Chapter 3.
«Он бросил меня, Лиëн»
Такое сообщение я получаю в три часа ночи. Из-за этого я умудрилась поперхнуться водой и разбудить всех, кого только возможно. И этими людьми оказались мама и Лина, что осталась у меня на ночёвку.
По железной поверхности двери раздаëтся несколько стуков, из-за которых я не сдерживаю смачного «блять», а затем чувствую как по моему затылку проходится лёгкий удар и осуждающий голос мамы.
— С мальчиками гулять больше не буду отпускать. Ещё чего-нибудь похуже от них нахватаешься, — говорит она, и я даже в темноте чувствую, как эта женщина пилит меня своим фирменным взглядом, пробирающим до кончиков пальцев на ногах.
— Что за молодëжь пошла, я в шоке, — поддакивает Лина, опираясь на угол стены и качая головой.
— Кто бы говорил, мисс правильность, — шикаю я и иду к маме, которая вовсю охает от нежданного гостя.
Зайдя в прихожую, мы видим нашу подругу, чей вид оставляет желать лучшего. Потëкшая тушь, сырая одежда, взлохмаченные волосы. Честно, первой мыслью, посетившей мою голову, было то, что её поймали в каком-то переулке и.. да.
— Я летела с сеновала, тормозила чем попало, — шокированно присвистывает Лина, за что получает подзатыльник от мамы. — За что...
Спустя полчаса мы вчетвером сидим на кухне, узнавая всё, что произошло с Мирой. Новости шокирующие настолько, что даже самая правильная женщина, которую я только знаю, пример для подражания всех девушек, выпустила столько матов, сколько я от друзей никогда не слышала.
Оказывается, «нечто» под именем Ли Минхо не только воспользовался её наивностью, но и опозорил перед всеми друзьями тем, что решил порвать с ней у них на глазах, выставив жалкой и в не самом лучшем свете. Наговорил столько дерьма, что его не получится переварить за несколько лет. Опустил так, что ей теперь стыдно идти в школу, которая наверняка уже всё знает.
— Вот это он мудак, — мама, выслушав всю ситуацию, успокаивает Миру, которая заходится в слезах.
— А я говорила и предупреждала, — вздыхаю я, ещё раз удостоверяясь в своих же словах, что Ли Минхо — редкостный козёл.
— Я думаю, его надо проучить, потому что это слишком! Он морально уничтожает девушек изнутри! — Лина вскакивает из-за стола, обращая на себя внимание всех присутствующих. Да так эффектно, что Мира перестаëт рыдать.
Посмотрев скептически на это чудо, я не сдерживаюсь.
— Не думай больше , у тебя плохо получается.
— Лиëн! — осаждает меня мама, заставляя всех замолкнуть. — Лина правильно говорит. Это нельзя оставлять просто так.
— Вот-вот. Его нужно гасить его же способом. Чтобы он испытал это всё на своей шкуре, — предлагает русая, а затем смотрит на меня, что делают и две другие барышни.
И тут моя задница начинает чувствовать некий подвох. Взгляд Лины мне очень сильно не нравится. Что-то мне говорит, что затея, придуманная ею, ничем благополучным не закончится. Я вновь встряну так, что вытаскивать придëтся как репу из сказки, но только всем Сеулом.
— И... что ты предлагаешь? — с долей опасения спрашиваю я.
— Ты у нас славишься неприступной девой, внимание которой заполучить ну никак не выйдет. Разбивательница мужских сердец, змей искуситель в женском обличии, прототип Клеопатры.
Надеюсь, пример Клеопатры приведён только для того, чтобы сказать, что она хитра, а не то, что у неё было много романов. Либо же Лина не знает историю.
— И что с того? — выдавливаю я, решая забыть про несколько неудачное сравнение.
— Влюби его в себя! — радостно предлагает Лина.
Я, кажется, задыхаюсь от этого безрассудства.
— Иди к чёрту!
Вскочив из-за стола, я быстро ухожу в свою комнату и, оказавшись внутри, запираю дверь, сразу же скатываясь по стене на пол и охватываю голову руками.
Я ни в коем случае не собираюсь играть с чувствами людей, даже таких, как Ли. Это слишком! Только подумав об этом, я чувствую себя бесчувственной сукой, которой плевать на всех. Никогда в жизни не стану кого-то обманывать. Улыбаться в лицо, а за спиной унижать, говорить о том, насколько мне неприятен человек. Это не в моих принципах. Это лицемерно и подло. Неправильно, в конце концов!
Прекрасно зная себя, я понимаю, что произойдёт со мной, если я совершу такой мерзкий поступок — я влюблюсь. По-настоящему. О чём буду жалеть, ведь сознание будет бить тревогу, что так нельзя.
Играя в любовь, один всë равно проиграет.
Я это отлично знаю, потому что проходила через это. Была на месте игрушки, что смогла влюбиться в урода, которого боготворила, выставила в своём сознании как идеал идеала, постоянно была в розовых очках, не замечая его минусов, которых было в разы больше, чем плюсов. Чувства жертвы, когда ею вдоволь насытятся и бросают, я знаю, а потому не хочу оказаться на месте хищника.
По ту сторону двери слышатся тихие шаги, а после стук.
— Лиëн~а, — зовёт она, а я молчу, смотря на стену и думая о своём. — Прости меня. Я не подумала, когда сказала это. Ты права, пусть всё будет так, как есть, — слышу, как она присаживается на пол, так же облокачиваясь на дверь. — Просто... таких идиотов надо хоть как-то поставить на место. Ты ведь и сама об этом знаешь. Сама через это проходила. Знаешь какие чувства после такого. Было бы правильно, я думаю, хоть как-то отомстить...
— Так Минхо вообще не имеет к этому никакого отношения! За что мне ему мстить?! — срываюсь на крик я. — Потешить себя? Своё самолюбие? Поднять за его счёт опущенную когда-то самооценку? Причём тут он, когда виноват другой?!
На секунду вновь погружаюсь на три года назад, когда со мной и произошло это дерьмо. Из-за нахлынувших воспоминаний по щекам катятся несколько слезинок, а за ними ещё и ещё. Быстро их вытираю и встаю с пола.
— Ты не поймëшь абсурда своего предложения,— говорю я, открыв дверь.
Лина, опустив голову, поднимается и заходит в комнату. На кровати мы расположились по краям, ибо разговор, что произошëл, очень серьёзен. Мы обе это понимаем, а потому лучше не нарушать опустившуюся тишину.
Вскоре Лина уснула, а я по сию минуту думаю о её словах, сказанных пару недель назад.
«Может, в нём есть что-то, что тебя цепляет»
Звучит как несуразная и очередная чушь, но...я не понимаю, почему так, но из всех идиотов, которых в школе полным полно, он раздражает больше всех. Его поступки, если сравнивать с некоторыми, ещё цветочки. Но бесят так, будто он мой враг с самого детства. И своего поведения, только заметив его, я искренне не понимаю. В нём что-то настораживает, но и говорит продолжать с ним пререкаться. Что-то притягивает, но одновременно отталкивает.
Чувствую себя подростком в пубертате. И, кажется, я запуталась окончательно.
На следующий день, идя по школе, замечаю компанию Ли, мимо которой мне нужно пройти. Иначе не попаду в кабинет химии. Проходя, слышу как они обсуждают ситуацию, произошедшую между моей подругой и этим подлецом, из-за чего мгновенно сжимаю ладони в кулаки и закусываю губу, дабы не ляпнуть чего-нибудь лишнего и не ввязаться в новую неприятную ситуацию.
— Она такая наивная. Ничего дальше своего носа не видит, — смеётся дружок брюнета, а я вскипаю, как чайник.
— А вы такие уроды, — бурчу себе под нос, но меня останавливают, хватая за предплечье.
— Ты что-то сказала? — нагло спрашивает Ли, заставляя поднять глаза, направленные ранее в пол, на его лицо, в ходе чего наши взгляды пересекаются как в какой-то сопливой дораме.
— Говорю, ты урод. Причëм не внешне, а моральный, — перевожу взгляд на кудрявого блондина и погружаюсь в такой шок, что он, кажется, глубже Марианской впадины. — Чан? Как ты с этим имбецилом общаешься?!
Тут до меня доходит, что я прокричала это на весь холл, чего сама от себя не ожидала.
— Как ты меня назвала?! — Ли дëргает меня за руку, надеясь что я посмотрю на него, но я слишком поражена.
— Не с тобой разговариваю, идиот. Слепой, что ли, — звучит утверждением, из-за чего парень, наверно, задыхается от злости из-за моей наглости: его уши предательски покраснели. — От кого угодно ожидала, но не от тебя. Как ты, нормальный и адекватный человек, общаешься с этим нечто?!
— Долгая история, — хмыкает Бан, устремляя взгляд в окно, от чего гневом дышу уже я.
— Дурдом какой-то! Руку отпусти, придурок! — вновь вырываюсь из его лап и, снося всех и вся, бегу туда, куда направлялась изначально.
Урок начался минут пятнадцать назад. Учительница что-то говорит, а я все эти пятнадцать минут размышляю над тем, как Бан Чан, примерный человек, хороший парень во всех смыслах, может дружить со своей полной противоположностью. Сколько себя помню, все два года обучения здесь, Чана ставили в пример всем, кто ведёт себя хуже пятилетнего ребëнка. А тут он и Ли. Между ними дружба. Да быть такого не может! Это какой-то вселенский обман. Шутка.
— Ян Лиëн! — кричит учительница, и я, наконец, поднимаю глаза от пустого листа тетради, на котором написаны только тема и дата. — Зову к доске уже четвёртый раз. Напиши, пожалуйста, все молекулярные формулы, которые знаешь.
Медленно киваю и иду к доске. Это хоть немного отвлечёт меня от ненужных для школьного дня мыслей. Однако некоторые формулы, находящиеся в голове, автоматически заменяются на единственный вопрос, интересующий меня: «Как?».
В столовой, на литературе, на геометрии, корейском и других уроках я так же думаю над этим вопросом, из-за которого многие за сегодня подумали, что я заболела. Классный руководитель даже в медпункт отвёл, беспокоясь за моё самочувствие. Не будь я погружена в свои размышления, вела бы себя как обычно.
С каждым новым фактом, который я узнаю́ о Ли Минхо, путаюсь всё больше и больше. А с виду показался вполне приличным парнем, хоть и плей-боем.
— Что с тобой сегодня? Какая-то задумчивая. Влюбилась, что ли? — спрашивает Чанбин по дороге домой.
— В кого? Ты хоть одного нормального парня знаешь?
— Знаю, — вскинув брови, смотрю на него, не веря словам. — Себя, — он подмигивает мне, после чего смеётся.
— У тебя девушка есть. Это так, намёк.
— В курсе, — закатывает глаза он. Конечно же, в шутку. — А если серьёзно, между тобой и Ли Минхо ходит какой-то разряд. Я его прям каждый раз вижу, когда вы вместе.
— Со Чанбин! — бью его в плечо, мгновенно мрачнея. — Губу закатай! Я рядом с ним даже срать не сяду!
— Ну-ну. Смутно верю, — кратко посмотрев на меня, он усмехается.
Вот появилась ещё одна причина ненавидеть Ли Минхо. Все воображают, что между нами что-то есть. Присутствует только взаимная неприязнь.