1. приезд
Лето для Алины являлось не просто сменой времен года, а настоящей радостью. Уже третий год подряд ее сердце замирало в ожидании возможности вырваться из города и устремиться в деревушку ее возлюбленного, где их компания собиралась вместе, чтобы провести самые незабываемые дни. Их отношения, зародившиеся из дружбы постепенно переросли в гораздо большее.
Они втроем, вместе с лучшей подругой Алины, отправились в путь на машине парня, погруженные в атмосферу беззаботного веселья, которое витало в воздухе. Музыка, льющаяся из динамиков, подхватывалась их голосами, превращаясь в дружный хор. Они снимали забавные видео, стараясь запечатлеть каждое мгновение этого долгожданного начала летнего приключения.
Теплый летний ветерок ласково трепал ее темные волосы, создавая легкий беспорядок, а солнцезащитные очки, хоть и не полностью защищали от ярких лучей палящего солнца не могли омрачить ее радостного настроения.
Наконец, после долгой дороги, они подъехали к деревне, которая на целых два месяца станет их домом. Дом Дани был полностью в их распоряжении. Бабушка с дедушкой, улетевшие на заслуженный отдых, оставили им ключи и полную свободу действий, доверяя им свой дом и свои воспоминания.
Помогая девушкам выгружать тяжелые чемоданы, Селиванов заносил их в дом, а Алина, пробежавшись взглядом по первому этажу отметила, что в интерьере ничего не изменилось, все осталось таким же уютным и по-домашнему, словно время здесь остановилось. В гостиной стоял старый, но по-прежнему удобный диван, обитый выцветшей тканью, хранящей в себе тепло прошлых лет, а на стенах висели фотографии в рамках, запечатлевшие моменты из жизни Дани.
Вытащив из кармана его джинсов пачку сигарет, Агапова чмокнула парня в щеку, оставив на его коже легкий отпечаток своей помады, и вышла на улицу, вдыхая свежий деревенский воздух. Деревенский аромат значительно отличался от загрязненного и удушливого городского смога. Закуривая сигарету, она наблюдала за компанией мужчин, собравшихся неподалеку. Громкая музыка, льющаяся из машины, смех и разговоры, наполненные непринужденностью и легкостью, создавали атмосферу безграничного веселья, которая заражала всех вокруг своим позитивом.
Потушив сигарету и выбросив ее в старую жестяную банку, стоявшую у небольшой деревянной лестницы, девушка вернулась в дом. Поднявшись в комнату, она увидела Даню, развалившегося на кровати, уставшего от переноски тяжелых чемоданов. Она легла рядом с ним, чувствуя тепло его тела, всматриваясь в потолок, на котором солнечные зайчики играли в узоры, создавая причудливый танец света и тени.
— Ты же обещала бросить курить, — устало произнес он, повернув голову, чтобы посмотреть на девушку. — Я скоро тебя по губам начну бить.
Агапова действительно слишком много раз давала обещания бросить эту привычку, но никак не могла расстаться с сигаретой.
— Брошу, — с уверенностью дала обещание, которое, скорее всего, снова не выполнит. — Просто мне нужно немного времени.
— Ага, верю, — с усмешкой ответил парень, притягивая ее к себе и заключая в крепкие объятия. — Я слышу это уже сколько месяцев.
— Ой, отстань! — улыбаясь, зарылась рукой в его густых темных волосах. — Сказала, брошу, значит, брошу. Дай мне время.
— Главное, чтобы ты не меня бросила, — с улыбкой проговорил Селиванов, пробегая пальцами по ее спине.
— Ну, тут еще под вопросом, — перебравшись на его колени, провела руками по его груди. — Будешь плохо себя вести, брошу, и уйду к какой-то девушке.
— Резко решила сменить ориентацию?— засмеявшись, приподнялся на локтях. — То есть мне нельзя выебываться на тебя?
— Именно так.
— Я подумаю.
Солнце постепенно садилось за горизонт, окрашивая небо в яркие краски. Летний день подходил к концу, оставляя после себя приятную усталость и предвкушение новых приключений.
***
Темноволосая шла по тропинке, нагретой полуденным солнцем, ощущала, как внутри нее расцветает непроизвольная, искренняя улыбка, а в самой глубине груди разливается теплое, волнующее предчувствие чего-то невероятно долгожданного. Она направлялась к деревянным ограждениям, за которыми, она знала, ее ждала та, по которой она так отчаянно скучала. Целый год разлуки тянулся бесконечно, и теперь, когда встреча была так близка, Алина едва сдерживала радостное волнение.
Вдали уже виднелись очертания загонов, и сердце забилось чаще, отсчитывая секунды до встречи. Вот-вот, совсем скоро мечта станет реальностью, и долгожданный взгляд Кометы наполнит ее душу теплом и светом.
— Смотрите-ка, кто пожаловал! — раздался голос Инны, которая скрестив руки на груди, стояла у ограды. — Не успела приехать, а уже здесь.
— Я к Комете, — улыбаясь, направилась к ней.
— А, к дикарке, — усмехнулась рыжая. — Чего ты с ней там делала, колдовала, что ли? С тех пор как ты уехала, она стала неуправляемой. Никого не подпускает, только и ждет, чтобы укусить, — в ее голосе звучало недоумение, смешанное с плохо скрываемой завистью.
— Ничего такого, — пожав плечами, загадочно улыбнулась. — Просто мы понимаем друг друга.
— Понимаете, значит... — протянула она скептически. — Ну-ну, посмотрим, как твое понимание сработает. Она у нас такая, что и к седлу-то не подпустит, а уж про уздечку и говорить нечего.
Инна посторонилась, пропуская Алину к загону.
— Ладно, иди. Посмотрим на твое чудо-приручение. Только смотри, если что, я предупреждала.
Агапова кивнула, чувствуя, как ее переполняет радость с каждым шагом. Она прошла мимо знакомой, чей скептический взгляд провожал ее до самой изгороди.
В самом центре просторного загона стояла Комета, ее гладкая шерсть насыщенного коричневого цвета лоснилась под яркими лучами солнца, отражая свет. Угольно-черная грива ниспадала на ее плечи, а на широком лбу красовалась небольшая, но отчетливая белая отметина в форме звезды.
Лошадь, изначально внимательно наблюдавшая за приближающейся девушкой, настороженно прислушивалась к каждому шороху. Алина остановилась в нескольких шагах от изгороди, не делая резких движений, позволяя ей полностью узнать ее, дать ей время вспомнить знакомые очертания и запах. Вскоре она вскинула голову, коротко и радостно заржала, этот звук разнесся по округе, наполняя воздух счастьем, преодолев последние метры, ткнулась мордой в плечо Алины.
— Здравствуй, моя хорошая, — проговорила она, с улыбкой, поглаживая ее по лбу. — Не скучала без меня?
Комета в ответ потерлась головой о ее руку, подтверждая ее слова, и та улыбнулась еще шире.
— Знаю, тебе было одиноко, — сказала девушка, словно разговаривая с человеком. — Но теперь я на два месяца вся твоя.
Алина провела рукой по ее шее, ощущая под пальцами упругие мышцы. Лошадь слегка повела ухом, прислушиваясь к ее прикосновениям.
Инна, стоявшая неподалеку, наблюдала за ними с нескрываемым изумлением. Ее скептический взгляд постепенно сменялся удивлением, а в глубине глаз мелькнула зависть.
– Ну и что теперь скажешь? – спросила Алина, повернувшись к ней с улыбкой.
Рыжая промолчала, не находя слов. Она видела своими глазами то, что казалось невозможным – дикая и необузданная лошадь, которая не подпускала к себе никого, теперь ласкалась к Алине. Это было невероятно, необъяснимо, но факт оставался фактом.
***
Дни в деревне тянулись медленно, пока вся компания не собралась вместе. Девушки, прогуливались по деревни, встречая знакомые лица, старых друзей и соседей, и каждая встреча превращалась в обмен новостями, воспоминания о минувших днях, смех и шутки.
Даня, в свою очередь, искренне радовался приезду Никиты. Он пропадал целыми днями вместе с ним, возле дома, где помогал другу с его машиной. Время от времени он, конечно, находил минутку, чтобы уделить внимание Алине, но этих коротких встреч было катастрофически мало. Пока она просыпалась, он уже спешил к нему, а возвращался лишь под покровом ночи, утомленный и готовый лишь к сну.
Маша видела нарастающее раздражение в глазах подруги, но ничего не могла поделать, кроме как стараться скрасить ее одиночество. Она не понимала, что Алина нашла в Дане, который, по ее мнению, не умел по-настоящему заботиться о ней, разве что только привлекательной внешностью. Впрочем, и это казалось ей спорным, ведь ее вкус на мужчин был совершенно иным.
Устав от безделья, Агапова закинула ноги на стену и машинально пролистывала ленту тиктока, но с трудом, каждое видео заедало из-за плохого интернета. Скука давила на нее, время тянулось нестерпимо медленно. Не находя себе места, пока парень пропадал с другом, а подруга предпочла забыться в объятиях сна, она отложила телефон и побрела на первый этаж в поисках хоть какого-то развлечения. Открыв холодильник, она вытащила бутылку пива, но, подержав ее в руках, потеряла всякое желание пить и вернула на полку.
Внезапно дверь распахнулась, и в дом ворвался Даня. Его лицо сияло широкой, заразительной улыбкой, и он устремился прямо к ней.
— Собирайтесь, на речку пойдем! — одарив девушку легким поцелуем в лоб, не дожидаясь ответа, пронесся в комнату, намереваясь собрать необходимые вещи для предстоящего отдыха.
Внезапная перемена в его настроении не могла не вызвать у нее надежды, однако, несмотря на желание провести время с ним, мысль о речке не вызывала особого энтузиазма. Она знала, что вновь обречена на роль стороннего наблюдателя, сидя на берегу и с грустью глядя, как другие резвятся в прохладной воде.
Тяжело вздохнув, девушка понимала, что отказаться от предложения было бы равносильно признанию собственной беспомощности. Желание угодить ему и разделить с ним радость преобладало над личными опасениями. Смирившись с неизбежным, она поднялась наверх, чтобы взять с собой сменную одежду.
***
На берегу реки, в тени дерева, девушки аккуратно расстелили плед, создавая пространство для отдыха. Они начали вытаскивать из сумок закуски и напитки, когда Даня, переполненный энтузиазмом, с радостными криками бросился в воду, увлекая за собой остальных парней. Алина проводила их взглядом, чувствуя легкую зависть и одновременно облегчение. Вода всегда вызывала у нее смешанные чувства – манила своей прохладой и пугала своей глубиной.
Первым из реки выбрался Кирилл, энергично вытирая лицо и волосы полотенцем. Он сразу же принялся за дело, разжигая мангал, попутно развлекая всех забавными историями из студенческой жизни. Его рассказы, приправленные самоиронией и искренним юмором, заставляли девушек то и дело взрываться смехом. Пока девушки сосредоточенно нанизывали замаринованное мясо на шампуры и нарезали овощи для салата, остальные продолжали резвиться в воде, соревнуясь в нырянии и брызгаясь друг в друга.
Агапова, полностью поглощенная приготовлением салата, не заметила, как Даня, освеженный купанием, вернулся к ним на берег.
— Давай поплаваем, — предложил он с улыбкой, откладывая нож в сторону и нежно взяв Алину за руку.
— Ты же знаешь, я не умею, — напомнила она ему с грустью.
— Я научу тебя, — заверил Даня, сжимая ее руку чуть крепче. — Это совсем не страшно, я буду рядом.
— Нет, — Алина испуганно взглянула на темную, манящую и одновременно пугающую воду, отрицательно качая головой. — Иди сам, мне и тут хорошо. Я лучше помогу с салатом.
— Да не ссы! Все будет в порядке, — легкомысленно отмахнулся Селиванов, потянув ее за руку.
Он попытался поднять ее на ноги, но девушка уперлась, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться в груди. Воспоминания о детском страхе, когда она чуть не утонула, нахлынули с новой силой.
— Дань, я сказала нет, — выдергивая свою руку, она недовольно посмотрела на него. — Я боюсь воды. Это не смешно.
— Хорошо, хорошо, — с легким вздохом сдался парень и, не сказав больше ни слова, вернулся к своим друзьям в воду. Она, с облегчением, вернулась к готовке, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце.
Вечер стал более оживленным гремела музыка, ребята танцевали, смеялись и увлеченно общались, образуя круг веселья. Агапова, к своему глубокому сожалению, чувствовала себя чужой на этом празднике жизни. Голова начинала раскалываться от громкой музыки и непрерывного шума, а Даня, словно в отместку за ее отказ искупаться, игнорировал ее, общаясь исключительно с парнями. Он то и дело громко смеялся, рассказывая какие-то истории, но ни разу не взглянул в ее сторону. Маша, поглощенная беседой с Кириллом, сидела на другом пледе, полностью погрузившись в разговор и, казалось, напрочь забыв о существовании подруги,
Не выдержав, Алина поднялась с пледа и, стараясь не привлекать к себе внимания, подошла к парню. Даже не взглянув на нее, машинально притянул ее за талию, продолжая оживленную беседу с друзьями.
— Она на днях должна приехать, — как бы невзначай обронил Селиванов, укладывая свою голову на макушку девушки.
— Кто? — решила уточнить девушка, ведь вся их компания, казалось, была уже в сборе, и она никак не могла понять, о ком идет речь.
— Соня, — ответил Тема, затягивая сигаретой и выпуская дым в сторону реки.
— Это кто? — нахмурив брови, спросила она.
— Данек познакомил нас с ней пару лет назад, — делая глоток пива, прояснил Никита. — Вроде нормальная девчонка.
Она попыталась вспомнить хоть одно упоминание о какой-то Сони, но все было бесполезно. Казалась, Даня никогда не вспоминал о ней в присутствие Алины.
— Не ревнуй, — с улыбкой ответил Даня, прижимая ближе к себе.
— Да я не ревную.
— Ну да, — хихикнул Никита, а Агапова почувствовала, как Даня нежно поцеловал ее в макушку, желая успокоить. — Это Даньку надо ревновать, — шепнул он на ухо Теме.
***
Вернувшись поздно ночью, Алина с наслаждением ощутила, как каждая мышца ее тела, до этого напряженная, расслабляется, позволяя ей растянуться на кровати. Даня, не теряя ни секунды, последовал ее примеру, буквально рухнув рядом, и под его весом старенькая кровать отозвалась скрипом. Не успел он даже толком принять удобное потребление, как его пальцы уже стучали по экрану телефона, отвечая на сообщение.
— Слушай, — протянула она, поворачиваясь к нему на бок и подпирая голову рукой. — А кто такая Соня?
— Подруга детства, — буркнул парень, не отрывая взгляда от переписки.
Алина приподнялась на локте, внимательно наблюдая за его реакцией.
— Почему я о ней ничего не слышала раньше? — вопрос прозвучал без упрека, скорее с искренним любопытством. Она действительно не понимала, почему Даня никогда не упоминал эту подругу, ведь обычно он делился с ней всеми своими воспоминаниями.
Он оторвался от телефона и встретился с ее взглядом. в его глазах, на долю секунды, промелькнуло явное замешательство, он растерялся, не находя нужных слов, чтобы дать ей ответ.
— Вообще-то, рассказывал, — пробормотав, пожал плечами.
— Плохо рассказывал, раз я не помню, — с улыбкой ответила Алина, садясь по-турецки и
завязывая свои волосы в пучок. Она слегка наклонила голову, ожидая продолжения рассказа.
— Ну, она... немного другая? — неуверенно проговорил Даня, барабаня пальцами по колену.
Темноволосая выгнула бровь, совершенно не понимая, к чему клонит парень с такими загадочными формулировками
— Она умеет читать мысли и предсказывать будущее?
— Нет, — усмехнулся Даня.
— Она инопланетянка?
— Аль, перестань, — вздохнул он, откладывая телефон в сторону. — Ты сейчас начнешь придумывать всякую ерунду.
— Тогда почему она другая? — настаивала она, сохраняя на лице невинное выражение
— Да блять, — пробормотал он, снова потянувшись к телефону, но тут же передумал. — Ну, ей типа девушки нравятся.
Она удивленно вскинула брови, а глаза округлились от неожиданности, а затем, с едва заметной ироничной улыбкой, растянувшейся на губах, она задала вопрос, который, казалось, застал его врасплох:
— Ты собрался ревновать меня к ней, опасаясь, что я внезапно сменю ориентацию?
Парень, в ответ, лишь театрально закатил глаза, с преувеличенным страданием выдохнул и притянул ее к себе, обнимая за талию.
— Ой, все, — буркнул он, уткнувшись носом в ее шею. — Не ревную я ни к кому. Просто не знал, как сказать. Боялся, что ты как-то не так отреагируешь.
— Ты что, думаешь, я стала бы ее хуесосить за ориентацию или что-то в этом роде? — темноволосая иронично приподняла бровь.
— Ну, мало ли... Всякое бывает, — пробормотал парень.
— В соседней комнате спит человек, с которым у меня был мой первый поцелуй, — напомнила Алина, намекая на Машу. — Так что гомофобом я быть просто не могу.
— Целоваться и любить – это все-таки две разные вещи, — возразил Даня, подбирая голову рукой.
— Я знаю, — согласилась девушка. — Но с девушками иногда бывает гораздо проще, чем с парнями, — она неопределенно махнула рукой, обрисовывая некую общую истину, которую не каждому дано понять
— Легче? — Селиванов удивленно вскинул брови. — Да я тебе сейчас такую историю про ее бывшую расскажу, что ты моментально возьмешь все свои слова обратно.
— Настолько все жестко, что ли? — с любопытством прищурилась Алина.
Она, как и многие другие, просто обожала слушать истории о чужих отношениях, особенно если они были полны драматизма и неожиданных поворотов сюжета. Это было похоже на просмотр захватывающего сериала, только в реальной жизни.
— Да это просто пиздец, — с чувством выдохнул, закатывая глаза.
И он, без лишних предисловий, принялся живописно и с мельчайшими деталями рассказывать о том, как Соня познакомилась с некой Аней в университете, и как всего за месяц их первоначальное общение, все переросло в отношения.
Казалось, Соня жила в самой настоящей сказке, где все было идеально. Она была абсолютно уверена в искренности чувств Ани, не подозревая ни о каких скрытых желаниях, ни о невысказанных потребностях своей возлюбленной, которые копились внутри, ожидая своего часа.
Она не замечала, как та, шаг за шагом, пыталась изменить ее, сделать более соответствующей своим собственным идеалам, придать ее образу именно те черты, которых ей, по мнению Ани, катастрофически не хватало, превращая ее в некий идеал, созданный в ее воображении.
Но однажды сказка закончилась, и все мечты разбились вдребезги. Аня, поддавшись минутной слабости, изменила ей со своим бывшим парнем, разрушив все доверие. После этого она призналась Соне, что их отношения были лишь, не более чем, экспериментом, который она, по собственной ошибке, приняла за любовь.
Мир, еще вчера такой яркий, в одночасье потускнел и рассыпался на осколки. Не в силах справиться с болью, она нашла утешение на дне бутылки, стремительно скатываясь в отчаяние. Дни и ночи слились для нее в однообразное, серое пятно. Учеба была заброшена, общение с друзьями, которое когда-то было неотъемлемой частью ее жизни, полностью прекратилось, и она замкнулась в себе, отгородившись от всего мира.
Даня, как мог, прилагал усилия, пытаясь вытащить ее из этой бездны, протягивая руку помощи, но та оставалась совершенно неутешной, ее страдания были настолько глубоки, что казались неизлечимыми. Запои накатывали на нее все чаще и становились все продолжительнее, безжалостно стирая последние границы между ясным днем и непроглядной ночью.
— И так, блять, на протяжении двух месяцев, — сорвался Даня, выплескивая наружу злость. — Я ее пьяную в дрова из баров вылавливаю и потом домой, как мешок картошки, тащу. Заебался, честное слово! А она потом еще и рыдает, что жизнь – дерьмо, и что она никому не нужна.
— Какая же она мерзкая, — вздохнув, Алина осуждающе покачала головой, ее сердце сжималось от возмущения и сочувствия к его подруге. — Как вообще можно было так подло поступить?
— Да вот я о том же! — поддержал ее парень, чувствуя, как в груди разгорается гнев. — Шлюха она просто. И ведь даже не извинилась толком. Просто сказала, что так получилось. Как будто это что-то меняет!
Воспоминания об этих двух месяцах, наполненных бессильным наблюдением за страданиями друга, были для него невероятно болезненными. Он видел, как его близкая подруга медленно, но верно тонет и чувствовал себя абсолютно бессильным что-либо изменить.