10.
— Предупреждать надо, что тебе верить нельзя, — рычит Чонгук, отъезжая от пятой по счету кафешки.
— Все мы не без греха.
— Но не настолько же.
— Чон, недолго тебе осталось, — пытаюсь успокоить парня, но моя довольная улыбка не помогает мне в этом, — Скоро найдем пропажу, и ты свободен.
Наверное.
Без понятия, где тусуется ДженЮ, но если ведьмы все спланировали, то я уверена, сестра где-то близко.
— Ты хотя бы представляешь, сколько кафе и клубов в нашем городе? Их даже посчитать сложно. А сколько подпольных баров? Жизни не хватит, чтобы все обойти. На фиг я этим занимаюсь?
— Тебя мама попросила, — парень жмет на тормоз и разворачивается ко мне. У-у-у, кажись, не в маме дело.
— И я отправил ее вместе с просьбой к...
Ой, а со мной поехал.
Как мило.
— Стоило и меня отправить.
— Вот как раз...
— Сейчас уже поздно, — перебиваю его и в сотый раз открываю страницу инстаграма сестры, — Раньше надо было думать.
В соцсетях тишина.
И это странно, потому что ДженЮ фоткает себя даже тогда, когда чистит зубы. А уж по активности в сторис ей позавидует сам Бибер.
— Я запомню, — следует лаконичный ответ, — Куда сейчас?
— Не знаю.
— То есть ты понятия не имеешь, куда могла пойти твоя сестра, и мы будем всю ночь гонять по городу?
— Обычно я быстро ее нахожу. Но... , — стоп! А почему, собственно, мы должны ее искать? Есть же Пак. Пусть он и ищет свою красавицу. Тем более он мой должник, — Сейчас этим займется другой человек.
— Кто? — резко переспрашивает Чонгук, но я не объясняю, а уже набираю номер.
Чимин отвечает после второго гудка:
— Лиса, прости, что сбежал. Я...
— Ты меня кинул в клетку с тиграми и свалил. Кто так делает, Пак?
— Ну, ты же знаешь, как ко мне относится твоя мачеха. Да она бы от меня мокрого места не оставила. А ДженЮ...
— Пропала твоя ДженЮ.
— В смысле?
— Пак, давай без удивлений, — в любой другой момент я бы с удовольствием поиздевалась над парнем в галстуке. Но сейчас, когда меня сбоку буравили взглядом, перешла сразу к делу, — Ты подписан на всех ее подруг. Вычисли, где они зависают, и скинь мне адрес.
— На Двинской, — тут же отвечает он, — В «Фортеле». Десять минут назад вели прямой эфир. Лис, слушай...
— Потом, Чим, все потом. На Двинскую, — говорю Чонгуку, заканчивая разговор.
Ой, а мне сегодня везет. Если это все можно назвать везением.
* * *
Черт.
Черт.
Черт.
Удача снова повернулась ко мне задницей. В кафе сказали, что компания девчонок покинула их заведение за несколько минут до нашего прихода. Блин. Почему змеи так быстро ползают? Почему ДженЮ не черепаха?
— В клуб? Здесь за углом.
— Так, Чон, не забывай, зачем мы сюда приперлись. Выбрось из головы все мажорские замашки, забудь о клубах, барах и прочих тупостях и вернись к делу. Тем более я никогда не пойду с тобой. Не надейся.
Как я его!
Горжусь!
Молодец, Лалиса.
— Вообще-то я уверен, что твоя сестра там.
Э-э-э.
— Тогда пошли. Чего встал? — хватаю его под руку и вперед толкаю.
— Это клуб Сона.
— И? Тебе туда вход воспрещен, что ли? Не парься, меня пропустят.
— Вот в этом я даже не сомневаюсь.
О чем это он?
Ай, да пофиг.
Мужиков разве поймешь? Все равно что с дятлами разговаривать, честное слово.
Народа возле входа столько, будто это не клуб какого-то Кима, а концертный зал Эминем. Столько разукрашенных мартышек я видела только в фильме ужасов, в массовке зомбаков. Хотела по привычке поныть о тягостях жизни, но вовремя вспомнила, что в этот раз не одна блуждаю по городу. Взяла себя в руки и вперед двинулась, как обычно обходя всю очередь.
— Эй, куда они прутся?
— В очередь становитесь.
— Это же Чон!
— Чонгук!
— Да ты знаменитость, — уровень сарказма зашкаливает, когда нас пропускают.
— Кто бы говорил, — о чем он, черт возьми?
Только я могу говорить загадками. Бесит, когда так делают другие.
Собираюсь сказать ему об этом, но в следующую секунду народ как с цепи срывается и всем стадом двигает в сторону площадки. То есть на нас. Неудивительно, что меня просто снесли в сторону и я потеряла из виду Чона.
— Потанцуем?
— Отвали.
— Эй, красотка, присоединяйся, — игнорю придурков и двигаюсь к тому месту, откуда меня только что дернули. Когда я все-таки дохожу до него, то Чонгука там уже нет.
Свалил? Вот же гаденыш.
Хотя на него не похоже. Это все равно что священника в церковь привести. Разве он уйдет из своего места? Чону ведь по душе громкая музыка и танцующие девчонки. Да на его лице именно это и написано: «Гуляю до пяти утра. Сплю до вечера».
Где он?
Ой, мне же сестру найти надо.
Все-таки ДженЮ не иголка, а клуб не стог сена. Найти – реально. Нужно только постараться.
— Девушка, а давайте познакомимся, — меня хватают за руку и буквально тянут на себя, — Такая красивая – и одна. Мама не боится выпускать из дома такую принцессу?
Он выше меня ростом. Толще в два раза. И у него татуха на лице.
Последнее означает, что он псих.
Какой нормальный человек будет на своем лице молнию набивать? Если только он не фанат Гарри Поттера. Но в этом я сомневаюсь, потому что, судя по его внешности, похож он на Петтигрю и точно на стороне чувака без носа.
— Заказывай все что угодно. Я оплачу, — вот именно в похожие моменты я отчетливо понимаю, почему не люблю такие места. Здесь дико тесно, воняет не пойми чем, а еще впускают всяких уродов.
— Обойдусь.
— Куда собралась? Мы еще не познакомились.
И тут я испугалась.
По-настоящему.
В конце концов, я девушка. Это нормально, когда нас пугают своим видом такие шкафы. Да, если я орать начну, меня ж никто и не услышит.
Ой, чей это клуб?
— Еще раз до меня дотронешься, — как же тяжело угрожать, когда голос дрожит. Но я старалась, — Я позвоню Сона, и от тебя избавятся раньше, чем ты успеешь ойкнуть.
— Кому? Да хоть президенту. Девочка, да ты знаешь, кто я...
— Мне расскажи. Хотя нет. Плевать, кто ты, — секунда, и я уже стою за спиной Чонгука и он крепко держит мою руку, — Свалил отсюда. Бегом!
— А если нет? Что ты мне сделаешь, Рэмбо комнатный? — со смехом в голосе говорит Петтигрю, расправляя плечи, — Хви! Ты слышал? Мне тут угрожают.
«Чувак, тебе не угрожают. Тебе в открытую сказали, что оторвут нос и сломают коленную чашечку, если не исчезнешь. Непонятливый, что ли?» — хотя чего можно ожидать от парня с молнией на голове?
Зато мой-то. Как я его дятлом могла называть? Ну, орел же. Самый настоящий орел. Подлетел, собой прикрыл, клюв выставил. Еще слово, и заклюет тут всех.
— Тебе приказывают. Разницу чувствуешь?
Ну, я ж говорю.
Заклюет.
— О, да у нас тут самоубийца. Сдохнуть хочешь? С радостью организую быструю кончину.
— Силенок хватит?
«Ненавижу Гаргамеля.
Ненавижу Гаргамеля.
Почему я, а не смурфики?» — пока проклинала все на свете, периодически вспоминая лицо мачехи, чтобы проклятия пожестче выходили, к скрипучему шкафу подбежали собратья и схватили его за руки.
— Лу, какого черта? — о, а вот и смурфы пожаловали.
— Это Чонгук, ты куда лезешь?
— Да мне плевать, кто это. Одной левой ушатаю, забудет, как мать выглядит. Иди сюда.
— Чон! Это Чон, придурок, — поясняет шкет в кепке и поворачивается к нам, — Сорян. Проблем нет. Дружбан перебрал. Мы его выведем.
И что это было?
Чонгук ржет, а человечки и правда хватают под руки своего огромного дружка и, расталкивая остальной народ, тащат его к выходу. На меня вся эта ситуация как-то странно действует. Хочется запрыгнуть на Чона со словами: «Парень, да ты крут. Иди, расцелую. Заслужил». Но вместо этого скрещиваю руки на груди и, натягивая на лицо маску кирпича, говорю:
— Я бы и сама с ним справилась.
— Знаю.
— Мог не помогать.
— Мог, но мне стало скучно, — повторяет он с ухмылкой на лице.
— И от скуки ты решил нарваться на двухметрового бугая?
— Ну, надо же как-то развлекаться. Все способы хороши.
Алё, где логика?
Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга, и за это короткое время я понимаю – за меня никогда не заступались. Конечно, может, не успевали, потому что я не позволяю кому-то себя обижать, но...
Сейчас за меня заступились.
Впервые. И сложно понять, что я чувствую в этот момент.
— Твоя сестра, кажется, в конце зала, — Чон близко. Он очень близко, — Но мы всегда можем свалить отсюда без нее.
Судя по его серьезному виду, свалить он и правда не прочь. Да я сама с удовольствием вышла бы через стену, проломив ее лбом, только вот не получится.
В любом случае нужно найти ДженЮ и доставить ее домой. Рыжая ведьма заживо сварит меня в котле, если я брошу ее дочурку.
Идем не разговаривая, но, когда меня случайно толкает плечом деваха, возомнившая себя танцовщицей, Чонгук ловко подхватывает мою тушку, прижимая к себе.
Он сегодня решил стать героем? Покруче Эванса?
Черт. Да у него это прекрасно получается.
— Спасибо. Не прекратишь меня лапать, заберу благодарность обратно.
— Это не я, — думаете, отпустил? Не-а. Еще сильнее прижал.
— Хочешь сказать, не твоя рука сейчас лежит на моей заднице? — спокойно спрашиваю у него, и не думая пищать от возмущения.
— Моя, — качает он головой, — Но я не при делах. Она сама. Давно уже перестала меня слушаться.
— Покажись врачу. Может... — боковым зрением я вижу знакомый силуэт и резко хватаю его за руку, отлипая от Чонгука, — Стоять! Где она?
Подруга сестры. Не помню, как ее зовут, но точно знаю, что несколько раз видела ее у себя дома. А я всегда запоминаю лица людей, которые меня раздражают.
Эта вообще бесит. Особенно сейчас.
— Т-ты? Как ты нас нашла?
— У Ю датчик слежения в заднице встроен. Всегда на виду, — жесть, но она смотрит так, будто поверила, — Показывай.
— Ее здесь нет. Я одна. С братом пришла, — говорит, а сама в телефоне копаться начинает, — Эй, отдай.
Верчу мобилкой перед ее носом.
— Что важнее: подруга или телефон? Ой, да он еще и разблокированный. Что тут у тебя?
— Стой! Не читай. Я покажу, — вообще-то я и не собиралась ничего читать. Сама бы убила любого, кто посмел бы залезть в мою галерею. Но разве девчонке нужно об этом знать?
Собираюсь идти за ней, но меня удерживают за руку.
— Иди, а я пока... — нервно проводит по волосам, смотря куда-то в сторону, — В общем, если будет кто-то клеиться, просто запоминай их лица. Не отвечай им, а запоминай морды. Поняла? Я догоню.
Куда он собрался?
Да по фиг. Своих проблем хватает.