Марионетка

Ночью все повторилось: Натаниэль проснулся посреди ночи с частым сердцебиением и тяжёлым дыханием.

В комнате была тишина, только Сет один раз перевернулся на спину.

Нат трясущимися руками снова выпил одну таблетку на сухую.

На утро, уже в раздевалке, Нат услышал, как Ники напевает какую-то песню:

—Так не хочется вставать, дай мне пять минут. Тебя я крепко обниму, дела подождут. Нас с тобой не будет мучить, мой мобильный на беззвучном, не доступен пока..—сам себе бормотал он под нос, с грустным и сонным видом.

—Открывай глаза,—с ухмылкой на лице пропел Натаниэль.

—Спящая красавица,—Ники широко улыбнулся и посмотрел на Натаниэля с искрами в глазах.

А вот Эндрю после «пения» Ната посмотрел на него так, что Натаниэлю даже некомфортно стало.

Нат взял форму, в туалете переоделся, а экипировку надел в раздевалке.

Посмотрев на защиту для горла, он поднял брови.

Опять она.

—Кстати, сегодня последняя тренировка перед матчем,—оказался рядом Ники.—Так что сегодня лучше не слишком.. уставай? Если ты конечно не хочешь завтра быть как инвалидом.

—Я уже,—с ухмылкой на лице покосился Нат на Эндрю.

Эндрю снова наградил Ната злым взглядом и ушёл.

Натаниэль не понимал, за что Эндрю его так ненавидит. Но потом он вспомнил, что сегодня вечером он будет разговаривать с Эндрю и «играть в игру». Там то он и узнает причину.

Нат вышел на поле и тренировка началась.

Эндрю же снова просто стоял. Ему забили уже больше десяти мячей, а он все стоял. Нат даже удивился, когда Эндрю своей большой вратарской перчаткой поднял мяч, который к нему подкатился и подачей своей  клюшки вернул Лисам мяч. Правда, им пришлось бежать на другой конец поля.

И опять же, Эндрю отбивал мячи только от Натаниэля. Когда Эндрю отбивал мяч, то целился в Лисов, которые стояли ближе.

Ники тоже бы попал под раздачу, но успел увернуться.

В Натаниэля он, видимо, пока не хотел бить.

Всю тренировку Нат раздумывал, что же за вопрос задаст Эндрю. Зная его, это будет далеко от «что ты скрываешь». С чего он решил, что будет далеко от такого вопроса? Нат сам не знал. Он это чувствовал, а чуйка у него отличная.

Сразу после тренировки в комнате отдыха Ваймак сообщил завтрашний отъезд.

—И так, сегодня спать ложитесь хоть в девять. Отъезд в 5:30. Нам до Воронов ехать около 7-ми часов. На этом всё, быстрее идите уже и смывайте вонь.

Натаниэль не стал возится, в раздевалке снял экипировку, затем принял душ и переоделся. Грязную форму кинул в корзину для грязных вещей.

Проходя мимо комнаты отдыха, уже пустой, Ната кто-то окликнул.

Натаниэль остановится, не разворачиваясь, пошёл назад и выглянул в дверной проем.

На телевизионной тумбе сидела женщина.

—Эбигейл Уинфилд, командный медик Лисов,—мягко сказала женщина, подошла к Нату и протянула руку.—Можно просто Эбби.

Натаниэль её пожал.

—Ты, должно быть, Натаниэль?—дождавшись его кивка, она продолжила.—Завтра же матч с Воронами, а ты не прошел ещё ни одного медицинского осмотра, а без него я не могу тебя выпускать на поле вообще. Раньше не могла тебя осмотреть. Пройдём в мой кабинет.

Натаниэль засомневался, но деваться было некуда.

Он пошёл за Эбби.

Она открыла свой кабинет и пригласила Ната.

Он сел на кушетку, дожидавшись, пока Эбби освободится с какими-то бумагами.

Началось все с того, что она померила давление Натаниэля, проверила рефлексы и посмотрела горло.

А дальше случилось то, что Натаниэль вообще не хотел делать.

—Сними кофту, мне надо посмотреть следы от уколов.

—У меня их нет. Я не идиот.

—Молодец, но сними пожалуйста.

—Это обязательно? То, что вы увидите, вам явно не понравиться.

—Да, обязательно. И, вы же Лисы, меня уже ничего не может удивить. Снимай и закончим.

—Такого вы точно не видели,—пробормотал Нат.—И не задавайте вопросов.

Натаниэль с неохотой стянул с себя кофту.

Сердце взбилось чаще, ведь это был первый человек, кто увидел его шрамы. Ну, после матери.

У Эбби перекосило лицо от увиденного, но она сразу взяла себя в руки, но на улыбку ей сил не хватило.

Эбби занялась осмотром, а Нат нетерпеливо ждал, когда она уже отойдёт.

Когда она наконец отстранилась, Нат быстро натянул на себя кофту.

—Я могу идти?

Эбби неуверен кивнула. На её лице читался шок.

У Натаниэля пропало настроение.

Он зашёл в свою комнату, где сразу же встретил Ники.

—О! Наконец-то. Тебя Эндрю ждёт, он сказал, что разговор конфидециальный и выгнал нас всех. Так что быстрей.

Натаниэль вздохнул и направился в комнату к Миньярду.

Дверь была не заперта, но как только Нат вошёл в комнату, Эндрю откуда-то крикнул:

—Дверь.

Натаниэль закрыл дверь на щеколду и направился в одну из комнат, где и встретил Эндрю.

—Ну что, расскажешь мне уже, за что ты меня так ненавидишь?

—Я сказал, я первый.

Натаниэль сел в пуф и кивнул, намекая на то, что внимательно слушает.

—Сет мне кое-что рассказал. Сегодня ночью он смотрел на тебя у упор, а ты даже и не заметил.

Уже после этих слов у Ната пошли по телу мурашки. Он понял, что имеет ввиду Эндрю.

—Ты вертел головой и ворочался туда сюда, а ещё слишком тяжело, громко и часто дышал. Затем ты вскочил, тебя всего трясло, ты еле как своими трясущимися руками удержал упаковку таблеток в руке, а потом на сухую проглотил одну. Так что это, наш Натаниэль Веснински на таблетках?

Так вот, почему Сет не похрапывал и повернулся на спину. Он не спал.

Натаниэль побледнел, но это, видимо, была только разминка.

—Не сижу я на таблетках. Я их пью чтобы..

—Чтобы что? Что тебе сниться?

—Кошмары. Такой ответ устраивает?—спустя пару секунд, ответил Натаниэль.

—Нет.

Натаниэль поднялся из пуфа и встал, облокотившись об стену спиной.

И это было ошибкой.

—Рыжий. Холодный голубой цвет глаз. Льдистая голубизна. Веснински.—Эндрю встал и стал надвигаться на Натаниэля.

Нат начал понимать, к чему все ведёт. В следующий вопрос ударил по больному месту.

—Твой отец—Натан Веснински,—скорей, это прозвучало убедительно, чем вопросительно.

Натаниэль стал совсем бледным. В его глазах был шок и ужас. Нет, он не боялся Эндрю.

—Да..—тихо, на выдохе прошептал Натаниэль.

В эту же секунду Эндрю схватил Ната за горло.

Натаниэль резко хоть чуть чуть успел втянуть воздух в легкие, перед тем, как Эндрю перекрыл доступ кислорода.

Как только это произошло, Натаниэль на пару секунд закрыл глаза и его нахлынули ужасные воспоминания.

—Он убил мою мать,—сквозь зубы процедил  Эндрю.

И именно эта фраза ударила Натаниэля и под дых и в самое сердце.

На лице Ната читался ужас, самый ужасный ужас.

Он уже хотел сказать «мою тоже», но не мог, ведь Эндрю зажал ему горло будто всем своим весом. А затем одумался, что такую информацию рано говорить.

Да, отец Натаниэля очень часто хватал его за горло, ему даже казалось, что на шее до сих пор остались синяки от его пальцев.

Подушечки пальцев Эндрю нащупали бугорок на шее Ната, он отодвинул пальцы и увидел тонкий длинный шрам.

Не расслабляя хватку, Эндрю смотрел на шрам, но затем перевёл взор в глаза Ната.

—Если он мой отец, это не значит, что я такой же, как и он,—кое как сумел прохрипеть Натаниэль.

После чего, он стал дико задыхаться.

Его кончики пальцев уже начали неметь, а голова будто щас взорвется.

Натаниэль не пытался оттолкнуть Эндрю, он его даже не трогал. Не пытался отцедить его пальцы от горла.

В самую последнюю секунду Эндрю отпустил его.

Натаниэль наконец смог дышать и набрал в лёгкие кислорода.

Эндрю же молча наблюдал за ним.

—С чего мне тебе верить?—спокойно спросил Эндрю.

—Стоп, то есть ты думаешь, что я пришёл сюда по приказу отца? Если да, то нам не о чем разговаривать.

—Этот шрам от кого?—взглядом указал Эндрю на шею Ната, проигнорировав его реплику.

—От него,—ответил Натаниэль.

—У тебя есть ещё шрамы?

—Да..—чуть подумав, ответил Нат.—Эндрю, он не только твою мать убил!—воскликнул Нат, ведь знал, какой вопрос последует дальше.

Поняв, что вякнул, Натаниэль с ужасом уставился в одну точку, а затем опустился на стул, который стоял рядом, продолжая сверлить взглядом пол.

Эндрю подошёл к нему и пальцем поднял его голову за подбородок.

Натаниэль опустошёнными льдисто голубыми глазами посмотрел на Эндрю.

—Что с тобой не так? Кто ты такой? Какие у тебя отношения с отцом? Что у тебя за прошлое? У меня дохрена вопросов, но ответь мне на один. Он убил твою мать и тебя пытался?

—Да..—тихо сказал Натаниэль.

Эндрю убрал палец с подбородка Ната.

—Тогда это все меняет. Но мне нужны доказательства.

—Какие? Какие ты, блять, хочешь доказательства?

—Твои шрамы.

Натаниэль вышел от Эндрю минут через пять. Шрамы он ему, конечно же, не показал и пока не собирается.

Эта игра началась слишком рано, слишком рано Натаниэль рассказывает правду.

Он чувствовал себя ужасно. Он рассказал то, что должен был держать в секрете всю жизнь. Но уже деваться некуда.

А что потом?