Глава 20. «Родительские сердца»
Дом у реки стал для них тихой гаванью. Светлые стены, просторные комнаты, запах дерева и утренний туман за окном — всё здесь будто бы говорило: «Вы в безопасности. Здесь можно дышать».
Ещё в день переезда Чимин плакал, когда узнал, что этот дом — подарок от его родителей.
— Мы хотим, чтобы ты рос малыша в месте, где будет спокойно, — сказала мать, держась за руку мужа. — Где ты будешь чувствовать, что любим. Вы все трое.
Теперь, спустя несколько недель, в доме снова наводили порядок: Тэхён протирал полки, Чонгук готовил чай, а Чимин выбирал тёплые подушки для веранды.
Сегодня должен был состояться важный момент — в гости приезжали родители Тэхёна и Чонгука. Они не были знакомы между собой и почти не знали Чимина. Волновались все.
— А если они… не примут? — шептал Чимин, стоя у окна.
— Тогда мы всё равно останемся вместе, — ответил Тэхён. — Но я чувствую… они поймут.
Сначала приехали родители Тэхёна. Элегантные, сдержанные, немного настороженные. Отец Тэхёна оглядел дом и впервые улыбнулся:
— Здесь красиво. И… по-настоящему.
— Мы сами почти не верили, что так получится, — сказал Тэхён, встречаясь взглядом с матерью. — Но мы счастливы.
Его мать подошла к Чимину. Сначала просто посмотрела. А потом вдруг… обняла его.
— Он мягкий, как ты в детстве, Тэ, — прошептала она, и Чимин не смог сдержать слёзы.
Чуть позже подъехали родители Чонгука. Сестра вышла вместе с ними и первой подбежала к брату.
— Так ты теперь будущий папа? — смеясь, воскликнула она. — Чонгук, ты теперь не просто золотой мальчик, ты — настоящий мужчина!
— Мама, папа, — сказал Чонгук, взяв Чимина за руку, — это Чимин. Он наш омега. Он ждёт ребёнка. И он тот, кого мы любим.
Отец Чонгука подошёл ближе. Молчал. Потом, неожиданно тихо, произнёс:
— Моя жена забеременела тобой, когда ей было девятнадцать. Мы были молоды, и весь мир был против нас. Но мы справились.
Он положил ладонь на плечо Чонгука и посмотрел на Чимина:
— Теперь ваша очередь. Мы рядом.
Вечером, за большим столом, где пахло травяным чаем, яблоками и мёдом, сидели все — родители, их сыновья, будущий малыш, невидимо пинающийся в животе Чимина.
Было немного шумно, немного неловко — но по-доброму. Где-то хохотала сестра Чонгука, где-то отец Тэхёна рассказывал, как его сын в детстве приносил домой бездомных котят.
— Он не изменился, — улыбался Чимин, прижимаясь к Тэхёну. — До сих пор приносит домой тех, кто нуждается в любви.
— И, кажется, нашёл двух самых нужных, — прошептал Тэхён и поцеловал его в висок.
Когда родители уехали, в доме воцарилась мягкая тишина.
— Всё прошло… хорошо, да? — спросил Чимин, лёжа на диване, обнимая подушку.
— Лучше, чем мы могли представить, — ответил Чонгук, наклоняясь, чтобы коснуться его живота. — Наш малыш будет расти с бабушками и дедушками, которые любят не по стандарту. А по-настоящему.
На веранде, под тёплым пледом, трое сидели, прижавшись друг к другу, глядя, как за рекой тает свет. Они молчали. Но внутри всё было сказано.