8
Мин Дачен уже на протяжении многих лет являлся ведущим хирургом городской больницы. Хотя слава о нем разнеслась далеко за пределы города.
Люди специально приезжали издалека, чтобы обследоваться именно у доктора Мина. Многие говорили, что он был одарен небесами своим талантом, так как более девяноста пяти процентов его операций заканчивались успешно.
Мин Дачен делал все, что в его силах, чтобы спасти каждого пациента, ведь, по его мнению, каждая жизнь бесценна. Конечно, он не являлся богом, поэтому не умел возвращать к жизни.
Ввиду этого, он настолько загружен работой, что часто задерживался допоздна. Но это не мешало ему возвращаться домой к сыну, чтобы провести с ним немного времени.
Он приходил поздно и уходил рано. И чаще всего к моменту его возвращения, Мин Бао либо уже крепко спал, либо находился в доме семьи Цзян. В первом случае Мин Дачену это никак не мешало, он мог молча сидеть рядом с сыном до тех пор, пока усталость не брала над ним верх.
Мин Бао – единственный долгожданный ребенок Мин Дачена, поэтому он, хоть и не показывал тому своей сильной привязанности, души в нем не чаял.
В своем детстве он всегда представлял, что у него будет большая семья – любящая жена и много-много детей. Желательно дочки.
Как говорится, хочешь насмешить бога – расскажи ему о своих планах.
В свои годы он был разведенным отцом-одиночкой.
Конечно, после развода он мог найти подходящую женщину и создать с ней новую семью. Только мысль о том, что это нечестно по отношению к Бао-эру, останавливала его. Ведь они были единственными кровными родственниками друг у друга.
Но также важным фактором было то, что Мин Дачен являлся однолюбом. На протяжении всей своей жизни он любил лишь одну женщину, которая и стала его женой.
Хоть и ненадолго.
Мама Мин Бао – Цю Мэнсин решила развестись с Мин Даченом, когда сыну не было и десяти лет. Так как Мин Бао был ближе к отцу, по обоюдному решению родителей, он остался с отцом.
Мин Дачен спустя столько лет брака все еще любил Цю Мэнсин трепетной любовью, поэтому не осмелился удерживать ее насильно. Он отпустил ее и вскоре женщина уехала в другую страну, где встретила мужчину своей мечты и вышла замуж.
Мин Бао не был близок с матерью, поэтому отношения с ней не поддерживал вовсе. Для него она была чужой женщиной. Да и она не особо интересовалась его делами, что больше всего ранило Мин Дачена.
Мин Дачен все же принял решение больше не жениться, решив полностью посвятить себя сыну.
Сегодня был тот день, когда он смог вырваться с работы раньше, ссылаясь на серьезную травму Мин Бао.
Было даже немного непривычно выходить из больницы при свете дня, а не в кромешной темноте.
Дома же он застал довольно интересную картину.
С тех пор как он отпустил сына домой с травмой головы, в его сердце поселилась тревога, с которой он был не в силах справиться, поэтому он и ушел пораньше.
По своей натуре Мин Бао был человеком, который сносил все невзгоды молча. Он мог молчать, когда температура его тела была настолько высокой, чтобы не побеспокоить отца, который и так слишком много волнуется на работе, предпочитая лечиться самому и в тайне.
Поэтому Мин Дачен всерьез беспокоился, что Мин Бао невыносимо больно, но он попросту не мог сказать об этом.
Ожидая всего что угодно, он переступил порог дома. Тишина насторожила его, и он, не разуваясь, помчался в комнату.
А там обнаружил спящих Бао и Шу.
Мин Бао крепко спал, прижимая к груди хрупкую Шуцзин.
Подобная картина вызвала в голове мужчины неясную грусть.
Эти двое познакомились, когда они были еще совсем малышами. Сейчас же им было уже по семнадцать. Столько лет эти двое были неразлучны. Цзян Шуцзин выросла из пухленькой милой девчушки в красивую девушку, которая в будущем могла добиться многого благодаря своему упорству и неиссякаемому жизнелюбию.
Мин Бао же с детства был маленьким и щупленьким ребёнком, которого часто задирали в школе и на улице. Это в последние годы он вытянулся и похорошел. Цзян Шуцзин не раз вмешивалась в драки, чтобы защитить своего друга.
Цю Мэнсин училась в одном университете с Цзян Ми, и их университетская дружба переросла в дружбу семьями. Познакомив своих мужей, они только остались в плюсе, потому что мужчины быстро нашли общий язык. Оказалось, что их вкусы сильно совпадали. Эта дружба передалась и их детям.
И хотя Цю Мэнсин уехала, бросив все, отношения двух семей не прекратились. Они все так же навещали друг друга и вместе отмечали все праздники.
Для Мин Дачена Цзян Шуцзин была как родная дочь. Точно так же, как и для Цзян Ми и Цзян Кая Мин Бао являлся сыном.
Прислонившись к дверному косяку, мужчина долго наблюдал за крепко спящими детьми, сетуя на то, как же быстро растут дети и как неумолимо течет время.
В порыве чувств он даже достал телефон и сделал пару фотографий, чтобы тут же переслать их Цзян Каю.
Тот ответил сразу же. Сообщение содержало лишь смайлик со злым выражением лица.
Мин Дачен сразу понял посыл и тихо рассмеялся.
Видимо, направляясь домой к Мин Бао, Цзян Шуцзин не рассказала родителям, куда идет, и те свято верили, что дочь находится в школе. И какого же было их удивление, когда после окончания занятий Шу не пришла домой.
Супруги успели подумать невесть что и знатно переволноваться. Но пришедшая фотография хоть и заставила облегченно вздохнуть, разозлила пуще прежнего.
Вздохнув, Мин Дачен с легкой улыбкой на лице направился готовить обещанный ужин и немножечко сверху.
У него как раз в морозильнике валялись креветки. Шуцзин была готова душу продать за жаренные в сливочном соусе креветки, приготовленные Мин Даченом. Почему бы не побаловать ее?
На кухонном столе стояла бутылочка слабительного, срок годности которого вышел довольно давно. Мин Дачен задумчиво посмотрел в сторону комнаты, где спали дети. Решив, что ответ ему вряд ли понравится, он покачал головой и, выбросив баночку в мусорное ведро, принялся за готовку.
Некоторые вещи действительно не стоит знать для душевного спокойствия.
Пробуждение вышло тяжелым. Шу никак не могла выйти из полудремы.
Едва разлепив глаза, она обнаружила себя лежащей на твердой руке Мин Бао. Вроде хилый, а откуда столько мышц – неизвестно.
Видимо, крепко заснув, она оба не заметили, как сменили положение.
Ее нога оказалась перекинута через туловище Мин Бао, а он сам крепко держал ее за плечо. Было тепло и уютно, как никогда.
Приглядевшись, Шуцзин заметила, как на белой рубашке, аккурат на груди Мин Бао, расплывалось большое пятно. Она непроизвольно пускала слюни на своего лучшего друга.
Шевеление разбудило и Мин Бао.
– Еще болит голова? – спросила Шу, аккуратно отводя прядь волос с его лба.
– Не болит, – спросонья ответил Мин Бао, прижимая подругу ближе. – Ты помнишь, куда мы положили таблетки, которые дал отец?
– Зачем они тебе, если не болит?
– Не хочу, чтобы он расстроился, если увидит нетронутую пачку.
– Она должна быть в моем рюкзаке, – ответила Шу, вставая с кровати.
Встав, Цзян Шуцзин оставила после себя неприятную пустоту. Мин Бао даже почувствовал укол разочарования.
После полуденного сна всегда было сложно просыпаться. А еще сложнее было сразу же приниматься за какие-то дела. Не рассчитав свои силы, Шу попросту грохнулась с кровати, запутавшись в одеяле.
С кровати тут же раздался хохот.
– Вообще-то мне больно! – раздался гневный крик.
– Ты говоришь это мне? – еще сильнее засмеялся Бао.
На это Шу не смогла ничего ответить, внезапно почувствовав себя виноватой.
Послышались тяжелые шаги, и друзья тут же насторожились.
– Что у вас тут происходит? – Мин Дачен резко ворвался в комнату, ожидая увидеть холодящее душу кровопролитие.
Удостоверившись, что все живы, он облегченно выдохнул.
Увидев его, Мин Бао очень удивился. Давно он не видел его так рано дома.
Мин Дачен занимался готовкой и прибежал сразу же, как услышал странные звуки, поэтому в одной его руке была лопатка для перемешивания, а в другой – крышка от кастрюли. Сам же он был в фартуке, который ему в шутку подарила Шу на прошлый Новый год. На нем был изображен мужчина с рельефным прессом. Тогда Мин Бао чуть не убил Шуцзин, а Мин Дачен долго хохотал и заявил, что это теперь его любимая вещь.
Видя своего отца таким домашним, Мин Бао невольно затосковал. Не редко можно было увидеть его таким.
– Дядя Мин! – воскликнула Шу, вскакивая на ноги. – Я чувствую запах!
– Еще бы ты его не чувствовала, – буркнул Мин Бао себе под нос. – Твой нос же все еще на месте.
В ней было много эмоций: от радости до нетерпения. Она даже забыла, что так и не выпуталась из одеяла и чуть не упала вновь на пол. Но Мин Бао успел схватить ее за руку.
– Твой нос никогда не обманывает, – засмеялся мужчина. – Твои любимые креветки уже готовы.
– Вы же знаете, как я вас люблю? – прохныкала Шу.
– Нет, но ты можешь сказать еще раз.
Мин Бао изобразил рвотные позывы и удалился в ванну, чтобы умыться.
Пользуясь выпавшей возможностью, Мин Дачен накрыл прекрасный стол. Все блюда, которые любили его дети, стояли на столе. Каждый кусочек имел особый неповторимый вкус.
Они шутили и смеялись, наслаждаясь едой и компанией.
В какой-то момент Мин Бао выпал из реальности. Все звуки вокруг снизились до нуля. Пропали и его мысли.
Он попросту сидел и переводил взгляд с Шу на отца и обратно. Неизвестно, что творилось в его голове, но выглядел он чересчур задумчиво. Цзян Шуцзин увлеченно рассказывала какую-то историю из школы, а Мин Дачен внимательно слушал, подперев голову рукой.
Мелькнула мысль, что он с удовольствием проводил бы так каждый свой вечер.
Вечно что-то жующая Шуцзин и громко смеющийся отец. Разве не прекрасно?