2.
Юнги не сдержался и уже на следующий день рассказал своим друзьям о новой соседке. Фото, конечно, он показывать не стал, так как не хотел казаться перед парнями каким-то фанатом-сталкером.
— Чёрт, надо было тебе сфоткать её, — ответил Хосок, словно прочитав мысли друга. — Было бы на что дрочить по ночам, — усмехнулся он, заставляя всех, кроме самого Юнги, громко захохотать.
Мин сразу же пожалел о том, что вообще решил поделиться пережитым с этими дебилами, поэтому сильно толкнул Хосока, который чуть было не упал со скамейки.
— Нам надо тренироваться, — произнёс Юнги и, взяв мяч в руки, направился в середине площадки.
— Ну я со своей стороны могу сказать, что этот новенький не такая уж и угроза. Скоро я удачно устраню конкурента, — вмешался Чонгук, которому не терпелось рассказать о том, как он весь вчерашний день занимал внимание Тэхёна, чтобы тот не клеился к будущей девушке его друга.
— А ты когда тут появился? — удивлённо поинтересовался Хосок, испуганно вскочив на ноги.
Чонгука это совсем не задело, и он продолжил широко улыбаться. Хоть и двенадцатиклассники не до конца приняли его в свою компашку, что ему приходится чуть ли не умолять их взять собой по выходным в подвальный клуб, где выступает Юнги, Чон знал, что они к нему хорошо относятся.
— Вашу мать, я на урок опаздываю! — проговорил Чонгук, немного расстроившись, что не успел ничего рассказать, и выбежал за ограждение.
— Эй, не ругайся при старших, — бросил ему вслед Намджун и сердито посмотрел на Хосока, который, надев очки, нежился под солнцем. — Ты плохо влияешь на людей. Марш на поле!
Девушка стояла у доски и смотрела на непонятную формулу. Она не особо любила учиться, но больше всего терпеть не могла, когда её вызывали к доске и всем классом смотрели на её потуги решить что-то.
— Чеён, не знаешь? — спросила её учительница, и девушка собиралась честно ответить, чтобы долго не стоять.
Она повернулась в сторону класса, так как учительница стояла в другом конце кабинета за партами учеников. Но увидела, что новенький держит в руке большой лист с той самой задачей, которую ей надо было решить. Тэхён жирным маркером и большим шрифтом написал решение и ответ и держал лист так, что учительница не видела его за спиной парня. Чеён пришлось сильно напрячь зрение, чтобы различить его писанину, но она не хотела пользоваться его помощью. Девушке казалось, что теперь она будет ему должна.
— Мне придётся поставить тебе два, — продолжила учительница, заставив Чеён сразу повернуться к доске.
Она нехотя написала увиденное на листочке, надеясь, что правильно различила цифры. Как назло, сегодня она забыла надеть контактные линзы. А когда учительница попросила её сесть обратно, Чеён проигнорировала Тэхёна, отрицательно качающего головой. Она не понимала, почему он недовольно на неё смотрит, так как написала в точности, как он подсказал.
— Поставлю тебе три. Решение правильное, но ответ неправильный. Восемь минус шесть будет два, а не три. Это ты должна была знать ещё с начальных классов, — проговорила ей учительница, заставив полкласса рассмеяться.
Теперь Чеён понимала намёки Тэхёна, и она жалела, что вообще воспользовалась его подсказкой. Так как хуже всеобщего внимания для неё был всеобщий смех над ней.
— Зачем ты вообще полез мне подсказывать? — нервно спросила она после звонка, когда учительница и большинство учеников вышли из кабинета.
— Зачем ты воспользовалась моей подсказкой? — безразлично ответил ей парень, собирая свои книги в рюкзак. — Я же на листочке написал в конце два, — пожал он плечами и направился в сторону двери. — Всего доброго.
— Подожди, — позвала Чеён, вставая со своей парты, и одноклассник с ожиданием повернул к ней в голову.
В эту секунду девушка поняла, что не помнила его имя, лишь фамилию. Но фамилия Ким фактически у половины её класса. И чуть присмотревшись к его именному бейджу, она извиняющимся тоном продолжила:
— Спасибо за попытку, Ким Дахён...
— Тэхён, — перебил он, удивлённо вскинув брови, и сделал шаг вперёд. — Ты за день успела моё имя забыть?
— Я его и не запоминала, — честно ответила она, накинув рюкзак на одно плечо.
Она решила, что не будет продолжать этот разговор, так как ощущала сильную неловкость от того, что неправильно произнесла имя новенького, которое теперь точно уже не забудет.Чеён спокойно вышла за дверь, оставив парня обозлённо смотреть ей вслед. Он никак не мог привыкнуть к тому, что девушка не прощалась, когда уходила.
— Раньше мы все думали, что у неё ПМС, — услышал он голос вытирающего доску одноклассника. Это был Чонгук, который сегодня уже не так сильно к нему лип, что тоже не могло не удивлять Тэхёна. — Но потом наши девчонки сказали, что ПМС не может длиться тридцать дней в месяц, — рассмеялся он.
Тэхёну не совсем нравилось то, как о ней говорил одноклассник. Хоть и девушка была грубовата с ним, он пообещал себе, что никогда не будет предвзято относиться к людям, пока не узнает их поближе. А так как он не заметил между Чеён и другими одноклассники явного конфликта, Тэхён не мог понять, почему Чонгук так негативно о ней отзывается при нём.
— Ну если так судить о людях, то у тебя, наверно, особая форма аутизма и синдром дефицита внимания, — не подумав, произнёс Тэхён однокласснику, улыбка которого стала медленно сползать с лица.
— А ты грубый, — с наигранной обидой ответил Чонгук. — Тебя Чеён покусала что ли? — усмехнулся он, стараясь не показывать, что слова новенького реально его задели.
Чон хоть и был, как он думал, в другой команде, но ему казалось, что они с Чонгуком успели подружиться.
— Прости меня, я не хотел, — тихо произнёс Ким и, попрощавшись, вышел из кабинета.
Меньше всего Чонгук ожидал, что одноклассник сразу же извинится. Его так часто задевали и подшучивали над ним, что приходилось смеяться вместе с остальными, чтобы не выделяться из толпы. И, даже когда ему в лицо говорили о том, какой он ничтожный, Чон продолжал улыбаться и смотреть в глаза говорящему, скрывая внутри боль. Поэтому ему важно было мнение старшеклассников, которые в своё время защитили его от подобных наездов со стороны других школьников. И поэтому ему было так приятно слышать извинения за грубость, хотя Чонгук понимал, что был достаточно навязчивым для Тэхёна.
Девушка быстрыми шагами шла в сторону ворот, думая о том, что надо попросить маму купить ей какой-нибудь плеер и в такие моменты слушать музыку, так как её раздражали голоса проходящих рядом учеников, которые между собой общались. Но Чеён понимала, что мать ей откажет. Ей и так пришлось потратиться на линзы для дочери, так как Пак не хотелось ходить в очках при одноклассниках. Девушка думала, а смысл вообще хорошо видеть, когда она и без того плохо учится и ни с кем не общается. И словно ответом на её вопрос, она услышала знакомый голос рядом.
— Привет, Чеён, — позвал её парень через сетку ограждения спортивной площадки, вдоль которой она проходила.
Она остановилась и посмотрела на парня, пытаясь разглядеть его лицо. Он был не так далеко, поэтому она увидела в нём вчерашнего соседа, который помог ей зайти домой. Теперь она понимала, что он тоже ученик её школы, иначе его слова «Увидимся в школе» звучали бы очень стрёмно. Парень был в спортивной форме. Это полностью лишало её возможности обратиться к нему по имени, ведь он знал, как её зовут.
— Привет? — неуверенно произнесла она, мысленно думая о том, почему он вообще с ней поздоровался. Соседям не обязательно быть дружелюбными друг с другом, тем более вне стен дома.
Хосок успел заметить девушку, ещё когда она только вышла из здания школы, поэтом чуть ли не вытолкал друга к забору, чтобы тот с ней поговорил. Друзья почему-то считали, что Чеён теперь предназначена ему судьбой, раз оказалась его соседкой, наплевав на то, что Юнги переедет обратно к матери через несколько дней. Но хуже всего было то, что никто из парней не объяснил ему, о чём говорить. И то, как неуверенно на него смотрела Чеён, лишь говорило о то, что он навязался и теперь она точно будет считать его извращенцем.
— Я сосед... вчерашний... Ты на наших коробках спала, — напомнил он, чувствуя, как из-за усиленной игры сильно пересохло в горле.
Чеён не нужно было напоминание о том, кто он, так как его-то она точно помнила. Но ей было приятно, что парень решил всё-таки кое-как представиться. Наверно, понял, что девушка очень забывчива. Пак неосознанно улыбнулась от этих мыслей, и ей захотелось сказать что-то хорошее, а то она слишком часто в последнее время грубит людям.
— Ещё раз спасибо за помощь, — произнесла она и потом вспомнила, что вчера она даже не поблагодарила его за это. — Только надеюсь, ты не вломишься к нам в дом, раз знаешь код от двери. Не хочу его менять, и так с трудом запомнила, — сказала она, надеясь таким образом пошутить.
Но парня эта шутка насторожила, так как он испугался, что она всё-таки считает его маньяком-извращенцем. Он сжал пальцами металлическую сетку ограждения.
— Нет, ты что. Я и не собирался вообще! — затараторил он в панике, заставляя девушку рассмеяться, так как Юнги выглядел крайне умилительно.
— Ты здесь учишься, да? — спросила она, надеясь показать, что её вчерашняя угроза о суде была просто защитной реакцией.
— Да, я одноклассник Хосока, — ответил он, даже не зная, почему не сказал просто, в каком именно классе учится. Юнги казалось, что в этой школе все знают Хосока.
Но Чеён было достаточно этого, чтобы понять, что её новый знакомый учится в двенадцатом классе. Она не помнила точно, откуда именно знала Хосока, так как не могла вспомнить того, чтобы когда-нибудь с ним общалась. Но понимала, что иногда бывают люди, которых приходится знать, независимо от того, хочешь ли ты этого.
— Тебя там зовут, кажется, — произнесла она, когда ощутила, что сейчас между ними повиснет неловкое молчание, в течение которой она мысленно будет перебирать вопросы, чтобы вежливо узнать его имя.
— Да, — кивнул Юнги, увидев, как Хосок вытворяет странные движение в танцы, зазывая его рукой на площадку. — Пока, Чеён, — произнёс он и на секунду остановился, желая напоследок услышать её голос.
Девушка предпочитала молча кивать, когда кто-то прощался с ней, но парень стоял в ожидании, поэтому она не стала в который раз показывать свою неприветливость, ведь никогда не хотела быть аутсайдером. Просто почему-то у неё так сложилось.
— Пока... — девушка запнулась на полуслове, пытаясь незаметно приглядеться к его спортивной футболке. Она надеялась, что может на форме будет написано имя ученика, но это были просто надписи бренда на английском.
— Мин Юнги, — произнёс парень, вовремя поняв, что она до сих пор не знает его имени.
Он не думал о том, почему она знает Хосока, но не его имя, так как понимал, что никогда, в принципе, и не предпринимал для этого никаких шагов.
— Пока, Юнги, — повторила она, искренне улыбаясь ему в ответ.
Ей казалось, что он не просто хорошо понимает её затруднения в общении, но так же не осуждает. Чеён очень захотелось запомнить его имя.
Тэхён был рад, что несильно задел одноклассника своими словами. Совесть его так сильно мучила, что он даже перестал раздражаться болтливости Чонгука и с интересом отвечал ему на всякие вопросы. Видно было, что у Чонгука достаточно друзей в их классе, а так же и в других, но тот всё равно всю неделю уделял новенькому немало времени, помогая ему влиться в коллектив. Тэхён даже успел вместе с одноклассниками сходить в кино, и тогда не смог не заметить, что Чеён с ними не было. Он знал, что её приглашали.
— Слушай, а ты так и не рассказал, почему поменял школу, — поинтересовался Чонгук, когда прозвенел звонок на обед.
Ким не хотел врать, поэтому быстро отбросил вариант, что тупо переехал. Он не готов был говорить истинную причину и не ожидал, что кому-то вообще будет это интересно. Но Чонгук был необычным парнем, из-за этого Тэхёну надо было побыстрее закрыть эту тему.
— Просто не нравились одноклассники, — пожал он плечами, стараясь звучать как можно невозмутимо, чтобы Чонгук не стал расспрашивать дальше.
— Как я тебя понимаю, — услышал он голос Чеён и, повернув к ней голову, увидел, что она улыбалась.
Тэхён не мог понять, так как её слова противоречили выражению лица. А девушка опять мысленно ругала себя за то, что не вовремя вмешалась в чужой разговор своими непонятными шутками. У Чеён иногда было хорошее настроение, когда хотелось с кем-нибудь поговорить, поэтому она не смогла себя контролировать, ведь за целый день не обмолвилась ни с кем и словом.
— Это шутка, — проговорила она, ощущая себя не в своей тарелке из-за удивлённых выражений лица своих одноклассников, которые совсем не оценили её чувство юмора. А в душе даже злилась на них за то, что они даже не выдавили из себя вежливую улыбку.
Чонгук лишь недолго промычал и опять вернул голову к Тэхёну, продолжая спрашивать о том, была ли в его старой школе игровая комната с видеоприставками, так как, он слышал, в некоторых сеульских школах есть такие. Чеён понимала, что они, скорее всего, будут сидеть в кабинете, а значит, она лишилась своего обычного места для обеда. Кушать рядом с ними, тем более после своей шутки, ей совсем не хотелось. Взяв бумажный пакет с приготовленным мамой бутербродом, она вышла из класса и совсем не услышала, как её позвал Тэхён.
Выйдя на улицу, она первым делом глубоко вздохнула, так как ощущала себя мерзко. Чеён уже давно смирилась с тем, что люди к ней не тянутся, в итоге получилось так, что и она тоже стала их отталкивать от себя. И сейчас она хотела сделать первый шаг, чтобы наладить контакт с одноклассниками, потому что ей показалось, что в компании Чонгука, болтливость которого никогда не позволит, чтобы в воздухе повисло неловкое молчание, и Тэхёна, который в свой первый день вроде бы неплохо отреагировал на её шутки, у неё это получится. Мысленно сокрушаясь, она шла в сторону спортивной площадки, так как прекрасно знала, что там во время обеда никого не бывает. И погода пока что позволяла ей сесть на самых дальних скамейках трибуны и быстро пообедать.
— Приятного аппетита, — услышала она, когда наполовину уже доедала свой бутерброд.
Чеён увидела, что на площадку зашёл Юнги, которого она, кажется, впервые видела в школьной форме. За время их недолгого соседства девушка иногда сталкивалась с ним на лестничной клетке, но он был или в спортивной форме или в обычной одежде, и ей иногда казалось, что он и его друзья приходят в школу только для того, чтобы играть в баскетбол, а не учиться.
— Почему ты кушаешь здесь? — спросил парень, садясь рядом, но всё равно держал дистанцию.
На секунду он призадумался о том, что девушка сейчас решит, что он специально зашёл за ней, так как преследует. Поэтому стал демонстративно доставать из-под скамейки свой школьный рюкзак, который утром забыл здесь.
Чеён прекратила есть и поняла, что теперь уже вряд ли доест свой обед. Она не любила, когда кто-то смотрел на то, как она ест, но понимала, что неправильно будет повернуться спиной к соседу и продолжить. Ей казалось, что они неплохо с ним поладили, так как при редких встречах у лифта они обменивались не простым «привет» и «пока», но иногда говорили о родителях и школе. Однажды, встретив его вечером у подъезда, Чеён, когда выходила с мусорным ведром, в шутку спросила, заставляют ли его дома выносить мусор по вечерам, когда это можно сделать утром по дороге в школу. А один раз во время одного из таких вечерних разговоров, она даже узнала, что Юнги читает рэп в каком-то клубе и участвует в баттлах. Тогда она подумала, что интересно было бы послушать, но побоялась, что он ей откажет, раз сам не предложил. И в то же время, она обрадовалась, ведь испугалась, что если ей не понравится, то пришлось бы выдавливать из себя комплименты.
— Потому что мою личную столовую заняли одноклассники, — ответила Чеён, пожав плечами.
— Так, в этой школе стали выдавать личные столовые, а я вынужден обедать в общей? — отшутился Юнги, заставив девушку громко рассмеяться.
Уши парня моментально покраснели, так как он впервые слышал её смех настолько громко и искренне. Несколько дней назад ему вообще казалось, что он надоел ей, вечно появляясь перед глазами, и боялся, что в один из таких разов, она пошлёт его. После того, как они официально познакомились, друзья смогли убедить его в том, что надо хоть как-то действовать. Но несмотря на наставления своих разгульных одноклассников, Юнги действовал в своём стиле, то есть в пассивно-неуверенном.
— Как думаешь, что хуже. Быть одному за столом, когда вокруг все с кем-то сидят и обедают, параллельно разговаривая, или когда к тебе подсаживается кто-то и пытается завести разговор? — спросила она, посмотрев на парня.
Чеён почему-то казалось, что он как никто понял бы её вопрос и ответил бы без всяких издёвок.
— Хуже, когда к тебе подсаживается кто-то и молчит? — неуверенно спросил он, думая, что в этом вопросе должен быть правильным ответ.
— Или когда ты говоришь, а он — нет? — продолжила она, подхватив его идею.
— Нет, — он отрицательно покачал головой, поближе устраиваясь к девушке, — самое худшее, когда он подсаживается к тебе, но болтает с кем-то другим, специально тебя игнорируя.
— Ах, это прям по-больному, — девушка наигранно охнула и широко улыбнулась, уже забыв, какого это общаться с кем-то, не продумывая заранее ответную реакцию, так как Юнги хотя бы отвечал ей.
— А если... — парень замолчал на полуслове, так как в голову пришла безумная идея, но он понял, что вслух она будет не такой классной, какой он представлял её у себя в мыслях. — Ничего.
Чеён лишь пожала плечами, хотя была очень заинтригована. Но поставила себя на место парня. У неё частенько бывали моменты, когда не хотелось договаривать, поэтому не стала бы выпытывать у него продолжения его слов.
— Хотя нет, — у Юнги в голове шла борьба с самим собой, поэтому он всё-таки решил, что надо действовать не так уж пассивно. — А если завтра на обеде я к тебе подсяду. Обещаю, что не буду молчать или разговаривать с кем-нибудь другим, — проговорил он, ощущая, как от волнения поднимается температура тела.
— Моя личная столовая в нашем классе, я здесь редко бываю, — ответила она, не зная, как отказать ему.
— Ну значит, встретимся завтра у тебя в классе, — быстро произнёс он, с трудом успевая дышать из-за жуткого волнения, и встал на ноги. — Я пойду, а то Хосок своими звонками мне штаны продырявит, — Юнги улыбнулся и, не дожидаясь ответа, выбежал из площадки.
Мин по взгляду девушки догадался, что она ему откажет, и очень надеялся, что всё-таки застанет её завтра в классе во время обеда. Чеён тяжело вздохнула, смотря вслед парню. Она совсем не была против его общества, но понимала, что завтра, скорей всего, останется голодной.