глава 14
Солнечные лучи проникали в комнату и били по глазам девушки, что та невольно начала зарываться лицом в подушку. Полина потянулась за телефоном и посмотрела на время: было всего девять утра. Ночью она не могла долго уснуть, постоянно ворочаясь. Её голова была забита мыслями о Глебе.
Белевич пошла в ванну, чтобы умыться и столкнулась с мамой. Та пришла после ночной смены и выглядела очень уставшей.
— Доброе утро, — женщина мягко улыбнулась, — у нас Глеб оставался?
— Доброе утро, мам. Да, мы с Глебом засиделись допоздна, поэтому я предложила остаться у меня, — Полина кивнула. Она подумала, что скорее всего мама уже видела Глеба и точно заметила синяки на лице парня.
— Ну, хорошо. Он где-то час назад ушел. Я ему хотела предложить чай, но он сказал, что торопится.
— Хорошо, я поняла, — Полина прошла в ванну. Ей стало грустно, что Викторов так быстро ушел. И Белевич волновалась за состояние парня.
Брюнетка попыталась взбодрить себя холодной водой. Она очень надеялась, что Глеб не станет опять её избегать и игнорировать. Что они опять смогут нормально общаться. С этими мыслями Полина вышла из ванны и пошла завтракать.
Выходные пролетели незаметно. Полина старалась учиться, но из-за мыслей в голове девушка не могла сосредоточиться.
— Полин, а ты отца давно видела? — Женщина подошла к дочери, пока та натягивала ботинки.
— Не помню, неделю назад наверное, он не приходил? — Полина выпрямилась и посмотрела на маму, у которой в глазах читалось волнение.
— Нет, я его не видела и дозвониться не могу. Дружков его спрашивала, сказали, что не знают.
— Забухал скорее всего, даже на работу не ходит, — Полина усмехнулась, — а ещё говорит, что в семью деньги приносит.
Не волнуйся, мам, нагуляется — вернётся, — девушке было всё равно, где там пропадал отец. Ещё волноваться за него. Как обычно, бухает до свинячьего состояния.
— Наверное ты права, — у матери взгляд был грустный. За это Полина ещё больше ненавидела отца. Что заставляет маму лишний раз нервы трепать.
В школе настроение начинало ухудшаться. Глеб опять не здоровался, не подходил. Полину это уже начинало бесить, что с ней сначала нормально общаются, а потом посылают и так по новой.
Был урок физкультуры и все были в зале. Полина заметила, что Глеб не торопиться выходить. Белевич поняла, что это шанс поговорить с парнем. Когда все практически ушли, она подошла к Глебу.
— Ты опять решил не замечать моего существования? — Полина стояла недалеко от Глеба, но не смотрела на неё.
— А я должен? — он хотел скорее уйти.
— Ты определись уже, блять. Сначала мы с тобой хорошо общаемся, а потом я просто пустое место. Мне это надоело, — Полина правда устала от такого отношения к себе.
— Я тебе повторю ещё раз. Я не просила о помощи. Мы с тобой не друзья. И мне всё равно блять, что ты себе там навыдумывала, — Глеб посмотрел на Полину с безразличием в глазах.
— Да что не так, Глеб?! — Полина подошла к парню вплотную, — я тебе что-то сделала? Я просто хочу нормального отношения к себе. Или хотя бы, сука, знать причину твоего игнора! — Полина начинала закипать, она прижала парня к стенке.
— Отойди, блять, от меня! — Глеб
Оттолкнул Полину, стараясь не прикладывать всю силу, чтобы девушка не упала, — Ты глупая что ли? Или, блять, глухая? Мне всё равно на тебя. Ты меня бесишь. Приклеилась ко мне, как собачка бегаешь, заебала уже. Думаешь, я ударить не могу! Забыла уже?! — Викторов теперь сам шел на Полину, но девушка не двинулась с места, лишь зло смотрела. Да, ненавидь меня.
— Ну ударь! Ты видимо только так и можешь! Что тебя останавливает! — Обида накрывала с головой. Полина не этого хотела, не этих всех слов, не этого взгляда, — только и умеешь, что пиздить людей, а говорить нормально так не научился! — Белевич не хотела всего этого говорить. Ведь она знала, что Глеб на самом деле добрый. Но ей было больно и обидно.
— Ты думаешь я этого не сделаю, — ледяным голосом произнес Викторов, ему было неприятно слышать в свой адрес такие слова, особенно от этого человека. Глеб толкнул Полину к стене, и девушка ударилась головой.
— Ну так не сдерживай себя! Это всё что ты можешь?! — Полина знала, что провоцирует Глеба. Но злость замутняла разум, она хотела вывести парня, сделать больно.
— Ты, блять, совсем ёбнутая?! Страх потеряла?! — Глеб сдерживал кулаки и зло смотрел на Полину. Он не понимал, чего девушка добивалась, — не провоцируй меня лучше, пожалеешь потом.
Глеб вышел из зала, громко хлопая дверью. Он не сдержался и ударил кулаком в стену. Как же мерзко на душе, ему казалось, что она будто задыхается.
Полина продолжила стоять около стены. Она тряслась от злости и обиды, кусая губы до крови, чтобы не заорать, чтобы не зарыдать. Внутри всё разрывалось от боли. Почему они не могли просто спокойно поговорить?
Прошло пару дней после того инцидента. Полина старалась больше не думать о Глебе, нужно просто забыть и всё. Они друг другу чужие люди. Белевич казалось не останется одна, у неё есть хорошая подруга, которая всегда рядом. И не важно, что в районе груди болело.
Весна пока не собиралась радовать своей красотой. Снег все ещё лежал, хоть и превращался в слякоть. Полина любила весну, всё начинает цвести и столько приятных запахов. Больше не придётся напяливать три слоя одежды. Может и настроение станет получше после всей этой сырости. А ещё зима у неё ассоциировалась с Глебом. А девушка хочет стереть все эти грёбаные воспоминания, которые травили душу.
Белевич шла домой после тренировки, но даже тренируясь до изнеможения, не помогало выкинуть все мысли из головы и это бесило.
Зайдя домой, она увидела свет на кухне. Неужели мама дома? Сегодня вроде женщина должна работать допоздна. Отец вернулся? Полина уже представляла, в каком состоянии мог находиться мужчина.
Но на кухни она увидела маму, которая закрывала лицо руками и вся дрожала. Полина услышала всхлипы женщины.
— Мама, что произошло? — Полина подлетела к женщине и схватила ту за руки, — мама, что такое?
Когда Полина увидела глаза матери, которые были все красные и опухшие, она очень испугалась. Девушка присела на стул и начала поглаживать руки матери. Ей казалось, что её саму начинает трясти.
— Полина, — жалобно протянула женщина и слёзы нахлынули с новой силой, — я не могу, я не могу.
— Мам, всё хорошо, я рядом, — Полина обняла маму, она чувствовала, как женщина тряслась в её руках. Ей казалось, что мама сейчас была такой хрупкой, такой маленькой. Девушке стало очень страшно.
— Я не знаю, я не могу сказать, — тётя Ира немного отодвинула Полину, но не отпускала руки дочки, — мне сегодня позвонили, его нашли. Он. Он. Там лежал. Его нашли мёртвым, они сказали, что у твоего отца был передоз и он упал. Ему никто не помог.
Дальше Полина уже ничего не слышала. Губа задрожала, она смотрела на маму, но будто не видела. Внутри было пусто. Белевич ничего не чувствовала, ни боли, ни страха, абсолютно ничего.
Мама пыталась обнять дочь, что-то сказать. Но Полина просто смотрела в пустоту. Она не могла понять смысл слов. Нет, она не воспринимала их. Как это мёртв? Как это его нашли?
— Мам, извини, мне нужно выйти, — Полина встала и пошла на выход. Она вышла из квартиры и застыла на месте.
Резко все чувства вернулись, и девушка задрожала. Она хотела выйти на улицу. Ей нужен воздух, девушка не может находиться здесь. Она побежит к нему. Она найдет его. Все врут. Этого не может быть.
Лиза только сделала пару шагов, как ноги подкосились. Она прижалась к стене и начала скатываться по ней. Девушка обхватила себя руками и начала сжимать себя в объятиях. В голове лишь — этого не может быть. Она не верит.
Белевич запустила руки в свои волосы и начала их стягивать, беззвучный крик вырвался из горла. Крупные слёзы начали скатываться по щекам, падая на пол. Девушка практически рвёт волосы на себе и скулит. Сердце разрывалось на маленькие кусочки. Мир просто потух в один щелчок, её выкинуло из реальности.
В этот момент Глеб поднимался к себе. Как только он зашел в подъезд, он услышал болезненные крики, будто человек находился на грани смерти. Он ускорил шаг и увидел Полину, которая сидела на полу и билась в истерике.
— Полина! — Глеб подскочил к девушке, он испугался, что до неё добрались, а может отец избил.
Но Викторов заметил, что Полина его не видит. Глеб схватил руки девушки и притянул к себе.
— Полина, Полин, ты меня слышишь?! Это я, — Глеб начал рассматривать лицо девушки, но там не было ни синяков, ничего. Но Викторов увидел стеклянные глаза, которые смотрели на него, внутри всё сжалось.
Глеб чувствовал, как девушка вся дрожит. Он не понимал, что могло произойти. Полина издавала непонятные звуки, будто задыхалась, будто старалась кричать. Викторов прижал девушку к себе, он хотел помочь, хотел успокоить.
— Я рядом, Полин, всё хорошо. Что случилось? — Глеб прижимал девушку только ближе, пока Полина рыдала ей плечо и кашляла от собственных же слёз.
— Он. Он, — Полина мычала в плечо Викторову, — его нет, этого не может. Этого не может быть! — голос девушки сорвался на истошный крик.
Глеб прижимал Полину, как маленького котёнка. Гладил по спине, по волосам. Шептал на ухо, что он рядом. Держал крепко и не выпускал из своих объятий. Он всё ещё не понимал, что произошло, пытаясь собрать слова Полины воедино.
— Отец, он умер. Глеб, его нашли мёртвым, но я не верю в это, он не мог умереть, просто не мог, — Полина оторвалась от Глеба и смотрела парню в глаза. Будто Викторов скажет, что да, все врут. Вот я его видел, бродит там.
Глеб смотрел на Полину и не представлял, насколько сейчас девушке больно. Викторову показалось, что у него самого глаза на мокром месте. Глеб не может подумать, что будет, если ему скажут, что отец мёртв. Да, он избивал его, пил. Но всё равно оставался его отцом, где-то в глубине души онаего любил.
Полина поняла, что ей ничего не скажут. Потому что правда, остается правдой. Но ей так больно, да она ненавидела отца, не хотела его видеть. Но она привыкла, что он иногда сидит на кухне и спокойно пьёт кофе. Даже спрашивает, как дела, когда трезвый. А теперь она никогда его не увидит.
— Я желала, чтобы ему не помогли. И ему никто не помог! Но я не хотела этого, я не хотела, чтобы он умер, не хотела, — и слёзы пошли с новой силой. Она вспоминает, как отец, говорит, что любит её, звонко смеётся вместе с ней. Как назло, только хорошие воспоминания прокручиваются в голове и теперь Полина понимает, что этого больше никогда не случится.
— Ты ни в чём не виновата, — Глеб видел, что девушка начала заходится в новой истерике. Он вытирал слёзы девушки, гладил по щекам. Ему было больно видеть Полину такой разбитой, а самое больное то, что он ничего не может сделать для неё.
Полина хочет всё вернуть. Не говорить всех тех слов. Хочет вернуть время и пойти найти его. А вдруг его можно было спасти. Но она решила, что он шляется. А он умирал, в одиночестве, непонятно где.
Глеб убрал, мокрые пряди с лица девушки. И прижал обратно, позволяя поцеловать себе девушку в макушку.
Через минут десять Глеб почувствовал, что Полина расслабилась в его руках, лишь иногда шмыгала носом.
Викторов встал и потянул девушку на себя. Он не хотел оставлять сейчас Полину одну. Глеб не отпускал руку девушки и повел к себе. Мама должна была вернуться через пару часов, а отец только к утру после ночной смены.
Полина не смотрела куда её ведут. Ей казалось, что она всё выплакала, но слёзы иногда хотели снова выбраться наружу.
Оказавшись в квартире, Глеб помог Полине снять куртку. И разделся сам. Сейчас он даже не знал, что делать. Полина стояла молча и больше ничего не говорила, лишь смотрела в пол.
— Будешь чай? — Глеб хотел попытаться хоть как-то отвлечь девушку.
Полина отрицательно помотала головой.
— Можно просто воды? — в горле пересохло, да и садило после криков.
Глеб отвел девушку в комнату, а сам пошел за водой. Пока он набирала воду, то он думал, о чём можно сейчас вообще говорить. Викторов понимал, что одно лишнее слово и Полина опять разрыдается.
— Может что-то посмотрим? — Глеб протянул стакан с водой и посмотрел на девушку, сердце защемило от такой картины. Полина была с опухшими глазами и вся бледная, не было никаких эмоций.
— Давай, — Белевич хотела отвлечься, хотя бы на немного забыть об этом ужасе.
Парень наткнулся на старый мультфильм «Леди и бродяга» и подумал, что это милый и спокойный мультик. Он давно его смотрел и этот мультфильм один из немногих, который ему нравился.
Полина была не против, она тоже давно его смотрела. Через час Полина ощущала, что её клонит в сон и она прикрыла глаза, видимо эта истерика выбила из неё все силы.
Глеб заметил, что девушка уснула и начал выключать ноутбук. Он хотел выйти из комнаты и постелить себе в гостиной.
— Глеб, — подала слабый голос Полина.
— Да? — Викторов обернулась.
— Поспи со мной, пожалуйста. Я не хочу оставаться одна, — Полина боялась, что как только Глеб уйдет, то её опять накроет.
— Полин. — Захарова увидела мольбу в глазах напротив, — хорошо.
Глеб выключил свет и пошел обратно к кровати. Ему было не по себе. Парень накрыл их одеялом и старался держаться, как можно дальше от Полины.
— Спасибо, — произнесла шепотом Полина, она аккуратно придвинулась чуть ближе, но всё ещё оставаясь на приличном расстоянии.
Глеб промолчал, он старался не думать о том, что сейчас Полина находилась на расстоянии вытянутой руки. Парень отвернулся в противоположную сторону и старался выровнять дыхание, сглатывая ком в горле.
Полина чувствовала запах Глеба и тепло, её это сразу успокоило. Всё будет завтра, а сейчас она позволит себе просто забыться. Завтра будет тяжелый разговор с мамой. Девушка и не заметила, как провалилась в сон.
Дни проходили, как в тумане. Самое тяжелое — это были похороны. Полина последний раз увидела отца и крышка гроба закрылась. Мама стояла рядом и плакала, такая хрупкая, с тёмными кругами под глазами. Белевич смотрела на то, как отца засыпали землей и слёзы сами пошли из глаз девушки. Как же больно прощаться. Прощаться насовсем. Родственники, которые приехали на похороны, либо вытирали одинокую слезу, либо просто смотрели в пустоту. Но Полина в этом всём чувствовала лицемерие и на душе становилось гадко.
К Полине приходила Диана и поддерживала, как могла. Вытягивала на улицу, оставалась на ночь, когда мама работала в ночную смену, потому что Полина боялась засыпать одна. Пару раз приходил даже Глеб, пыталась приободрить, поддержать.
И Полина не представляла, что бы делала, если бы была одна. Просто загнулась в четырех стенах. Учёба подкосилась, но учителя относились с пониманием, но напоминали, что скоро экзамены и нужно собраться. И Белевич всё это понимала, но как только она оставалась в тишине за учебниками, то в голове сразу всплывал образ отца, который раньше помогал ей с учебой.
Девушка не вспоминала плохих моментов и ненависть прошла, на смену ей пришла тоска. Так и прошло сорок дней. Опять сборы, опять давили на рану, которая не зажила. Обнимали, говорили слова о соболезновании, а девушке становилось тошно.
В зал она ходила через раз. Весна была в самом разгаре, всё же уже апрель, но даже этого Полина не замечала.
Белевич сидела перед учебниками и старалась сделать домашку, она собирала последние силы и вправду что-то получалось. Нужно жить дальше, стараться войти обратно в ритм жизни.
Прозвенел звонок дверь и Полина вздрогнула от неожиданности, но пошла открывать дверь.
— Привет, — на пороге стоял Глеб.
— Привет, — Полина слабо улыбнулась, она была рада видеть Глеба, тот был редким гостем.
— Собирайся и пошли, — Викторов зашел в квартиру и облокотился на стенку, — отказы не принимаются.
— Куда хоть? — Полина вопросительно посмотрела на Глеба.
— Скоро узнаешь, — улыбнулся Викторов, — я жду.
— Хорошо, — девушка пошла переодеваться, Глеб второй раз в жизни зовёт её куда-то с собой. От этих мыслей настроение парня становилось лучше, а улыбка на лице сама начинала расцветать.