6
Лиса
Май всё-таки наступил – не календарный, а самый настоящий, тёплый и солнечный. Вместе с пришедшей наконец весной я тоже начала оттаивать. Вчера я помыла окно, и жизнь как будто стала ярче.
– Да, – сказала я заводчице, с которой договорилась встретиться сегодня, чтобы познакомиться с щенками. – Я буду около двух. Вас устроит?
– Я дома, – ответила она. – Будем ждать вас. Марго и Мая очень хотят познакомиться.
– Я тоже, – ответила, всё ещё боясь, что делаешь большую глупость.
Решение завести корги пришло ранним утром после бессонной ночи. Несколько дней я безвылазно просидела дома и, что самое ужасное, заставила себя выйти - то не было сил.
И тут ранним утром я увидела во дворе девушку с коротколапой собакой. Девушка кидала ей мячик, а она принесла его…
В дверь челюсти.
– Извините, – сказала я заводчице. – Мне надо идти. Я буду с вами.
В гостях я никого не ждала. Разве что отец мог приехать. Сама я ничего не говорила о разводе, но рано или поздно он должен был это узнать – не от меня, так от отца Артура.
Только за дверью Оказалось не отец – это был Чон.
Внаглую он вошёл в квартиру. На нем был один из его пиджаков – превосходно, как обычно. И сам Чонгук был превосходен, даже злость взяла! Я в домашней футболке, лохматая, осунувшаяся, а он… Как с картинками!
Ничего не объясниля, он пришел в кухню.
– Я, вообще-то, полы мыла! – бросила я ему вслед. – Может, ты разуешься хотя бы?
Чон вернулся и снял начищенные ботинки.
– Извини, не обращай внимания.
– Ты зачем пришёл?
– Забыл кое-что.
– Что бы ты не забыл, этого тут нет, – сказал я жёстко.
– Нет?
– Нет, – подтвердила я. – Я выкинула весь мусор. Как понял, ты забрал всё, что тебе было нужно. Надо было получить, если собирался взять ещё что-то.
На его скулах победили желваки.
– Лис…
– Я не хочу с тобой поговорить, Чонгук. Не о чем. Посмотри, может, что-то и осталось. Я не знаю. Только на час мне нужно уйти, так что, будь добр, в двенадцать к тебе тут не было.
Он внимательно посмотрел на меня.
– Даже так?
– А как ты хотел? Думал, мы с друзьями остаемся и будем друг к другу ходить пить чай?
Мне показалось, что он именно так и думал. Находиться с ним стало всё тяжелее и тяжелее. Запах его одеколона можно было уловить, подойдя совсем близко, и я почувствовала его с большого расстояния. Накопленное за месяц спокойствие таило, как пломбир на сорокоградусной жаре.
– Ты хорошо выглядишь, – сказал он.
– Враньё. Но спасибо.
Повисло молчание.
– У меня есть дела, Чон – сказал я через минуту. – Если тебе что-то понадобится, я пойду спать. Но надеюсь, что ты справишься без меня.
– Подожди, Лиса, – остановил он меня, когда я уже хотел уйти.
Я медленно вернулся.
– Я ошибся.
– Ошибся?
– Да. Всё… Я думал, что не люблю тебя, а…
– Подожди-подожди, – оборвала его я. – Ты что, пришёл… – выдохнула с усмешкой. – Ты пришёл ко мне, как домой?!
Недоверие превратилось в ярость. Тур молчал, и я понял, что попал в точку. Негодование захлестнуло с головой.
Он смотрел виновато и чего-то ждал. Наверное, я на шею ему брошусь! Дура, какой я был ещё месяц назад, так бы и сделала. Только он всадил мне отличную прививку от глупости.
– По-твоему, я обрадоваться должна? – гневно сообщила я. – Завизать от восторга?! Ты реально думаешь, что после всего… – он сделал ко мне шаг, я отступила и выставила перед собой руку. – Не приближайся ко мне, Чон. И не прикасайся ко мне. Не нужно, так не нужно. Я не кукла, чтобы пинать меня туда-сюда.
– Я многого не различал. Наверное, я был тогда не готов…
– Мне это не интересно, – перебила снова. – И причина не интересна, и оправдания твои. Этот месяц был для меня домом, Чон. Но ад кончился. Я любила тебя больше жизни.
– Любила? Это что, так быстро проходит?
– Не быстро. Но я справлюсь. Всё лучше, чем снова ждать, когда ты воткнёшь мне нож в спину. Ищи другого дуру, а с меня хватит.
Я вернулся и быстро пошел в спальню. Чон нагнал меня в прихожей, поймал и заставил повернуться.
– Я буду ждать тебя в «Белом лебеде», – сказал он. – Каждый день с двенадцати до часа.
– Я не приду, – сказал твёрдо.
– Я всё равно буду ждать.
– Делай что хочешь, – ответила я и высвободила руку. – Только чтобы сегодня к двенадцати тебя тут не было.