Глава тринадцатая
Званный вечер в доме Ра и её дочерей не казался чем-то страшным нашему красноволосому герою, ровно до тех пор, пока он не пересиупил порог их дома.
Обычная, неприметная дверь в бедном районе казалась Сэмуэлю таковой, в которую он никогда бы не думал совать свой нос. Но когда он и другие боги вошли внутрь, Сэм понял всю суть сил многоизветсной Ра. Высокие потолки, что держатся на гигантских каменных колонах, экзотические ростерия, что росли будто из самых стен до пола. Прямо под их ноги. Птицы, что пели свои прекрасные песни, в которых Исида была способна прочесть послания и призывы быть осторожными. И отдельного внимание заслуживает свет. Ни единого источника света, ни над головой, ни по бокам на стенах, ни под ногами. Свет как будто прилик к комнате. Всё это очень впечатлило Сэма, но ему хватало и минуты, чтобы понять, что это всё мишура. Отвод глаз.
Боги Египта были одеты в костюмы и платья, которые носят только на благотворительные вечера светского общества. Нет ни одной белой накидки или массивных золотых украшений. Но Сэм всё равно надел серьги, подаренные Гором. А ещё подчеркнул глаза подводкой, почти полностью восстановив образ тысяча летней давности.
Каждого гостя птицы усадили по местам, Маат и Тот были усажены друг на против друга на одном краю со стола, по бокам «трона». Нефтида села с боку от Осириса, а с другой стороны бога возрождение сидела Исида, напротив них сели Анубис и Гор. И в самом краю, пряио напротив трона, усадили Сэма.
«Что она задумала?»-думает красноволосый, рассматривая приборы.
Его наблюдения прервала открывшаяся за троном дверь и вошедшая в него...Если не богиня, то Сэмуэль знать не знает, как её назвать.
Высокая, стройная, широкоплечивая, смуглая женщина, с чёрными и длинными волосами, в которые вплетены золото и серебро, глаза как две капли небесного светила, за которыми таится нечто такое, что непостежимо другим богам. Она одета в дорогое золотого цвета платье и такого же цвета туфли на высоком каблуке.
— Добро пожаловать!-воскликает она, садясь за своё место, на трон.
Рядом с Тотом и Маат садятся женщины, в одной из которых Сэм узнал Сехмет. Та коварно улыбалась ему. Напротив неё села девушка, с густыми чёрными волосами и белоснежной кожей, а глаза у неё фиолетовые, как аметисты. На губах у неё добрая и яркая улыбка, которая явно посвещена Гору, ибо она смотрела только на него. Но тот лишь кивнул ей. Другая девушка казалась...Красноволосый даже не знает как её описать. Внешностью она походит на Маат, но у неё короткие волосы и такие же, как у Сехмет и Ра, янтарные глаза. Она рассматривала всех гостей и её внимание застряло на Сэмуэле.
— Итак, мы собрались здесь сегодня, чтобы поприветствовать вернувшегося в наши ряды Сэта,-жестом указывает напротив, — Прошли тысячелетия, прежде чем мы смогли лицезреть тебя вновь. Расскажи нам, как ты это сделал.
Сэм понял это, как «даю тебе слово», поэтому он встал и слегка замявшись, начал говорить.
— Ну, родился значит человеком. Через пару часов бросили на улицу, потом подобрали, потом снова бросили, на этот раз в приют...И вот я здесь.
— А тебя не интересовало, почему ты оказался в приюте?
Этот вопрос заставил красноволосого вздрогнуть всем телом. Его никогда не волновало, кто именно его бросил. Его всегда волновало то, как выжить, как жить со всем, что произошло за его короткую жизнь. Но Ра заставляет задуматься.
— Нет,-отвечает Сэм, чётко и ясно после длительной паузы.
— Жаль. Я как раз знаю такую парочку,-это вышло из уст богини солнце как разочарованный вздох.
Все боги, в особенности Осирис, уставились на Сэмуэля. А тот с приоткрытым ртом смотрел на Ра, не веря в её слова.
— Я вижу, ты заинтересован. Если хочешь с ними увидеться, то приходи ко мне. А теперь, угощайтесь.
Боги приступили к трапезе, ну как. Каждому в горло лезет маленькими кусочками, а Сэму вообще не лезет. Мысли в его голове перемешались. Как Ра может знать эту парочку? Может это она имеет какое-то отношение к его статусу сироты? Как? Просто как такое возможно?
Сехмет внимательно наблюдала за ним и даже насмехалась моментами. Мол, почему это вернувшийся Сэт не ест? Людям же нужно больше энергий чем богам. На это он оивечает, что не голоден. После ужина, Ра просит всех пройти за Бастед в зал для гостей, а Сэма просит остаться. Как только все ушли, она подходит к ниму и поднимает моникшую голову к себе за подбородок.
— Чего же ты так скис? Неужели наш кровожадный бог войны утратил свой боевой пыл?
— Я давным давно не являюсь богом,-ответил Сэм, — Я-человек.
— Да? А семена Осириса в твоём сердце говорят об обратном.
— Ты знаешь и про семена? Что ты ещё знаешь?!-чуть ли не срывается на киик Сэм, вставая с места, —Может тебе ещё и известно всё, что сделал со мной Осирис?
— Известно.
На этом, красноволосый снова осел. Богиня, от которой ничего не утаишь. Зашибись просто.
— Бедный, маленький Сэт. Ты пытался скрыть все свои секреты и эмоции за плотной занавеской своей ярости и не замечал, что я всегда наблюдала за всеми нарушениями. И знаешь, я на твоей стороне, ведь ты тогда был жертвой. Жертвой односторонней запретной любви, жертвой обстоятельств, жертвой собственных эмоции. Я понимаю тебя, но от этого твоя вина не становится меньше. И всё, что произошло с тобой дальше-лишь наказарие, выбранное лично мной. Я знала, что ты однажды вернёшься, ведь Гэб и Нут не могли родить слабых и безнадёжно тупых потомков.
Ра отходит от стула, на котором сидит красноволосый, и идёт к кувшину с вином, наливая себе и Сэту.
— Хотя ваши обиды и действия говорят об обратном.
Сэм принимает вино с её рук, ведь то, что ему нужно сейчас, это забыться. Он отмивает и сознание тут же покидает тело.
— Сделай то, что твоей душе угодно.