20 глава
Наконец настал день третьего испытания. Поттеры ходили одинаково напряженные и хмурые. Казалось, они заавадят любого, кто осмелится подойти.
А после завтрака и до самого начала тура они исчезли из поля зрения школьников и профессоров. Заперлись в личных комнатах Генриха и впускали только домовиков с едой.
Вышли маги полностью собранные и решительные. Гарри был настроен на победу, а Генрих на завершение своей «миссии». Их цели различались, но были связаны.
В коридоре парочку перехватил хмурый Снейп, сказавший что Малфой и Блэк уже ждут на трибуне. Поттер кивнул, но ничего не ответил. Он всё ещё желал оградить дорогих людей от опасности.
Хотелось завернуть их в пупырчатую пленку и убрать в шкаф под замок, чтобы никто не добрался пока Генрих не решит проблему. Трусливая и малодушная мысль, которую Поттер гнал от себя всеми способами. В этой реальности он уже спас (по крайней мере Генрих надеялся на это) многих людей. Остался последний шаг. Решающий. Важный. Настолько важный, что ладони под перчатками вспотели и теперь доставляют неудобства. Многое зависит от Гарри и случайных переменных. Если Гарри не возьмет кубок первым, если сойдет с дистанции, если Питер напортачит с зельем, если Воландеморт сразу призовет своих слуг, при любом "если" придется менять план на ходу, а это...
Что тогда будет Поттер старался не думать. Мысли материальны. Особенно в мире магии. Лучше думать, что у сына всё получится. Всё будет хорошо.
Погруженный в себя Генрих опустил голову, идя чуть позади Северуса и Гарри, и смотрел под ноги. Однако, он всё равно не видел куда ступает и потому весьма удивился, почувствовав под ботинком что-то мягкое. Внутри поселилось нехорошее предчувствие.
Медленно подняв ногу, Генрих увидел яркие перышки синего цвета — на земле лежала болтрушайка.
Поттер облегченно выдохнул, это всего лишь птица.
Подняв взгляд, Поттер понял, что отстал. К тому же Гарри уже ушел к остальным чемпионам и задержавшегося мага ждал только Снейп. Не считая Сириуса и Люциуса на трибуне. Нарцисса осталась в мэноре готовиться к приезду мальчишек на каникулы.
- Быстрее. - Поторопил Сириус, перегнувшись через перила. Даже не видя, Генрих представил как скривился лорд Малфой на такое поведение лорда Блэка. Внезапно Поттеру стало трудно сдержать смех.
Только с первым же выстрелом пушки ему стало не до смеха. Чемпионы заходили в лабиринт. С каждой минутой нарастало напряжение, глаза не отрывались от экранов, тех самых, со второго тура.
Вот один экран моргнул и выключился. Второй пошел рябью и ничего на нем рассмотреть уже нельзя было. Последний издал скрипуче-шипящий звук, больно резанувший по ушам и также, как и предшественники, выключился. Узнать происходящее с чемпионами больше не представлялось возможным.
Министр кричал на подчиненных, то краснея, то бледнея, и постоянно косил взглядом в сторону трибуны иностранных гостей. И журналистов. Особенно журналистов. После такого фиаско ему будет трудно удержать позиции.
Поттеру было плевать на метания министра, артефактологов и их помощников, тщетно пытавшихся запустить видеопоказ. Он отсидел пять минут, дождался первой вспышки сигнальных огней и незаметно ушел с места. К сожалению, его навыки скрытного передвижения оказались так себе — не успел Генрих отойти от трибуны как на его плечо легла чья-то рука, удерживая на месте.
- И куда это ты? - Послышался из-за спины голос Сириуса. - Кажется, ты обещал взять меня с собой.
За Блэком обнаружились Снейп и Малфой, молча показывающие, что одних их никуда не отпустят.
- Это может быть опасно.
- Не взваливай всё на себя.
- Сириус... Я не переживу если с тобой что-то случится. - Последняя часть не была сказана вслух, но Поттера поняли. Блэк крепче сжал плечо мага, делясь уверенностью.
Генрих колебался. Больше всего он боялся, что судьба возьмет свое и отберет этих людей. Он закусил нижнюю губу до крови. Сейчас он вновь почувствовал себя потерянным подростком, которому нужен кто-то взрослый. Кто-то, кто возьмет на себя всю ответственность и пообещает всё решить.
- Хорошо. Но не рискуйте зря. Не нужно геройствовать.
Сириус тихо фыркнул на слова Генриха. Кто бы говорил о геройствах.
За границей антиаппарационного купола их уже ждал Дэвис. Судя по спокойному кивку Поттера, он знал, что невыразимец придет.
- Аппарируем. Я и Дэвис зададим направление. Пока крыса не оживит Лорда, сидим тихо, чтобы не происходило. Кто дернется — получит петрификус в лоб.
Маги кивнули и достали палочки, после чего вся группа перенеслась на кладбище Литтл-Хэнглтона, чуть в сторону от надгробия с косой. Петтигрю настолько беспечен, что не позаботился об охране места ритуала, не было даже сигналок.
Вскоре на опушке появилась худощавая фигурка — Гарри. Он не выглядел напуганным или сбитым с толку. Парень оставался сосредоточенным даже когда заклинание Петтигрю обездвижило его, а статуя сжала в своих объятиях.
Люциус поражался выдержке Генриха. Если бы там был Драко, он бы не смог сидеть и ждать в стороне. Хотя, тут же Малфой отметил, что Поттер на грани. Поза хоть и была расслабленной, но в глазах горела дикая жажда крови. Рядом точно таким же взглядом полыхал Блэк. Мужчина не сомневался, что Питер живым сегодня не уйдет.
Наконец, котел забурлил и оттуда показалась обнаженная фигура человекоподобного существа: полностью лысое костлявое тело, обтянутое тонкой кожей, сквозь которую виднелись кровеносные сосуды, в некоторых местах вроде даже были чешуйки. Но главное это глаза — красные щелочки на безносом лице (морде?).
- Сейчас. - Скомандовал Поттер и первым выстрелил в Лорда бомбардой.
Кто бы что не говорил, но Реддл был сильным волшебником, потому от бомбарды отмахнулся как от назойливой мухи. Завязался бой.
В это время Дэвис и Малфой ловили Нагайну, что с истинно змеиной грацией ускользала от их проклятий. Блэк погнался за крысой, а Снейп, как единственный разбирающийся в медицине, поспешил к Гарри.
Противник из Питера оказался никакой, поэтому Сириусу пришлось побегать, чтобы загнать его в угол и принудить к дуэли. Хотя дуэлью это назвать сложно... Это было жестокое избиение слабого со стороны Блэка.
Уже через минуту Питер жалел, что не заавадился сам.
С другой стороны пара магов гоняла одну змею по всему кладбищу, пытаясь достать её обездвиживающим.
Гарри же, как пришел в себя и залатал кровоточащую рану, рвался помочь отцу, сражающемуся с Лордом. От опрометчивого поступка его удерживал Северус, железной хваткой сжавший парня.
- Ты только помешаешь.
Гарри и сам это понимал, но поделать ничего не мог. Он первый раз видел человека, способного на равных сражаться с его отцом.
Дуэль таких сильных магов притягивала взгляд. Разноцветные вспышки заклинаний летали в полной тишине, что давила на невольных зрителей. Никто из противников не уступал, никто не ошибался, с высокой точностью выводя пассы и отбивая атаки. Они кружили по поляне кладбища как два хищника, примеряясь друг другу, ища брешь в защите.
Что-то магическое было в самих движениях.
Гарри как зачарованный смотрел на них, и вдруг резко вскинул руку с палочкой, бросая её. Это решение не имело смысла и никаких объяснений своим действиям Гарри дать не мог, но просто знал, что это будет правильно.
Генрих ловко поймал палочку и легко улыбнулся воспоминаниям. Однако, долго ему не дали предаваться ностальгии.
- Авада Кедавра! - Раздался выкрик взбешенного Воландеморта.
- Экспеллиармус! - Вторил ему Поттер.
Красный и зеленый лучи встретились, сливаясь в единый — золотой. Сразу же магов отрезало от остальных полупрозрачным куполом.
Нагайна снаружи нервно дернулась в сторону хозяина, связь с которым опасно задрожала, и подставилась под «Остолбеней» Люциуса. Замершую змею добил Дэвис, лишая Реддла последнего крестража.
Маги повернулись к куполу, за которым развивалось световое шоу. Из палочки Воландеморта бесконтрольно вырывались яркие сгустки. Точно сказать что это не было возможным из-за света и барьера, который тоже создавал помехи.
Объяснить мог Генрих, ведь он видел эту картину не первый раз. Только в этот раз палочка не дрожала в его руке и сил уходило не так много. Было необычайно легко, будто он наконец пришел туда, куда стремился.
- Гарри, - Прошептал призрак Лили и её рука коснулась щеки мужчины. Рядом замер Джеймс. - Мы поможем тебе.
Поттер улыбнулся шире и взялся за палочку второй рукой, одновременно вставая в более устойчивую позу. Главное продержаться.
Призраки пришли в движение и с силой врезались в Тома, вынуждая того ослабить напор магии. В этот момент Генрих, наоборот, усилил давление, отправляя по золотому каналу импульс в сторону противника. Волна легко дошла до оглушенного Воландеморта и ударила по нему, обращая в пепел. Второй раз ужасный темный маг был сражен банальным экспеллиармусом.
Барьер после этого начал медленно растворялся, забирая с собой свет.
Гарри с радостью кинулся к отцу, но замер не дойдя пары метров.
- Папа? - Рассеянно спросил он.
Взрослые маги не могли понять в чем дело и поторопились подойти. Оказалось, что Поттер-старший сам светился. Светился и медленно таял, вслед за барьером.
- Почему? - Тихо прошептал Сириус, а потом закричал. - Почему?! Разве это справедливо?
Поттер ничего не ответил, будто голос отказал ему. Он подошел к Гарри и поцеловал его в лоб, потрепав волосы напоследок. Потом он вложил в ослабевшие пальцы парня его палочку и подошел к единственным оставшимся огонькам. С каждым шагом Поттер сам становился всё нематериальнее и... младше. Исчезали шрамы, седина волос, разглаживались морщинки и вот вместо взрослого, побитого жизнью мужчины по траве бежит беззаботный мальчик в свободных шортах и футболке, вместо привычного всем костюма.
Тут огоньки мигнули и немного притушили свой свет, давая другим шанс рассмотреть их. Снейп и Блэк одновременно вздохнули. Они первыми узнали пару. К мальчику свои руки протягивали... Лили и Джеймс Поттеры.
- Мы позаботимся о нем, Сири. - Проговорила женщина и перевела взгляд на Гарри. - Я так горда. У меня прекрасные сыновья.
- Нюньчик, прикрой рот. - Бросил с усмешкой Джеймс. - И спасибо за сына. За обоих.
Призрачная семья развернулась и пошла прочь, стремительно истончаясь.
- Папа! - Очнулся от ступора Гарри и бросился бежать за ними, - Не оставляй меня! Я один не справлюсь!
Он бежал, спотыкался, падал и поднимался. Гарри и представить не мог такой конец.
Черноволосый мальчик замер и обернулся на него. Он покачала головой и произнес:
- Справишься. Ты удивительно сильный человек, Гарри Поттер. - Слова, произнесенные ребенком, звучали странно, но в них легко верилось. Ведь он знал о чем говорил, - Ты не один.
Это была последняя фраза. После на кладбище остались только маги.
- Почему? - Как мантру повторял Сириус. - Разве он не заслужил быть счастливым?
- Он будет счастлив там. - Уверенно произнес Дэвис, поднимая Гарри с земли и прижимая мальчика к себе. - Он наконец нашел покой.
После возвращения магов в Хогвартс время побежало с невероятной скоростью: вот они только-только вернулись и Люциус обвиняет министерство в халатности и грозит им судом, а вот и сам суд, который они с легкостью выиграли и Генриху был присужден орден Мерлина первой степени. Будто он ему нужен. Гарри тогда ничего не почувствовал, когда ему в руки передали медальку на ленточке. По его мнению нет на свете ничего достойного Генриха, ведь никакие награды не вернут того к жизни.
Многие маги пришли на похороны, выражали соболезнования, плакали, клали цветы... Были тут и ученики Хогвартса, и их родители, и коллеги Генриха. Особенно Гарри запомнил профессора Хорст: её глаза опухли от слез, а губы кровоточили, так сильно женщина их искусала. Она стояла чуть поодаль и смотрела невидящим взглядом на памятник.
Люди приходили и уходили весь день, сливаясь в бесконечный черный поток. И никто из них не знал, что помимо этой могилы на кладбище Лондона, есть ещё одна — в Годриковой Впадине.
Гарри Джеймс Поттер (31.07.???-24.06.1995)
Сын, отец, друг, герой, пусть новая жизнь твоя будет легкой.
Его похоронили рядом с Джеймсом и Лили. Хотя всё-таки странно называть пустую могилу захоронением.
Там был только близкий круг: Гарри, Малфои, Снейп, Блэк и Дэвис. Они не плакали и не возлагали цветы. Даже не говорили. Каждый думал о своем.
Сириус не мог смирится с судьбой крестника. Он не переставал пить, доведя эльфа до истерики. Нарцисса тогда не сдержалась и отвесила кузену звонкую пощечину, взывая к голосу разума. В качестве довода был показан не менее исхудавший, чем сам Блэк, Поттер.
Северус всё еще не оправился от вида мертвой подруги и школьного врага. Их появление оставило след в его душе, исцелило старые раны и сняло груз с плеч. Кажется... Кажется, они его не винили ни в чем.
Малфой же был бледен как полотно. Он размышлял о страшной войне, которую предотвратил его друг. О смертях и поломанных судьбах. Размышлял над будущим, в которое им тоже нужно внести свою лепту, чтобы старания Генриха не были напрасными.
Гарри... У Гарри в голове не было ни одной связной мысли, только комок эмоций и чувств. Трудно описать что ощущает человек, смотря на свою могилу. Ещё труднее — чувства сына, потерявшего отца, которого любил и уважал.
Никто уже не узнает о чем он мечтал, что хотел сделать и почему так легко всё бросил. Почему так просто ушел за грань, оставляя друзей позади. Отказался ли он от своего второго шанса? Или его жизнь только начинается? Не мессии света, не мальчика-который-выжил, не путешественника во времени, а Гарри. Просто Гарри.