Учитель Чон. °[Юнсоки]°

Мин вроде закончил, да и сказал, что больше по этому поводу комментариев не даёт, но репортёры продолжали задавать вопросы. Тупые вопросы. И ладно бы просто задавать, они орали, не намереваясь отступать, пока Юнги не ответит.

- Эй, я что-то непонятное сказал?! - Обралился Юнги к людям, спускаясь со сцены. - Так я повторю. Никаких вопросов, никаких интервью, ничего. Я не собираюсь делать исключений не для кого.

                               ***

- И что это было?

После всего этого спектакля, Чон мгновенно увёл младшего из ресторана, посадил в машину и повёз домой. Хватит с младшего приключений на сегодня.

- Что именно?

- Не притворяйся. Так нельзя. Родители - это люди, которые заботились о тебе, дали все необходимое. Почему ты так ненавидишь их?

Серьёзно? Заботились? Давали все необходимое? Для Юнги эти два слова были вообще не знакомы. Только два года, с восьми, до десяти лет, он мог ощущать их на себе, и то не от родителей. Мина от возмущения просто распирало на миллионы частиц, но тот молчал.

- Ты наверняка говорил им такие вещи и раньше, им должно быть было безумно обидно. - Хосок задумался, попытался представить себя на месте отца Мина, чтоб он чувствовал, сказав бы ему такое собственный сын.

- Я сказал, что больше не дам ни одного комментария. Ты - не исключение!

- Юнги, пойми, если бы у вас были разногласия в семье, разные виды насилия, тебе бы и слова никто не сказал, но у вас была идеальная семья, насколько мне известно на твоем теле ни разу не были обнаружены следы избиения, вы часто появлялись на, различного рода, мероприятиях, твои родители достаточно обеспечивали тебя, ты ходил в дорогих брендовых вещах, ни в чем не нуждаясь.

- А у нас теперь благоустройство семьи измеряется в цене одежды и её бренде?

- Ты не понял... - Мин перебил старшего, не давая тому закончить, ибо смысла в этом не было.

- Ещё раз скажу. Я ничего никому не должен объяснять. Скажи уже прямо, я же вижу, что у тебя прям вырывается, какая я неблагодарная сука, котороую убить мало. Давай! Чего ты ждёшь!? Говори! - Кричал Юнги. А перед глазами до сих пор стоял отец, который не терял возможности унизить сына и напомнить, что он живёт за его счёт, что он никто и звать его никак, он в этом доме, как прислуга и только попробуй что не так сделай. Бывали такие моменты, когда Мина за непослушание оставляли без еды, дня так на три. Мать, которая закатывала Юнги каждый день истерики по поводу его неуважительного поведения к ним. - Выстави меня за дверь! Кинь, как это делали все предыдущие люди, которые втирались мне в доверие! Вперёд! Я уже привык! Переживу! - Из глаз младшего фонтаном брыщнули слезы, он пристально смотрел на Хосока. Последний резко затормозил и свернул на обочину, останавливаясь машину.

Хосок вовремя заблокировал двери, ибо секунда позже, и млаший уже выбежал бы из машины прочь.

- Открой, блять! Немедленно! - Стал требовать Мин, дергая ручку двери, приложи он чуть больше силы, он бы легко сломал её. - Я разобью стекло!

- Не кричи и послушай. - Старший на удивление был спокоен, объясняется это тем, что если бы он начал кричать и ругать Юнги, ситуация бы только ухудшилась, и он как учитель это прекрасно понимал. - Я правда разочарован твоим поведением, но выгонять тебя не собираюсь. Ты понял?

- Зачем?! Оставь меня, блять, на улице дохнуть, нахуй! Тебе проблемы что-ли нужны?! Если ты не знал, они автоматически идут со мной в комплекте! - Мин и сам не понимал, за что кричит на старшего. Просто надоело все. Всё его осуждают. Всё до единого. И никто не поинтересуется, может быть у Юнги проблемы? Может быть у него психическое расстройство? Может быть у него самооценка упала ниже плинтуса? Может ему реально нужна помощь специалиста? Нет. Никто. Поэтому сейчас у парня и случился нервный срыв. Такое случается часто. Мин уже стал сомневаться, остались ли в его организме нервные клетки.

Неужили так просто спросить, как Юнги себя чувствует? Людям неинтересно. Им неохото разбираться в чужих проблемах, у них и своих достаточно.

- Почему ты так думаешь? Почему считаешь, что если сделаешь что-то не так, тебе должны выгнать? Ты так яро в этом убеждён?

- Да, убеждён. И боюсь меня уже не переубедить. Если человек тебя разочаровывать, если он тебя заебал, зачем его держать в доме?!

- Юнги, люди - это не животные, чтобы их выкидывать на улицу из-за малейших ошибкок. Я взял тебя к себе под собственную ответственность, значит я в ответе за тебя. Я не могу, как щенка сдать тебя в приют. - Хосок пытался говорить максимально понятно, чтобы до младшего дошло.

Мина бесили слова старшего. Почему абсолютно чужому человеку на него не плевать, в отличии от собственных родителей?! Он не умеет принимать тёплые чувства, он её умеет отвечать добром. Его не научили. Он умеет только хамить в ответ, таким образом выражая эмоции. Поэтому сейчас, на слова старшего, Мин молчал, он в самом деле не хочет оказаться на улице или в приюте.

- У тебя сейчас сложный период в жизни, - Юнги усмехнулся про себя. У него и правда был сложный период, только вот он начался со дня его рождения и длится до сих пор. - Не нужно закрывать всю свою боль и обиду внутри. Я тебе уже говорил, ты можешь рассказать мне о всем, что тебя беспокоит, я попробую помочь.

Юнги, сам не понимая своих желаний, захотел обнять старшего, крепко прижаться к его груди, как тогда, когда Чон нес его пьяного из парка. И это не на шутку напугало Юнги. Он убеждал себя в том, что это все из-за того, что Хосок ему помогает, млаший ему благодарен, и как бы не хотел он этого признавать, он привязался к нему, хоть и не торопится показывать этого. Но как объяснить, в первую очередь себе, что взгляд парня полностью сосредоточен на губах старшего, он раньше никогда не замечал, что они такие красивые. Млаший невольно провел языком по нижней губе и, резко вернувшись на землю, отпрянул назад, вжавшись в кресло автомобиля. Мысленно дал себе подзатыльник, его самого начало тошнить от своих же действий, как же это было противно. Он точно не в себе.

- Вернёмся домой. - Сказал Хосок, снова сворачивая на проезжую часть, продолжая путь домой.

                              ***

После того, как они приехали в квартиру, Мин ушёл в свою комнату и без нужды не выходил. Он до сих пор не мог понять, что было в машине, сейчас, вспоминая свои действия и мысли, становится дурно. Кто не знал, Мин был жутким гомофобом, об этом знал пожалуй только Техен, ну и возможно Хосок тоже мог догадываться.

Парень искренне надеялся, что старший это не заметил. Хотя как, черт побери, можно не заметить, как какой-то озабоченный подросток сидит и тупо пялится на твои губы, а потом ещё и облизывает свои. Но как показалось младшему, старший даже если заметил это, его ни капли это не смутило.

- Юнги, пойдём ужинать! - Крикнул ему Чон с кухни. Юнги мысленно проклял старшего, он точно хочет его довести.

- Я не буду. - Юнги правда не привык слишком много кушать, он раньше часто сидел на жёстких диетах, поэтому сейчас ему сложно.

- Я жду тебя! - Хосок продолжал игнорировать слова младшего.

-  Вот же заноза в заднице... - Недовольно фыркунл младший, поднимаясь с нагретого места на кровати.

- Что непонятного в словах: я не буду?

-  Садись и ешь, хватит ворчать, как дед старый.

- Эй, кто тут старый то, а? - Младший любил прикалываться над Чоном, реакция последнего очень смешила его.

- Я уже говорил, что я в самом расцвете сил!

- Я понять все не могу, ты Карласон что-ли? - Прищурившись, спросил Юнги. - Посмотрите только! На расцвете он, как же! - Младший оценил взглядом Хосока, скорчив недовольно лицо.

- Вот промолчать было нельзя! Как Мин Юнги, да не съязвит?! - Цокнул Чон. - Завтра выходной, у тебя есть какие-нибудь планы?

- Да, есть.

- Какие?

- Спать.

- Очень увлекательно, однако. - Сказал с сарказмом Чон. - Завта в гости Намджун придёт, мы могли бы куда-нибудь сходить.

- Идите. Передо мной отчитываться не обязательно. Но если это тебя так важно, я разрешаю. - Усмехнулся младший.

- Вот спасибо! Не знаю, что бы я делал без твоего разрешения!?

- Ага, не за что.

- Если серьёзно, то ты пойдёшь с нами.

- Я то там зачем? - Младший вкинул брови.

- Прогуляешься, развеешься, воздухом подышишь свежим. И это не обсуждается. - Строго добавил Хосок.

- Почему я не удивлён...?