее, мы должны помочь твоему папе.

      Кихён слушается дедушку и бежит до холодильника, что есть сил, спотыкаясь на ходу. Джунг роняет горькие слёзы на одежду сына. Выцеловывает впавшие щёки, прижимая рыжего к своей груди. Он боится потерять своё солнышко, поэтому хоть сейчас готов отдать жизнь, лишь бы только Чимин был жив, здоров и счастлив.

Внук прибегает за считанные секунды, перекладывая в ладонь Джунга пузырёк. Мужчина благодарит мальчишку, открывает флакон с нашатырным спиртом, и приставляет под нос омеги, от чего тот резко прокашливается, вдыхая полной грудью кислород.

      - Боже, сынок, ты так напугал нас, - обеспокоенно шепчет папа-омега, - Я думал сойду с ума. Что с тобой такое? Может вызвать скорую?

      Чимин не в состоянии пошевелить языком и какой-либо частью тела в принципе, за исключением пальцев. Во рту так сухо и горячо, словно там образовалась африканская пустыня, где солнце плавит лучами раскалённый песок. Он сейчас мечтает о холодной воде, что прополощет его горло и придаст немного энергии. Но пока омега не в состоянии заявить о своих потребностях. Для начала нужно немного расшевелить свои скованные слабостью мышцы.

      - Н-нет, - мотает головой учитель, - Прос...просто п-переутомился, наверное...

      - Моё ты солнышко, - прижимает к себе сына, утыкаясь носом в макушку, - Прошу, береги себя ради нас. Мы любим тебя.

      - Да, папочка, мы любим тебя, - присоединяется к объятиям мальчишка, целуя папу в щёчку.

      - Я вас...т-тоже люблю, мои родные.

      Через несколько минут Чимину становится легче. Тошнота отступает. Джунг помогает ему подняться с пола, взваливая на себя измученное тело. Он медленно ведёт парня в спальню вместе с Кихёном и укладывает его на кровать, скрип которой неприятно режет слух. Тонкий матрас прогибается под омегой, когда тот с трудом разворачивается на бок, тихо постанывая от дискомфорта в пояснице. Мальчик садится на край расправленной постели. Опускает тёмную макушку на бёдра рыжего и печально поглядывает из-под чёлки.

      Кихён очень любит Чимина. Даже если сейчас, мальчишка не знает, что именно происходит с папой, он всё равно чувствует неладное. Чувствует, что с папой случилась беда, из-за чего украдкой роняет крошечные слезинки, собирая их пальчиком.

      - П-пап, - размыкает пересохшие губы рыжий, - Пить...х-хочу...пить.

      - Сейчас, сыночек, потерпи.

      Старший выбегает из комнаты, сбрасывая по пути свои домашние тапки. В два счёта он оказывается на кухне. Руки по-прежнему трясутся, сердце выпрыгивает из груди от волнения. Мужчина судорожно ищет стакан в шкафу, роняя на пол несколько тарелок, которые тут же разлетаются на несколько частей, но он даже не обращает внимание. Находит наиболее удобный сосуд для Чимина, в виде большого бокала с расширенным горлышком. Наполняет отфильтрованной водой, расплёскивая часть жидкости по кафелю и возвращается в спальню сына.

      Омега приподнимает рыжего, приставляя к губам бокал с живительной влагой. Парень цепляется за руку папы, опустошает сосуд до последней капли и падает спиной на смятую постель.

      - Спи, моё солнышко. Набирайся сил, потом я тебя покормлю, - целует в лоб омегу, чьи закрытые веки слегка подрагивают, - Пойдём, маленький принц. Твой папа должен немного отдохнуть.

      Ребёнок смахивает с лица последние слезинки и спрыгивает с кровати. Обхватывает маленькими пальчиками руку Джунга, оставляя спящего Чимина в полной тишине.

      - Дедуфка, фто с папочкой? Я пележиваю за него, - всхлипывает Кихён, опуская свой взгляд под ноги, - Он такой глустный и совсем не лазговаливает.

      Омега внезапно останавливается, выпуская из груди едва слышимый отчаянный стон. Он не может рассказать внуку о том, что его папа, вероятно, очень болен. Не хочет травмировать ребёнка семейными проблемами, которые и так преследуют их всю жизнь. Мужчина опускается на корточки перед мальчишкой. Заключает в объятия маленькое тельце, вслушиваясь в стук родного сердца.

      - Всё будет хорошо, малыш, - шепчет мужчина, - Твой папочка просто устал. Дай ему время и всё наладится. Обещаю. А теперь, мы с тобой пойдем на кухню и приготовим...

      - Блинчики! - радостно вскрикивает мальчик, топая ножками по паркету.

      - Верно, Кихён-и, - треплет щёчку ребёнка, - Только сначала приготовим куриный бульон. Он поможет твоему папе быстрее встать на ноги.

      - Холофо, дедуфка!

      Джунг вместе с внуком весь вечер суетятся на кухне. Сначала они убирают с пола разбитые по вине старшего тарелки, и только потом занимаются приготовлением супа. На медленном огне отваривают два куриных бедра, нарезают лук, трут морковь и бросают в кипящую воду. Нож Кихёну в руки омега брать не разрешает, несмотря на его многочисленные просьбы. Можно только подносить необходимые ингредиенты по первому требованию.

      Затем мужчина высыпает мелкую рисовую лапшу в готовый бульон. Добавляет туда зелень, специи и размешивает содержимое большой деревянной ложкой. Приятный аромат еды распространяется по всему дому, вызывая нешуточный аппетит. Поэтому у маленького альфы так урчит в животике.

      -  Мальчик мой, я вижу ты проголодался? - ласково улыбается дедушка, - Давай я тебя покормлю и потом сразу займусь блинчиками?

      - Нет, потом. Сначала блинфики! - хмурит бровки мальчишка, складывая губки в трубочку.

      - Ладно, уговорил. Тогда принеси мне бутылку молока и поставь на стол.

      Пока Кихён выполняет своё ответственное задание, Джунг достаёт эмалированную миску и высыпает туда полпакета пшеничной муки. Добавляет молоко, соль и сахар по вкусу, разбивает два куриных яйца, взбивая венчиком компоненты.

      В течении получаса мужчина выпекает первые блинчики. Складывает их стопкой на большую плоскую тарелку, от чего улыбка ребёнка расцветает на лице, как и улыбка мужчины.

      Омега заканчивает с готовкой, снимает свой любимый фартук, откладывая его на спинку стула и начинает кормить внука горячим супом из маленькой мисочки. Кихён уже взрослый, с удовольствием кушает сам, но на сей раз дедушка решил покормить мальчишку с ложечки лично. Любит он своего маленького принца, вот и балует иногда.

      - Спасибо, дедуфка, я наелся, - облизывается альфа, вытирая губки рукавом джемпера.

      - Кихён-ииии, это возмутительно! - бьёт указательным пальцем по столу, - Что я тебе говорил о поведении за столом?

      Ребёнок виновато опускает голову, боясь поднять глаза на рассерженного дедушку. Он совсем забыл, что рот нужно вытирать салфетками, а не рукавом и теперь ему очень стыдно.

   - Плости меня, дедуфка Дзунг, я больфе так не буду!

      - Ты обещаешь мне?

      - Да, обефяю, - показывает свои маленькие зубки счастливый мальчишка.

      - Тогда пойдём кормить папу, - смеётся мужчина, вороша шёлковые волосики на макушке альфы.

      Кихён спрыгивает со стула, хвостиком увязываясь за дедушкой. Омега, в свою очередь, достаёт глубокую тарелку с разноцветным принтом и наполняет её ароматным бульоном, после чего ставит её на пластмассовый поднос. Рядом укладывает нарезанные ломтики белого хлеба, ложку и бумажные салфетки.

      Как только Джунг с мальчиком входят в спальню, Чимин, услышав шаги, сбрасывает с себя оковы сна. Омега чувствует, что его тело окончательно ослабло, а сам он давно нуждается в еде.

      - Папочка! Ты плоснулся? - вскрикивает мальчишка и тут же взбирается на кровать, обнимая через оделяло папины колени.

      Чимин слабо улыбается уголками губ, когда слышит голос своего сына. Он так счастлив, что у него есть папа и это маленькое чудо, чьё сердце наполнено любовью ко всему живому. Кихён очень ласковый, добрый ребёнок, несмотря на своё непростое детство, ведь родной отец хотел убить его ещё в утробе, но благодаря своим родителям омега не стал совершать самую большую ошибку в своей жизни. Он оставил малыша, несмотря на все трудности, угрозы и нестабильное материальное положение.

      Только история словно повторяется и об этом Чимин догадывался с самого начала. Судьба снова испытывает парня. Заставляет встать перед выбором. Он понимает, что будущий ребёнок ни в чём не виноват. Убивать невинное создание из-за глупого подростка, который решил поглумиться над чувствами и заработать на этом - весьма необдуманно. Единственное, что волнует молодого преподавателя - как жить дальше? На что содержать двух детей? Если они сами едва концы с концами сводят. Не говоря уже про кредит, который необходимо оплачивать в срок.

      Раньше помогал отец, пусть суммы были копеечные, тем не менее было проще. Теперь, кроме зарплаты учителя и детских пособий им ничего не светит. В декрете так тем более. На алименты омега подавать точно не собирается. Не позволит гордость. И вообще, отныне с Чонгуком он не хочет иметь ничего общего. Даже если придётся вырвать альфу навсегда из сердца, оставив после огромные раны. Чимин сделает всё, чтобы оградить себя и свою семью от тех, кто когда-то предал его.

      - Привет, мой маленький принц, привет, пап, - хрипит рыжий, пытаясь немного приподняться с постели, - Который сейчас час?

      - Здравствуй, сыночек. Уже семь часов вечера, - ставит поднос с супом на тумбочку, - Мы принесли тебе покушать. Ты, наверное, проголодался?

      - Да, очень, - потягивается омега, - Я так долго спал и не выспался.

      Джунг вместе с Кихёном помогает сыну сесть на край кровати. У Чимина немного кружится голова и желудок сам себя переваривает, потому что он не ел с самого утра. Он медленно опускает ноги на холодный пол и пододвигается ближе к тумбочке, где стоит горячий бульон, заботливо приготовленный папой и сыном.

      - Ммм...как вкусно. С ума сойти!

      Старший с мальчишкой переглядываются и задорно смеются, пока рыжий с аппетитом поглощает ужин, закусывая ломтиками свежего хлеба. Парню кажется, что он не принимал пищу целую вечность, да ещё и такую вкусную.

      - Чего это вы смеётесь? - с непониманием спрашивает Пак, доедая последнюю ложку бульона.

      - Наш маленький принц сегодня мне помогал готовить суп и блины. Без него бы я не справился.

      - Ох, правда, сынок? - искренне удивляется рыжий, - Какой же ты у меня умница. Совсем взрослый стал. Мой самый главный мужчина, - заключает Кихёна в тёплые объятия и целует розовые щёчки.

      После куриного бульона, Чимин словно оживает. Кровь начинает быстрее циркулировать, разгоняя долгожданное тепло по организму. Он окончательно поднимается с кровати и идёт вместе с семьёй на кухню, чтобы почаёвничать. Весь вечер омеги и маленький альфа сидят за круглым столом. Пьют травяной чай и заедают его тёплыми блинчиками с клубничным джемом. Долго разговаривают, почти до самой ночи. Шутят и смеются, забывая напрочь про все свои проблемы. Рыжий понимает, что именно такие мелочи делают их счастливыми, но...надолго ли?

                                            
***

      На следующий день, почти отдохнувший преподаватель появляется в школе. Чимин сегодня решил облачить себя в чёрный цвет. Узкие брюки, футболка и приталенный пиджак, не говоря уже о подводке на глазах.

      В коридоре омега случайно сталкивается с директором и объясняет причину своего отсутствия на уроках. Мужчина кивает на каждую фразу молодого учителя и говорит, что в курсе его проблем со здоровьем, но вместе с тем, всё равно приглашает к себе в кабинет на беседу, сразу после первого урока.

      Пак подсознательно боится грядущего разговора. Он чувствует, что это начало конца, но не понимает почему. Ведь, это же просто разговор? Тогда откуда тревога на душе и этот необъяснимый страх, опутывающий сознание?

      Омега быстро отгоняет плохие мысли от себя и направляется в аудиторию вместе с конспектами. Первый урок как всегда проходит в классе у Чонгука, только на сей раз парень отсутствует на занятиях и никто не знает где он. Чимин даже рад отсутствию старшеклассника. Он может полностью сосредоточиться на уроке, не отвлекаясь на выпады парня. После окончания урока, ученики покидают аудиторию, забирая с собой сумки и рюкзаки. Рыжий прощается с ними до следующего занятия. Складывает свои бумаги в портфель, параллельно задумываясь о разговоре с директором, как вдруг его руку неожиданно перехватывают.

      - Чонгук?? - вскидывает брови омега, - Тебя почему на занятиях не было?

      - Послушай, Чимин, я...я люблю тебя, - возбуждённо проговаривает альфа, - Этот спор был ошибкой. Ты самое дорогое, что есть...

      Чимин снова прерывает ученика звонкой пощёчиной и отдёргивает свою руку, не желая выслушивать больше ни слова.

      - Не смей говорить мне о любви. Я тебя знать не желаю.

      Слова преподавателя с болью врезаются в сердце. Словно остриё ножа пронзает юношескую грудь, проворачиваясь там несколько раз. Чонгук понимает, что вряд ли омега простит его сейчас или простит вообще, но он должен бороться за свою любовь до последнего.

- Ребёнок, Чимин. Не убивай нашего малыша. Он не виноват. Я буду помогать тебе, обещаю.

      Темноволосый снова падает на колени, умоляющим взглядом окидывая своего учителя. Только тот не преклонен и весьма холоден. Это не тот Чимин, которого он когда-то знал. Парень понимает, что разрушил сам своё счастье, вместе с жизнью любимого человека. И от этого ещё больнее.

      - Он, действительно, не виноват, Чонгук. Виноват во всём только я. Теперь извини, у меня дела.

      Омега с каменным лицом забирает свои вещи, минуя стоящего на коленях старшеклассника и покидает кабинет. Пак едва сдерживает слёзы и в шаге от того, чтобы не упасть на пол и не начать биться в истерике, правда вовремя берёт себя в руки, натягивает маску безразличия, следуя на переговоры с директором.

                                                  
***

      - Господин, Мун, разрешите? - просовывает макушку омега через приоткрытую дверь.

      - Да, входите, учитель Пак.

      Глаза омеги расширяются в размере, когда он видит на диванчике хмурых родителей Чонгука. Чимин приветствует их, стараясь не пересекаться взглядом и несмело присаживается за стол, напротив директора.

      - Учитель Пак, я вас покину. Родителям Чонгука есть что с вами обсудить, - кивает в сторону семьи Чон, - Надеюсь вы примите правильное решение.

      От слов мужчины, рыжий открывает рот, не в силах задать назревший вопрос. В итоге, он просто молча провожает директора взглядом до двери, подсознательно ставя на своей карьере крест. В кабинете повисает неловкая пауза. Чимин не знает с чего начать диалог. Тем не менее решает заговорить первым.

      - О чём вы...х-хотите поговорить со мной?

      - Ты, наверное, не хуже нас знаешь о чём, - грубо произносит Чонхён.

      - Почему вы так обращаетесь со мной?

      - Потому что ты не заслужил другого обращения, извращенец!

      Слёзы рыжего невольно подступают к глазам, образуя тонкую жгучую пелену на сетчатке. Теперь он понимает, что значило его предчувствие. Это, действительно, начало конца, если не сам конец. Чимин сжимает пухлыми пальчиками края футболки и отворачивает свою голову в сторону, чтобы не показывать своих истинных эмоций.

      - Тише, дорогой. Мы же в школе, - успокаивает разгоряченного мужа Минхёк.

      - Мне плевать! Посмотри на него, - тычет пальцем, - Гадкий утёнок, шлюха, подстилка, чем он смог совратить нашего мальчика?

      Омега закрывает лицо ладонями, едва сдерживая свои отчаянные всхлипы. По щекам скатываются горячие слёзы. Грудную клетку, словно рвут на части, заставляя испытывать самые страшные муки.

      - Да, успокойся, я сказал! - трясёт мужа за грудки, усаживая на место, - Не смей называть учителя такими словами. Он всё-таки человек!

      - Минхёк! Как ты смеешь защищать эту дрянь?

      - Я не защищаю его, просто дай мне сказать, чёрт возьми. Иначе я уйду!

      Чонхён успокаивается, пытаясь удержать свои эмоции под контролем, в то время, как плач рыжего только усиливается.

      - Вот, возьмите, учитель,  - протягивает чистый носовой платок, - Вам нужно успокоиться и мы перейдём к разговору.

      Чимин несмело берёт у мужчины платок, ненадолго зависая в пространстве. Вытирает своё лицо, насквозь пропитанное солёной влагой и постепенно прекращает лить слёзы, вдыхая кислород через раз.

      - У нас есть к вам несколько условий, одно из которых вы должны будете выбрать. В противном случае вам грозит тюрьма.

      Пак вскидывает брови, не понимая о какой тюрьме может идти речь, если старшеклассник был совершеннолетним.

      - Но Чонгук же...

      - Был совершеннолетним, когда вы переспали? - опережает с вопросом альфа, - Как вы это докажите? Тем более ваши скажем так "отношения" начались, как я подозреваю гораздо раньше.

      - Что за условия?

      - Приятно иметь дело с умными людьми. Первое: Вы делаете аборт, тогда можете остаться работать в этой школе. Второе: Вы не делаете аборт, но вас увольняют из школы с плохой характеристикой. Третье: Вы не делаете аборт, говорите Чонгуку, что ваш ребёнок от другого мужчины, но вас всё равно увольняют, только с хорошей характеристикой и нашими деньгами. Как вам такие условия?

      Тупая боль пронзает всё тело и тошнота накатывает с новой силой, затуманивая разум омеги. Он готов умереть прямо сейчас, лишь бы не испытывать душевных и физических мучений, режущих на части без ножа.

      - Я выбираю вариант номер три. Только ваши деньги мне не нужны, - встаёт со стула, вышагивая в сторону выхода.

      - Стой, дрянь, тебя никто не отпускал, - злобно рычит Чонхён, - У Чонгука есть более достойная кандидатура, чем ты!

      - Не нуждаюсь в вашем одобрении, - пренебрежительно произносит рыжий, - Так мы обо всём договорились, господин Чон Минхёк?

      - Да - да, конечно, - судорожно кивает головой, - Всё будет сделано в лучшем виде.

      - Надеюсь.

      - Всего доброго, учитель Пак.

      Чимин не отвечает на реплику мужчины, а лишь поспешно за собой захлопывает дверь, направляясь по длинному пустому коридору. По всей видимости идёт урок, чему парень несказанно рад. Не очень-то хочется отсвечивать с опухшим лицом перед школьниками и коллегами.

       Внезапно из-за угла выруливает Чонгук. На лице у альфы страх и непонимание. Глаза полны душераздирающей печали. Но омега сразу опускает взгляд, чтобы не выдать свою боль.

      - Чимин, я так долго искал тебя. Почему не сказал, что идёшь к директору?

      - Не обязан перед тобой отчитываться, - грубо бросает старший, продолжая свой путь, пока его снова не останавливают, - Отпусти. Отпусти меня, мать твою, пока я не вызвал полицию.

      - Малыш, послушай. Тебе нельзя волноваться. Наш ребёнок, он...

      - Это не твой ребёнок.

   - Ты врёшь, Чимин, но зачем?

      - Я не вру. У меня есть мужчина, - пытается вырваться из крепкой хватки темноволосого, - Айщ! Отпусти!

      - Посмотри мне в глаза. Посмотри, - решительно произносит альфа, сильнее сжимая предплечье учителя.

      Чимин с трудом поднимает свои красные заплаканные глаза на парня и горько улыбается во весь рот, слегка покачиваясь на месте.

      - Ты плакал? Почему, что случилось Чимин?

      - Не твой это ребёнок, - начинает звонко смеяться, роняя слёзы - Я - блядь, первоклассная шлюха, подстилка, гадкий утёнок. Нагулял ребёнка на стороне с другим мужиком, хочешь познакомлю? - кричит, что есть мочи, - Как тебе ещё объяснить, чтобы ты оставил меня наконец?

      Истерический смех учителя разносится по всему коридору. Чонгук с ужасом смотрит на омегу, ослабевая хватку на его руке.

      - Чим...Чимин, ты...ты не можешь...

      Альфа проглатывает слова, растирая слёзы по лицу. Пак поглядывает на обескураженного парня, от чего всё внутри сжимается и поэтому он прекращает истерику, затыкая временно свой крик души.

      - Забудь меня, Чонгук. Надеюсь ты будешь счастлив, - встаёт на носочки и неожиданно припадает к губам ученика, оставляя самый отчаянный поцелуй, с привкусом боли и солёных слёз, - Прощай.