5 глава
Шли дни, приближался конец года и дети все реже заскакивали на огонек к инспектору, так как были поглощены подготовкой к экзаменам. Поттер даже заскучал. Как назло он не мог найти к чему придраться, дабы развеется и занять время. Ни одна оплошность не попадалась на глаза, будто специально попрятали все косяки!
Смертельная скука. Взрослому магу в замке заняться абсолютно нечем. Книги надоели, отчеты составлены, террористы и преступники замолкли, а алкоголь в таком состоянии пробуждал образы прошлого, от которых Поттер и так не знал куда себя деть. Почему-то именно сейчас прошлое навалилось на него и грозилось раздавить.
Этими мыслями он и поделился с Дэвисом, заскочившим на огонек к усталому инспектору.
- Я бы посоветовал тебе мозгоправа, - неуверенно предложил невыразимец, потягивая чай, ибо как говорилось ранее, алкоголь Генрих не употреблял и в кабинете не держал.
- И что я ему скажу?
- Ты не единственный маг, прошедший войну. Расскажи о призраках, что преследуют тебя и о кошмарах. Возможно, тебе полегчает, если ты проговоришь свою проблему в слух другому человеку.
- А ты у нас человеком не считаешься? - Дэвис на это только фыркнул. - Я о том, что ты вроде как в курсе моих проблем и переживаний, причем в полном объеме. Мне не приходиться придумывать туманные формулировки и расплывчатые фразы, чтобы что-то тебе рассказать.
На несколько минут в комнате стало тихо и только жужжание каких-то приборов нарушало эту тишину.
- Если честно, до сих пор не понимаю, чем заслужил такой чести. Даже если допустить, что мы были знакомы в твоей реальности, - Дэвис специально избегал слова «будущее», надеясь, что такого будущего он не увидит.
- Я и сам не знаю... Ты был мне другом и я надеюсь, что могу считать тебя им сейчас.
- Я мог сдать тебя коллегам в тот раз.
- Мог. Но не сдал ведь?
- Я скрываю свою личность от тебя. Я могу оказаться не тем человеком, которого ты знал.
- Ты уверен, что знаешь меня?
Дэвис посмотрел на мужчину напротив. Знал ли он его? Поттер был разным: отрешенный и безучастный, когда никого нет рядом, любящий и заботливый, когда дело касалось Гарри или других детей, решительный и бесстрашный, когда выходил на подмогу аврорам, непримиримый и уверенный на своей должности, сильный и порой жестокий, к своим врагам, но чуткий и радушный для друзей, усталый и одинокий, когда смотрит вот так в даль, полностью погруженный в свои мысли. И Дэвис был уверен, что это не все грани этого мага. Наверняка найдется и пара скелетов, о которых Генрих не рассказал ему.
Однако, он должен признать, что привязался к Генриху. И к Гарри. Сначала это была простая работа и немного любопытство, но сейчас... Это сложно назвать дружбой... Товарищество?
- Думаю, у нас есть время это исправить.
Генрих слабо улыбнулся.
Идея как развлечься пришла сама, когда на очередном обеде Генрих заметил немного красноватые глаза сына и изрядно опустевшие часы змеиного факультета. Да, Северус Снейп снимал балы со своего факультета! Невиданный доселе прецедент. И быть Гарри отщепенцем среди своих, если бы не дружба с Драко. Малфой был фигурой видной в пределах своей гостиной и потому кое-какой властью наделенный и защитить друга для него проблемой не было.
Свою роль играло и присутствие Генриха. Всё-таки школьники не желали иметь у себя во врагах инспектора из министерства. Скорее даже не столько у себя, сколько у своей семьи. Поттер же не Снейп, чтобы над школьниками издеваться.
А ведь буйство профессора наверняка не на пустом месте появилось. Какова вероятность, что он так рвет и мечет после разговора со старшим Малфоем? А так как добраться до Генриха не может, то отрывается на Гарри? Вообще-то, предположение глупое, если не помнить весьма порывистый, отнюдь не слизеринский, характер.
Генрих даже позволил себе предвкушающе улыбнуться — грядет время неожиданных проверок!
Многие ведь знают как порой до неузнаваемости меняются преподаватели, когда их заранее уведомляют о зрителях на уроке. Все сразу такие милые, всепонимающие. Тьфу. Да, порою дети жалуются необоснованно, не понимая и не принимая строгость учителей, но когда это делают все и часто — надо принимать меры. Вот и примем.
Время визита Генрих выбрал ближе к концу занятия, когда Снейп прохаживался по рядам и сыпал оскорблениями, маскируя это под проверку зелий. Минут пять Поттер просто стоял под дверью, вслушиваясь, и вот настал черед Гарри:
- Такой же глупый, как ваш отец. Даже элементарное зелье нормально сварить не в состоянии! И как вас только занесло на Слизерин? Ни ума, ни хитрости не вижу, только лень и безрассудство!
Зельевар хотел сказать что-то ещё, но его прервал кашель. Северус мгновенно развернулся, чтобы осадить наглеца, но вместо ученика столкнулся взглядом с холодными глазами инспектора.
- Дети, занятие окончено. Мне нужно поговорить с вашим профессором.
Первачки мгновенно покинули класс. Слизеринцы хмурились, но ничего не говорили. Большинство понимало — декан влип и влип серьезно. Уже к вечеру десятки сов принесут родителям эту весть.
А вот Гриффиндоцы предвкушали. Они тихо перешептывались, радуясь, что ненавистный учитель попал в просак.
- И зачем устраивать этот цирк, мистер Поттер? - Снейп подобрался как змея перед броском.
- Предупреждениям вы ведь не вняли, профессор Снейп. - Поттер же, напротив, расслабился. Он был в своем праве. - Превышение полномочий, оскорбление студентов, выделение любимчиков — это непедагогично.
- И что вы уволите меня? - Снейп сложил руки перед грудью и выгнул бровь в своем излюбленном жесте.
И чего он так спокоен? Ах, точно. Протекция Директора. Ну-ну. Генрих лишь усмехнулся. Будь Снейп хоть трижды шпионом Альбуса, но спускать с рук такое отношение к сыну Поттер не намерен. Отвратительный характер зельевара начисто перечеркивает всё хорошее, что тот сделал для самого Генриха в будущем. Ведь профессором двигал долг и любовь к Лили Поттер, а не забота о её ребенке. Интересно, как сильно бы поредела шевелюра Северуса, если бы Лили обо всем узнала?
- Ну что вы. Увы, снять вас с должности у меня не хватит полномочий — Снейп сверкнул глазами, немного расслабляясь, видя, как ставит ещё одного Поттера на место. Вот только глупая это привычка, всех Поттеров по одному мерить. - Я отравлю всю вашу жизнь, развею по ветру всё чего вы добились, отниму любую радость, раздавлю и выброшу.
Снейп отшатнулся. Поттер... угрожает ему?
А Поттер действительно угрожал. И твердо знал, что угрозу выполнит. Уголки губ сами собой поползли вверх и усмешка превратилась в оскал:
- Просто представьте, что случится, если общество Англии узнает, что бывший Пожиратель третирует Гарри Поттера, Национального героя, Мальчика-который-выжил. А ведь вот они, — Генрих постучал пальцем по виску — все доказательства. Я подтвержу свои слова и под веритасерумом, и у легилимента на допросе.
И Снейп представил. Представил так живо, что ему стало холодно, будто дементоры уже ждали за дверью, чтобы забрать его. Травля. Жестокая травля в обществе, от которой не получится сбежать. Всё магическое сообщество будет преследовать его, презрительно кривиться в его обществе, открыто насмехаться. Его перестанут воспринимать человеком. А ведь и сейчас всё не особо радужно.
Наверное, его сознание сильно помутилось от страха, поточу что в здравом уме он никогда бы так не поступил. Но факт остается фактом, Северус напал на Поттера, пытаясь изъять компрометирующие воспоминания. Точнее желание их использовать.
В следующее мгновение Снейп почувствовал жуткую головную боль, его замутило, а ноги отказались удерживать тело в вертикальном положении, и профессор рухнул на каменный пол. Сознание покинуло его.
Очнулся мужчина от потока холодной воды в лицо.
- Как глупо. И это представитель дома Салазара? Да старичок в гробу перевернулся. Будет вам уроком.
Перед глазами плясали мушки, потому Снейп не мог увидеть говорившего, но голос узнал сразу — Поттер. Чертов инспектор.
- Что за... артефакт... вы использовали. - Горло жгло и голос не слушался, к тому же головная боль никуда не делась, не давая мыслить ясно.
Поттер презрительно фыркнул, но всё же ответил:
- На такого шарлатана столь ценные вещи переводить? Вот ещё.
И ушел, оставляя Снейпа валяться на полу.
Северус бы возмутился подобным пренебрежением со стороны отпрыска ненавистных Поттеров, но тут его настигла новая волна боли. Не стоило соваться в чужое сознание без подготовки, ох, не стоило! Это же основы основ!
Однако, длительное самобичевание не в характере профессора, и потому вместо признания собственной глупости мужчина сосредоточился на инспекторе. Что это было? На природный блок не похоже, на щит окклюмента тоже, версию с артефактом растоптал сам Поттер, но этот мог и соврать. Генрих всё-таки жук похлеще Люциуса.
И потемнее Лорда.
Вот в этом Северус был уверен. Магический фон у этого представителя светлых Поттеров был тяжел и темен, что действительно странно. Мелкий засранец вон светится как рождественская елка и уютно в его потоках магии как дома. Не даром к нему Драко липнет, да и не только Драко.
Взрослый Поттер же, во-первых, фон явно гасит, и Снейп ничего бы не узнал, если бы сквозь щиты не ломанулся, во-вторых, там не вяло текущие потоки, а настоящий шторм. Не скрывайся инспектор и ему бы сам Дамблдор о всех своих грехах сознался лишь бы ушел!
Не поэтому ли эта ветвь никак не контактировала с главным домом и предпочитала жить подальше? И как долго он будет умирать, если сунет свой нос в дела инспектора?
Генрих был доволен. Очень доволен. Его магия бурлила внутри, растекаясь по венам. Безрассудство Снейпа сыграло на руку и немного снизило градус напряжения инспектора.
А Хогвартс? Магия древнего замка ластилась к нему как домашняя кошка! Всё-таки не любила школа, когда над её учениками издеваются. За своих птенчиков Хогвартс любого порвет — факт, проверенный толпой враждебных пожирателей. Вот только Снейп был профессором и просто выкинуть его за пределы защитного купола замок не мог, отчего тихо страдал.
Кстати, вот и ещё один вопрос к директору. Понятно почему он ничего не сделал зельевару, но объясниться с замком он должен был.
Тут два варианта: либо Хогвартс не говорит по каким-то причинам с Альбусом, либо Альбус его не слышит. Вариант с игнорированием отбрасываем как не рабочий, ибо если бы великий и мудрый любитель лимонных долек слышал замок, то понимал бы что этот самый замок и настучать на него может (что, кстати, активно практикуется). Нет. Дамблдор за спиной свободно говорящий источник информации не оставит. Не его стиль. Значит надо думать почему Хогвартс молчит и аккуратно расспросить-таки директора.
Вот только угадайте кого опять не было на обеде? Правильно, Альбуса Дамблдора. А кто не явил свой лик на ужин? Правильно, Альбус Дамблдор.
И оправдать его (а также поумерить гнев Поттера) мог только Квирелл, просидевший весь ужин с отчаянной решимостью на лице.
Его планы только слепой бы не понял. Ну и Снейп, что с утра не оклемался и сидел, уткнувшись исключительно в свою тарелку. Тишь да гладь...
Была бы, если бы не четыре неугомонных чертёнка, которым приспичило приключения найти на то самое место откуда хвост растет! Нет в начале всё было хорошо — дети поели и разошлись по гостиным, оттуда ушли в комнаты, но вот незадача, в полночь повыскакивали как грибы после дождя! И одному несчастному инспектору пришлось покидать свою теплую кроватку и идти на зов сигнальных чар запретного коридора.
Генрих лишь надеялся, что у Гарри (а в его присутствии старший Поттер даже не сомневался) хватит ума не идти дальше. Хотя вот тут червячок сомнений был — мальчишка ведь не пришел к нему, как он сам к той же Макгонагалл.
Благо Гарри оказался достаточно разумным, чтобы в пасть к церберу не лезть — вся компашка малолетних героев стояла чуть дальше линии сигналок.
- О, пап, а мы тебя ждем! - и улыбка такая милая-милая и глазками хлоп-хлоп, ну прям ангел.
Генрих только глаза закатил, чувствует же азарт сына и его нервозность.
- Ну и что мы тут делаем, молодые люди? - Инспектор рассмотрел детей получше. А посмотреть было на что, совершенно сюрреалистичная картина для его мира: Малфой, Уизли, Грейнджер, Поттер в одном коридоре пойманы за совместной шалостью. Если, конечно, проникновение в запретные места с риском для жизни можно назвать шалостью.
- Мы знаем, что кто-то хочет украсть философский камень! - Гермиона запальчиво начинает свою речь, мальчишки пока молчат.
- Кто-то? - Генрих вопросительно вскидывает бровь, лениво играя с тростью. В его время «Золотое трио» с уверенностью называло имя преступника.
Дети посмотрели друг на друга и Гарри вышел вперед:
- Гермиона и Рон говорят, что это профессор Снейп, но я с Драко видел, что он вернулся в свои покои после ужина и не выходил. Явно пьет после утренней взбучки. - за последнюю фразу Гарри получил ощутимый тычок в ребра от Драко, но это так, мелочи.
Генрих устало прикрыл глаза. Знал ведь что этим всё закончится, но почему-то оказался совершенно не готов. Морально. Хочется разогнать детвору, забыть про Квирелла и пойти спать. Он, вообще-то, свое отвоевал! Вот только его заслуги обнулили и приходится проходить игру заново. Не забывайте сохраняться, дети, не забывайте сохраняться.
- Так. Вы четверо идете в свои гостиные, нечего тут сторожить, - увидев нахохлившихся детей и зарождающееся в глазах недовольство, мужчина недовольно цокнул языком и махнул рукой, призывая к тишине, - преступника вы всё равно прощелкали.
- Как? -Дружный вопль заполнил коридор. Жаль колдокамеры нет, такие милые мордашки с круглыми глазами и открытыми ртами. Ми-ло-та.
- Тише. Сигналки были задеты одним из профессоров незадолго до вас. Но так как их безопасность меня не касается, я никуда не пошел.
- А как же камень?! - всегда правильная Гермиона не могла понять такую халатность.
- А он тем более мне не интересен — не я его сюда тащил, не мне его охранять. Всё, идите. - Дети хотели ещё что-то сказать, но Генрих вновь их прервал. - Раз уж вы так волнуетесь, пойду шугану воришку.
Со стороны Гарри пришла огромная волна страха, а Рон испуганно выдохнул:
- А это не опасно?
Поттеру захотелось головой побиться об стену. Значит школьникам взрослого мага караулить не опасно, а инспектору Хогвартса, боевому магу, герою войны — опасно. Мерлин и Моргана, дайте сил!
- Кыш по спальням и чтобы до утра и носу оттуда не показывали!
Злой Поттер это вам не шутки, первачки очень быстро это поняли (Гарри, как уже знающий, просто похватал друзей за руки и побежал первым) и ретировались из коридора в кратчайшие сроки. Генриху оставалось лишь метать молнии им вслед.
Однако гнев прошел, также быстро как и появился и осталась лишь усталость. На ум пришла Астрономическая башня, что по высоте не должна уступать тому памятному небоскребу - может второй раз прокатит?
Отогнав мрачные мысли, Поттер уверенно вошел в комнату с Пушком. Зачарованная арфа всё ещё играла и от мага требовалось только обновить чары. Пусть песик спит. Теперь Генрих даже смог признать некое очарование волшебной твари: мощные лапы, внушительные когти, острые клыки, а ещё блестящая и мягкая на вид шерсть. Завести что ли собаку, чтобы дом сторожила?
Дьявольские силки тоже былого азарта не вызвали. Поттер немного постоял раздумывая: спускать веревку или как в молодости прыгнуть — и выбрал последнее. Если одиннадцатилеткой не расшибся, то и сейчас бояться нечего. И оказался прав! Лететь оказалось недалеко. Вот вообще. Встав на ноги Генрих понял, что, подпрыгнув, спокойно может дотянуться до люка и вылезти. Удивительно. А в его воспоминании летели долго. Хотя тут ещё под силками есть пространство. Кстати о них, эти склизкие ползучки уже начали оплетать ноги инспектора, пока он тут потолок разглядывал. Ощущения были так себе и маг предпочел зарядить Люмосом в ростки (он бы с удовольствием предпочел Инсендио, вот только Помону расстраивать не хотелось), а не расслабляться. Растение резко отпрянуло и Генрих вновь полетел вниз, вновь не особо далеко.
А дальше были ключи и старая метла. Причем метла явно старше того ужаса, что он приказал заменить в этом году, и садиться на неё не хотелось совершенно. Вот только к манящим чарам ключик оказался устойчив. Поттер долго смотрел на метлу и помятый ключ, тщетно пытаясь представить, как Квиринус тут гоняется. Может защиту от Акцио он поставил? Повздыхав ещё немного Генрих не придумал ничего лучше, чем трансфигурировать саму дверь в штору. Получилась скорее тяжелая портьера, но и заморачиваться не хотелось, а потому Поттер махнул рукой и пошел дальше. Потом, естественно, были шахматы, которые волшебник с особым наслаждением разнес в щепки, и пустая комната, ибо тролль знакомства с Поттером в этот раз не пережил.
На зелья Генрих даже смотреть не стал. Вот еще, всякую гадость в рот тащить. На месте Снейпа он бы в каждую яд положил. Ну или хотя бы слабительного с рвотным.
Презрительно осмотрев свиток с шарадой, Поттер поплотнее запахнул мантию и шагнул в огонь. Он свою одежду лично зачаровывал - «Постоянная бдительность!» Вот и пригодилось.
А в последнем зале его уже ждало зеркало и кружащий вокруг профессор защиты, бубнящий себе под нос заклинания. А может не заклинания, черт его знает.
Генрих отступил в тень и начал спокойно наблюдать за метаниями мага, сейчас-то он знал, что камень не может вытащить желающий его использовать. А смотреть на эти пляски было весело. Всё же Квирелл был профессионалом, когда под дурачка не косил, и чары знал интересные. Несколько Генрих даже особо тщательно рассматривал, чтобы потом в думосборе изучить.
Но уже минут через двадцать Поттеру наскучило и он вышел, нарочито громко стуча тростью. Квиринус вздрогнул и обернулся на вошедшего мага. Вмиг краски покинули его лицо, а рука вскинула палочку. Да уж, это тебе не с ребенком биться — осторожность не помешает. Жаль у одного паразита были другие планы:
- Дай мне поссссмотреть.
От голоса Тома Генрих поморщился, отгоняя ненужные воспоминания. Лучше вспомнить как зимой Близнецы зачаровали снежки и кидали в затылок Квирелла. Да, это определенно лучше.
Тем временем Квиринус убрал палочку и дрожащими руками медленно развязывал тюрбан. Весьма потрепанный тюрбан, кстати. Удивительно, как Волдеморт позволил заматывать свое темномагическое величество в подобную тряпку.
- Миссстер Поттер, рад всстрече ссс магом вашшего уровня...
Честно говоря, от подобного стиля речи очень быстро начинает болеть голова, так что нет ничего удивительного в том, что Поттер сразу запустил в рожу Редла «Сектумсемпру». Хотя быстро пожалел об этом. Надо было Авадой. Больно противно тот завизжал. Что интересно, Квирелл не издал ни звука, а ведь это его затылок.
- Убей его! Убей! - орал Лорд, пока его глаза заливала кровь. Потом потоки потекли в рот и Тому оставалось только невнятно булькать. Интересно, он может задохнуться? Было бы неплохо.
Первое заклинание Квирелла стекло по щиту Поттера, второе инспектор на щит принимать не решился, уж больно странно выглядел сгусток грязно-серого цвета. Судя по колонне, на которую пришелся удар, это разновидность какого-то растворителя. Причем качественного, от мрамора не осталось и следа.
Потом шла связка «Секо-Инсендио-Секо», отчего Генрих даже удивился. В арсенале профессора явно была куча всего мерзопакостного, а тут...Квиринус даже растворителем больше не кидался, а ведь хорошее было заклятие. Раза с пятого-шестого при должном умении мог и достать. Но видимо, оно было энергоемким, и более одного раза Квиринус его не потянул. Тогда зачем использовал?
Ответ пришел тогда, когда очередной бомбардой Квирелл сбил остаток колонны в сторону Поттера. Щит от физических объектов инспектора, конечно, прикрыл, но законы физики это вам не хвост собачий — импульс от удара впечатал Генриха в стену. Перед глазами замелькали мушки, а во рту появился привкус крови. Палочка отлетела куда-то в сторону, а вот трость упала рядом. Квиринус кинул «Секо», потом ещё. Поттер не шевелился и маг опустил палочку, чем вызвал недовольство своего Лорда:
- Я сказал убить его! - звучал Лорд приглушенно, видимо не всю кровь сплюнул.
Квиринус колебался. Хотелось услужить своему господину, но он ещё не убивал. Однако, борьба была недолгой и вот мужчина поднимает палочку.
Но заминкой воспользовался Поттер. Достать нож из складок секундное дело, метнуть его — миллисекундное. И вот Квирелл уже лежит, не подавая признаков жизни.
Жаль. Квиринус. в принципе. не был плохим человеком, но сила Лорда отравила его разум. Да и каким идотом надо быть, чтобы пустить в свое тело паразита?
Генрих как раз раздумывал стоит ли сжечь тело, превращая его в пепел, чтобы было почти как в прошлый раз, но Том решил за него. Дух вылетел из тела и пронесся по залу, нацеливаясь на Поттера. Вот только самому Поттеру прошлого раза хватило. Ощущения от проходящего сквозь вас духа, хуже чем от призрака, а потому Волдеморт со всего размаха впечатался в очередной щит. Жаль что щит не звукоизолирующий, этого вопля уши Генриха не выдержали и он почувствовал как по скуле побежала струйка крови. И это в дополнение к порезу на боку и правой руке, а также сломанному (судя по ощущениям) ребру.
Как-то в детстве лучше получилось. Однако в этот раз он хотя бы в сознании.
Как дошел до Больничного крыла, как вызывал авроров и давал показания, Генрих помнил очень плохо. Более менее в памяти отложилось как Помфри вручила ему кроветворное и общеукрепляющее, чтобы он смог ответить на вопросы стражей порядка. Правда отвечал недолго. Та же Помфри всех выгнала и уложила пострадавшего в койку. Не то чтобы пострадавший сильно сопротивлялся, уж слишком сильно хотелось спать.
И не просыпаться.
Ибо когда Поттер открыл глаза, то сразу увидел Дамблдора, будто директору на старости лет заняться нечем кроме бдения у его кровати:
- Мистер Поттер, как я рад, что вы очнулись! - И улыбочка такая добрая-добрая. Аж холодок по спине пробежал.
- А я-то как рад, что очнулся.
И оба волшебника замолчали. Генриху сказать было нечего да и не он пришел с визитом, а отчего молчал Дамблдор известно было только ему самому.
- Генрих, - начал наконец директор, - Ты поступил очень храбро. Думаю, дом Годрика гордился бы тобой.
И вновь тишина.
Поттер мысленно рассмеялся — родной Гриффиндор гордится им настолько, что позволил вытащить меч основателя факультета! Жаль в этом времени некому похвастаться. Хотя... Дэвису можно. Хотя он эту историю уже слышал... Может пойти попробовать руку в шляпу запустить?
- Я должен спросить, был ли ещё кто-то с тобой и беднягой Квиринусом в комнате?
Так, ну тут намек явно на дух Волдеморта. Вот только есть у Генриха старая обида на вечные недомолвки Альбуса в прошлом, так что...
- Нет. Если бы кто-то был ещё, я бы заметил.
- Вот как. А что если этот некто был нематериален?
- Призраки? Нет. Только я и профессор Квирелл. - И тут же сменил тему. - Кстати, что там с заключением авроров? Я всё-таки человека убил.
- Ох, не стоит беспокоиться. Всё в пределах самозащиты. - И опять улыбка доброго дедушки и лукавый взгляд из-под очков половинок. - Думаю, мне пора. С вами ещё хочет поговорить сын, он очень волнуется.
Генрих еле удержался, чтобы не закатить глаза. Даже если отбросить его связь с Гарри, через которую сейчас передавалось море эмоций, и ежу понятно будет, что сын волнуется за отца. Вообще, если быть честным, то, открыв глаза, Генрих рассчитывал увидеть именно Гарри, а не Альбуса.
- Папа!
Гарри влетел в палату первее всех и занял место на кровати. Следом вошли остальные любители пошататься ночью: Драко, Рон и Гермиона. У всех был немного виноватый вид, но только немного.
- Простите, - естественно, говорить начала гриффиндорка, как глас совести всей компании.
Генрих только рукой махнул. Им бесполезно что-либо говорить. А в качестве наказания, он не ответил ни на один вопрос о том вечере.
- Чтобы в следующий раз сразу ко мне шли.
Дети надулись, но урок усвоили. Всё-таки их не отругали и даже дали добро на следующий раз.
Долго засиживаться друзья не стали, оставив Гарри наедине с Генрихом. Тот словно только этого и ждал: скинул ботинки и залез к отцу под бок. При сокурсниках мальчик не мог себе этого позволить, но слишком уж он волновался, чтобы просто уйти. Так они и лежали до вечера. Гарри может остался бы и на ночь, но не мог пропустить ужин.
А Генрих пользуясь своим больным состоянием пропустил пир на окончание года, а также дежурство по поезду, разговор с министром, написание отчетов ему же и ушел из школы камином на следующий же день после отъезда школьников. Стоило бы остаться на летние каникулы и проследить за подготовкой к новому учебному году, но тут он и в августе не опоздает. Так что Генриха ждал заслуженный «отпуск» в компании Гарри.