Никогда

— Хэви! Иди открой! — крикнул Ди. Младший никак не отвечал, а звонок все настойчиво звонил и звонил. — Что за мелкий выродок, — выругался старший, но дверь открывать пошёл. Они же договаривались! Если Ди убирается доме, хоть и убирается он плохо, очень плохо, то Хэви смотрит за всем другим. А этот малолетний придурок дрыхнет!
На пороге стоял человек. Мужчина. Лёгкие синие джинсы, что носит каждый мужчина среднего возраста, и водолазка зелёного цвета. Он мягко улыбался, эта улыбка была настолько противна, что Ди опустил взгляд.

— Здравствуй, ты Ди? — мужчина, что стоял на пороге их дома оглядел парня и попытался заглянуть внутрь. Блондин в свою очередь кивнул. Чего он на него пялится, как на восьмое чудо света? Уже выглядит подозрительно. — можно мне пройти и поговорить с твоим отцом?

— Он сейчас занят. Приходите в другой раз. — по правде говоря, с момента гибели мамы, папа заперся в комнате, говоря, что бы ни разу не видеть ни Ди, ни Хэви… Ему было безумно тяжело с того времени. Младший принял это близко к сердцу, а вот старшему стало не по себе… Почему отец так поступил? Ладно он, но Хэви-то что ему сделал? Хэви ведь был всегда маленьким лучиком счастья, на которое возлагали все надежды! Так что стряслось теперь?

— Тогда я зайду и посмотрю дом. — мужчина отстранил подростка от дверного проёма, проходя внутрь. Это вызвало у Ди, который на самом-то деле испытывал всегда мало эмоций, нехилое раздражение. Что он себе позволяет?! Вот так без спроса нагло заходить — это уже слишком.

— Ну, как хотите, — попытался как можно пофигистически ответить Ди. С лестницы послышались шаги. Блондин поднял глаза, его младший братишка спускался вниз. Похоже, он только что проснулся.Наверняка опять всю ночь в игры играл.

— Эээ… Это кто? — умный вопрос, ничего не скажешь. Хотя, младший никогда не отличался своим умом, так-что на что-то большее Ди и не надеялся.

— Я из опеки, — взрослый взглянул на старшего сына Себастьяна. — Поступила жалоба, что вашему отцу сложно вас содержать, — Ди кинул на брата мимолетный взгляд. Похоже, младший проболтался. Рыжик забегал глазками.

— Хэви, иди наверх, — приказал блондин. Вдруг младший опять что-то не то ляпнет. Мальчик кивнул и ушёл. Ему-то в принципе не очень-то и хотелось там находиться. Сотрудник органов опеки ходил по дому, что-то чиркая в своей книге, то и дело цокая языком и качая головой, осматривая все вокруг таким взглядом, словно хотел разглядеть каждую пылинку.

— Я так понимаю, твой отец ушёл в запой? — скептически поинтересовался брюнет, осматривая кухню, заваленную бутылками от пива.

— Нет, это еще мамины, — фыркнул Ди. Он стоял, прислонившись плечом на дверной косяк.

— Мне очень жаль, потерять такого важного человека в таком юном возрасте. Да еще заботиться о брате, — Ди пристально посмотрел на взрослого.

— Вам этого не понять, не стоит ставить себя на место других. Я уверен, вас уже заждались. — Ди подошёл к входной двери, собираясь её открыть. Этот хам слишком уж сильно высокомерно себя ведёт, ещё и показывает какую-то фальшивую заинтересованность. Металлист ненавидел таких людей. Эти противные людишки, лицемеры. А Лицемеры, единственные люди, которых Ди ненавидел всем сердцем.

— Есть одно «но». Я должен поговорить с твоим отцом. — блондин закатил глаза.

— Я же говорю, папа занят.

— Тогда выводы я сделал. Я приду ещё через несколько дней. — мужчина потрепал мальчишку по голове и ушёл, а Ди со всей злости и силы захлопнул входную дверь и начал подниматься наверх. К брату.

— Хэви, не хочешь мне ничего объяснить? — рыжий посмотрел на брата. Это был виноватый взгляд. — Я так и знал. Что ты сделал?

— Я. Ну. После того, как папа заперся в комнате, я… — парнишка замялся. — я не выдержал и рассказал все Кудряшу.

— Что именно ты рассказал?

— Всё, — Ди шумно вздохнул. — Извини-и, пожалуйста! Я не подумал.

— Ты никогда не думаешь! Дебил, вообще мозгов у тебя нет, — Ди вышел, громко хлопнув дверью в комнате младшего. Хэви всегда, сначала делает, а потом уже думает!

Все плохо. Если Хэви и вправду рассказал всё… Тогда им светит или детдом, или какие-то дальние родственники. Им придётся оставить папу одного, придётся уехать из родительского дома, и все это только из-за глупости брата! Кажется, трудности только начинаются, и из-за чего это всё?! Из-за того, что брат не может вовремя замолчать. Он что, не мог хотя бы посоветоваться перед тем, как рассказывать семейные дела всем подряд? Дебил.
Ди лег на кровать, надел наушники и закрыл глаза. Сейчас надо решить, что ему делать, как быть?

<center>***</center>

Ди ушёл ещё рано утром, кажется, в магазин, а Хэви попросил убрать дом, на всякий случай.
Рыжий слушал свою любимую группу, пока пытался вымыть пол, на котором было разлито уже засохшее пиво. Работы и правда было много.

— Фу, ну и мерзость, — прошептал паренёк. Хэви посмотрел из-под челки на стену… Там висел плакат маминого мотоцикла… Точнее, который она планировала купить. Хэви кинул швабру на пол, а сам со всей дури ударил диван ногой. Почему только жизнь такая нечестная?! Что мама-то сделала?! Она вообще ни в чем не виновата! Так почему она покинула их так рано?.. Может, рыжик так и продолжил бы дальше психовать, если бы в дверь не позвонили. Паренёк быстро вытер глаза и открыл дверь.
На пороге был тот самый мужчина, который приходил две недели назад. С… Ещё двумя людьми. С девушкой блондинкой, она была чуть полновата, и совсем молодым парнем. Похоже, стажёр.

— Здравствуй… — начал этот «стажёр», после того, как глянул на «начальство».

— Я Хэви, — подсказал мальчик, взрослые кивнули и буквально без спроса зашли в дом. Опять они так делают. Такое с их стороны — просто неуважение.

— Итак, мы пришли поговорить с твоим отцом, Хэви, — мягким, заворожующим голосом начал тот самый тип, который приходил к ним недели две назад.
Хэви не думал, что он делает, он просто повёл их… Это была по-настоящему роковая ошибка…
В дверь Глэма постучали, ноль ответа. Опять постучали.

— Оставьте меня в покое! — голос из-за двери… Кажется, Ди говорил, что к папе никого подпускать нельзя. И вот, опять он ослушался запрета брата…

— Глэм? — тихо спросила та самая девушка.

— Что за бред?! Меня зовут Себастьян, — дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина средних лет, в классическом костюме и с зачесанными назад волосами. Хэви отпрянул. Это не его отец… Папа бы так никогда не оделся. Хотя… Мало ли… Что происходит вообще?

— Папа! — самый младший из семьи Швагген-Ваггенс обнял отца… Не выдержал. Кто же мог подумать, что мальчика, Глэм, или теперь его надо называть Себастьяном, отцепит сына от себя.— Пап?

— Мальчик, я знать тебя не знаю. — строгим, и в тоже время, злым голосом ответил Глэм, мимолётным взглядом оглядывая ребенка. Тот подметил про себя, что мальчик неаккуратно одет, а этот ужас на голове??! Как это вообще можно назвать волосами?! Его отец бы, никогда бы не разрешил так одеваться! Это не подобает правилам этикета!

— Но… — Хэви под руку взял один из людей и хотел было уже вести его прочь из коридора, но подросток отреагировал быстро. Мальчишка со всей силы, как его учила мама, дал этой девушке кулаком в солнечное сплетение. Та скорчилась.

<center>***</center>
Ди зашел в дом, он был уверен, что братишка все время сидел на диване, но когда услышал голоса и не увидел Хэви, старший быстро захлопнул дверь, направляясь к источнику звуков.
Это был его до чертиков злой брат, отец в странном облочении, и, похоже… Люди… Из опеки. По телу пробежала легкая дрожь.

— Что тут происходит? — блондин засунул руки в карман, сжимая пачку сигарет. Чтобы не выпали. Один из мужчин кивнул тётеньке, чтобы та разъяснила ситуацию.

— Я опытный психотерапевт, мне позвонили эти молодые люди. — она раскрытой ладонью показала на двух «молодых» людей. — попросили о встрече, вот мы и мы приехали сюда.

— У нас нормальная семья! — возмутился Хэви, когда понял, на что намекает эта особа, за что получил локтем в живот от брата. Ди всегда так «затыкал» младшего, чтоб тот не сказал лишнего.

— Была нормальной, — та печально улыбнулась. — Ваш отец, похоже, не справился с потерей. Похоже, в нем проснулся Себастьян.

— Кто вы вообще такая? — Ди не показывал эмоций, хотя ему до ужаса страшно.Страшно находиться в такой ситуации, стоя на пороге неизвестного… Да ещё и с младшим братом.

— Я психотерапевт вашего отца. — поняв, что детям, похоже, эту информацию не рассказывали, продолжила. — Глэм сбежал из дома, по какой причине он не рассказывал, так у него образовалось что-то в виде его второго «Я».

— Он чё, шизик? — Хэви усмехнулся. Ди строго посмотрел на брата, тот опустил глаза к полу.

— Нет и да. Из-за потери вашей мамы в нем проснулся Себастьян, и он попросту забыл, кто вы. У него что-то в виде раздвоения личности, — глаза младшего Швагген-Ваггенса расширились.

— Что будет с папой? Он вспомнит? — начал свой «допрос» Хэви. А Ди. Ди уже всё понял. Понял, что их жизнь в этот момент действительно изменилась.

— Он вспомнит, но когда, мы не знаем. А пока идите собирать вещи. — это прозвучало как приговор.

— Можно спросить, у кого мы будем… Всё это время жить? — хриплым голосом спросил Ди.

— Всё это время жить? Что? — но на взбудораженного Хэви совершенно не обращали внимания. Рыжик дёрнул брата за руку, но тот лишь отмахнулся от него как от назойливой мухи.

— Если ваш дед или ваша тётя ответят, то у них. Мне жаль, — печально улыбнулась она.

— Хорошо, — все также ответил Ди. Он схватил братца за руку и потащил наверх. Собирать вещи.

Мда, прекрасно. Просто зашибись! Они будут жить у каких-то там неизвестных родственников? Зачем вообще? Ди ведь уже шестнадцать! Он спокойно может позаботиться о брате…
И вообще, если отец сбежал из дома… То получается, там было плохо… Да и он никогда не рассказывал ничего о своем старом доме. О своей семье. Странно это все. Да еще теперь за Хэви следить надо будет. Так много трудностей свалилось. И на кого? На обычных подростков, у которых и без этого много забот. Жизнь порой так несправедлива. Ужас.

<center>***</center>

— Ого, ну и домик, — Хэви во всю рассматривал пейзажи и дома, когда они заехали во двор огромной усадьбы. — И мы тут будем жить? — женщина, та самая, которая рассказала про папу, кивнула. Ди также смотрел в окно, он слушал любимую песню папы. Кажется, она называется: «We're not gonna take it»… Или что-то в этом роде. Интересно, а этот «дед» окажется хорошим человеком? Наверное, нет… Все таки, папа никогда не рассказывал о своем прошлом. Да и его сестра, когда их навещала, тоже не казалась уж очень-то милой. Во всяком случае, хотелось надеяться на лучшее. В такой ситуации это лучшее, что остаётся. Хэви то и делал, что скакал по машине, задавая какие-то нелепые вопросы.

— Ты можешь перестать?! — зло поинтересовался Ди. Хэви сразу притих. Блондин заметил и вправду изменения в братишке. Он стал более тихим по сравнению с тем, каким он был раньше.когда была жива мама. А ночью, точнее прошлой ночью, когда их заселили в комнатушку в доме Анны. Да, Анна разрешила провести ночь у неё в доме. Ди проснулся ночью, от тихих всхлипов. Парень не показывал, что слышал, как младший тихо глотал слёзы ночью. Это было по-настоящему плохо. Самому подростку было безумно больно видеть младшего братишку, который был всегда такой жизнерадостный…таким… разбитым что ли?
— Извини, — быстро ответил Ди, заметив, что младший брат уселся спокойно, дожидаясь того, что машина припаркуется, Ди облегчённо вздохнул. Ну как облегчённо, правильнее сказать спокойно и печально.
Как только машина была припаркована, психотерапевт папы повернулась к притихшим подросткам.

— Так, только не выводите мистера Швагген-Ваггенса старшего из себя. Хорошо? — попросила их Мария. Ди и Хэви одновременно кивнули. Да и что он им сделает? Максимум накричит, если что, Ди решил, что убежит к дяде Чесу. К Хэви то придираться точно не будут. Только, осталось найти где они теперь живут, и как попасть к Чесу.
Интересно, как там папа. Почему-то, как только он подумал о папе, сразу где-то в груди стало больно. Почему только именно с их семьёй это случилось? Сначала мама… А потом ещё и папа свихнулся. Ди даже не удивится, если окажется, что в том, что у отца раздвоение личности, виноват этот не понятно откуда взявшийся «дед». Он ведь никогда о нём не рассказывал! Когда Ди его спрашивал, Глэм зависал и смотрел в одну точку, а после, вставал и уходил, ссылаясь на то, что он попросту устал.

— На выход, — Мария, кажется, так зовут эту особу, открыла дверь машины, выпуская наполовину осиротевших детей во двор.
Сразу же к ним подошёл молодой мужчина.

— Давайте я отнесу ваши вещи, господа, — Хэви, широко улыбаясь, кивнул, когда к ним подошел молодой человек,.
Ди посмотрел на брата. Тот так умело скрывал свою скорбь… Может быть, братишка и вправду не настолько глупый, как казалось?

— Ё-маё, Ди, чего ты не отдаёшь свои сумки? — скажем так, и у Ди, и у Хэви было много, очень много вещей, которые они захватили с собой. Старший сын Глэма и Вики цокнул языком, но сумки отдал.
Их провели в дом. На лестнице, стоял мужчина, и не то, чтобы он был старым… Но у него были белые волосы, полностью седые, а лицо покрылось морщинками, которые были везде, от чего ещё прибавляя возраста мужчине. А от одного только взгляда мужчины, хотелось закрыть Хэви собой, и принять удар на себя. Настолько этот тип был противен.

— Вы опоздали на 20 минут. — строго сказал он.

— Там была пробка, — оправдалась психотерапевт, поняв, что Швагген-Ваггенс старший что-то ещё добавлять не собирается, Мария продолжила, — Это Хэви, — она показала на рыжика с яркими зелёными глазами, — а это Ди, — она показала на блондина, он выглядит таким пофигистическим… Словно его не волнует абсолютно ничего. Как камень. Точь-в-точь Себастьян в свои 15. Это вызвало у старика злой до ужаса взгляд. Густаву это маленький нищеброд, который посмел родиться сыном Себастьяна, совершенно не нравился. Единственное отличие, это веснушки. У этого блондина. У Ди были миллионы веснушек, рассыпанных по лицу. Жаль кончено, что их стереть нельзя.

— Спасибо, Роберт покажет им их новые комнаты, вы можете уже ехать, — сказал Густав. Мария попрощалась с детьми подопечного, пообещав, что сделает все, чтобы они смогли опять жить с отцом… И… Ушла. Она просто ушла, оставив детей с мужчиной, который сразу представился. — Я Густав Швагген-Ваггенс, называйте меня просто Густав.

— А ты… —начал было рыжик, но от злого взгляда Хэви схватился за брата.

— Все вопросы вы зададите после ужина. Ужин в 17:30. — и ушёл. А Роберт подошёл к парням.

— Несладко нам придётся. — вздохнул он. — Идём?

— Почему это несладко? Он, вроде, показался мне хорошим и добрым человеком, — попытался подбодрить брата Ди. Как же ему не нравится эта печальная улыбка, правильнее сказать уставшая, что в последнее время играет на лице братишки.

— Сэр Ди, вам достаётся комната вашего отца. — Роберт открыл дверь, после того, как «заселил» младшего. — Я слышал, что дневник вашего отца так и не нашли. Может, вам удастся? — по правде говоря, дневник Густав положил, сразу после, как он считает, позорного побега, в то место, где и нашёл этот злосчастный дневник.

— Спасибо. Может быть. — поблагодарил Ди. М-да… Комната та ещё. Ни одного плаката! Ничего! Кроме фотографий каких-то людей. На одной из фоток был парнишка. Папа?
Парень решил купить как-нибудь новые плакаты, просто, тащиться в другой город только для того, чтобы забрать свои плакаты? Хэви вообще, такое впечатление, забрал всё, что было у него в комнате. А Ди, взял только одежду, важные вещи и… Фотоальбом. Который родители вели с самого первого дня их знакомства. Там было столько красивых и не очень фотографий. Например, там был запечатлён момент, когда Хэви отравился и его вырвало на брата. Как папа только успел заснять этот момент, остаётся настоящей загадкой.
Может, ему сходить к брату и помочь? Подумал Ди, когда кое-как затолкал вещи в шкаф. В принципе, то он и решил сделать.
Ди зашёл в комнату без стука.

— О! Ди! Поможешь? — Хэви улыбался. Брат кивнул. Как Хэви может оставаться всё таким же весёлым?
Они развесили все плакаты, какие-то афиши, которые братишка откопал непонятно где. Расставили фигурки, разложили вещи в шкафу, подключили комп к розетке, осталось только спросить пароль. Но это потом. Позже.

— Как тебе наш дед? — спросил Ди, садясь возле брата.

— Он… Мм… Неприятный. Но мама говорит. — Хэви запнулся, сразу понял, что он, что-то не то сказал, и замолчал, опуская взгляд.

— Скучаешь?

— А ты будто бы нет! — огрызнулся Хэви. Ди фыркнул. Конечно же он скучал. Он ещё помнил, как они были на похоронах, как папа перестал улыбаться, а Хэви ревел… А дядя Чес после этого пропал. Может, если бы Чес был все это время с папой, то отцу бы было легче смириться со смертью жены… Ди тогда решил, что будет точно теперь, как сможет, поддерживать братишку. Он не даст тому сломаться. Хоть и по правде говоря, нифига у него это не получалось.

— Ладно, извини, иди сюда, — Ди ухватил брата за руку, притягивая к себе. И прижимая. Так мама их успокаивала. Ди это никогда не нравилось, что не сказать о Хэви, который обожал, когда мама обнимала его. Правда, исключительно дома! А то, вдруг его кто-нибудь из друзей увидит?! Так он объснял. А Ди, что Ди. Конечно же, каждый любит, когда мама их ласкает, но Ди в свои шестнадцать просто ненавидел, когда его обнимали. Это же так противно.

— Ты что, совсем с дуба рухнул? — Хэви вырвался из «плена» братца, схватил подушку, и запустил в старшего. Этого, Ди совершенно не ждал.

— Ну нет же! — Ди усмехнулся. Незаметно, про себя. У него, хотя бы, получилось вызвать нормальную, не натянутую улыбку у братика. Впервые за такое долгое время. А она, кстати, у него по-настоящему красивая.
Началась битва подушками. В конце которой Ди прижал брата к постели.

— Лузер, — Хэви показал брату ф*к. Ди еле заметно улыбнулся. И вновь это была искренняя улыбка.