Её нет
День тянулся бесконечно.
Килиан был на тренировке — весь на нервах, телефон постоянно в руке.
Он уже звонил тебе десятки раз, писал, но ответов не было.
Просто заснула, — пытался он убедить себя. Просто не слышит.
Но чем больше времени проходило, тем сильнее в груди росла тревога.
Когда тренировка закончилась, он не стал даже переодеваться — сразу направился к тебе.
— Джуд, поехали, — бросил он, и по тону было ясно — это не просьба.
Беллингем даже не спросил почему. Он сам чувствовал — что-то не так.
🏠
Когда они подошли к двери твоей комнаты, сердце Килиана будто замерло.
Дверь... была открыта.
Просто приоткрыта, как будто ты ушла в спешке.
Он толкнул её — и замер.
Внутри был погром.
Разбросанные вещи, опрокинутая лампа, следы на полу... и на стене — тонкая, неровная полоса крови.
— Чёрт... — прошептал Килиан, ощущая, как пальцы дрожат.
— Её забрали, — тихо сказал Джуд, глядя на всё это. — Килиан... кто-то её забрал.
Сердце брата сжалось так, будто его раздавили.
Он сразу набрал твой номер — снова, и снова, и снова.
Только короткие гудки.
С тех пор прошла неделя.
Они искали тебя повсюду. Подключили полицию, друзей, команду. Никто ничего не знал.
Каждое утро Килиан просыпался с надеждой, что поступит звонок.
Каждую ночь Джуд сидел на балконе, глядя в телефон, молясь, чтобы ты просто... написала.
🕯️
И вдруг, через семь дней, поздно ночью, раздался сильный, отчаянный стук в дверь.
БУМ. БУМ. БУМ.
— Кто там?! — крикнул кто-то из ребят.
Стук не прекращался. Рваный, судорожный.
Килиан подскочил, бросился к двери — и открыл.
И застыл.
Ты стояла на пороге.
Вся в грязи, волосы спутаны, губа разбита, по щеке шла тонкая струйка крови. На руках — ссадины, на шее — следы верёвок.
Глаза — испуганные, мокрые от слёз.
— Килиан... — выдохнула ты. — Они... они всё ещё...
Ты не успела договорить. Ноги подкосились, и ты без сил упала вперёд.
Джуд подхватил тебя в последний момент, удерживая в руках.
— Эй, эй, спокойно... всё хорошо, — шептал он, прижимая тебя к себе. — Ты в безопасности. Я здесь.
А Килиан стоял рядом — с лицом, в котором смешались ужас, вина и гнев.
— Я найду их, — сказал он глухо. — Клянусь, я найду тех, кто это сделал.