****
****
Ровно через неделю, Эндрю и Ливия сидели в уютном кафе. За окном барабанил дождь по окнам. Но внутри было тепло, светло и что самое главное — неодиноко. Но в этот раз, Ливия вместо красивой сумочки, захватила с собой рюкзак. Немнго потертый, но самый любимый и дорогой сердцу.
«Что-то важное там»
У Эндрю на миг возникла эта мысль, когда она зашла в кафе с этим большим рюкзаком у нее за спиной. Ее волосы были мокрые, а глаза все также излучали радость.
В тот вечер она решилась на многое. Захотелось и ей не просто открыть свой мир перед другим, но также сделать экскурсию. Она боялась. Думала, что узнав правду о ее жизни, о ее привычках, о ее характере, он перестанет смотреть на нее таким взглядом, в котором читалось восхищение. А как же она любила этот взгляд... Он ей не раз снился, заставляя быть счастливой и во сне, и после него. Но не сказать она тоже не могла. Ливия понимала, что себя она не переделает, может только подправит, но она почти всю свою жизнь будет такой, какой она является сейчас. И он должен знать правду. Он достоин того.
Она рассказала про рисунок, на котором появился неожиданно он. Рассказала, что после первой встречи не могла долго понять кто я. Странный и чудной, или ненормальный. Показала рисунок, где изображался ее сон. Ливия сказала, что это был страшный сон. На вопрос почему, она ответила — тебя там не было. А также показала записи из своего дневника. Она описала Эндрю такого, каким она его видела.
«Он смотрел вверх, когда шел холодный дождь.
Он мог во время заката смотреть на уличных котов.
Он ел вишневое мороженное ранним утром.
Он не пил кофе.
Он мог слушать музыку без наушников, там, где для других она не звучит.
Он носил джинсы, которые говорили другим, что носит их не только для прогулок по городу.
Он выбирал из более 7000 сортов яблок только один.
Он смотрел на лица людей, которые восхищались фейерверками.
Он просто молчал, когда сказать было нечего.
Он называл одну девчонку принцессой потому, что она занимала важное место в его жизни.
Ему было холодно даже летом.
Он рассказывал свои мечты другим.
Он смотрел на мир как другие, но видел его совсем не так.
Он любил называть людей хорошими.
Он задавал вопросы, чтобы слушать голос человека.
Он любил, когда другие носили темно-зеленую одежду.
Его сны были как новые миры, а рассказы о них, как экскурсии по ним.
Он казался ребенком, но успел понять, что взрослым можно и не стать.
Он создавал праздник даже там, где его совсем не ждали.
Он хотел знать обо всем.
Он не выбрасывал старые наушники, потому что чувствовал ответственность.
Он хотел побывать ещё раз в Африке.
Он любил петь караоке.
Он хотел бежать по городу, смотря на звезды.
Он мечтал обнять рассвет и рассмешить закат.
Ему нравилось холодное утро, жаркий день и теплый вечер»
На последок Ливия описала себя. Эндрю смотрел на нее непонимающим взглядом. Для него она была совершенно другой. И пусть он не все знает о ней, она была в его сердце прекрасная. Потому что видел, не кем она была, а кем хотела стать, куда она стремилась. Даже рассказанная история Ливии о себе, не изменили его отношения к ней. Он стал ее еще больше уважать, ценить и восхищаться. То, что она пережила, выпало не многим, и никто не имеет права ее судить. Поражаясь ее силе духа, смелости и доверии к себе, он промолвил:
— Не важно, какой у тебя характер. Ты мне нравишься такой, какой ты есть. Я люблю тебя такую...
Это он сказал ей впервые. Это не было для него открытием. Это не стало и для нее удивлением. Они это чувствовали, но сказали лишь тогда, когда поняли, что уже не имеют права молчать.