Глава 14.
Амелия сидела в своем цветочном магазине совершенно без настроения, перебирая букеты и думая о новых композициях. Клиентов за сегодня было мало. Последние дни у нее не было настроения ни на что — ни на коммуникацию с Луной, которой стало лучше, ни на нормальные отношения с Эйденом, в которых ощущала себя ненужной.
Картинка идеальных отношений с ним была в ее голове когда они закрутили роман. Когда вокруг была страсть, летали искры и были моменты в которые казалось, что все на своих местах. А сейчас... все было иначе.
Она услышала колокольчик, который означал, что кто-то вошел в магазин. Амелия вышла из подсобки, вытирая руки салфеткой. Перед ней стоял Эйден. Улыбчивый, счастливый. В однотонной черной футболке, джинсах, с хорошим настроением, которого не было у Амелии.
— Привет, я решил заскочить к тебе по пути на яхту. Как раз хочу спросить, почему ты не пришла на вечеринку? — сказал Эйден.
Он подошел к ней, потянулся к губам, чтобы поцеловать, но Амелия отвернулась и он чмокнул ее в щеку.
— Привет, не было настроения веселиться.
— У тебя его уже давно нет. Что-то случилось?
Эйден вальяжно ходил по магазину, рассматривая цветы за прилавком.
— Несовпадение с реальностью случилось, — сказала честно она и Эйден уставился на нее.
— И что за несовпадение?
Амелия пыталась собрать все мысли в единое целое.
— Ну смотри, у нас все было так замечательно когда мы не были вместе — секс, страсть, даже некая коммуникация. А что в отношениях? Тебя долго нет, ты приходишь за сексом, снова уходишь. У нас нет диалогов. Никогда.
— Это неправда, мы... общаемся.
— Разговоры о погоде в океане — это не диалог.
Эйден сложил руки на груди, непонимающе смотря на Амелию.
— Хорошо, о чем ты хочешь поговорить?
— Мы не разговариваем по душам. Мы не знаем травмы друг друга, не знаем какие-то глупые истории из детства, не обсуждаем даже работу, — сказала Амелия.
И ей было легко это высказать. Как выгрузить тонну ненужного груза.
— Окей. Что травмировало тебя в детстве? Фильм ужасов? Смерть питомца?
Амелия села на краешек стола и тяжело вздохнула.
— Скажи, что тебе сдавать, что я сейчас отвечу.
— Для тебя это важно, значит я должен спросить, — сказал Эйден.
— Но для тебя не важно, вот в чем проблема. Тебе плевать. Я — подружка твоей сестры, на которою у тебя стоит уже пару лет, ты добился меня и дальше не знаешь, что делать. Луна была права — в отношениях ты долго не умеешь быть. Ты просто не понимаешь их суть.
— Ты мне нравишься, Амелия. Я всегда хотел быть с тобой.
— Верю. Просто я тебе нравлюсь не так, как мне хочется. Я — объект твоего желания. Трахаешься ты хорошо, Эйден, но не умеешь разговаривать, — сказала она.
Эйден сделал пару шагов ей навстречу. Она ощутила его знакомый аромат, который когда-то кружил головой. В те моменты, когда были тусовки, они прятались от всех, разрывая одежду друг на друге. Тогда все было иначе.
— Научи меня. Тебе же было всегда нормально, что мы просто спали вместе. Научи меня быть другим.
— Это слишком сложно, а я не хочу сложные отношения. Мне и так хватает проблем в жизни.
— В чем сложности? Ты сама придумала проблему, а теперь страдаешь, — сказал Эйден.
Он был близко. Опасно близко. Мог прикоснуться к ней в любой момент. Хотела ли она этого? Нет. Да. Может совсем немного. Может, страсть опять поможет, разрушит все проблемы.
— Я не придумала проблему. Если ты ее не видишь...
Эйден взял ее за руку. Коснулся губами кожи и Амелия буквально заткнулась, впадая в ступор.
— Я вижу только тебя и думаю о том, как поцеловать, — сказал тихо Эйден, поднимаясь по руке вверх.
Это было нежно, да, но Амелия одернула резко руку.
— Перестань. Я не хочу.
— Но ты мне нравишься, очень. Не делай так.
— Я не могу продолжать наши отношения, страдая. Прости, но это выше моих сил.
Эйден посмотрел на нее так, что Амелия ощутила холодок на спине. Его взгляд, совершенно пустой, холодный, смотрел ей в глаза, будто пытаясь придумать, что же делать дальше. Амелия отступила назад, ушла за стол, обозначая им барьер.
— Хорошо. Я понял тебя. Катись к черту, — сказал Эйден и быстро вышел из магазина.
Амелия ощутила, как к горлу подкатил комок и заплакала. Она хотела, чтобы они расстались нормально, оставаясь друзьями, но Эйден был явно другого мнения.
Он ушел, по пути заходя в магазин и покупая бутылку виски. Ему бы позвать сейчас Мирею, но Эйден понимал, что нельзя. Итак слишком далеко зашел с ней. Дальше, чем планировалось.
Эйден вновь залез в тот же заброшенный дом. Сел на пол, открыл бутылку и пил, морщась от мерзкого вкуса. Способ сбежать глупый, но он знал, что действенный.
Эйден пил, пил, пил, думая не об Амелии или Мирее. Думал о Луне. О том, что происходило. О ее взгляде, ее страхах. Ее желании быть с этим дураком Тео. Ощущал, как разум туманил виски. Как желание увидеть Луну расло с невероятной скоростью.
Луна, Луна, Луна.
Его Луна. Не Тео.
Ему нужна его Луна.
Он шел улицами, немного пошатываясь. В голове звучал ее голос, нежный, зазывающий. Таким, каким она успокаивала его после кошмаров. Раз поворот, два, три. Дом Луны. Ее уютная квартирка, ее крепость, в которую она сбегала каждый раз.
Зашел в подъезд вместе с соседями, еле дошел по лестнице наверх. Виски знатно ударили в голову, потому что он плохо пообедал. Думал, что поест с Амелией. А эта шлюха его бросила.
Не зря он почти трахнул Мирею. Такая как она его бы ни за что не бросила. Зависела бы, как дите от его заботы.
У входной двери Луны он замер. Оперся на дверь лбом, думая о ней. Конечно Эйден понимал, что делал ей больно. Что она не просто так пряталась. Но одновременно не мог понять, почему Луна не принимала его любовь. Он любил ее. Любил по-настоящему.
Эйден громко постучал по двери кулаком. Агрессивно, требовательно, оглушающе. Он услышал шаги, дверь открылась. Луна стояла в недоумении, позади нее Тео в глупой домашней одежде. Да и Луна в коротких шортах, майке. Совсем по-домашнему.
Но что здесь делал Тео?
Эйден придерживался за дверной косяк. По притупленному взгляду Луна осознала, что он пьян.
— Почему ты решил напиться средь бела дня? — возмущенно спросила Луна.
Он ввалился в квартиру. Пошатнулся и упал в объятия сестры. Луна, ощущая напряжение, сдержалась, чтобы не оттолкнуть его. Сделала вид, что обняла.
— Амелия меня бросила, — промямлил с трудом Эйден. — Вот, сука, взяла и бросила.
— Правда? Почему?
Он пожал плечами. Луна повела его в гостиную, Тео шел следом, а после скрылся в ванной и принес тазик, ставя возле дивана. Луна посадила Эйдена.
— Взяла и бросила, а еще такая — ой, мы мало разговариваем, мне некомфортно. Не понимаю, мы что, мало трахались? Да вроде достаточно. Вполне. Вот, Тео, сколько тебе нужно для счастья? Пару раз в неделю? Чаще? Каждый день?
Луна и Тео стояли в недоумении. Посмотрели друг на друга. Луна убежала за водой и таблетками.
— Я с тобой разговариваю, — сказал Эйден, посмотрев на Тео.
— Эм, все зависит от разных факторов — стресс, усталость, да и просто настроение...
— Понятно, ты из той категории, что спят по особым дням. По праздникам, короче. Значит, с сестрой моей ты еще даже не задумывался спать.
Луна все слышала. Руки начали трястись. Зачем он пришел? Зачем нарушил их идиллию? Они так хорошо жили вместе, так спокойно. Только все начало налаживаться...
Тео подошел ближе к Эйдену, бросая взглядом вызов.
— Я знаю, что вы с Луной как-то поссорились и ты явно наговорил ей гадостей. Будь с ней добрее.
— А то что? Кто ты такой, чтобы что-то мне говорить? Ты в нашей семье никто. Новенький, который долго не продержится.
— Хватит! — строго сказала Луна, зайдя в комнату. — Ложись спать. Вот вода и таблетки.
— Не командуй мной, — сказал Эйден, смотря на нее и глазел он именно на ее голые ноги.
Это Луна заметила. Знала этот взгляд.
— Имею полное право, потому что ты должен сказать спасибо, что я тебя не выгнала. Поговорим когда протрезвеешь.
Она взяла за руку Тео и увела его в спальню, прикрывая дверь. Эйден, оставшись наедине, выругался и выпив всю воду, лег спать.
Луна нервно наматывала круги по комнате, пока наконец не села на кровать.
— Он профессионально умеет все портить, — сказала она. — Только все стало нормально...
— Не обращай внимание. Отоспится и поговорите. Я с тобой, не волнуйся.
Она тяжело вздохнула. Он-то с ней, но за стеной тот, кто виноват во всех плохих состояниях, во всех травмах и ненависти к своему телу. Если бы Тео не было в квартире, то финал не был таким радужным. Эйден явно пришел не для того, чтобы уснуть.
Луна ненавидела это чувство страха, которое поселил в ней Эйден. Но при этом она ощущала и что-то другое, смотря сейчас на Тео. Что-то... особенное.
За стенкой спал он, а она была с тем, кто так сильно его бесил тем, что теперь Луна принадлежала ему. Не Эйдену, не его псевдолюбви, а Тео, милому татуировщику.
Она что, правда ощущала возбуждение и хотела Тео, чтобы Эйден услышал их и понял — у него нет больше никакого шанса? Луна смутилась от своих мыслей. Тео, который полулежал на кровати, был сконцентрирован в телефоне и даже не подозревал о том, о чем думала Луна.
Она не понимала саму себя. Не понимала свое тело, свои мысли. Ей нужно бояться, а не возбуждаться. Не пытаться доказать, что Тео ее выбор. Лучший выбор. Но ее уже было не остановить.
Луна залезла на кровать и медленно подползла к Тео. Тот опустил телефон, смотря на девушку, которая улеглась рядом, положив голову ему на грудь.
— Все хорошо? — тихо спросил Тео.
— Да. Просто... я хочу быть ближе к тебе.
Луна начала рукой гладить его живот, медленно выводя маленькие кружочки. Она постепенно опускалась ниже и ниже, пока Тео не остановил ее, схватив за руку.
— Что ты делаешь?
— Касаюсь тебя.
— Это я понял, но... ты же сводишь меня с ума.
— Знаю, я делаю это специально.
Он отпустил ее руку и Луна продолжила спускаться, доходя до домашних штанов.
— Эйден за стенкой, ты меня убиваешь, — сказал очень тихо Тео, напрягаясь.
— Я знаю, что он за стенкой. И не остановлюсь.
— Он может услышать.
— Он спит.
Она надеялась, что он услышит.
Какая дура.
По ней плачет психотерапевт со списком диагнозов.
Ее рука проникла под ткань сначала штанов, а после нижнего белья. Тео напрягся еще сильнее. Ее рука коснулась самой напряженной части тела. Одно движение, два, она услышала его тихий, приглушенный стон. Секунда и Тео, схватив ее за плечи, повернул лицом к себе. От поцелуя из груди выбился воздух. Луна была на пределе своего возбуждения.
Она никогда не думала, что будет ощущать возбуждение в такой ситуации.
Тео снял с нее шорты, сжимая ягодицы. Луна помогла ему избавиться от штанов, потянулась к тумбочке за презервативом. В голове были сотни мыслей. Миллионы. Тео не останавливался, хотя тоже понимал, что это все бред какой-то. Эйден рядом, Эйден мог не спать. Но возбуждение было сильнее, чем здравый смысл. Желание быть с Луной было сильнее чего угодно.
Она тихо застонала, опустившись вниз. Сама начала задавать темп. Быстрее, быстрее, громче и сильнее. Чтобы кровать скрипела и Эйден точно проснулся. Чтобы он навсегда понял, что она принадлежала другому.
Эйден, пытавшийся до этого уснуть, смотрел в потолок. Все вокруг кружилось и плыло в безумном танце. Он уже погружался в сон, пока не услышал странные звуки. Его мозг сразу все понял, даже несмотря на количество выпитого алкоголя. Но он хотел отрицать. Нет, нет, нет.
Эйден бы с радостью набил морду Тео, но просто слушал скрип кровати и ее тихие стоны. Тот звук, который она никогда не издавала с ним. Луна не была такой, нет, это не она за той дверью.
Значит, они уже спали с друг другом. Он уже забрал ее у него, а Эйден и не заметил. Упустил момент. Он закрыл глаза. Взял маленькую подушечку и перевернувшись на бок, заслонил ею ухо.
Эйден был больше не в силах слушать это и принимать новую реальность.
* * *
Рабочая база спасательной службы располагалась недалеко от побережья, между скалами и дорогой. Низкое здание из светлого бетона и стекла, с огромными воротами для техники и вертолетной площадкой позади. Внутри всегда пахло кофе, морской солью и чем-то металлическим — формой, тросами, снаряжением.
В главном помещении было людно: там стоял длинный стол с потертыми краями, шкафчики с именами, доска с расписанием смен, карты острова с отметками опасных зон. В углу — старый диван, переживший слишком многое, как и все люди в этом здании.
Леон сидел за столом, разбирая снаряжение после смены. На нем была привычная форма — синяя футболка с эмблемой, штаны с карманами, в которых постоянно что-то лежало нужное, его волосы еще были влажными после душа. Лицо усталое, но спокойное. Несмотря на недавнюю смерть.
Он глянул на Кармен, которая перебирала лекарство, записывая что-то в огромный блокнот. Их спокойствие прервал звук открывающейся двери и в помещении появилась хрупкая девушка в коротком платье с огромной коробкой в руках, перевязанной красной лентой.
Мирея неловко смотрела на людей, очень волновалась. Леон сразу же встал.
— Эм... здравствуйте, — сказала она. — Думаю, вы меня помните. Я пришла сказать вам всем спасибо за мое спасение и не просто словами.
Она сделала несколько шагов вперед. Леон направился к ней.
— Мирея, что ты тут делаешь? — спросил осторожно он, не веря в то, что она пришла к нему на работу.
— Просто испекла для вас торт.
Она поставила его на стол, Леон следил за ее руками. Открыла коробку, показывая любопытным взглядам немного неравный торт, измазанный кремом.
— Надеюсь, никого не отравлю.
Кто-то из команды присвистнул. Кармен ласково улыбнулась девушке.
— Тебе не стоит, мы рады, что ты жива, — сказала парамедик.
— Да брось, вкусная еда никогда не будет лишней. Вот за это я люблю свою работу, — сказал их пилот.
Все начали спорить кому какой кусок достанется. Леон, наблюдавший за этим, подхватил Мирею под руку, уводя в другую часть помещения.
Она смотрела ему в глаза. Гордо подняв голову, потому что выполнила свое желание и поблагодарила всех. Не только Леона.
— Обычно мы не пускаем посторонних в базу, — сказал Леон и сложил руки в карманы.
— А я уже не посторонняя?
— Судя по всему ты станешь любимицей и тебе придется печь торты на каждую смену.
Мирея улыбнулась.
— Я не против делать это иногда. У вас такая ответственная... благородная работа.
— Романтичная, правда?
Мирея рассмеялась.
— Очень, особенно когда ты рискуешь собой, отважно прыгая в океан.
— Надо же спасать особенных людей.
Он смотрел на нее так пронзительно. Очень ласково, заглядывая глубже, чем просто в глаза. У нее внутри что-то екнуло. Что-то, что означало — нет пути назад. Что время пришло.
Только вот вокруг было полно свидетелей, которые глазели, что-то обсуждали, ели. Мирея засмущалась.
— Хочешь, я покажу тебе базу? — спросил Леон, понимая, как Мирее неловко.
Она кивнула. Первым делом они зашли в помещение со шкафчиками. Металлические, потертые, с наклейками, именами.
— Здесь мы храним личную экипировку, — объяснил Леон. — Форму, каски, личные вещи.
Он открыл свой шкафчик. Внутри все было разложено педантично: перчатки, страховочная система, карабины, шлем с царапинами.
Мирея медленно протянула руку, но остановилась.
— Можно?
— Да, конечно.
Она взяла шлем. Он оказался тяжелее, чем выглядел.
— Воу… — выдохнула она. — Я думала, он легче.
— Это карбон и кевлар. Защита от ударов, падений, обломков. Если что-то прилетит с Тейде или со скалы — у тебя есть шанс на спасение.
— «Есть шанс» звучит… не очень успокаивающе.
— В нашей работе это уже огромный оптимизм.
Он показал ей страховочную систему — ремни, петли, металлические элементы.
— Это для вертикальных спасений. Обрывы, лавовые склоны, овраги.
— Ты висишь на этом?
— Иногда даже часами.
Мирея медленно покачала головой.
— Я бы умерла от паники.
— Сначала я тоже так думал, но потом привык.
Они прошли дальше в техническое помещение. Там на стенах висели веревки разной толщины и цвета, аккуратно смотанные.
— Статические и динамические, — сказал Леон, заметив ее заинтересованный взгляд. — Эти почти не тянутся — для спуска и подъема. Эти — амортизируют рывки.
— Ты сейчас звучишь как задрот.
— Было бы странно, если нет, спасатель обязан это знать.
Он повел ее дальше, выводя на улицу.
— А это он — наша гордость.
Вертолет впечатлял. Мирея подошла к нему и коснулась рукой холодного металла.
— Мы работаем втроем — пилот, спасатель и парамедик. Иногда висим над океаном. Иногда над кратером.
— И ты... спасатель в этом трио. Тот кто всегда бросается в гущу событий.
— Кармен тоже рискует не меньше меня. Она та еще любительница адреналина.
— Ты боишься? — спросила осторожно Мирея.
Леон задумался, посмотрел на пустующее место пилота.
— Да, каждый раз. Если ты не боишься, можешь расслабиться и сделать что-то не так.
Она украдкой коснулась его руки. Их никто не видел, поэтому Мирея стояла немного ближе.
— Ты никогда не бываешь расслаблен, — сказала она.
Его рука взяла ее. Он переплел пальцы, смотря на улыбку девушки.
— Спасибо за экскурсию.
— Если хочешь, приходи. Тебе не обязательно нужен повод в виде торта.
Мирея кивнула.
— Если что, я сделала два. Второй лично для тебя дома, потому что я понимала, что тебе может попросту не достаться.
Они оба рассмеялись.