8.
— Пак, вот, какого черта ты прервал мое свидание и притащил в этот парк, где от пекла даже спрятаться негде?
Серьезно. Какой придурок назвал эту площадку парком, если здесь всего пять скамеек и два дерева?
Я бы назвала проще – сковорода дьявола.
— Разговор с кондиционером – это не свидание, — Пак поправляет галстук и достает на свет божий карманный вентилятор на батарейках. Штука раритетная, а в сочетании с пиджаком и галстуком выглядит еще смешнее. Этакий охранник круглосуточного магазинчика, который на самом деле бизнесмен, но от скуки решил с рацией по магазину погонять и для солидности прихватил с собой дорогущую реликвию.
— Ничего ты не понимаешь, Пак Чимин, — закатываю глаза и вспоминаю, как еще час назад кайфовала в прохладе, лежа на диване, и признавалась в любви человеку, который изобрел кондиционер, — Тебе галстук мешает думать, сними его. Реально солнечный удар двинет в темечко и я друга потеряю. Не будь таким эгоистом. Послушай умную тетю и разденься.
— Умная тетя пришла в парк на каблуках.
Во что нога влезла, в том и побежала.
Я ж не виновата, что оставила свою обувь на улице и местный кот спутал ее с туалетом? Топать в магазин было лень, поэтому я и позаимствовала туфли у старшей сестры. Тем более Пак что-то кричал в трубку о секундах и смерти. Времени на сборы не было.
— И что?
— Это не разумно. Я же сказал, что мы идем в парк. Как ты на них ходить будешь?
— Какой ходить? Пошли кафе искать. Иначе Лиска сейчас испарится. Ой, и убери с лица выражение: «Манобан, ты ленивая задница». Не поможет. Я все равно здесь не останусь, — парень внимательно смотрит на меня, а потом кивает, — Отдай вентилятор, — отбираю у него фигню на батарейках, — Раз притащил меня сюда, значит, чем-то жертвуй.
— А ничего, что я чуть от топора не умер, помогая тебе?
— Ну, не умер же. Кстати, спасибо. Благодаря тебе я четвертый день не появляюсь дома. Говорят, Гаргамель первую ночь около двери дежурила. Ждала.
— А ДженЮ?
«А твоя Ю тусила с Чонгуком», — хочу сказать, но молчу. Не мое это дело.
— С ней, наверно, была.
—Наверно?
— Так, Пак, не раздражай. Я без понятия, что в этот момент делала змеюка.
— Но вы же сестры.
— Не родные. Если у нас один отец, то это еще ничего не значит. И давай без нравоучений. Говорю же, я четыре дня находилась под одной крышей с Джису. Мне хватило лекций, — я оглядываюсь и вижу на другой стороне улицы кафешку, — Пойдем, а то мне еще домой ехать и проект доделывать. Очень надеюсь, что Гаргамель не посмела тронуть святое.
— Ты и правда думаешь, что она могла что-то сделать с твоими чертежами?
Ну, я бы точно не удивилась.
— СуРа в курсе, как мне важно попасть на стажировку к Чону. Она может пойти на все, чтобы помешать. Представляешь, она тут удумала выдать заму... — вовремя затыкаю себе рот, видя, как со скоростью света расширяются глаза Чимина.
— Кого? ДжинЮ?
Я на секунду зависаю и оцениваю ситуацию.
Задница.
— Теть Джи. Сказала, что не хочет, чтобы незамужняя тетка слонялась по ее дому.
— Да ладно? Офигеть.
Фух.
Прокатило.
Рыжая ведьма настолько чудик, что никто не удивится, если я скажу, что она решила стать мужиком.
—Твоя мачеха.
— Да. И ты как-то умудрился втрескаться в ее маленькую копию. Чим, серьезно, вокруг столько девчонок, а ты...
— Лиса, твоя мачеха.
— Пак, да, хватит перебивать меня. Я как раз про эту ведьму тебе и говорю. Она...
— Она идет к нам, — чего?
— С какой стороны?
Оглядываться нельзя. Также запрещено бежать. От проблем не убегают, я это с детства усвоила.
— Сзади. Ну, я пошел.
— В смысле? — топаю ногой, удерживая парня, — Пак, ты не можешь меня бросить наедине с ней. Стой, сказала.
— Пару дней назад она меня чуть не убила.
— А если ДженЮ где-то рядом и скоро появится?
— Так она с ней. Но если я останусь, то вряд ли выживу. А мертвый Пак точно не в ее вкусе.
— Чимин!
— Я не оставляю тебя одну. Там твой друг, с которым ты меня до дома подвозила, — с каждым словом голос Пака становился все тише и тише. А звук каблуков за спиной – громче. С ними Чонгук? — Добрый день. До свидания.
Надо будет не забыть Чимина галстуком задушить.
— Лиса, — наигранно вытягивает СуРа. Пак не обманул. Гук точно с ведьмами приперся. В другое время Гаргамель бы так не сюсюкалась. А тут... — Я тебя со спины и не узнала. Чонгук уверял нас, что это ты.
Разворачиваюсь и сразу же натыкаюсь взглядом на этого глазастого.
— Вы чего здесь? — без приветствия спрашиваю я, — За метлами приехали? Или волчья ягода в доме закончилась?
В отличие от мачехи я никогда не лицемерю. Мне все равно, кто стоит рядом. Говорю то, что хочется. Кстати, этому она меня научила. Неосознанно, конечно, но научила.
А еще я снова нарывалась.
Чем быстрее ее разозлю, тем быстрее эта встреча закончится.
— Лалиса шутит, — пунцовая от злости СуРа пытается выкрутиться.
— Не шучу.
— Привет, — о, боги. Кто голос-то подал?
— Если тебя держат здесь силой, начни петь. Я пойму, — под прицелом его взгляда на каблуках стоять становится сложнее.
— Нам обязательно было к ней идти? — ноет ДжинЮ, рассматривая свой маникюр, — Мам, жарко. Пошли уже. Я уверена, у Лисы дела. Я права, сестренка?
Фу, как мерзко это прозвучало.
— Нет. Как раз сейчас я абсолютно свободна. Чонгук, проводишь?
Что?
Неужели подумали, что я исчезну?
Наивные. Я никогда не упущу шанс пощекотать вам нервишки.
А этот чего застыл, будто первый раз видит?
— Провожу, — сверкает глазами, делая шаг вперед и давая мне возможность рассмотреть его вид сзади.
Это ключи в заднем кармане?
Отлично.
Убедившись, что ведьмы не идут за нами, а о чем-то спорят, ускоряюсь и толкаю парня.
— Где ты припарковался?
— Снова попытаешься угнать мою тачку?
— Нет. В этот раз придется похитить тебя. Вперед, пока не передумала. И улыбайся. Не каждый день на тебя такое счастье сваливается.
* * *
— Золушка решила переписать историю? — спрашивает брюнет, выжимая педаль газа до упора, — Не помню, чтобы в сказке принца похищали.
— А кто сказал, что ты принц? — улыбаюсь, понимая, что, даже если Гарри Поттер поделится с мачехой своей метлой, у нее все равно не получится нас догнать.
Слава мерсу. Слава не отечественному автопрому.
— Может, ты вообще не из этой сказки, — добавляю и тут же вжимаюсь в сиденье, потому что гад возомнил себя Шумахером и, наплевав на правила, обгонял всех подряд.
Думает, что я сейчас начну визжать, как истеричка, которая ноготь сломала?
Пф-ф-ф.
Я живу в одном доме с Гаргамелем и видела ее без косметики. Меня очень и очень сложно испугать.
— А из какой? — хм, ему и правда интересно? Дайте подумать...
— Из той, в которой второстепенный герой умирает на первой странице.
— Ты боишься?
Думаете, он сбавил скорость? Он дятел. Дятлы не отступают. Наверно. Я не фанат орнитологии.
— Я в туфлях сестры, — разворачиваюсь к нему всем корпусом и смотрю на переносицу, — Если я заляпаю их своей кровью, она меня оживит и еще раз прикончит. Мне оно надо?
— ДженЮ? Тебя? Не смеши. Разные весовые категории.
— Джису, — зачем-то поясняю ему.
— Так, значит, сестричек трое? Джису, Лалиса и ДженЮ. Дахён, Наен и Соён были заняты?
— Сказал Чонгук.
— Ну, это нормальное имя.
— А Лалиса, получается, не нормальное? Ты именной расист, что ли?
— Что? Кто? Нет, — о, как его бомбануло, — Ладно. Почему Лалиса?
Я на секунду зависаю, пытаясь понять, он серьезно задает этот вопрос или прикалывается?
Кажись, серьезно.
Тяжелый случай.
— Мама любила лис.
— А Джису? Любимый ДЖИн?
— Тебя это не касается. Все элементарно, чле... Чонгук.
Пожалуй, хватит откровений. Не скажу, что мне неприятно разговаривать с этим парнем, не стоит забывать, что он не мой друг и никогда им не будет. Во-первых, потому что он нужен Гаргамелю. Не могу я называть друзьями тех людей, с которыми общается мачеха. А во-вторых, черт, он симпатичный. Залейте ему рот монтажной пеной – и станет просто идеальным. Кто с таким дружить будет?
О чем я?
От жары бредить начала.
Гуки мне не нравится. Точка. Это все адская жара на улице. Она виновата. По крайней мере, сама бы я так не подумала.
— Может, расскажешь, куда ты меня везешь? — спрашиваю у него, замечая, что мы снова сворачиваем на какую-то улицу, — Ой, можешь не говорить. Я знаю. Наверно, на свое личное место, куда ты приезжаешь только один, а меня с собой взял только потому, что почувствовал, будто мы с тобой родственные души. Парни обычно так говорят, чтобы телок склеить?
— Думаешь, мне надо что-то говорить для этого?
Не, он не дятел, он павлин.
Хоть и говорит правду.
Мы живем в такое время, когда парню и разговаривать необязательно, чтобы девчонка на следующее утро проснулась в его кровати. Просто показать ключи от машины и она тут же придумает, что приготовить ему на завтрак.
— Крутая тачка все решает?
— Минут через двадцать после нашего знакомства твоя попа уже сидела в ней, — а, вот это обидно.
— По другой причине, — спорю с ним и только потом замечаю, что мы стоим около жилого комплекса.
— Какая разница? Итог один.
— Огромная. Ты меня не склеил. И не получится склеить, потому что...
— Я не в твоем вкусе, — договаривает он за меня, — Ты повторяешься. Кстати, именно поэтому ты не удалила мое фото из телефона?
Пф-ф-ф.
Блефует. Меня вшивыми семерками не испугаешь.
— Вообще-то удалила. Почти сразу же.
По взгляду понятно – не верит. Совсем не верит. Самоуверенный засранец решил, что я перед сном слюни пускаю, рассматривая его?
Чонгук щурит глаза и смотрит на меня:
— Я бы твое не удалил.
— Верю, — киваю головой, мол, разве кто-то в уме способен на такое? — Почему мы остановились? Только не говори, что ты сейчас предложишь подняться на крышу и с высоты птичьего полета посмотреть на красоты города? Серьезно, это тупо.
— И про крышу ты знаешь?
— Несложно догадаться.
— Третий раз меня видишь и думаешь, что раскусила?
— Ну, вряд ли ты чем-то отличаешься от других парней.
— Это точно, — протягивает он, — Хотя я никогда не выпрыгивал из окна в спальне девчонки в костюме охранника.
А Пак здесь при чем?
Когда собираюсь ответить, мой телефон оживает с веселой песенкой «Я – водяной, я – водяной. Поговорил бы кто со мной. А то мои подружки – пиявки да лягушки!». Эта мелодия стоит только на одном человеке.
Мой рыжий Гаргамель.
Неужели дошло, что я у нее из-под носа зятька увела?
— СуРа, ты куда пропала? — зная мачеху, она не успокоится, пока я не отвечу на ее звонок, — Я тебя возле кафе искала, но так и не смогла найти. Ты будто сквозь землю...
— Быстро возвращайся. Иначе пожалеешь.
Чонгук смотрит на меня, как толстуха на лимонные кексы, благо не облизывается. Так, будто привез в свое логово, собрался наброситься и зажарить на вертеле, но вот злая ведьма помешала и ему приходится терпеливо ждать своего блондинистого ужина.
Так и хочется его по голове погладить и сказать: «Чувак, прости. Я сейчас быстренько от нее отделаюсь и разрешу тебе...»
Эм, что?
Не разрешу.
Я жадная, вообще-то.
Лиска, не тормози. Гаргамель не дремлет, а плавит проклятиями твой айфон.
— Ты меня услышала?
— Хм, СуРа, давай еще раз. Что купить? Кефир или ряженку?
— Ты надо мной издеваешься, дрянь такая? — орет мачеха, — Бегом домой. Пока я не... И не смей... не смей общаться с Чоном. Ты меня поняла?
Чонгук, как такое, черт возьми, возможно, Чон?
Сын того самого Чона?
Шпильку мне в глаз, я жену Чона обзывала рыжей ведьмой.
М-да, права была Джису, когда говорила, что СуРы воспитание до добра меня не доведет.
— Жду тебя.
— СуРа, прости, не получится. Кефир закончился. Бери молоко и жди, пока прокиснет, — на автомате говорю, и до меня наконец-то доходит, почему мачеха решила так скоро выдать замуж любимую дочурку.
У Чона только один ребенок.
Сын.
Бастардов, насколько я знаю, в наличии нет. Захомутать к себе в зятья такого наследника – покруче золотой рыбки или старика с волшебной бородой.
Ну, СуРа, губа у тебя не дура, конечно. И как это я раньше не догадалась заказать на алиэкспрессе губозакаточную машинку? Может, и жилось бы поспокойнее.
— Где вы? Сама приеду, — черт, она еще на линии?
— Где мы? — спрашиваю, но перебиваю парня и не даю ему ответить, — Мы в загсе. СуРа, приезжать не надо. Только романтику нарушишь. Мы из тех парочек, которые за тихое счастье.
Ох, даже представить страшно, что после этого со мной сделает мачеха при встрече. Будет рвать и метать. А еще орать, заливать меня ядовитыми слюнями и грозиться стереть с лица земли.
Классика.
— Какие у вас «милые» отношения с мачехой, — комментирует Чонгук, когда я запихиваю телефон в сумку и еще раз оглядываюсь по сторонам.
— Ага. Любим мы друг над другом подшутить.
— Значит, она шутила, когда говорила, что ты два года в психушке пролежала и от тебя стоит держаться подальше?
— Так и сказала?
— Почти. Лайт-версия из того, что я услышал. На самом деле она рассказала случай, когда ты ее дочь за ухо укусила.
— Эй, мне было шесть.
— И ты возомнила себя Тайсоном?
— Нет. Тогда у меня закончились аргументы.
На самом деле я никого не кусала. ДженЮ хотела отобрать мой пенал с карандашами, но у нее ничего не вышло. Поэтому она заревела и побежала жаловаться матери. Та прискакала, отжала пенал и наврала отцу, что у его дочери много лишних зубов.
— Сейчас с этим проблем нет? — продолжает веселиться дятел, — Не подумай, что я хочу проверить, но мне еще дороги мои уши.
— Не-а. Не парься. Уши будут на месте. Сейчас я предпочитаю сразу откусывать голову, — я выжимаю из себя улыбку и пожимаю плечами, мол, повзрослела, поумнела, аппетиты выросли. Кстати, о последнем, как раз сейчас я голодная.
— Почему я не удивлен? У тебя на лбу так и написано: не подходи, сломаю руку.
— Тогда зачем подходишь?
— Потому что хочу, — произносит Чонгук, сверля меня взглядом, — Еще вопросы будут?
— Да, — спокойно отвечаю ему, — Куда мы приехали?
— Ко мне домой. Увидел красотку, не смог удержаться, поэтому и привез к себе.
— По привычке? Или сейчас начнешь рассказывать о том, что по ламинату в твоей квартире каблуками не стучали?
— У меня паркет.
Пока я пытаюсь придумать достойный ответ, Чонгук отвечает на входящий видеозвонок. Я даже выдыхаю, когда на экране вижу озабоченного с длинными руками, а не горящие огнем глаза своего Гаргамеля.
— Чувак, ты куда пропал? Обещал же подскочить после обеда.
— Не получилось. Давайте без меня.
— Как это без тебя? Ты сам всех собрал, а сейчас сливаешься?
— Ким, я занят. Потом наберу.
— Ты с кем? С ней?
С ней?
Только не говорите, что у Чона есть девушка. Не очень хочется чувствовать себя стервой, которая целует чужих парней.
— Ким, тебе заняться нечем, что ли? – Чонгук устало проводит рукой по волосам, переводя взгляд на меня, — Почитай букварь. Много интересного для себя найдешь.
— Чувак, у тебя шутки уровня первого класса, — не остается в долгу озабоченный, — Если ты с телкой, то лучше молчи и не позорься.
— Это он меня сейчас телкой обозвал?
— Ким – дурень, но не смертник, — объясняет Гук, — Знал бы, что это ты, назвал бы царицей.
И кто тут дурень?
Хотя с царицей я полностью согласна. Это точно получше Золушки.
— Стоп! — доносится крик из динамика, — Я узнаю голос. Это же...
Чонгук разворачивает свой айфон, и на экране я вижу того самого идиота с длинными руками. Смешно, но запомнила я его в стильном прикиде и с самоуверенным взглядом на смазливой физиономии, а сейчас я видела лохматого парня с красными глазами и держащим в руках пачку чипсов.
Прям не внук судьи, а книжный червь.
Если бы в клубе он выглядел так же, то я бы его пожалела и подставила свою задницу для второго шлепка.
— Ну, привет, неудовлетворенный Ким. Как рука?
— Дошло, Джеки Чан в коротких шортах, — щелкает пальцами, словно вспомнил, на какой планете живет, — А как твоя попка? Все так же магнитится?
— Ким! — рыкает Чон, — Лучше не нарывайся, пока вторая рука цела.
Оу, да у меня тут заступник появился?
— А то что?
— Ну, мы можем заскочить к тебе в гости, я снова с удовольствием посмотрю, как девчонка тебя заламывает.
— Чего? Кто меня заламывал? Это был план. Пока она мою руку выкручивала, я пялился на ее грудь.
— Так ты еще и извращенец?
— Я мужик. Нормально, когда мужики смотрят на...
Ну, я бы с этим точно поспорила. Скорее, маленький засранец с картонной короной на голове.
— Смотри на птичек, Ким, — советует Чон, собираясь закончить разговор, — На белок. Лисята тебе не по зубам.
— Кто?
Чон сбрасывает, оставляя вопрос без ответа, и пристально смотрит мне в глаза.
— Как думаешь, если случится такое, что я еще раз увижу твоего друга и врежу ему между ног, у меня будут неприятности?
— Я буду свидетелем и скажу всем, что это был несчастный случай и он сам упал на твою ногу.
— Ты сейчас пялишься на мою грудь?
— Ты меня похитила. Я пытаюсь как-то скрасить свой плен.
Черт, нельзя улыбаться.
Над идиотскими шутками парней смеются только закомплексованные дуры, которые хотят привлечь к себе внимание.
Спасибо, Гаргамель.
Еще одно неосознанное наставление от тебя.
Кстати, о рыжей ведьме...
— Напомни, зачем ты встречался с СуРой?
— Мы так и будем сидеть в машине? Может, поднимемся в квартиру?
— Пока не расскажешь, мы и с места не сдвинемся.
— А ты всегда такая упертая?
— Вопросы здесь задаю я. Придумай себе какое-нибудь другое занятие, — он не отвечает, а вместо этого отстегивает ремень и наклоняется ко мне.
— Я не услышал вопроса, — его губы касаются мочки моего уха в попытке... Блин. Я без понятия, зачем он это делает.
Ушной фетишист или, еще хуже, считает меня глухой.
— Что вы делали с моими родственниками возле кафе? Только не говори, что случайно встретились, потому что в это я не поверю. СуРа ничего не делает случайно.
Чонгук смотрит так, будто первый раз видит. Вот серьезно. Словно привык, что от его присутствия у девчонок сносит крышу и они забывают, для чего им предназначен рот.
Очень самонадеянный поступок.
Хотя, может, с другими и прокатит. Но я всю жизнь прожила под одной крышей с Гаргамелем. Хрен я поведусь на идиотские подкаты. И заткнуть меня очень сложно.
— Вообще, я не знал, что она там будет, — аллилуйя. Молчун заговорил. И наконец-то отлип от меня.
— Кто? Кто именно?
— Так интересно?
— Да, — выпаливаю я.
— Тогда я промолчу, — ой, а кто это тут набивает себе цену?
Бесит.
Чисто из принципа бесит.