Необходимость

Ноги казались ватными. Я еле дошла до ванной комнаты, заперлась и, чувствуя, что падаю, вцепилась в бортик ванны. Отдышалась. Мысли в голове перемешались. Нужно разложить все по полочкам.

Зуд и боль, не стихающие внизу живота, мешали сосредоточиться. Я вздохнула, вспоминая вспышку боли, бросила одежду, которую я зачем-то схватила с собой, на холодный кафельный пол, включила душ и медленно забралась в ванну, боясь оступиться или потерять опору. Приятные теплые струи воды успокаивали нервы, расслабляли. Я свободно вздохнула, проводя руками по намокшим волосам.

Я знала, что будет больно. Готовилась к этому. И получила то, чего ждала. Но, несмотря на боль, я ничуть не жалела, что уступила ему. Я была с ним. Мы были единым целым. Я смогла дать ему больше, чем физический контакт. Я подарила ему наслаждение, и могу гордиться собой хотя бы за это.

Не знаю, что будет теперь. Так страшно заглядывать вперед. Но я не могу и не хочу отпускать его. Если понадобиться, вцеплюсь в него когтями, но не позволю бросить меня, как он хотел это сделать с самого начала. Я должна доказать ему и себе, что достойна лучшего. Я смогу помочь ему измениться.

Я выключила воду и вытерлась полотенцем. Что же надеть, если я остаюсь ночевать тут? На глаза попалась маленькая стопка чистых футболок, лежащая на полке в углу небольшой комнаты. Я взяла верхнюю, черного цвета. Она была на несколько раз больше моего размера. Черт, она, наверное, и Биберу слегка велика. Я натянула на себя футболку, радостно отмечая, что она доходит до середины бедра, и нерешительно направилась обратно в спальню. Идти было страшно. Я шла навстречу неизвестности. Как он встретит меня? Холодно усмехнется, скажет, что передумал, и отвезет домой? Забудет все? Поставит галочку в «списке»? Или, наконец, изменится? Станет более понимающим, нежным? Научится любить? Нереально.

Я зашла в спальню. Джастин стоял в одних домашних шортах. Я вновь покраснела, скользя взглядом по его телу, стараясь отогнать наваждение. Взгляд зацепился за маленькую татуировку внизу живота. Не заметила ее... И другую: вертикальная надпись на иностранном языке на левом ребре. Занятно. Бибер ждал меня, прислонившись спиной к стене.

- Пойдем, - безразлично бросил он и направился в другую дверь.

Я понурила голову. Надеялась на изменения? Наивная дура. Я достала из кармана джинс телефон и пошла следом.

- Куда мы идем? - не понимала я, шагая за ним на ватных ногах.
- В другую спальню, - спокойно ответил он, двигаясь плавно, медленно. - Здесь грязно.

Я покраснела снова, поняв, о чем он говорит. В другой спальне было темнее, стены серого цвета. Разглядеть все было трудно, за окном темнело. Певец лег на кровать, я забралась под покрывало рядом, не решаясь приближаться. Как глупо. Обидно, досадно. После всего...

Я только закрыла глаза, намереваясь беззвучно разрыдаться, как вдруг у меня зазвонил телефон. Бибер резко подскочил, нагнулся через меня к тумбочке и схватил мобильник. Напряженная тишина. Он отключил звонок.

- Кто звонил? - осторожно шепнула я.
- Марк, - выдавил Джастин, возвращая телефон обратно. Злится.

Я замерла, краем глаза смотря, как Джастин кладет мой мобильник к себе на тумбочку. Опять контролирует, проверяет. Может, еще дождется, когда я усну, и сообщения почитает?! Я тихо фыркнула и отвернулась от певца, бросая взгляд в окно, где вдалеке зажигались ночные огни.

Внутри разрасталась противная пустота, засасывая всяческие эмоции, оставляя равнодушие. Около получаса назад я не могла насладиться его объятиями, чувствовала, что наконец могу быть максимально близко к нему, и не совсем в физическом смысле... А теперь вынуждена лежать на краю кровати, считая минуты, ожидая, когда напряжение спадет и я смогу уснуть.

Раздался новый писклявый звук. Сообщение. Джастин молниеносным выпадом схватил телефон, с легким шорохом проведя пальцами по дереву. Снова давящая тишина. Невыносимо. Воздух словно смерзся.

- Что такое? - выдохнула я.

Джастин резко встал с кровати, обошел ее, сунул мне в руки мобильник с ярко горящим дисплеем и отошел к двери. Глаза заслезились от яркого света. Моргнув пару раз, я смогла прочитать написанное на экране.

«Привет, Британи! Я не слишком поздно? С нашей последней (и, к сожалению, первой) встречи прошло уже много времени, я очень соскучился. Надеюсь, мы сможем на днях встретиться? Надеюсь, мне будет также замечательно в твоей компании, как тогда».

Я похолодела. Не чувствовала тепла или радости от его слов. Безусловно, приятно. Но я вроде как выбрала того, с кем хочу быть, нет? И это не Марк. А этот человек теперь стоит у двери, скрестив руки на груди, словно пытается закрыться от меня.

- Как прикажешь понимать? - холодно бросил певец.
- Что?.. - не понимала я. Мысли спутались, что я должна ему ответить? «Мне жаль»? «Все нормально»? «Это не то, о чем ты подумал»?
- Какого черта? Назначает свидание?

А ты ревнуешь? - чуть было не съязвила я. А что? Какое его дело? Он сам не говорил, встречаемся мы или нет. Я свободный человек.

- Может, и так, - выпалила я. - Ревнуешь?

Он со свистом выдохнул.

- Нет. Но я сказал тебе держаться от него подальше.
- Ты мой папа? - съехидничала я, усаживаясь на кровати.
- И без этого имею власть над тобой, - небрежно обронил Джастин.

Я замерла, не в силах ответить на это. Имеет власть? Я, что, вещь какая-то?
Бибер развернулся и открыл дверь.

- Куда ты? - безжизненно спросила я.
- Не волнуйся, - процедил сквозь зубы певец. - Уж я найду, где поспать в своем доме.

Хлопнула дверь. Я обессилено опустилась на кровать, перевернулась на живот, утыкаясь лицом в подушку, на которой только что лежал Джастин. Вдохнула приятный запах. Так вот. Молодец, дура. Дыши им. Чтобы потом было больно. Налаживай отношения, а потом одной глупостью порть все. Ты так мастерски делаешь это.

***

Давно утро не было таким противным. Не потому, что вставать слишком рано, или уроки не сделала. Разбудил меня Джастин. Бодрый, собранный. Холодный. Как настоящее зимнее утро. Он сжал мое предплечье и буркнул:
- Вставай. Скоро в колледж.

Я поморщилась и перевернулась на другой бок.

- Дважды повторять не буду, - более громким голосом сказал Джастин. Послышались шаги. Нарочито громкий хлопок дверью. Я испуганно вздрогнула и распахнула глаза.

За окном еще не очень светло. Раннее утро? Бибер сволочь.

Я простонала и откинула одеяло. Шевелить ногами было больно, трудно. Я их почти не чувствовала.
Попыталась потянуться. Короткая вспышка боли пронзила низ живота, и я замерла ненадолго. Я с трудом поднялась с кровати. Мои вещи, которые я вчера бросила в той спальне, неаккуратно лежали на небольшом диванчике. Бибер притащил. Ну да, я сама в лабиринте его дома не вспомню, где находится вторая спальня. Я нехотя оделась и отправилась в находящуюся рядом ванную комнату, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. Умылась и на запах отправилась на кухню. Я боялась встречаться с Бибером. Оттаял ли он после вчерашнего? Что ж, надежда умирает последней.

В животе заурчало. Я ускорилась, желая лишь одного - чтобы во рту оказалось хоть немного еды. Желательно, съедобной.

Певец уже сидел за столом и ковырял вилкой омлет. Нет аппетита? На звук моих шаркающих о пол шагов он вскинул голову. На секунду, всего лишь на секунду мне показалось, что в его глазах отразилось тепло, непроизвольная радость видеть меня. Но нет, этого не было. Поворотив от меня безразличный взгляд, Джастин отпил из стоящей рядом кружки. Тарелка, предназначенная для меня, стояла через три места от него. Специально подальше отсел? Я молча села за стол и начала есть. Черт, как же вкусно.

Мы ели молча. Чего еще можно было ожидать? Какой же он собственник. Не позволяет кому-нибудь другому играться с его игрушкой. Не позволю к себе так относиться. За все утро ни слова. Кроме холодного утреннего приветствия.

Когда пора было ехать, Джастин молча ушел на улицу. Думал, я сама догадаюсь, что нужно идти? Эти дурацкие игры в молчанку надоедали. В той же ужасной тишине доехали до колледжа. Я надеялась, что хоть тогда мне повезет, попыталась поцеловать его. Бибер словно случайно нажал на педаль газа, чуть не стартовав со стоянки. Я прошипела от негодования и, громко хлопнув дверью, ушла.
Ну, ничего. Играть и я умею.