Глава 4
Лили нет целый вечер. Она не отвечает на телефонные звонки. Я сижу с попкорном у ТВ и жду её прихода, чтобы посмотреть наш любимый фильм "Хорошо быть тихоней", но её нет. Я кручу в руках телефон. И нервно покусываю губы. Резко встаю с дивана, и меня словно сбивает с ног. Мгновенно падаю обратно прямо на коробку с попкорном. Что за черт! В глазах темно и я ничего не вижу. Пытаюсь проморгаться, и вроде зрение восстанавливается. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Мне нельзя так волноваться.
В доме темно, только свет от телевизора. Я хватаю телефон и снова пытаюсь дозвониться. Нет ответа. Делаю вторую попытку встать. В ушах свист, словно меня оглушило. Дохожу до стены и врезаюсь в неё со стоном.
-Блять...- я падаю на пол и пытаюсь восстановить дыхание, оно было очень быстрым, словно пробежала стометровку. Я одеваюсь и выхожу во двор.
Прогуливаясь то назад, то вперед все ещё пытаюсь до неё дозвониться. Резкий толчок в грудь при очередном звонке меня сшибает с ног, и я падаю в сугроб. Благо у меня частный дом и это было не на глазах у посторонних глаз. Что за хрень? Чувствую себя очень пьяной шлюхой. Стонаю лежа в сугробе. В голове ни одной разумной мысли о том, что происходит.
Лежу долго, не двигаясь, и чувствую себя в убежище. Слишком холодно, нерезко встаю и захожу в дом.
У меня жар и сильные головные боли. И только лежа на снегу, я на некоторое время почувствовала спокойствие. Лишь снег обжигал холодом мне ноги и спину морозило. Снежинки часто падали на лицо. Природа меня убаюкивала.
Мне нужен отдых. Кажется, сейчас снова пойду на улицу. Я не буду ходить кругами по снегу снова. Или буду все же ходить и считать шаги... Может, просто лягу на сугроб снова, только сама. Подхвачу пневмонию... Или что-то в этом роде. Блять. Словно и так болячек мало.
Я допиваю этот бокал жасминового чая и снова надеваю плащ и шарф. Обувь уже холодная. Но у меня нет выбора. Я снова выхожу на улицу и глубоко вдыхаю свежий воздух. Боль снимает как рукой. Иду медленно по дорожке, шаркая ногами, и подкидывая ими вверх пушистый снег.
Я иду не во двор, а на улицу. Там у нас огрооомный огород. Плюс там ещё и огороды соседей. Я прошла взад и вперед по этой площади, размером с футбольное поле на школьном стадионе. Дошла до середины и упала на снег. И все. Это как самое лучшее состояние в моей жизни. Мыслей нет.
Вокруг только тишина. Только иногда слышен лай собак. Я лежу. И это длится не долго. Мне убивает одиночество. Хочу, что бы он был рядом. Лежал со мной и смотрел, как снег сверкает от фонарей, как небо переходит с пурпурного в фиолетовый. Как ветер развивает волосы, и те ложатся на снег припорошенные снежинками. А я одна. И мне хорошо и в то же время ужасно плохо. Как один человек в огромной поле мыслей и страха. Но я люблю поля. Следовательно, мне под радость должны быть эти муки? Я захотела плакать. Что-то меня останавливало. Я взяла телефон. Это была моя последняя попытка позвонить ей и убедиться, что все в порядке. Но она не отвечает. Я лежала и поворачивала голову то вправо, то влево, то смотрела перед собой в небо. Пустота.
Я позвонила маме. Мой голос дрожал. От волнения или от холода. Она спросила, что со мной. Я сказала, что все в порядке и проглотила ком в горле. Мы разговорились. Но я закончила разговор первой. Я пошла домой. Меня не было с час. К этому времени приехал брат и завалил вопросами, а я сказала, что ходила в уличный туалет. Логично. Ну а что? Может у меня диарея?
Я пошла в ванную и стала быстро снимать вещи одну за другой. Я замерзла. Мои штаны были в голенях сырые. Встала у зеркала. И смотрела себе в глаза. Очень долго стояла под душем, прежде чем лечь спать, поворачиваясь во все стороны под ласковыми струями тёплой воды, подставляла под них то спину, то грудь, то лицо со слегка удлиненными глазами, стараясь как можно дольше продлить удовольствие. Я легла в кровать, снова выпив чашку жасминового чая. Стала читать книгу, но мои глаза устали и закрывались, голова трещала. И я уснула.
***
Сон.
Я лежу в зале на диване. Это время ближе к утру. Стягиваю ногами с себя одеяло. Лежу полу- голая. В трусах и в лифчике. Но я никогда так не сплю. Обычно в ночнушке. Ко мне подходит кто-то и накрывает меня одеялом. Я понимаю, что это он. Делает это так тихо, что бы ни разбудить меня, но я уже "проснулась". Прячу нос под одеяло и улыбаюсь. Это было самое лучшее мгновение...
Он уходит. Я слышу, как заваривает чай. Свет из окна выбивает меня из сонного состояния. И в комнате стало душно. Я подхожу к окну, укутавшись одеялом, и открываю его. Принюхиваюсь к чистому воздуху. Слышу как кто-то идет. Знакомый шаг, но не его. Закрываю окно и вижу отца, который начинает на меня кричать.
Его так долго не было в моей жизни. Папа. Я отвыкла так его называть. Он снова кричит на меня. Я толкаю его в сторону и выбегаю на улицу. Вокруг уже лето. И очень тепло. Я иду по перилам у дома и он идет за мной. Я пританцовываю на них. И слышу его сладкий голос:
-Эй, аккуратней, ты же упадешь.
Мы спрыгиваем с перил, заходим за ворота и оказываемся на берегу моря. Справа от нас садится солнце. Под нами мягкий темный песок и море глубокого синего цвета. Оно отражает на себе бордовое небо и розово-пурпурные облака у заката. Я бегу к морю, но он говорит мне, что нужно уходить. Я не слушаюсь его. Хочу окунуться в теплые воды. Но он слишком настойчив и не могу отказать. Он волнуется за меня, а я отхожу от берега, и начинается сильный шторм. Волны бьют гребнями пены по песку и берег смывает. Мы забегаем в дом. Отца нет. За окном бьют потоки. В комнате мрак. Мне очень страшно. Я крепко обнимаю его, обхватив грудь и запустив руки под красно-черную рубашку в клетку. Он такой теплый. Я чувствую защиту. Но она подлинная. Просыпаюсь в комнате залитой солнечным, но холодным светом.
Я замерзла. Его нет.