14. CYBERNATION
— Бум! Ты проиграл, Кевин. Говорила же, что на победу можешь не рассчитывать.
Брат с ошарашенным лицом смотрит на сестру, которая только что победила его в его же собственной игре.
— Ты играла нечестно! — Запротестовал он, указывая консолью на нее. Девушка усмехается и с довольным видом садится на кровати. Она смотрит на него гипнотизирующим взглядом, а после брат закатывает глаза и, отложив пульт управления видеоигрой, начинает отжиматься.
— Давай-давай, братишка. Спор — есть спор и его надо выполнять. У тебя еще впереди три подхода по десять раз. Хоть на это ты способен?
Скорее утверждает, чем спрашивает Вивьен, наблюдая за Кевином. Она слишком рада, чтобы отменить наказание. Расплата за проигрыш, неминуемая учесть немножко попотеть и рассчитаться за неудачу. А между тем минуло наказание, и брат желал возмездия.
Она немного медлит, дав ему отдышаться, после чего берет в руки консоль и выбирает следующую игру, в которой она непременно снова победит. Брат не ожидает увидеть симулятор мотокросса. Но, решив, что эта игра для мальчиков, и потому под силу победить только ему, жестоко ошибается в своей уверенности.
— Думаешь взять реванш? — спрашивает она, минуя преграды на мотоцикле.
— Не думаю — знаю. — Твердо молвит он, но тут же разбивается на миллионы байтов. Игра окончена. Победила Вивьен.
Что-то происходит с ним. В его жизни наступает переломный момент, когда он в действительности признает свое поражение. Это слегка пугает ее. Неожиданная смена настроения происходит. Он улыбается во весь рот и кладет свою ладонь на плечо сестры.
— Ты определенно одна из лучших игроков, с которыми я знаком.
— С чего ты это взял? — недоумевает она.
Брат фыркает.
— По статистике среднестатистическая девушка в наше время больше увлекается книгами, чем видеоиграми, и тем более не умеет управлять виртуальными мотоциклами.
— Подумаешь, даже младенец бы смог управлять этой штуковиной. Новичкам везет.
Брат снов закатывает глаза и отмахивается от нее.
— Ладно, что дальше?
Она пожимает плечами.
— Что насчет командной игры. Здесь-то если умирать, то только всем вместе.
— Загружай, — одобрительно кивает она.
***
Она достает нож из-за пазухи и тихо подкрадывается к противнику. Юноша, ростом чуть выше нее, держит в руках дробовик и осматривает окрестности. Вивьен приближается к нему со спины и вонзает лезвие в шею, что тот, истекая кровью, падает на землю. Она подбирает у нег оружие и двигается к заданной проложенной координате.
— Как слышно, Веном?
— Минус один. — Девушка докладывает нынешнюю обстановку. — Следую к зданию противника.
На другой линии слышны взрывы.
— Тебе не прорваться. Они патрулируют всю местность. Найди другой способ пробраться туда или жди подкрепление.
Девушка ослушивается приказ брата и выходит из леса, в котором пряталась и подчищала территории. Вдалеке она видит броневую машину. Вот он — шанс! Пользуясь знаниями вождения мотоциклов и легковых автомобилей, она предполагает, что быстро управится с управлением этой махины.
Двигаясь по дорожке к броневику, она замечает поблизости вражеский транспорт. Она рискует жизнью и лишением одного из лучших игроков в своей команде. «Ты сумасшедшая, Вивьен», думает она и смотрит по сторонам. Путь чист.
Внезапно что-то взрывается рядом с ней, и ее отбрасывает ударная волна. На время она теряет слух и в ушах что-то сильно пищит. Сфокусировав зрение, она обнаруживает пятеро приближающихся солдат. Поднявшись, она бежит к машине, а вражеские солдаты за ней. Из носа маленькой струйкой течет кровь, на одну ногу хромая, все же добирается до броневика и залезает в салон.
— Сдохните! — кричит она, давя на газ, задавливая преследователей. Она отрывается вперед и выезжает на главную дорогу, которая ведет к заданной цели.
— Ты спятила! — слышит возмущения Кевина.
— Я направляюсь в башню противника.
— Подкрепление уже на подходе, — успокоившись, сообщает он.
— В следующий раз грязную работу будешь делать ты! — злобно произносит она, вытирая кровь.
— Договорились.
На радаре высвечиваются вражеские патрули. В метрах сто появляется первая военная машина, настраивающая огромную пушку прямо на Вивьен. Девушка, быстро среагировав, жмет на тормоз. Вдруг все разлетается на куски, огонь подымается к небу, железо разлетается в стороны. Прайс открывает глаза и видит, что подкрепление с воздуха отлично справилось со своей задачей.
Когда она добирается до центра управления и остается совсем чуть-чуть, как игра вырубается из сети и брата с сестрой выбрасывает из игры. Непонимание читается на их лицах. Они даже не успели сохраниться! После в дверном проеме они замечают отца.
— Когда я говорил тебе, что ты наказана, я не имел ввиду, что можно взять и просто тупо играть с братом в игры. — он смотрит на Кевина. — Марш в свою комнату, а ты, — он указывает на Вивьен указательным пальцем, — ложись спать. С этого дня вводится комендантский час. Ровно в девять свет в доме будет выключаться.
— Прекрасно! — Она повышает голос, быстро подходит к кровати и ложится под одеяло.
— До завтра, Веном. — Брат машет ей и уползает в свою крохотную комнату, забрав с собою виртуальные очки.
— Спокойной ночи, Кевин.
Отец закрывает дверь и присаживается на край кровати. Он тяжело вздыхает, смотря на свою дочь.
— Послушай, Вивьен. Я знаю, что ты скучаешь по маме. С тех пор как ее не стало многое изменилось. Ты стала совершенно другой. Ты злишься и потому вымещаешь свою злобу на окружающих тебя людях. Но это неправильно. Ты не виновата в ее смерти —
— Ты виноват в том, что ее не стало.
— Вивьен —
— Не называй меня этим именем! — девушка с головой укрывается, скрывая набежавшие слезы. Отец не хотел затрагивать эту тему, но он видел, как его дочь меняется на глазах. В худшую сторону. Он лишь хочет, чтобы она отлично закончила школу, поступила в лучший университет в Техасе, пошла по его стопам. Он видит в ней черты лидера с отличным багажом знаний. Она сильная, волевая. Но сейчас она больше не походит на ту Вивьен, что была раньше.
***
Она не может уснуть. Смерть матери преследует ее даже во снах. Словно все происходит наяву. Картинка из прошлого оживает в настоящем. Она эмоционально истощена. Разговор о матери заставил ее вернуться в былые времена и вспомнить ту жуткую пору.
Яркий свет луны освещает ее комнату. Световые потоки ускользают вдаль по потолку, пролезая на стену, а потом скрываясь на некоторое время. В комнате до жути жарко, а теплое одеяло заставляет ее тело плавиться. Из форточки веет прохладный ветерок, достигает воздушными потоками ее кровати и смешивается с теплым комнатным воздухом, спрессовываясь и уплотняясь. От этого становится все труднее дышать.
Посмотрев время на часах, она поднимается с кровати и подходит к выдвижному шкафу. Среди всяких прочих вещей она замечает сумку с нетронутой половиной денег. В мыслях быстро мелькают воспоминания о той гонке. Желая скорее забыть все, она стягивает с вешалки кожаную куртку и закрывает нажатием выдвижной шкаф.
Ветер врывается в комнату и легко бьет в лицо, когда она открывает окно. На улице хорошо, свежо. Все спят. И только Вивьен не может усидеть на месте.
Она ощущает землю под ногами. Мелкая трава щекочет щиколотки. Плохая привычка — носить кроссовки без носков. Темнота ночи окутала город, мрак в каждом переулке. Неоновый свет иногда поблескивает, мерцает, вздрагивает — это пугает ее. Где-то, вблизи с заброшенными зданиями, слышен рев моторов и восторженные возгласы ребят.
Но сегодня ее путь лежит не туда.
Она сворачивает еще на уровень ниже и спускается во мрак. Он завлекает ее, обхватывает своим черным пламенем. Продвигаясь все дальше, ей становится зябко. Прохлада встречает ее на нижнем уровне. Пропадает тот запах ночной свежести, теперь еле уловим мертвенный запах, пахнет гнилью.
У входа на кладбище ее встречает голограмма сторожа, светящаяся синевато-голубым светом, который режет глаза. Вивьен показывает пропуск, и голографическая проекция мужчины одобрительно кивает, впуская ее. Железные решеточные ворота отворяются, и она переступает порог, отделяющий от мира живых и мира мертвых.
Могила матери все еще ярко высвечивает ее голографический портрет. Все заросло настоящей, живой травушкой, зарослями и неизвестными цветами. Перекрестившись, заново активирует вечноцветущий голограммный цветок. Он снова вспыхивает, и ей кажется, что голубой пламя исходит с его лепестков.
— Вивьен, — она слышит голос. Он такой теплый, ласковый. Такой знакомый. — Родная моя, — невидимая ладонь матери касается щеки и большим пальцем утирает скатившуюся слезинку. Но жидкость проходит сквозь. — Не плачь.
— Не могу, — она всхлипывает, всматриваясь в призрачный образ матери. — Я хочу, чтобы ты вернулась. Чтобы все было как раньше.
— Но жизнь продолжается. И пусть даже без меня. Вивьен, ты сильная. Ты сможешь противостоять злу, ты справишься с трудностями, потому что я верю в тебя. Ты моя победительница.
Она смотрит в ее глаза. Но образ матери тут же исчезает.
— Нет! Прошу, не уходи! — взмолилась она.
— Время голографического сообщения закончилось. Спасибо за прослушивание.
Она зарывается рукой в волосы. Слезы катятся по щекам и капают на холодную землю. Сердце больно сжимается в груди и дышать становится все труднее. Она до сих пор ощущает витающий дух мамы подле нее. Ей кажется, что она кладет свои ладони на ее плечи и мягко целует в затылок. Прошло четыре года. А боль все не утихает. А наоборот, все растет и с каждым днем убивает Вивьен изнутри.
«Ты моя победительница», слетают слова с ее губ.