Марионетка

Натаниэль очнулся сидя в сиденье в автобусе.

Сначала он не понял, где он, а потом резко опустил взгляд на свои ноги.

На левой ноге уже была наложена шина, а на правой ноге ничего не было, но мизинчик уже не болел.

Нат резко обернулся назад, посмотрев между сиденьями на Эндрю.

—Как я тут оказался?—спросил он.

—Не знаю, спроси как нибудь в другой раз,—пожал плечами Эндрю.

Натаниэль повернулся к окну, увидел, что проезжают тот самый отель, где они заселялись на ночь, а значит, что выехали от Воронов они минут пятнадцать или десять назад.

—С каким счётом?—только спросил Нат.

—12:18.

Натаниэль слегка стукнул кулаком по стеклу.

Через пять минут Натаниэль снова обернулся к Эндрю и задал тот же вопрос:

—Ну что, как я тут оказался?

Эндрю с жёсткостью в глазах посмотрел на Натаниэля, но на вопрос ответил:

—Пока ты спал тебя перевезли сюда на кушетке.

—Ага,—кивнул Нат.—А отсюда меня тоже на кушетке повезут? Может, вы её ещё и с собой взяли?—спросил Натаниэль.

Он отвернулся и вдруг понял, что около месяца ему придётся просто лежать в кровати. Просто лежать. Ни одной тренировки, ни матча, ничего. Просто кровать.

Натаниэль посмотрел на свой внешний вид, он был одет в игровую бело-оранжевую
форму.

—Даже половину тайма не отыграл..—тихо пробормотал себе под нос Натаниэль.

Уже через пару часов автобус Лисов остановился у кафе, Ваймак вышел в салон и бросил короткий взгляд на Натаниэля.

—Ты как?—спросил он.

—Я в порядке.

Ваймак поднял бровь, а затем обратился к Лисам:

—Так, сейчас вы все пойдёте в кафе и как следует наедитесь, так как до Пальметто ехать ещё ого-го,—Ваймак перевёл взгляд на Ната.—Тебе мы принесём еду сюда.

—Не надо, тренер, я не голоден,—отрицательно покачал головой Нат.

Все Лисы встали, вышли из автобуса и Ники, сверкая пятками, побежал в кафе.

—Эндрю,—сказал Ваймак, когда Эндрю и с места не сдвинулся.

Эндрю поднял глаза на Ваймака, но просто таранил его взглядом, а затем тренер плюнул на все это и ушёл к остальным, пока те не разнесли всё кафе.

—И почему же ты не хочешь в больницу?—спросил Эндрю, когда двери за Ваймаком закрылись.

—Врачи уволятся, когда увидят, что у меня там. Опять играем в честность? Только теперь моя очередь.

Натаниэль повернулся на Эндрю, а тот уже встал и сел на свободное место рядом с Натаниэлем.

—Во первых, разговор с утра, почему у тебя проблемы с прикосновениями? И почему ненавидишь слово «пожалуйста»?

—Он сказал, что остановится, если я его попрошу. Я просил, много раз. Но он продолжал это делать. Если ты догнал, про что я.

У Натаниэля были догадки, но он отказывался в это верить, но после последней фразы убедился в своих догадках.

—И сколько лет тебе было..

—Семь.

—Семь..—эхом повторил Натаниэль.—А.. что за повязками на руках?

Эндрю засунул два пальца под повязки и выудил оттуда небольшое, но острое лезвие.

Натаниэль этому не удивился.

—Не думаю, что ты носишь их для того, чтобы носить лезвия. Ты что-то прячешь.

—Ух ты, в глотку вцепился. Ещё и в точку.

—Мне надоела это игра. Что ты хочешь? Узнать, кто я? Что тут думать, если тебе известно, что я сын Балтиморского Мясника? Был в бегах и он убил мою мать. Что ещё тебе надо знать?

—Всё. Ты согласился вести эту игру, и тереть уже ни я, ни ты, не сможешь её остановить, не узнав все до конца.

—Кем была твоя мать?

—Она? Никем. Настоящая мать сдала нас обоих в детский дом, а через неделю забрала только Аарона. Меня усыновляли многие, но потом каждые из них отдавали меня обратно. Сначала у меня была надежда, что найдётся семья, которая меня пример, но после смены трёх семей мне стало похуй. Я был будто игрушкой, которую забирали, игрались и отдавали. В двенадцатой семье попалась приятна женщина, но мне, как я сказал, похуй. Я не обращал на неё внимания и считал дни по пальцам, когда она отдаст меня обратно. Но она этого делать не хотела. Она любила меня,—лицо Эндрю чуть скривилось.—Я не верю в семьи. Я пришёл домой с учёбы и увидел весь пол, залитый кровью. Она храпела в комнате, прижав руки к животу. «Натан» только и успела прохрипеть она, после чего умерла. Да, тогда я испытал жалость, но это было в последний раз. Ведь на очереди была семья Спиров.

—И в этой семье был..

—Дрэйк.

Натаниэль с ужасом смотрел на Эндрю.

—И из-за этого ты хотел меня прикончить? Нет, не подумай. Просто.. я не понимаю, зачем отец убил твою приземную мать?

—И настоящую тоже. Тильда жила с Аароном и каждый день лупила его. А потом, когда Натан убил и её, Аарон, узнав о моем существовании, винил меня.

—Все это похоже на бред,—нахмурился Натаниэль.

—Согласен. Но ничего не могу сделать.

Эндрю встал и сел на своё место, после чего в автобус зашёл Ники с подносом в руках.

—Натаниэль, это тебе!

Ники протянул ему чай и поднос с сандвичам и каким-то салатом.

—Вот ещё,—Ники протянул он ему мандарин и красное яблоко.

—Спасибо,—хмыкнул Натаниэль.

Ники улыбнулся, а затем ушёл обратно в кафе.

Уже когда все Лисы сели а автобус и поехали домой, Натаниэль начал пить чай, и как только он сделал глоток, автобус наехал на лежачий полицейский.

Натаниэль подавился и закашлялся, а Эндрю начал кулаком долбить в спинку его сиденья.

—Спасибо,—все ещё кашляя, низко кивнул Натаниэль, поглядев на Эндрю между сиденьями.

К Лисьей башне они доехали спустя пару часов.

Все Лисы начали выходить, а Нат продолжал сидеть.

Эбби вошла в автобус с костылями.

Натаниэль замер при виде них. Только не они. Но по другому он и не может.

—Может, все таки лучше на кушетке?—скупо улыбнулся Натаниэль.—Я на обе ноги не могу наступать, если что.

—Я тебе просто помогу тебе подняться на третий этаж.

—А дальше я жить как буду?—спросил Нат, вставая с кресла.

Еле еле, опираясь на руки, он на костылях вышел из автобуса, и то не без помощи Эбби.

Они зашли в лифт и поднялись на третий этаж. Тренировочная сумку Ната висела на плече Эбби.

—И сколько я буду просто лежать на кровати?

—Три недели ты будешь ходить с шиной, а дальше уже как пойдёт.

—Заебись,—тихо тихо пробурчал себе он под нос.

Эбби довела его аж до самой его кровати, поставила сумку рядом и чуть с ним посидела.

—Ладно, мне мыться надо.

Эбби кивнула и принесла полиэтиленовый пакет, обернула его ногу, а сверху так же обернула тканью.

Натаниэль сказал сухое «спасибо» и направился в душ.

Перед сном Натаниэль вспомнил, что таблетки остались валяться в номере отеле в Западной Виргинии.

—Эндрю, ненавижу тебя,—сам себе сказал Натаниэль.

Он не знал, как ему теперь ночью спать.

Натаниэль с этими мыслями проворочался до часу ночи, и совсем забыл про то, что нужно поставить на тумбу рядом стакан воды.

Ведь Эндрю сказал,  что «всего лишь» надо выпить стакан воды.