Мальчик, который не читал сказок [L.S.]

  Когда ты каждый день живешь с осознанием того, что не можешь ничего изменить. Когда просто устал от всего, что творится за пределами твоей комнаты. Когда настолько хочешь тишины, спокойствия и уединения, что в теле ломает. Именно тогда к тебе заваливается с утра целая свора твоих же сестёр и начинает бить подушками, заставляя отойти ото сна за секунду. А этот шум, крик и гам просто очередной раз сбивает с толку. Голова с утра начинает болеть. Чувствуешь себя разбитым и жутко усталым. Вот в такие дни я ненавижу всех и вся.

- Тебе омлет с беконом или без? - заботливо припевает мама, стоя у плиты с самого гребанного утра. И как она ещё находит силы улыбаться?

- Мне его вообще не надо. Я не хочу есть, - тяжело вздыхаю, хватая со стола яблоко. Мне этого хватит.

- Ты что, на диете? - хихикает, наблюдая за моими действиями. Надкусываю яблоко и медленно прожевываю этот кусок.

- Ага, «Утро» называется, - закатываю глаза, выкидываю яблоко в мусор и выхожу из дома, хлопая дверью.

Решаю не брать машину, а прогуляться до школы. Тем более идти всего ничего - километра два. Ладно, я преувеличиваю. Пройти дома четыре и свернуть налево, а там ещё метров двести. В общем, есть время, чтобы подумать. Я встречу сегодня Гарри. После того, что вчера произошло. Я понимаю, тут нифига великого не было, но на душе все равно что-то неспокойно. Он сказал, что не может без меня жить, а я, мало того, ответил тем же, так ещё и потом почитал ему сказку. Про рыжего Эттина, мать вашу. Где здравый смысл? А затем я понял, что вообще не хочу продолжать нашу дружбу, пока не разберусь в себе. Вот в этом и весь подвох: я не смогу этого сделать. Я сам не знаю, что чувствую. Я не знаю, что происходит и что будет. Гарри ведь явно сказал эти слова не зря. Они что-то да значили. И намного больше, чем я представляю. А что я, собственно, представляю? Слишком мало, чтобы понять его. Вот почему мне нужно время. Я должен избавиться от его общества хотя бы на неделю. Уверен, что мне хватит времени на то, чтобы разобраться во всем этом дерьме. Я и Гарри слишком много делали неправильных вещей. Я не хочу, чтобы наша «дружба» снова закончилась ссорой или болью. Почему-то каждый чертов раз мы с ним заканчиваем тем, что делаем непонятные нам обоим вещи. И все было бы круто, не будь мы одного пола...

- Томмо, ты чего так поздно? - и почему каждый раз они здороваются со мной, начиная с моего прозвища? Странная закономерность.

- Хэй, - уныло протягиваю, заваливаясь рядом с ними на ступеньки.

- Ты чего такой? - Найл.

- Походу та француженка не дала, - ржёт Джей.

- Иди в задницу. Настроении плохое, - вытаскиваю из заднего кармана джинс пачку сигарет, достаю одну, прошу у Эда зажигалку жестом, закуриваю. Глубоко затягиваюсь и выдыхаю из легких дым.

- Все так дерьмово? - парни уже завели другую тему для разговора, так что не особо обращали на меня внимание, но Эд наблюдал за мной. Он всегда так делал.

- Да, жутко. Я запутался, - зарываюсь руками в волосы и опускаю голову на подтянутые в груди колени.

- Расскажешь? - он забирает у меня сигарету, делает затяжку и возвращает.

- Только не сейчас. Просто не в состоянии.

- Ладно. Ты же знаешь, я умею ждать, - слегка хлопает меня по спине.

    Я киваю, скорее для себя, чем для него, и снова погружаюсь в свои мысли. Это все жутко на меня давит. Да ещё и сейчас Гарри придёт. Он в любом случае подойдёт к нашей компании и начнёт говорить. Я уже боюсь того, что он скажет. Так чертовски не хочется снова отвергать его.

- Привет, парни! - вспомни черта.

- Как жизнь, Гарри? - к нему тут же на всех дыбах подлетает Найл, одаривая веселой улыбкой.

- Отлично, - Гарри лучезарно улыбается. - Луи, можно тебя?

   Медленно поднимаю на него глаза. Секунду назад он был в хорошем настроении, его глаза светились, а теперь он растерян и явно беспокоится за моё состояние. Вот, что я делаю с ним. Неужели я такой монстр?

- Нет. Я с друзьями, не видишь? - слова слетают с моего языка быстрее, чем я могу себе представить.

- Оу, что ж, ладно,  - он смутился. - Я тогда пойду. Позже увидимся, да?

   Я сдержанно ему киваю и снова зарываюсь лицом в ладони. Черт. Как это на меня похоже. Рыжий друг словно читает мои мысли, успокаивающе кладя руку на плечи и слегка приобнимая. Он не знает, что творится, но все равно пытается меня поддержать. За что мне такое счастье?

  А когда уроки начинаются, все становится только хуже. Я сильнее погружаюсь в себя и не замечаю того, что происходит вокруг. Мне гораздо важнее разобраться в том, что сделал. Почему все и всегда происходит наоборот? Я не хотел ему отказывать, но в итоге не только отказал, а ещё и нагрубил.

Я сегодня как та девчонка из сериала про «неудавшуюся жизнь» — постоянно ною. Но черт... Я в таком дерьме.

В обед ко мне подходит та самая француженка. Как там ее звали? Я слишком занят, чтобы помнить её имя.

- Так что насчёт вечера? - кажется, она спрашивает не в первый раз.

- А? Ах да, я свободен.

- Я спрашивала насчёт вечеринки у Валери, но и так сойдёт, - она улыбнулась так, словно смирилась с тем, что я мудак.

- Я не пойду туда.

- А что так? - о нет, она села рядом со мной. Значит, это надолго.

- Не хожу на подобные вечеринки. Мы с парнями любим хорошо расслабляться, если ты правильно меня понимаешь, - закуриваю, пытаясь выглядеть более или менее нормально.

- Оу, что-то вроде хороших девушек, выпивки и прочего? - она смутилась.

- Нет, - почему это так смешно? - Мы собираемся у Эда или у меня дома и рубимся в приставку, или смотрим какой-нибудь фильм, если уж совсем все надоело.

- Вы странные ребята. Выглядите так, словно вот-вот вышли из фильма о подростках и сейчас пойдёте по тусовкам, - она засмеялась. И, скажу я вам, у неё смех приятнее, чем у Элеанор. - Я и не думала, что вы можете так уютно проводить время. Можно и мы с девочками придём? Здесь у нас пока нет хороших друзей, а вас мы знаем, так или иначе.

- Да, хорошо. Думаю, Зейн позвонит тебе, чтобы сообщить адрес. Я передам ему, - и чего я такой добрый? Мы никогда не приглашали девушек! Это всегда были чисто мужские посиделки с банками газировки и пиццей повсюду.

- Спасибо, Луи! - она прижимает меня к себе, обвивая мою шею руками, и смачно целует в щеку.

- Ладно-ладно, только больше не делай так, идёт? - ворчу.

- По рукам!

Дальше мы с ней просто сидели и угарали над всякой фигней, как полоумные. Я впервые понял, что она может быть веселой, хоть и со своим дурацким акцентом. Я даже вспомнил её имя — Диана. Сегодня почему-то именно она, а ни кто-то другой, заставила меня смеяться.

После школы мне снова пришлось столкнуться с Гарри. Он ждал меня, сколько бы я не медлил, разговаривая с учителем, медленно плетясь по коридору или просто стоя около выхода и притворяясь, что чем-то занят. Он все равно стоял и ждал меня, чтобы спросить о планах на вечер.

- Я занят, - пытаюсь быть безэмоциональным.

- Ты весь день сегодня занят! Можешь мне уделить хотя бы пару минут? - он ещё не злился, но уже был на грани.

- Ладно. Чего тебе? - поворачиваюсь к нему лицом.

- Я хотел спросить о том, что ты делаешь около семи?

- Уже есть планы. Не могу, - снова отворачиваюсь, чтобы уйти. Гарри нагоняет меня. Черт, он может просто сдаться и умотать отсюда?

- Неужели настолько занят?

- Да, настолько.

- И чем же, если не секрет?

- Буду совершенствовать социум.

- Каким образом?

- Слушай, какая разница?

- Для меня большая. Я хочу провести с тобой время, а ты меня шугаешься. Я сделал что-то не так? Или это из-за тех слов, что я вчера сказал? В таком случае, прошу прощения, потому что я не знал, что они произведут такой эффект и...

- Хватит. Я не хочу сейчас проводить с тобой время, ладно? Мне нужно побыть одному какое-то время, - поправляю рюкзак на плече, не смотря ему в глаза.

- Одному? - его это сбило с толку.

- Да.

- Что ж...ладно, хорошо, - он больше ничего не говорит, а только разворачивается и уходит. Тяжело вздыхаю. А кто сказал, что это будет легко?

Вечером все проходит так, как и было задумано. Мы собрались с ребятами у меня дома. Зейн пригласил девочек, которые пришли не все - не было только той ботанки. Мы завалились на огромный диван, заняли кресла и вообще заполонили всю гостиную. Мои сестры тоже сновали туда сюда, видя новые лица. Они будто чувствовали свежую кровь, и им не терпелось высосать ее из француженок. Однако те были вовсе не против повозиться с ними: кто-то заплетал косы, кто-то разговаривал на пустяковые темы, а кто-то играл в куклы. В общем-то, было не так уж и плохо. Нас с парнями даже не тревожили. Мы просто играли в приставку, а позже включили какой-то неинтересный фильм ещё с 90-х годов. Потом Лотти приспичило забрать с собой сестёр в комнату, где позже они начали не на шутку буянить, и нам представился целый час спокойствия, но не тишины.

Также парни будто разделили девушек поровну: Эду досталась та рыженькая (черт, они действительно жутко похожи), Зейн отхапал себе темненькую, Дилан преуспел за «мамочкой» этих девушек, Найл наслаждался обществом грудастой, а Лиам решил приударить за длинноногой с прекрасным задом. Мне, конечно же, досталась Диана. Нет, не то чтобы я хотел с ней переспать, или они хотели меня с ней свести. Просто это определилось как-то само, потому что мы общались больше друг с другом.

Я вышел на улицу, пытаясь быть незамеченным, чтобы покурить, когда Диана разговаривала со своими подругами. Мне всегда нравилось курить именно на крыльце дома. Мама до сих пор не знает о моей пагубной привычке, так что мне это удаётся не так-то и часто, как хотелось бы. Сажусь на ступеньки и подкуриваю сигарету. Вдыхаю в себя едкий дым. Так легче справляться со всем этим кошмаром. Никотин расслабляет и даёт чуточку эйфории, позволяя тебе хоть ненадолго уйти от всего. Рядом кто-то садится. Неужели я такой палевный?

- Вот мы снова и встретились на крыльце, - смеётся она.

- Да, это уже как традиция.

- Так ты расскажешь мне, почему ты грустишь? Может из-за сплетни Элеанор? Так знай, ей никто не верит.

- Нет-нет. Просто... все сложно, - тяжело вздыхаю.

- Ладно. Но ты же не гей, да? - она хихикает.

- Нет, не гей, - улыбаюсь. - А почему это тебе так интересно?

- Не знаю. Может потому, что ты мне нравишься? - ее тон был насмешливый и несерьезный, но говорила она полную правду. Так бывает, когда люди не могут сказать напрямую.

- Нравлюсь? За что? - я сначала даже удивился. Только потом вспомнил, какое у меня прекрасное тело.

- За все, - она наклоняется ближе. Я чувствую запах её духов, который настолько сладкий, что аж противно. Она опирается рукой о крыльцо и нависает надо мной, прижимаясь своими губами к моим. От такой резкости я замираю. Черт, что она делает? Я и подумать не мог, что она это сделает. Да и зачем вообще? Ладно, она красивая, даже очень. И в обычное время я бы повалил её на это крыльцо и хорошо бы оттрахал, но вся проблема в том, что я не могу этого сделать теперь. Элеанор дала мне огромный повод для размышления. Что если я действительно такой? Фу, даже думать об этом противно. Но что если это так? Вдруг то, что мы делали с Гарри действительно правильно в каком-то смысле? Ведь я не чувствовал, что это плохо, когда мы совершали что-то подобное. Мне кажется, я даже никогда не испытывал такого оргазма, как в тот единственный раз. Тогда что же я здесь делаю? Не нужно ли мне идти к Гарри сейчас? Черт, неужели я только что признал, что я - гей?

Всем привет!) Как у вас дела? Надеюсь, в этот раз сердечного приступа ни у кого не было. Как вам поведение Луи? Что скажете насчёт его признания? Неожиданно? Или слишком ожидаемо? Как думаете, что будет дальше?