Учитель Чон. °[Юнсоки]°

- Успокойся. Его сейчас нет в школе, ты, точно, как и весь твой класс, познакометесь с ним после второго урока. Или тебе так не терпится посмотреть на того, кого ты будешь доводить? - Усмехнулся учитель.

- Хосок! - Выкрикнул младший, совсем позабыв о том, что они вообще-то в школе.

- Не кричи, мы в школе. Вернёмся в зал и точка.

***

Прошёл лишь урок, и он был просто адом для Юнги, он места себе не находил, по сто раз отпрашивался в туалет, ибо боялся, что из-за волнения может в обморок упасть. Об Джине не знал даже Техену, он не рассказывал о нем, так как считал, что не нужно говорить о том, кто забыл про тебя и больше не появится в твоей жизни. Только хуже воспоминания сделают. Но тут одно лишь имя, вымолвленное директором, вселило надежду в юношу.

Прошло же уже шесть лет, с чего Юнги вообще решил, что Джин может про него ещё помнить и искать? Да потому что сам Юнги только и жил мыслью, что когда-нибудь снова сможет увидеть своего друга, только это заставляло его жить, только мысли о Джине помогли не отчаяться, не сойти с ума, фотографию, что они сделали в день отъезда старшего, Юнги до сих пор хранит, и всегда носит с собой, как талисман.

***

На перемене Техен с Юнги решили сходить в столовку, ибо захотели что-нибудь покушать, но дойти да неё не успели. На телефон Мина кто-то настойчиво звонил с неизвестного номера.

- Слушаю.

- Здравствуйте. Это Мин Юнги? - Спросил женский голос в трубке.

- Да. Что-то случилось?

- Ваши родители попали в аварию... Женщина скончалась на месте, а мужчина сейчас находится в операционной, врачи делают все, что могут. Соболезную.

- Мне нужно приехать? - Немного опешав от такого вопроса со стороны мальчишки, девушка не спешила продолжать. - Какая больница?

- Центральная.

- Я скоро приеду. До свидания. - Мин сбросил трубку.

Откровенно говоря, Юнги все равно, абсолютно. Он никогда не считал этих людей своими родителями, он в прямом смысле ненавидел их, и сам желал тем смерти. Так что не сказать, что сейчас он сильно переживал и расстроился. Да, безусловно, доля разочарования была, как никак люди, с которыми ты жил шестнадцать лет.

- Мне нужно уехать.

- Куда!? Ты же так хотел встретится с новым учителем! - Спросил Техен.

А ведь и правда. Мину сейчас нужно бросить все и поехать к отцу? Да, нужно, и он это знает, хотя бы для того, чтобы позларадствовать. Но он так и не узнает в ближайшее время правду, что безусловно заставлял задуматься. Ехать или забить.

- Позже познакомлюсь. - Все-таки решил. Хоть это была и плохая идея. В больнице полюбому будет опека, да и даже если Юнги удастся сбежать в этот раз, они заберут его в следующий. - Предупреди Чона, придумай что-нибудь.

-Юнги, подожди! - Крикнул Техен в след убегающему другу, который и не собирался сбавлять скорость, ибо перемена кончится минуты через две и тогда из школы не выпустит охрана, а пока перемена можно улизнуть. Вот только что Техену наврать Хосоку?!

***

- Мин Юнги? - Сразу на пороге больницы, Мина встретил врач.

Юнги по идее должен был выглядеть заплаканным, грустным, да у него, черт возьми, истерика должна быть, но нет. Он зашёл в больницу совершенно невозмущенно. Будто все так и должно быть, все идёт своим чередом.

- Собственной персоной. - Съязвил Юноша.

- Соболезную. - Доктор знал нормы этикета, в отличии от Юнги, и считал необходимым выразить свои соболезнования сыну погибшей.

- Не стоит. - Отмахнулся Мин. - Мой отец ещё в операционной? Он жив?

- К счастью да. Операция завершилась недавно, сейчас он в реанимации, состояние критичное, мы не делаем никаких прогнозов.

- Ясно. Я могу его увидеть?

- Да, конечно. Я вас провожу. - Врач приобнял парня за плечо, что тому не понравилось и направился вместе с ним к палате его отца. - Там уже находится его друг. Кажется, Пак Минсу.

Пак Минсу - это правая рука отца Юнги, тот относился к Юнги до доброму, но вот только сам парень эту доброту не принимал. Поэтому их отношения со временем портились, а по итогу вообще рухнули.

***

- Здравствуйте. - Бросил ради приличия Юнги, заходя в палату, но в ответ ничего не последовало. - Не ответите? - Тишина. Парень Усмехнулся, подойдя ближе к кровати на которой лежал его отцец.

- Привет, отец. Я вижу дела у тебя хуево. - Усмехнулся парень. - Ты заслужил это, так же как и мать. Ни капли вас не жалко. - Немного подумав Юнги добавил. - Я надеюсь, в ближайшее время, ты съебешься к ней и больше мне не придется терпеть кого-то подобного в своей жизни. Твой сын - шлюха перестанет тебя наконец беспокоить. Ты рад?

- Дрянь! - Друг отца в мгновенье ока оказывается рядом с Юнги. Мин хватается за щеку, что горела, от только что прилетевшей пощечины. Ничего. Он переживет. Он заслужил. По идеи, он должен был, как в американских кино, сказать, что не обижается, что любит, лишь бы тот не умирал, но это была бы неправда. Он обижается, он не любит, он хочет, чтобы тот умер. И Юнги считал нужным сказать правду, а не лгать, как минимум самому себе. Никто же не знает, что было на самом деле, все будут считать Юнги избаловонной мразью. А парень и не против, пусть считают, ему до остальных никого дела нет, не было и не будет.

На самом дела, это была наверное первая пощечины в жизни Юнги, так она была ещё и не хилая такая.

- Прощай. - Юнги в последний раз кинул взгляд на отца, ибо больше приходить был не намерен.

Парень поспешил покинуть здание больницы, по хорошему бы больше туда не возвращаться. Но как говорится все не так просто. На выходе его ждала целая куча репортёров, которые хотели задать Юнги пару вопросов. А неподалёку стояла опека, которая как-раз и ждала Мина. Но не с теми, не с другими, Юнги встречаться был не намерен. Парень хотел уйти незаметно, но прошаренные журналисты заметели его.

- Мин Юнги, прокомментируйте ситуацию! Что вы скажете по поводу смерти своей матери?! - Орали они все, как один. Естественно этих воплей не могли не услышать органы опеки. Они поспешили к Юнги, дабы сообщить не сильно приятные новости. Но юноша то тоже не пальцем деланный, знал все запасные ходы этой больницы, в детстве часто здесь бывал.

Мин сорвался с места и помчался к запасному выходу, в голове крутилась одна мысль: "Лишь бы было открыто.". Если дверь окажется заперта, то Юнги будет прижат к стенке опекой и журналистами, бегущими за ним.

***

На радость Юнги, дверь была открыта, и тот беспрепятственно покинул помещение, запрыгнул в первое попавшееся такси, назвав адрес дома Хосока. К учителю тот не собирался, но рядом с домом Чона был тот парк, он собирался туда.

И почему он уверен, что вечером, при просмотре новостей, увидит там убегающего себя? Это было вполне ожидаемо. Так ещё если Минсок расскажет какими словами кидался Юнги, будет пиздец. Ему точно будет не отделаться от репортёров, всем же хочется знать с чего вдруг такая агрессия от милого мальчика, но Юнги было проще, чтобы все считали его эгоистом и лицемером, он не будет не перед кем оправдываться.

Теперь у Мина новая проблема, как улизнуть от опеки, он что-то совсем не хочет в детский дом, а его именно туда и хотят забрать. Есть конечно шансы, что его возьмёт приёмная семья, но они маленькие, да и этот вариант не распологал к себе.

***

Впервые за долгое время Юнги заплакал. Сидел на скамейки, а слезы сами катились по щекам и тот был не в силах их остановить. Он прижимает ноги к животу, обхватывая их руками, поставил на скамейку и положил голову на колени.

Сегодня слишком много всего произошло. Сначала пробуждение в квартире Хосока, потом Ким Сокджин, личность которого тот так и не установил, а после ещё и родители. От Мина теперь ещё как минимум месяц не отстанут, всем же любопытно, всем же хочется вставить свои пять копеек и осудить парня. Да, черт, от него даже Техен может отвернуться, так же как и Хосок, котрый активно пытался наладить контакт, но Мин не подпускал никого к себе близко. Его слишком много раз предавали. Он уже не доверяет людям. Ты только к ним привязывается, а потом вы так или иначе когда-нибудь разлучитесь и будет больно. Очень. Мин знает это.

Челюсть продолжает болеть из-за сильной пощёчины, а губа кровоточит, хотя по ощущениям это была не пощечига, а полноценный удар. Сам Юнги дрался плохо, ибо приходилось редко, поэтому и не смог бы ответить в случае чего. Да к нему пальцем никто притронуться не смел, даже если хотел, его лицо было слишком дорогое, как и тело. На самом деле Мин рад, что закончит совю недокарьеру "порно актёра", иначе он это назвать не мог, когда его заставляют фоткаться голым, прикрывая половой орган какой-либо вещью, которая на каждой фотоссесией была разная, было мягко говоря не очень. И самое главное, когда кто-то из круга обещания родителей видел эти фото, они считали это нормальным, в отличии от самой модели.

Похороны матери, как сказал врач будут проходить через два дня. Юнги даже сказали, где именно. Парень собирается пойти, но пустят ли его остальные? Через два дня все уже будут сто процентов в курсе о ситуации. А Юнго нужно туда попасть.

- Вон он! - Из полусонного состояния его вывел чей-то вополь. Мин растерянно поднял голову и увидел, приближаются в свою сторону журналистов с микрофонами и операторов с камерами. Дело дрянь. Чтобы это понять, парню не пришлось прилагать большого труда.

Единственное ближайшее место, которое пришло первым в голову Юнги, в котором он мог спрятаться, куда остальные не смогли бы попасть оказалася квартирой Хосока. Время уже вечер, старший должен быть дома, вернее Мин на это надеется.

Парень со всех ног мчался к дому учителя, стараясь петлять между улицами, пытаясь отбиться, ибо не собирался вести их прямо в квартиру, чтобы они потом ночевали под дверьми и не давали никому оттуда выйти.

- Блять. - Юнги забегает в подъезд, захлопывая за собой дверь и облегчённо выдыхает, пытаясь перевести дыхание. У него получилось, он вроде отбился.

Идти к старшему вообще не хотелось, но вот выбирать не приходится как-то. Ему сейчас нужно по сути признать свою слабость и попросить того о помощи, пересилив себя, Юнги звонит в звонок и слышит, как по ту сторону двери заиграла приятная мелодия.

Хозяин квартиры, как думал Юнги, не заставил себя долго ждать, через десять секунд раздался звук щеколды дверь открыли. Но вот на пороге стоял не своём тот человек, которого он ожидал увидеть.

- Намджун?