Глава 8
Глава 8
«— Я так счастлива, — сказала она.
Я стоял и смотрел на нее. Она сказала только три слова. Но никогда еще я не слыхал, чтобы их так произносили. Я знал женщин, но встречи с ними всегда были мимолетными, — какие-то приключения, иногда яркие часы, одинокий вечер, бегство от самого себя, от отчаяния, от пустоты. Да я и не искал ничего другого; ведь я знал, что нельзя полагаться ни на что, только на самого себя и в лучшем случае на товарища. И вдруг я увидел, что значу что-то для другого человека и что он счастлив только оттого, что я рядом с ним. Такие слова сами по себе звучат очень просто, но когда вдумаешься в них, начинаешь понимать, как все это бесконечно важно. Это может поднять бурю в душе человека и совершенно преобразить его. Это любовь и все-таки нечто другое. Что-то такое, ради чего стоит жить»
Эрих Мария Ремарк
Их знакомство могло бы и не быть. Лишь неизведанные стечения обстоятельств познакомили их, помогли увидеть красоту друг в друге и в конце концов влюбить в себя. Тот летний день Эндрю не забудет никогда. Жаркое солнце пропитало землю своим теплом, как от долгого объятья. Даже деревья и те хотели спрятаться от палящего солнца, но ждали лишь вечера. А на небе ни облачка, голубое небо было полностью во власти прекрасного солнца, которое временами превращало каждое твое движение в тяжесть, как будто ты поднимался в гору, а не шел по ровной дороге. Понимая, что вечер у него абсолютно свободен и он вправе распорядится им так, как захочет, Эндрю ликовал. Не часто такие подарки у него бывают. Обычно с точностью наоборот.
Решил он предоставить время исключительно себе, потратить его на собственные мысли, мечты и музыку. Приехал он на место в конце города, которое служило ему границе, где была уже власть природы, почти не тронутая человеком. Там проходили поезда лет двадцать назад. А сейчас все заброшено, лишь оглядевшись назад ты понимаешь, что не попал в мир, где давно уже нет людей. Вместе с любимыми наушниками, Эндрю шел неторопливо по рельсам. Прилично уже ржавые, но все еще достаточно крепкие даже для поезда, они с легкостью принимали его на своей территории. Темно-коричневые рельсы давно уже не встречали людей, поэтому их манеры вызывают вопросы. Даже находясь на окраине, ты не чувствуешь себя одиноким. Повсюду что-то есть: деревья, ручей там вдалеке, куча камней, а за спиной все еще оживленный город, готовый встречать темноту.
Шагая по рельсам ты чувствуешь неуверенность. Это тебе не широкий асфальт, не протоптанная тропинка среди травы и не зал, в твоей квартире. Здесь можно и потерять равновесие, можно и упасть. Правда, твой полет будет не долгим. Пару десятков сантиметров. На второй минуте твое тело привыкает к такому способу движения и ты уже идешь уверенно.
Эндрю так прошагал уже полкилометра. Он понимал, стоит уже идти в обратную сторону. Ловко перепрыгнув на другую сторону, он пошел. Тихо напевая в такт музыки, он не слышал, что вокруг него тоже достаточно звуков. Кузнечики, птички, ящерицы издавали почти незаметную музыку, ловко бегая через высокую вокруг траву. Дорога становилась все однообразнее, движения все похожее, а музыка всё спокойнее. Ловко прыгая на рельсах, как белка лазает по деревьям, Эндрю уверенно шел своим путем.
Жара уже начала спадать. Значит скоро закат. Скоро солнце покинет свои владения, показав на прощание мандариновый закат. И наступит ночь. Небо будет усеяно звездами, которые большинство людей так и не увидят, некоторые даже голову не подымят, а некоторые не оценят этой красоты. Эндрю частенько поражался людям, которых ничего не цепляло. Ничто не восхищало. И нигде у них не появлялось вдохновение. А нужно лишь остановиться и присмотреться, затем сделать вывод — мир прекрасный.
Так весело гуляя и прыгая, Эндрю заметил, что впереди него сидит девушка. В руках она держит альбом и карандаш. Ее устремлённый вперед взгляд, быстрые движения рукой по альбому, тело наклоненное вперед, говорили ему, что она сильно этим увлеклась. Не желая ее как-то напугать, он медленно зашагал смотря на нее. Она сидела на рельсе и все что-то себе подпевала. Подойдя ближе он остановился. Он уже рассмотрел ее достаточно хорошо. Она была милой, но внешность была интересной. Такие нравятся парням, но девушки отнюдь не считаю их красавицами, по крайней мере многие. Тонкие пальцы с легкостью справлялись с карандашом, плечи были расслаблены, а губы постоянно шевелились. Только сейчас Эндрю понял, что она также была в наушниках.
Аккуратно дотронувшись до нее, он почувствовал легкое жжение на пальцах от ее холодных плеч. Она вскрикнула, подпрыгнула и резко повернулась к нему сняв наушники. Ее серые глаза погружали тебя в бескрайние горные вершины. Но теперь в них зажглась сверхновая звезда и они сияли. Красиво, но тебе было страшновато. Сказав десяток извинений, пытаясь успокоить ее, Эндрю все больше поражался своей встрече. Мечтательница, с огоньком внутри, сильная натура и без сомнения прямолинейная. Она показалась вначале немного агрессивной, но не настолько, чтобы вызвать отвращение. Эндрю снова и снова попытался завязать разговор, спрашивая то имя, то чем занимается, то почему сюда пришла. Ответом было долгое молчание и взгляд, говоривший: «Без комментариев».
Он снова и снова смотрел то на нее, то на приближающийся закат, решая, стоит ли остаться здесь или посмотреть на него в другом месте. Одно он понял, его не прогоняют, а значит он может остаться. Он сел впереди нее, закрыл глаза и получал удовольствие от последних лучей солнца. Совсем скоро они скроются за горизонтам, давая тепло новым мечтателям, путешественникам и влюбленным. Но сейчас оно принадлежит ему, а также ей, но ее интересует кажется что-то другое. То, чего он так и не увидел вокруг. Закат, тепло, отчетливое черкание карандаша по бумаге, наводили сон. Он бы и заснул, только одна идея все вертелась в голове.
— Ты не против будешь, если я почитаю?
— Читай сколько хочешь.
— Только я обычно читаю вслух. Не буду мешать?
Он очень надеялся, что она ему не откажет. Он и вправду любил читать вслух, для себя. Слушатели редко появлялись у него. Но сейчас настало время сделать приятное себе, а возможно и ей. Собственный голос зачастую успокаивал его, слова соединялись в историю, воображение рисовало картинку. Он сидел почти неподвижно. Лишь губы и глаза были в движении. Иначе можно было сделать вывод, что закат обворожил его настолько, что он и шевельнутся не может. Одна страница читалась за другой. Было все ещё достаточно светло, но становилось это место мрачноватым после того, как солнце исчезало за горизонтом.
Девушка, вначале рисовавшая пейзаж на фоне заката, хотела успеть до темноты. Но ее планы поменялись, когда перед ней сел один парень. Если раньше центральной фигурой было солнце на закате, то теперь нет. Его образ с книжкой в руке жарким летом вдалеке от города, её поразил. Даже не отдавая себе отчета, она начала его наброски на своём почти уже готовом рисунке. Терка и немного мастерства сотворили для неё маленькое чудо. Рисовать мир, который только ты так видишь и ещё с возможностью его менять в одно движение руки, пленили ее сердце.
Вначале неясные очертание парня ложились на альбом быстрыми движениями руки, как будто боясь, что это исчезнет так же быстро, как и появилось. Его приглушённый голос наполнял её разум спокойствием. Она всегда считала, что по голосу можно понять, что это за человек. Внутренний голос говорил, даже шептал — это он. И она все рисовала и рисовала его. У неё возник вопрос, стоит ему дать знать, что он сейчас у неё на рисунке и останется на нем, если ничего с ним не случится. На этот раз голос внутри молчал.
Человеческая рука может изуродовать человека на бумаге, при этом, забыв извинится. Но в этот раз он получился лучше, утратив лишь свою таинственность и необычность. На бумаге он казался слишком обычным, слишком спокойным, но она видела, что это далеко не тот человек, которого можно назвать обычным или спокойным. Но несмотря на это, она получила удовольствие от рисунка, понимая, что он стал таким благодаря маленькой случайности. Рисуя, она пропустила закат. Но обрела то, что более ценное — впечатления.
Хорошо, что после заката можно опомнится от впечатлений и уйти все ещё по-светлому. Для них это время наступило. Он закрыл книгу, предварительно загнув краешек листа, где остановился читать. Это была его привычка. Может это и портило некоторые страницы, но ценность книги от этого не уменьшалась. Сунув книгу в рюкзак, он медленно встал. Ноги немного болели от неудобной позы, но спустя пару минут все пройдёт. Девушка решила тоже здесь не задерживаться. Собрав все свои вещи и тщательно оглядевшись по сторонам в поисках пропавшего, она зашагала.
У Эндрю внутри появилось желание помочь ей.
— Может тебя провести. Вдвоём не так и страшно.
— Сама дойду. Я не боюсь.
Не желая быть навязчивым, а в данной ситуации даже вызывая страх, он пошёл дальше, но не слишком быстро, чтобы слышать её шаги сзади. После этой короткой встречи он и не думал, что ему представится шанс встретить её снова.
Теперь уже она нашла его, давая им ещё один шанс.