5.
Как и ожидалось, утром Чеён получила кучу сообщений от Юнги, в котором он сначала спрашивает, опаздывает ли она, может ли найти дорогу, встретить её ли у остановки. Потом пишет, что должен подняться на сцену и будет её ждать. А через пару часов, что не понимает, почему она не пришла, не предупредив, и надеется, что всё в порядке.
Чеён читала всё это, по его грустным стикерам понимая, что Юнги расстроился. Она жалела, что не написала отмазку по типу: «Заболела, не приду» и сейчас уже поздно оправдываться.
«Прости, что не пришла» – лишь напечатала она, с трудом заставив себя отправить написанное, на что он ответил обычным смайликом.
Обиделся. Чеён была рада, что Юнги ей больше не сосед, иначе сейчас постучалась бы к нему в дверь и самолично извинилась бы. Ей пришлось провести все уроки под напором угрызений совести, думая, что бы такого написать парню, чтобы начать беседу и продолжить их дружбу так, словно ничего не было.
Чеён оправдывала себя в мыслях, пыталась убедить себя в том, что её присутствие было не таким важным. Юнги и до неё выступал. Поэтому она пыталась расслабить себя болтовнёй с Тэхёном во время одной из перемен.
– Иногда мне кажется, что жизнь просто готовит мне какой-то хороший сюрприз в тридцать лет, поэтому она такая дурацкая сейчас, – говорила она, прислонившись к стене в коридоре.
Ей нравилось говорить с новеньким на такие темы, так как, хоть и как другие одноклассники, он вечно пытался поругать её за пессимизм, в отличие от них не приводил всякие примеры, что, мол, в Африке дети голодают, а ты тут депрессуешь. От этого ей всегда становилось только хуже.
– Может, так и есть, – кивнул тот, встав поближе.
Тэхён считал себя обязанным поднять дух Чеён и старался не наседать. В последний раз, когда он надавил, сделал лишь хуже, что в итоге привело к неисправимым результатам.
– Считай, что жизнь – это видеоигра, в которой ты должна кое-как пройти миссии и сохранить жизнь. А в конце тебя наградят призом, – произнёс он, замечая её ухмылку, и понимал, что для неё это сравнение мало что значит.
Он узнал, что Чеён не увлекается видеоиграми, когда пригласил её пойти с ним и Чонгуком в компьютерный зал, на что она сразу же отказалась.
– Ты слишком много играешь в свои игрульки, Тэхён, – ответила она и любила иногда позанудствовать. – Или дело не в игрульках совсем? – Чеён двусмысленно вскинула бровь, прекрасно осведомлённая в том, что после школы Тэхён играет именно с Чонгуком.
– Опять твои шуточки, – недовольно буркнул он, но всё равно улыбнулся.
Чеён частенько шутила на тему его крепкой дружбы с Чонгуком, и Ким позволял ей это делать, так как эта тема поднимала ей настроение.
Чонгук сердитым шагом вошёл в столовую с телефоном в руке. Наверно, впервые за несколько недель он решил пообедать без Тэхёна и даже не предупредил его об этом. Наложив себе непонятно что, он с подносом еды сел за стол к старшеклассникам и, не здороваясь, направил экран телефоне в центр.
– Твоя девушка целый день тусуется с новеньким, – предательски осведомил он Юнги.
До этого парень молча ковырялся палочками в рисе, грустно опустив голову, и друзья не смели его тревожить, понимая, в каком он сейчас состоянии после вчерашнего. Выступил он хорошо, однако совсем не мог порадоваться этому.
– Она не моя... девушка, – устало пробормотал он, поднимая голову, и остановил хмурый взгляд на фотографии.
Чеён стояла рядом с Тэхёном, очень близко по мнению Юнги, и широко улыбалась. Пальцы автоматически сжали палочки, которые, не будь они металлическими, определённо сломались бы пополам, а внутренняя обида сменялась ревностью. Она не пришла не потому, что не могла найти дорогу или из дома не пустили, как казалось Юнги. Теперь он не сомневался в том, что Чеён не захотела приходить, так как Тэхён был ей важнее.
– Ну поздравляю, чёрт возьми, – нервно ответил Хосок, искренне переживающий за отношения друга.
– Чонгук, ты плохо справляешься с заданием, – Намджун осуждающе покачал головой, хотя до этого они серьёзно не относились к миссии Чона.
– Удали фото по-быстрому, а то, если ты не в курсе, фотографировать людей без их разрешения – нелегально, – Сокджину просто хотелось избавиться от фотографии, так как Юнги становился ещё мрачнее, а ведь он всё утро обрабатывал одноклассника, пытаясь поднять ему настроение.
Юнги вспомнил про фото девушки в галерее своего телефона. Взяв свой смартфон, он лёгким движением удалил фото спящей Чеён, решая, что уже достаточно налюбовался её лицом.
Весь день Чеён ощущала, что скучает по общению с Юнги. Вдобавок, угрызения совести за то, что она его обидела, не давали ей спокойно отсидеть уроки. А когда она отправила ему мем с баскетбольной шуткой, которая даже самой девушке была понятна и смешна, он ей не ответил. Она не хотела ещё раз извиняться через мессенджер, ведь была уверена, что он проигнорирует её сообщение. Поэтому неуверенным шагом и не раз передумывая на ходу, она подошла к кабинету и с участившимся сердцебиением ждала, когда одноклассники Юнги выйдут из класса. Чеён безумно волновалась, боясь, что, когда извинится, Мин надменно рассмеётся, показав, что она совсем ему не сдалась и он просто убивал с ней время. Ещё она боялась, что он её простит, но уже никогда не будет дружить с ней как раньше. Люди были такими непонятными для Чеён, особенно мальчики.
– Юнги, твоя... – Хосок, увидев в проёме двери знакомое лицо, хотел было по-обычному позвать друга, но Намджун вовремя заткнул его ладонью, спрятав под ними слишком болтливые губы.
– Привет, – улыбнулся Ким девушке и мысленно думал, что она совсем не похожа на девушку, которая могла бы так запросто разбить его другу сердце.
– Чего? – хмуро отозвался Юнги, лениво подходящий к двери, и, увидев неуверенно улыбающуюся Чеён, застыл на месте.
Он смотрел на стоящих в коридоре друзей, пытаясь мысленно спросить у них, их ли рук это дело. Парни, по его растерянному взгляду поняв вопрос, отрицательно покачали головой и пожали плечами.
– Мы подождём тебя... на крыльце, – бросил ему Сокджин, с трудом потянув за собой Хосока, которому очень хотелось послушать их разговор.
– Юнги, привет, – начала Чеён, когда в кабинете и в коридоре наконец никого не осталось.
Девушка хоть и хотела поговорить без свидетелей, сейчас она ощущала ещё большую неловкость от нахождения наедине рядом со старшеклассником, который, нахмурив брови, смотрел ей в лицо. От этого взгляда краснели щёки и спина покрывалась потом, а мысли в голове путались, что Чеён уже и забыла, что хотела сказать.
– Надо было записать на листочке, – пробормотала она своим мысли вслух и неуклюже улыбнулась. – Знаю, ты сильно обиделся за то, что я не пришла.
– Да нет, – Юнги безразлично пожал плечами, не желая выдавать того, что был очень расстроен.
– А, ну... – его ответ застал Чеён врасплох, и один из её страхов оправдался.
От этого теперь она чувствовала себя преданной и мысленно обещала, что уже не позволит кому-то так близко запасть к себе в душу. Она понимала, что нельзя молчать и ждать, когда Юнги опять будет с ней разговаривать, а может ещё бросит какую-нибудь смешную шутку, чтобы разрядить обстановку. Но силы в который раз её покинули, и в голову не приходило ничего, что бы она могла сейчас сказать.
– Ладно. Это всё, что я хотела узнать, – произнесла она, да и то, потому что не захотела молча уходить, что было бы ещё странным, ведь она не поленилась даже подойти к его классу.
Кусая нижнюю губу, Чеён развернулась и быстрым шагом направилась в сторону выхода из школы. Она надеялась как можно скорее уйти домой, чтобы в дороге не встретить его, ведь ощущала себя полной дурой. Теперь можно было ставить жирный крест на дружбе с Юнги. Они уже вряд ли встретятся, раз он переехал, а если случайно столкнуться, то она, скорей всего, молча кивнёт ему вместо привета. Надо просто потерпеть, пока он не закончит школу, и Чеён уже будет не так стыдно.
Юнги сильно жалел о том, что соврал. Он долго смотрел уходящей Чеён в спину и сокрушался в мыслях, не жалея оскорблений в свою сторону. А потом рассказал об этом друзьям, чтобы они ещё от себя добавили, не жалея матерных выражений. Он заслужил всё это, как бы сильно не был зол на девушку из-за Тэхёна. Ведь и не надеялся, что Чеён сама придёт к нему, и понимал, как нелегко ей это далось. Теперь он уже не удивлялся, почему она предпочла ему одноклассника, и надеялся просто, что с ним ей будет проще, раз Юнги такой неуверенный в себе и пассивный. Мысли и желания были так запутанны, что он никак не мог понять, хотел ли он вообще когда-то с ней встречаться или просто пытался внушить себе это, раз очень больно осознавать то, что у него был шанс получить от неё взаимности.
Ему хотелось убедиться в этом, чтобы отпустить Чеён со спокойной душой и больше уже никогда не оборачиваться, бросая всё, когда она будет проходить мимо. Он стоял у подъезда, зная приблизительное время, когда Чеён выйдет из квартиры. Она частенько жаловалась на мать, которая словно по графику заставляла дочь выносить по вечерам мусор, и даже иногда сам без причины спускался, чтобы якобы случайно столкнуться с девушкой.
– Юнги? – услышал парень голос девушки за своей спиной, радуясь тому, что не ошибся.
Он повернулся к Чеён и посмотрел на её удивлённое лицо, еле освещаемое уличным фонарём. Она знала, что он переехал, поэтому не ожидала и надеялась больше не встретить его по соседству.
– Привет... ещё раз, – улыбнулся он, подходя ближе, и боялся, что девушка сейчас ударит его по голове пустым мусорным ведром. – Я хотел просто извиниться.
– За что? – удивилась она, уже устав от этой темы с извинениями и прощениями.
– Я очень сильно расстроился, что ты не пришла вчера. Сначала я, конечно, испугался, что с тобой что-то случилось. Прости, что я вообще не встретил тебя у дома, надо было...
– Теперь я чувствую ещё большую вину, потому что заставила тебя извиниться, – тяжело вздохнула Чеён, понимая, что Юнги, несмотря на свои увлечения и большое количество друзей, недалеко ушёл от неё самой. – Кажется, я заразила тебя своим депрессивным состоянием, – усмехнулась она, увидев его недоумевающий взгляд, и была рада тому, что Юнги не стал подтверждать её ожидания о том, что их дружба разрушена.
– Кажется, я всегда был таким, просто мне нужен был кто-то, кто смог бы меня поддержать в этом, – ответил он и, долго споря с самим собой, наконец, взял её свободную ладонь, крепко сжав её пальцами обеих рук.
Теперь пришла очередь Чеён смотреть на парня, растерянно вскинув брови, и она опустила голову на его ладони. Они у него были тёплыми, большими и словно говорили, что теперь она в безопасности.
– Знаешь, мне было очень важно, чтобы ты вчера пришла, – медленно говорил Юнги, сам не веря своим словам, – потому что этот кто-то для меня – ты.
Он знал, что ещё не признался ей, и был уверен, что Чеён сейчас как-то отшутится, так как определённо не поверит в то, что нравится старшекласснику. Поэтому, не давая ей шанса бросить его на шаг назад, он сжал запотевшими ладонями её щёки и прижался поцелуем к губам, о которых не переставал мечтать с момента, как в первый раз увидел её спящей на коробках. Юнги видел, как широко раскрылись глаза Чеён, и чтобы не мешать самому себе, закрыл свои, не желая сейчас думать о том, что заставляет её терпеть свои губы. Но Чеён, хоть и не отвечала, лишь потому что была в полнейшем замешательстве, закрыла глаза и несильно сжала его запястье свободной ладонью. Она не знала, как правильно целоваться, а точнее боялась, что если ответит, то сделает это неуклюже, ведь в последний раз целовалась в начальной школе, да и то с девчонкой.
– Совсем стыд потеряли, что за молодёжь пошла!
Юнги быстро отстранился от застывшей девушки, которая вот-вот собиралась ответить ему на поцелуй. Возле них стояла та самая пожилая соседка и осуждающе качала головой, отчего Чеён уронила ведро, шумно упавшее на бетон. И пока старушка говорила о былых временах и, похрамывая, заходила в подъезд, Юнги быстро схватился за ладонь Чеён и потащил её к пустому проёму, который разделял их блок от соседнего. Там было темно и тесно, отчего у девушки подкашивали ноги. А когда парень прислонил её спиной к стене и хотел было что-то сказать, она, наплевав уже на всю свою неуверенность, поцеловала его. Юнги неосознанно улыбнулся через поцелуй, углубляя его, и вернул руки к горячим щекам девушки.
– Почему от тебя пахнет чем-то алкогольным? – спросила Чеён, наконец поняв, что это за вкус она ощущает у него на губах.
Это был отдалённый запах пива, которым частенько грешил её отец до развода с матерью.
– Испортила такой момент, – прошептал Юнги, не убирая ладоней с её лица. – Одну банку. Для храбрости.
Ему с трудом удалось уговорить бармена клуба продать ему пиво, и Юнги изначально планировал просто забыться, а не целовать понравившуюся девчонку. Чеён молча смотрела ему в лицо, ощущая себя храбрее нужного, раз ей не понадобился алкоголь, чтобы поцеловать парня в ответ. И словно на момент забыв о своей смущённости, а сейчас резко о ней вспомнив, она опустила голову, кусая опухшие губы, на которых всё ещё был теперь уже приятный ей привкус.
– Мне надо домой, – еле слышно сказала она, но Юнги не торопился убирать своих ладоней.
Он надеялся на продолжение, раз их не вовремя перебили. Да и он почему-то был уверен, что уже завтра Чеён передумает и опять придётся начинать добиваться от неё взаимности. Пак знала, что не сможет завтра притвориться, что ничего не было, но хуже всего, она не знала, как теперь дальше себя вести с этим парнем.
– Я тогда напишу тебе, – ответил он, планируя просто уведомить её об этом, чтобы она не игнорировала его сообщение, хоть и его голос прозвучал вопросительно, словно он просил для этого разрешения.
Она молча улыбнулась уголком губ и, осторожно обхватив пальцами его кисти, опустила чужие руки вниз. Выйдя из проёма, Чеён взяла ведро и зашла в подъезд, не заметив того, как Юнги несильно ударил затылком о бетонную стену позади себя. Он не знал, испортил ли всё или сделал лучше, и боялся, что Чеён теперь уже ему об этом не скажет.