Зависимый от Тени

Красный ехидна открыла с тяжестью и болью свои глаза. Голова сразу закружилась и боль резко пробила его, что тот сморщился. Наклз хотел уже поднять руку но что то не дало ему сделать это. Опустив голову вниз, он увидел, что был связан. Ехидна сидела на железном, старом и ржавом стуле. Руки крепко и надежно связаны с ручками стула. Ноги также были связаны с ножками стула. С туловищем также. Ничего не понимая, красный ехидна поднял голову. Он всё ещё, не до конца, всё воспринимал после крепкого сна. Оказалось, он сидел в чьей то комнате. Везде темнота и ничего не видно. Наклз потряс головой, чтоб полностью прийти в себя.

И вдруг, неожиданно, перед ним оказалась чья то тень. А точнее силуэт. Ехидна прищурился, пытаясь привыкнуть к темноте и попытаться узнать, кто стоит перед ним. В один миг, комната осветилась светом лампочки на потолке. Красный ехидна сморщился из за внезапного яркого света. Но после привыкнув, он увидел перед собой Соника...

Тот стоял в белом халате и в белых тапочках с белой маске на лице. На лице играла безумная улыбка, спрятанная за маской а глаза так и сверлили ехидну, пожирая его изнутри своим безумием. Тогда Наклз широко распахнул глаза от неожиданности.

— Соник?... , - выдавил из себя красный ехидна не веря своим глазам.

— Ну здравствуй, ублюдок , - яростно сказал синий ёж а в глазах блеснул огонек злобы и предвкушения.

Ехидна вопросительно посмотрел на ежа не понимая ничего. Почему тот его так назвал? Что он сделал? Почему сейчас он связан?

— Вижу, ты в полном недоумении, что сейчас происходит, так? Хах, ладно, я могу тебе рассказать в чем проблема... , - с усмешкой сказал лазурный, делая паузу и его взгляд упал на связанную ехидну. — Видишь ли, ты сделал одно плохое дело. И тебя за это дело, надо наказать. Чтоб на будущее знал, что иногда свои кулаки, надо держать при себе а не размахивать ими когда захочешь , - с улыбкой продолжил ёж.

Красный ехидна также в полном недоумении смотрел на своего одноклассника из параллели не вникая. Он прокрутил в голове все моменты и воспоминания когда успел накосячить и что то сделать Сонику. Но он ничего не делал ему. Так в чем же ехидна обложался?...

— Я тебя не понимаю... Что я сделал тебе, что сижу тут весь связанный? Я тебе ничего плохого не делал! Выпусти меня! , - рыкнул на ежа Наклз, показывая острый оскал.

Синий на такой «грозный» вид лишь тихо посмеялся. Он посмотрел на красную ехидну с усмешкой и подошел поближе к нему, что их носы почти соприкасались. Безумная улыбка всё также светилась на лице ежа но вдруг, он резко взял за воротник ехидну и приблизил к себе ещё ближе. Теперь на его лице был взгляд ненависти, злобы и жажда мести.

— Ты одному моему знакомому навредил и поэтому сейчас сидишь здесь. Я накажу тебя и тогда ты поймешь что со мной лучше не шутить. А хотя... После моего наказания ты вообще больше никогда не сможешь кого любо бить , - усмехнулся Соник отпуская воротник Наклза и уходя за его спину.

Ехидна сидел и всё еще ничего не понимал, что тот задумал. Какое ещё наказание? Кому навредил ехидна, что за него заступается кобальтовый? Всё было слишком запутано и непонятно. Красная ехидна хотела во всем разобраться но синий ёж то и дело говорил будто загадками.

За спиной Наклза послышалось биение железных инструментов. Ехидна насторожился и замер, пытаясь вслушаться в эти звуки. Далее послышались шаги и Соник встал перед ехидной с хищной улыбкой и спрятанной рукой сзади себя.

— Начнем с малого. Будет больно но ты же у нас сильный, поэтому потерпи немного , - с улыбкой сказал синий и наконец показал ехидне что было у него за спиной, это был огромный, с острым лезвием нож.

Глаза резко расширились при таком остром ноже. Сердце бешено застучало а дыхание, красный ехидна, будто задержал. Соник пару раз кидал нож из одной руки к другую, будто играл с мячиком а потом остановился. Он посмотрел на испуганную мордашку Наклза и ухмыльнулся. Далее он быстрым и резким движением поднял нож вверх и в ту же секунду, острым лезвием ножа, отрезал ладонь ехидны! Тот моментально вскрикнул от резкой боли в руке и застонал во всю комнату. Ладонь упала на пол истекая его же кровью. Из руки также побежала алая и жгучая кровь которая стала стекать с руки на пол. На полу стали появляться красные капли крови. Кобальтовый широко улыбнулся довольный такой реакции. Взгляд его, переместился с ехидны на отрезанную руку и зрачки в глазах сузились от безумия и наслаждения.

— Ч-что ты делаешь?... Т-ты что сделал?... Ты псих! , - дрожащим и испуганным голосом сказал еле как красный ехидна.

— Это твое наказание, сукин ты сын. Ты обидел моего любимого — а я обижу тебя. Всё честно. Ты тронул его а точнее толкнул. Ну дак вот, я отрежу тебе ладони, чтоб ты больше не мог его тронуть , - с широкой улыбкой ответил лазурный.

— Т-ты... Ты безумец! Псих! Ненормальный! Ты...! , - не успел договорить ехидна как тут же его лишили второй ладони.

Крик снова будто эхом прозвучал ко комнате. Крик боли, страха, отчаяния. Это была будто музыка для ушей синего. Эти крики... Теперь с двух отрубленных рук бежала кровь без остановки. Пол с новой каплей крови становился грязнее и кровавее. Наклз стонал от неописуемой боли. Тело дрожало, глаза сузились, сердце будто сейчас было готово остановиться. Прикусив нижнюю губу он посмотрел на синего ежа с ненавистью и полной агрессией в глазах.

— Для чего это всё? За кого ты так готов мучить меня!? Дай мне ответы и не говори загадками! , - тяжело дыша его грудь поднималась и опускалась от злости с ненавистью.

Кобальтовый улыбнулся и присел на корточки. Он опустил голову вниз а после нескольких секунд поднял её вздыхая.

— Послушай, если бы ты на том матче не тронул Шедоу, я бы и тебя не тронул. Но нет, ты распустил свои грязные руки и ударил его! Я никому не позволю трогать его а обижать тем более... , - почти шепотом сказал лазурный говоря угрожающим голосом.

— То есть, ты мне отрубил ладони, из за того, что на матче, я ударил кулаком по животу Шедоу? Серьезно? Ты псих или да? Он что, за себя постоять не может? Или... Стоп... Погоди, ты что, любишь его!? , - с удивлением красный ехидна уставился на Соника, наконец, всё поняв и сложив весь пазл в единый.

Кобальтовый лишь хмыкнул на слова ехидны и осмотрев взглядом комнату он подтверждающие кивнул.

— Да, я его люблю. И я никому не дам его обидеть или тронуть. Я убью любого кто встанет на моем пути. Шедоу принадлежит только мне и будет только моим. Понял? , - угрожающее сказал ёж помогая поднять голову ехидны ножом.

Наклз осторожно сглотнул понимая, что тот не шутит. Он вновь посмотрел на пол, где лежали его две ладони, вновь подтверждая слова ежа. Боль снова атаковала его, он сморщился и опустил голову вниз тихо шипя.

— Я понял но... Сам подумай, он чтоли девчонка чтоб так его защищать? Он пацан! Если он узнает о том, что ты сделал со мной он и вовсе перестанет с тобой разговаривать, не говоря про дружбу! Ты псих! Ты ненормальный! Тебя надо ложить в психушку! , - кричал ехидна, пытаясь достучаться до ежа, что так делать нельзя.

Но Соник не слышал. Он был полностью отуманен местью и ненавистью к Наклзу. Он хотел его убить! Уничтожить! В порошок стереть! Он хотел убивать его медленно, мучительно. Чтоб напоследок своих последних минут, он хорошенько пострадал.

Далее кобальтовый, внезапно, ножом пырнул в глаз ехидны и резкими, точными движениями, выколол его глаз а далее и второй. Наклз вновь застонал и закричал от новой волны боли и страха, пытаясь вырваться из плена дергаясь. Алая кровь стала течь с дыр, где только что были глаза и щеки стали покрываться красными, тонкими, кровавыми дорожками, стекая вниз на пол. Красная ехидна широко открыла рот от шока и неожиданности.

— Умри... , - тихо прошептал синий в ухо ехидне.

В следующий миг, нож вонзился в сердце красной ехидны. Наклз хотел вновь вскрикнуть но тут же моментально умер и упал вниз на пол. Всё измученное и изрезанное тело валялось на полу а кровь продолжала стекать с тела и ран ехидны, наполняя и пачкав пол кровью. Соник стоял и наблюдал с хищной и кровожадной улыбкой. Дело было сделано и теперь Наклз никогда больше не ударит, не обидит и не тронет его возлюбленного. Наклз — мертв.

— Держись любовь моя... Я это всё делаю не только ради тебя. Но ещё ради нас, ради нашего же будущего. Ты будешь когда нибудь моим... Я клянусь... , - дал сам себе клятву кобальтовый говоря шепотом.

Продолжение следует...
( Ух, жестко наверное? 🤔)