Глава одинадцатая
Поцелуй длился до тех пора, пока какой-то персонаж из фильма не крикнул:«Вы что чёрт возьми делаете?!».
И Сэм тут же отрывается от казавшихся столь властных губ. Гор смотрит на него с неким непониманием и с огромным желанием повторить. Сам же красооволосый стал одного цвета со своими прядями. Что он только что сделал? Зачем он вообще это сделал? С какой целью?! Почему его губы так горят?...
Все эти мысли охватили голову Сэма плотным кольцом, не приковывая внимание к фильму.
«Очаровательно»-думает Гор, возвращаясь к фильму. Может быть однажды они повторят, но это точно будет не сегодня.
Фильм закончился, после чего начались титры, во время которых зрители покидали зал, но Сэмуэль выделялся из них своей огромной скоростью. Гор же остался на месте, смотря вперёд и как будто задумавшись.
— Я знаю, что ты здест,-сказал он, как только все ввшли из зала.
Из под переднего седенья вышла фигура, которая была знакома богу ветров с давних времён.
— А думал, что прокачал свои навыки,-усмехнулся по доброму старый знакомый.
— Мне вот интересно, зачем вам понадобилось это делать Дионис?
— Так интереснее, согласись? Когда люди не скрывают своих истинных чувств, и становятся самими собой.
— Но он не хотел себя показывать. По крайней мере сейчас. Так что поступил ты не очень красиво.
— Я-бог виноделия, всё что я делаю и есть красиво. Истинная красота внутри, слыхал о таком?
— Я бы хотел, чтобы он сам этого хотел, а не под влиянием каких-то чар.
— Ой ну и ладно. Я просто хотел поразвлечься.
— Ну лално. Я пойду за ним. С тобой мы ещё увидимся...Пока,-сказал Гор, уже покидая своё место.
— Обязательно познакомь меня со своим ненаглядным, как только всё урегулируется.
Боги попрощались довольно скромно, не как обычно. Обычно они могли поцеловать друг друга, как самые отъявленные любовники под олимпом. Но это было чисто по дружбе. Крепкая мужская дружба.
— Эх, Гор...Однажды, ты столкнешься с бедами тех лет снова, твоё сердце в дребезги разобъётся. И я уже ничем не смогу помочь,-как нечто мрачное причитал Дио, оставаясь на месте.
В этом же зале сейчас будут крутить боевик, который бог виноделия с трепетом ждал. Его дурман поможет ему и дальше быть незаметным для всех.
×××
— Чёрт чёрт чёрт,-про себя молвил Сэмуэль, убегая с кинотеатра.
Не красиво вот так вот оставлять товарища, а после такого уж точно. Почему он вообще подался вперёд? Он не станет отрицать, если его спрочить, что хотел поцелуя ещё там, на смотровой площадке. Однако, именно в кинозале им будто двигало нечто другое. Такое, что не подаётся объяснению, просто не в какие ворота этот поступок не лезет. Ему нет оправдание. Как теперь в глаза Гору смотреть?
Всё бы ничего, но ведь они кровные родственники. Немного странно, что его смущает только это.
— Сэт?-слышится знакомый голос, как только красноволосый остановился у туалета на первом этаже. Обернувшись, он встретиося глазами с Осирисом.
— Ты...Что ты здесь делаешь?-недоумивает Сэм, поскольку считал, что его духовный брат сейчас в отъезде.
— У меня была здесь встреча. А вот что ты здесь делаешь? Почему не дома?
— Так м-мы с Гором в кино ходили... А так...
Его прервал внезапно подошедший вплотную брат, который зажал его к стене.
— Что с твоими волосами?
«Его голос...Он другой! Его что-то разозлило?»-подумал Сэмуэль, прежде чем ответить, — Отстриг. Давно хотел это сделать...
— Ясно...Тебе очень идёт,-сказал Осирис, более мягко, понимая что пугает брата, а этого ему ой как не хотелось. Но вставал другой вопрос, стоило заметить что пухлые буды брата казались больше и немного красными, — А где сейчас Гор?
— А он...
— Я здесь, отец.
Богветров появился будто откуда невозьмись. Если это часть божпственных способностей, то Сэм уже жалеет, что в прошлом совершил самоубийство, тем самым попращавщись, о своими силами.
«Я бы предпочёл исчезнуть...»
— Что тут у нас?
«А это кто?»-думает красноволосый, когда перед ними появляется женщина. На её лице недобрая, а скорее маниакальна привлекательная улыбка. Чёрные волосы собранные в плотную косу и глаза...Эти глаза...
Как капли янтаря на свету солнце.
— Госпожа Сехмет, здравствуйте,-наклонил голову Гор перед ней.
«Сехмет? Что-то я о ней читал»
— Привет привет, птенчик Исиды. Как поживаешь?-на этот свой вопрос она полуяает ответ, что всё впорядке, — Хорошо. А это кто? Хотя...
Она подходит к Сэму, который был на порядок выше неё ростом, и начинает осматривать.
— Неужели, Сэт вернулся? А я то думала, что мы никогда больше не увидимся.
— Аналогично.
Поражая себя и всех остальных своей дерзостью сказал Сэм.
— Хах!-неожиданно рассмеялась Сехмет, — А ты всё тот же. Но да ладно. Но Осирис,-оборачивается она к богу возрождение, —Почему ты не сообщил мне и другим богам, что Сэт вернулся?
— На то были свои причины, госпожа Сехмет. Просто Сэт теперь...
— Просто я теперь не Сэт,-перебил красноволосый брата, — Я Сэм. И да, я не бог вовсе, а просто человек.
Сначало, богиня палящего солнца замолчала, переваривая информацию, а затем разрозилась громким смехом, чуть ли не падая на своих изящных каблуках.
— Так или иначе, тебе до сих пор удаётся меня рассмещить. Ну чтож, раз так, то я непременно сообщу моей дорогой матушке, что ты вернулся. До встречи Осирис, Гор.
Она ушла без сопровождения, а в след ей смотрели два бога и один человек.
— Кто это вообще был?-спросил Сэм, как только богиня ушла.
— Госпожа Сехмет, Сэт. Она дочт Ра, верховной богини. И шутить с ней себе дороже.
— Ну, кого я за последнее время только не встретил. Но вот Ра. Развет он...а не мужик?
— Ра очень необычная богиня дядя. Она является верховной богиней, то бишь самой первой. И породительницей всего сущего. По крайней мере, на нашей родине.
— Это понятно, но почему её называют мужиком?
— Просто в то время, как люди начали писать о ней, то не знали, что как верховная богиня она способна менять сущность по своему желанию. И быть как и прекрасной богиней, так и сильным богом,-ответил Осирис, немного поникнув. Но тут же собрвлся, — А теперь вы оба. Скажите мне, почему вы не дома и не исполняете своих обязанностей?
— Какие ещё обязанности?
Сэм не понимал, о чём вообще идёт речь. Он конечно знает, что дом богов под властью Осириса, но об обязанностях рачи и вовсе не шло. А сейчас?
— Те самые, которые исполняет каждый из нас, чтобы люди не забыли о богах.