46
Я не знаю, что и думать. В душе что-то отчетливо скулит, но я не пойму, что. Я рассказала ему правду. Всю. Кроме части, что Томи - его сын. Это не подлежит описанию или подробной разборке. Это просто есть, но говорить Нейлу об этом - губить все то, что я только начала строить. Разрушить фундамент той сильной меня, которая растит сына, не взирая на все выпады судьбы. Я не могла понять, как вообще жизнь могла провести меня через такие обороты обстоятельств. Я была обычным подростком с трудным детством. Прошло больше года, а что позади? Любовь всей жизни, считающая, что я умерла. Вся жизнь под откос, но есть один якорь. Мой малыш. Он - единственный, кто не дает мне просто упасть. Опуститься на землю и быть готовой к решающему удару судьбы. Я слишком слаба, чтобы жить своей жизнью.
Расскажи я всем правду, и что тогда? Упреки, крики, побои. Это ничего. Я привыкла. Но что с ребенком? Я не могу просто не брать его жизнь в расчет. И тем более...
Мои чувства.
Что я буду делать с сердцем, когда увижу презрительный взгляд Нейла, если открою всю правду? Что с ним будет, если Нейл больше не проронит и слова? Что случится, если он навсегда уйдет из моей жизни?
Умру? Абсолютно точно.
Сейчас, лежа на кровати и слушая тихое сопение Томи, я пытаюсь вспомнить, или хотя бы понять, кто я есть на самом деле.
Лори или Кэс? Обе сразу? Но Лори отличается от Кэс, разве не понятно? Тогда кто я, если оба человека имеют одно тело? Иногда мне кажется, что я схожу с ума. Медленно, мучительно и крайне осторожно. Так, чтобы я смогла приметить и осознать фатальность лишь на крайней стадии. Там, где уже неизлечимо.
- Лори?
Я немного вздрогнула, не решаясь повернуть голову в сторону двери. Этот голос, звавший меня. На секунду я замерла, а дыхание застряло где-то в глотке. Сердце словно не бьется. По телу бегут стада мурашек, а кровь в жилах стынет. Я знаю, что зрачки расширились, а губы приоткрылись. Тело трепещет - боится и одновременно боготворит. А он всего лишь произнёс моё имя. Столь же холодно, как и всегда, отстранено, безразлично. Понимаю, что не должна так реагировать на него. Если это делает со мной его голос, то что же сделает прикосновение? Уничтожит, заставив разлететься разум на тысячи осколков?
- Нейл?
- Мы можем поговорить?
Во мне тут же что-то произошло. Ярость. Ярость к себе, к нему, ко всему, что происходит. Как он может говорить со мной столь холодно? После всего, что я ему сказала? После того, как он увидел своего сына, пусть и не зная этого? Почему он так спокоен, даже когда видит меня?
И тут я поняла, за что его ненавижу. Так отчетливо и ясно, что глаза мои приоткрылись.
Я ненавижу его за то, что он не чувствует ничего ко мне. Со мной.
Почему он не дрожит? Почему мысли не вылетают из его головы, когда я рядом? Почему он не думает обо мне двадцать четыре часа в сутки?
Какого черта он не любит меня?
- Хорошо.
Я приподнялась, намереваясь слезть с кровати, но боль пронзила живот. Я немного зашипела, сразу хватаясь за больное место. Мне срочно нужно поесть, иначе я сама сведу себя в могилу.
Нейл заметил моё замешательство, но ничего не сказал. Не сделал и шагу. Он просто смотрел на меня. Но этот взгляд...я словно чувствовала его руки на себе, тепло кожи. Лишь Нейл может делать со мной все эти необъяснимые вещи.
Он контролирует меня.
Я все-таки встала с кровати, чувствуя легкую тряску под коленками, и направилась в сторону двери, где, как оказалось, Нейла уже не было. Решив, что он ждет меня на первом этаже, я отправилась к лестнице. В стороне кухни кто-то был.Я слышала тихие разговоры, смысла которых разобрать не могла. Там, судя по голосам, были все.
Завернув за угол, я оказалась в своей кухне, которая казалась тесной, когда в ней находилось четыре человека. И эта ненавистная девка. Дженнифер? Я уже не помню, как ее зовут. Вот и замечательно. Меньше голову буду забивать.
- Садись, Лори.
Голос Тори был спокоен. Видимо, это все из-за чая, который она держит в руках. Я немного улыбнулась.
- Что я сказала смешного? - в голосе нет угроз, лишь чистое удивление.
- Ничего. Я просто увидела у тебя чай. Видимо, разговор не из легких, раз ты пытаешься себя им успокоить.
Я, заметив удивленные взгляды бывших друзей, сомкнула губы в тонкую линию. Проболталась. Разве могла я знать эту особенность Тори? Нет. Черт, ладно, надо перевести разговор на другую тему.
- Почему Нейл звал меня? - Я уже присела на свободный стул. Внутри было спокойно. Казалось, я готова ко всему.
- Я хотел поговорить с тобой о том, что ты сегодня сказала мне.
Я постаралась не показывать свое невольное неприятное ощущение, но губы сами собой сложились в полоску. Тори заметила.
- Что ещё?
- Почему ты не говорила мне раньше?
Я не смогла сдержать смеха.
- Ты серьезно? Сказать? Вот представь на секунду, Нейл. Шлюха заявляет о том, что ее похитили беременную. Ты расплачешься, начнешь каяться, дашь денег и отпустишь? Чтобы твоему борделю настал конец? Или ты просто заставишь ее сделать аборт? Хотя нет - проблематично. Сразу убьешь. А теперь мне стоит отвечать на вопрос " Почему"?
- Ты считаешь меня конченным ублюдком. - я видела, что глаза его полыхают яростью, но лицо его было спокойным.
- Конечно. Ведь так и есть. В чем тут сомневаться?
Комната немного накалилась, и я почувствовала себя в ловушке. Он немного наклонился ко мне через стол и я поняла, что сейчас он может убить меня. Маленьким словом. Стоит ему попасть в цель.
Мои глаза расширились от боли, когда я поняла, что не ошиблась.
- Ты была не права. Я бы не заставил делать аборт или идти на смерть. Я не смог бы этого сделать. А знаешь, почему? - возникла долгая, томительная пауза, разрушающая меня изнутри, - потому что я знаю, что такое терять ребенка, который даже не родился. Потерять частичку самого себя и той, которую ты любишь. Я убил своего ребенка, избив его мать. Девушку, которая вскоре тоже умерла. Ты понимаешь, какого это? Я потерял все. Хотя, ты права, прости. Я ублюдок. Потому что это сломало меня. Я изменился. Иначе ночные кошмары, что преследуют меня, твой вид перед глазами - все это просто уничтожило бы меня.
Я замерла, пытаясь сказать хоть слово.
Еще одна частичка меня умерла, когда я поняла.
Он. Любил. Меня.