(не) Говори, что всё в порядке
Тони ожидал, что теперь ничего не будет так, как было раньше. Всё внезапно перевернулось, навалилось одним огромным комом, раздавившим всё, что они имели. Он так старался уберечь Питера от опасности и от общества, но вот, когда, казалось, всё было прекрасно, он промахнулся. Он совершил ошибку, которая стоила буквально всего.
Тони не смог отгородить ребёнка от опасности, и мало того, стал причиной всей заваренной каши.
Люди узнали о том, что Тони Старк скрывал четырнадцать лет.
Теперь Питер не мог даже спокойно выйти на улицу. Его буквально преследовали везде. На Тони со всех сторон сыпались вопросы. Но хуже было то, что теперь Питер был открыт миру и представлял собой мишень, цель. И ведь всё началось именно с того полёта с вершины башни. Бэк признался, что понятия не имел об их родстве, а если бы знал, то не допустил бы такой быстрой смерти для ребёнка того, кто отнял весь труд его жизни.
Питер заперся в своей комнате и теперь почти не выходил из неё. Тони пытался поговорить — не выходило. Ребёнок даже отдал Пятнице прямой приказ о том, чтобы та ничего не говорила Тони, а слово Питера для ИИ имело весомое действие. Пеппер тоже была бессильна.
Тони не знал, что делать. Он так долго старался отгородить ребёнка от всего этого, и провалился. Почему же он не может быть таким же героем вне костюма? Герои помогают людям, но тут… тут Тони не может помочь своему ребёнку.
— Я не знаю, Пеп. Что мне теперь делать? — Тони в отчаянии ударил кулаком по стене, — Я просто хочу, чтобы мой ребёнок был в порядке. Я надеялся на то, что могу быть хорошим отцом, что смогу ему дать то, что не дал мне мой отец. Но я провалился, и теперь я не знаю, что делать.
— Тони, — произнесла Пеппер, мягко положив свои руки на его плечи, — Ты лучшее, что есть в его жизни, и ты дал ему в тысячи раз больше, чем Говард дал тебе. Тони, ему просто нужно время, чтобы смириться с этим.
— Он должен быть один, чтобы пройти через это? — спросил Старк тихо.
— Я думаю, ты ему нужен, просто он боится признаться в этом.
***
Отвёртка соскочила в сторону и ударила его по пальцам, распарывая кожу. Питер шикнул, тут же засунув палец в рот, ощущая металлический привкус. Маленький проводок, повреждённый отвёрткой, начал искриться. Питер развернулся и вскочил, кидая инструмент в стену со всей силы. Послышался характерный стук. Парень снова опустился на стул и закрыл лицо руками, тяжело вздыхая.
Какой же он идиот. Боже, какой же он идиот. Всё могло бы быть иначе. Абсолютно всё. Зачем он вот так глупо повёл себя, спустившись вниз? Почему не ушёл, увидев открытую дверь? И одна мысль о том, что отец мог опоздать, заставляла мурашки бежать по коже. В своих ночных кошмарах, Питер разбивался снова и снова, с криками просыпаясь посреди ночи в полном одиночестве. Ему нужен был Тони, но в то же время он старался оттолкнуть его от себя, не зная, почему и зачем. Теперь, когда мир узнал о Питере Старке, всё стало слишком запутано и сложно.
— Пит, твой отец просит передать, что он заглянет к тебе через пару минут, — сказала Пятница.
— Скажи ему, что я сплю. Или что я занят… Боже, да хоть что-нибудь!
Питера пугала мысль о разговоре с отцом. Тони попытается объяснить, что всё в норме, но ведь это не так, верно? Что может быть в норме, когда мир узнал правду о нём? Вся его жизнь теперь разрушена и построена заново на чужих мнениях и представлениях.
Питера Паркера списали со счетов.
— Он не собирается спрашивать, — заметила Пятница, — вид у него решительный. Я думаю, вам действительно стоит поговорить.
Питер тяжело вздохнул и отвернулся, снова склонившись над, теперь уже, бессмысленным устройством. Он осторожно отсоединил испорченный провод и взял своё небольшое изобретение в руки, рассматривая. Стул снова крутанулся по движению ноги. Парень уставился на мусорное ведро в углу комнаты и, прищурив глаз, прицелился в него.
Внезапно дверь открылась, и на пороге комнаты показался Тони.
— Привет, пап! Ты загородил ведро, отойди, пожалуйста, — попросил Питер безразличным тоном, поджав губы. Тони действительно встал так, что никакой возможности попасть хоть чем-нибудь в мусорку со стороны мальчика не было.
— Подожди, — спокойным тоном заявил отец и подошёл к Питеру, осторожно забирая устройство из рук подростка, — Ну и за что такой приговор?
— Ой, да ладно тебе! Это неудачная попытка подготовить проект на научную ярмарку, не более.
Тони проигнорировал это замечание, рассматривая устройство. Оно походило на проектор, который и был изначально задуман Питером. Что-то вроде голографического проектора, на который можно было записывать информацию.
— Я, пожалуй, оставлю это себе, — пробормотал Тони, начиная убирать устройство в карман.
— Эй! Зачем оно тебе? — спросил Питер с толикой возмущения в голосе.
— Что ты так завёлся? Ты же хотел это выбросить, — Тони вопросительно выгнул бровь.
— Ой, ну да и ладно. Мне фиолетово. Забирай. Всё равно я передумал ехать на эту ерунду.
Питер крутанулся на стуле, отворачиваясь от отца. Он уставился на стол, начиная собирать оставшиеся детали и инструменты. Тони тяжело вздохнул, посмотрев на спину ребёнка.
— Ты ждал этого почти полгода. Как ты можешь так отказаться?
Питер печально усмехнулся, а затем почувствовал, как на него накатывает истерика, и попробовал скрыть её за смехом. Защитная реакция организма, как объяснялось в психологии. Он прикрыл рот рукой и засмеялся. Небольшая отвёртка упала на стол и скатилась на пол.
— Ты забыл, что туда записан Питер Паркер? — спросил парень, чуть успокоившись, но продолжая прикрывать рот рукой. Он перевёл взгляд на потолок, стараясь посмотреть на яркий свет, чтобы сдерживать слёзы, — Паркер. Не Старк.
Питер развернулся, теперь уже смотря на отца. Во взгляде Тони читалась искренняя забота, было ясно, что одно его желание — помочь.
— Малыш…
— Только не надо говорить, что всё будет в порядке, окей? — перебил его Питер, чуть склонив голову набок, — Не надо этого говорить. Потому что всё далеко не так. И, чёрт возьми, если бы я мог, я бы избавился от этой чёртовой фамилии, из-за которой всё пошло по грёбанной пизде!
Питер внезапно осознал, что он сказал, когда увидел то, с каким неверием отец на него посмотрел. Парень увидел в его глазах… отчаяние и боль? Что это было? Ему стало очень стыдно. Так стыдно, что Питер пожалел о том, что вообще появился на свет.
Наступила полная тишина, давящая на сознание обоих. Они смотрели друг на друга, а затем единственное, что смог сделать ребёнок — это отвести взгляд, не сказав ни слова.
Он наговорил достаточно.
— Хорошо, Пит, я тебя понял, — наконец выдал Тони, и Питер услышал в его голосе нотки отчаяния.
— Я не… Боже, пап, я не это хотел сказать! — Питер даже слов подобрать не мог. Как же глупо всё вышло.
— Это, — твёрдо заверил его Тони, а затем повернулся в сторону всё ещё раскрытой двери, — Самое ужасное во всей ситуации то, что я хотел дать тебе всё с того момента, как смог полюбить. Но я не хотел для тебя фамилии Старка.
— Пап! Папа, подожди, пожалуйста, послушай! — попробовал позвать его Питер, встав со стула и уже готовясь подойти к отцу, но Тони уже ушёл, осторожно прикрыв дверь.
Парень остался в комнате один, тупо уставившись на то место, где только что стоял его отец. На глаза навернулись слёзы, но, впрочем, их было не трудно вытереть и остановить.
Питер не смог уснуть. Просто лёг спать, но сон не шёл, поэтому он решил позвонить Неду. Сонные ругательства его друга были не самым неожиданным, учитывая, что было на часах.
— Ты, верно, рехнулся, — пробормотал Нед в трубку, — Пит, это лучший способ нажить себе врага!
— Я сказал папе, что не хочу быть Старком, и теперь я не знаю, что мне делать, потому что его это очень задело. Боже, я идиот, Нед, что мне делать? — быстро выпалил Питер, смотря перед собой в темноту комнаты.
— Я бы мог пошутить о том, что лучшее, что ты можешь сделать, не звонить людям в три утра, но ситуация серьёзная, так что шутку я тебе задолжал. Чёрт, Пит, я правда не знаю, что сказать. Ты пробовал с ним поговорить потом?
— Нет, Нед! — шикнул Питер в трубку, — Думаешь я бы звонил тебе, если бы смог поговорить с ним после того, что ляпнул?
Измученный вздох на том конце трубки неприятно резанул по уху, и Питер на секунду отнял телефон от уха, поморщившись.
— Так поговори!
— Не могу! — воскликнул Питер, — Да мне в глаза ему стыдно смотреть!
— А от меня ты чего хочешь? Чтобы я вместо тебя пришёл и поговорил с ним? Или мне тебя за ручку рядом стоять держать? — начал возмущаться Нед.
Ладно, Питер готов был признать, что действительно сделал глупость. Самую настоящую глупость. Самую что ни на есть глупую глупость в своей жизни.
— Окей, чувак, я тебя понял. Но что мне надо сказать?
— Это твой отец, я не шарю, что у вас там принято говорить.
Питер вздохнул, прикрывая глаза.
— Ладно, Нед, я поговорю с ним.
— Ей-богу, Питер, только не приходи к нему сейчас, окей? Я больше чем уверен, что он хочет поспать.
Парень засмеялся, прикрывая глаза.
— Нед, ты очень плохо знаешь моего отца.
Тони повертел в руках то устройство, что взял у Питера, и в сотый раз начал его разглядывать. Его ребёнок был чёртовым гением, и это невозможно отрицать.
— Пап.
Тони резко вскинул голову и увидел подростка, стоящего в дверях его кабинета. Вид у Питера был не из лучших, потому что в глазах подростка плескалось чистое отчаяние и боль, которые Тони ненавидел. Не надо быть гением, чтобы понять ребёнка и причину его визита сюда.
— Почему ты не спишь? — спросил Тони, откладывая устройство в сторону. Он не хотел показывать Питеру то, что его цепляет вся ситуация. Он не злился, но осадок остался. Парень и так, как видно, готов был испариться, — Обычно ты пускаешь слюни в подушку в это время.
— Я не пускаю слюни, когда сплю! — тут же возмутился Питер.
— Да-да. А я не железный человек, — издевательски кивнул Тони.
— Ой! Да ну тебя! — ребёнок надул губы, — Я вообще пришёл сюда извиниться.
— Забудь, окей? Всё в порядке, — Тони улыбнулся ему.
— Также в порядке, как я не говорил того, что я сказал.
— В твоих словах невероятно много логики, малыш, — засмеялся Тони. Боже, его ребёнок был просто прекрасен. Да, он не злился, да, он не хотел говорить об этом, да, ему хотелось просто обнять этого упрямого подростка и никогда не отпускать, — Но серьёзно, чёрт возьми, Пит, всё в полном порядке. Я не злюсь. Поначалу да, было немного обидно, но это не то, о чём стоит сожалеть так долго. Забудь, малыш. Я просто хочу попросить прощения за то, что не смог уберечь тебя от всего этого, хотя я старался.
Питер всхлипнул, и Тони увидел в его глазах слёзы. Через секунду ребёнок уже бросился к нему, крепко обнимая, обвив руками грудь отца. Тони осторожно положил руку сыну на спину и стал поглаживать в успокаивающем жесте. Питер всхлипывал, уткнувшись носом в его грудь.
— Ты стал сентиментален, малыш, — подшутил Тони, целуя ребёнка в макушку.
— Да ну тебя, — буркнул Питер, но в голосе слышалась улыбка.
— Признай это. Я же прав.
— Ненавижу тебя, — пробормотал ребёнок, совсем по-детски слегка стукнув Тони кулаком.
— Врёшь.
Питер снова всхлипнул, ещё сильнее прижавшись к отцу. Тони не переставал гладить его спину. Ему хотелось одного: остаться в мгновениях, когда Питер обнимает его. Тони просто хотел защитить своего ребёнка и дать ему всё, чего он заслуживает.
— Я тебя люблю, — прошептал Питер, немного успокоившись, — Я так чертовски сильно тебя люблю.
— Я тоже люблю тебя, — пробормотал Тони, обнимая Питера.
~~~
Следующая часть будет немного стекольная.