кофе и сон
Питер вошёл в мастерскую Тони, куда Пятница отправляла его уже второй день подряд. Отец помешался на очередной идее костюма и теперь почти не выходил оттуда, но больше пугало то, что он снова не спал и выглядел как одержимый безумец.
— О, Пит, привет. Что на этот раз? — спросил Тони, отрываясь от созерцания экрана. Питер мог бы подумать, что его отец уснул, уставившись на проекцию костюма, и, что зайдя в мастерскую, парень его разбудил. Однако, на самом деле, это было не так.
— Пришёл тебе помочь, — пожал плечами парень и сбросил рюкзак на пол возле стола. Питер уселся на свободный стул рядом с отцом и посмотрел на новую модель костюма. Кажется, Тони упоминал что-то о внедрении нанотехнологий в этот проект. Если так, то эта проекция была не просто макетом для создания нового дизайна.
— А разве ты не должен быть на внеклассных? — спросил Тони, немного смущённый тем, что его сын вернулся слишком рано.
— Пап, сегодня четверг. У меня нет занятий по четвергам.
— Четверг? — Тони выглядел удивлённым.
Питер понял: его отец настолько погрузился в работу, что уже потерял счёт часам и запутался в днях. Это было не в новинку. Парень почувствовал острое желание уложить Тони спать и дать ему отдохнуть только потому, что вид синяков под глазами мужчины пугал.
— Да, пап. А Пеппер сейчас на конференции в Стокгольме, где ты, кстати, тоже должен был присутствовать, но ты «заболел», — Питер показал кавычки, продолжая укоризненно смотреть на Тони. — Ещё приезжал курьер с доставкой материала для деталей костюма. Ах, да, и последнее: мистер Бэк передавал, что его проект почти готов, но ты его полностью проигнорировал. В пятый раз за месяц, между прочим.
С каждым словом Питера морщинка между бровей Тони становилась всё более и более заметной.
— Пятница, передай Квентину, что его проект я просмотрю в конце недели, а о представлении договоримся позже, — сказал Тони.
Питер обречённо вздохнул и упёр подбородок в руки, переводя взгляд с отца на экран с проекцией костюма. Его глаза внимательно всё изучили, и он мысленно усмехнулся.
— Вибраниумные вставки только утяжеляют костюм, — пробормотал парень, не меняя своего положения. — А ещё не получится вмешать его в наночастицы твоего костюма. Ты же не будешь эти детали с собой носить, чтобы потом вставить в нужные щели.
— Пит, лучше не употребляй «вставить в нужные щели». Тебя не так поймут, — ответил Тони с напускным равнодушием.
Питер усмехнулся и снова уставился на проекцию. Его охватил детский восторг, потому что, Боже, его отец был самым настоящим гением. Как? Как простой человек мог создать нечто настолько уникальное и невероятное?
Хотя, его отец не простой человек. Его отец — Тони Старк.
Питер думал, что перестанет удивляться изобретениям своего папы, когда впервые узнал, что Тони — Железный человек. Но с каждым разом он поражался всё больше и больше.
— А ещё проще сосредоточить всё в реакторе и реагирующие точки сделать где-нибудь в часах или в чём-то мелком, что не будет бросаться в глаза. Ну типа… постучи по реактору — костюм и раскроется. А точка ориентирования будет вспомогательной, — Питер по ходу своей речи указывал на разные участки проекции, чтобы лучше донести свою мысль до отца. — Как по мне, это в разы логичней, потому что твоя задумка с разворотом от одной точки — глупая. Даже ты такое не сделаешь. И уж тем более не управление костюмом от сознания. Это полный бред. А вот какое-то зафиксированное точное движение, которое зарегистрировано в системе, — вполне обычный ход. Если скрывать твою попытку призвать костюм — движение какое-нибудь обыденное, не привлекающее внимания.
Взгляд Тони был очень сосредоточенным, пока он слушал всё то, что выкладывал Питер, и, когда тот закончил, он ещё некоторое время обдумывал сказанные сыном слова и предложения.
— Я твой отец, Пит, — наконец выдал Тони, оторвав взгляд от экрана.
— О, Звёздные войны, — пробормотал парень, а потом выпрямился и недоумевающе посмотрел на отца. — Стой, погоди, а ты раньше сомневался в нашем родстве?
— В точку, малыш, — кинул Тони, вставая из-за стола. — А теперь время для кофе.
Питер встал следом за ним, смотря на спину отца с небольшим, почти незаметным смущением.
— Кофе вреден для сна, а сон полезен для организма. Не надо пить кофе! — чуть повысив тон, заметил парень, не сводя глаз с Тони, который уже сжимал в руках кружку. — Кофе — чистое зло. Вернее, заваренное зло. Или растворимое.
Тони обречённо вздохнул и повернулся к сыну, плотно сжав губы. Он окинул Питера оценивающим взглядом и отхлебнул немного кофе из кружки.
— Я ошибся. Ты не мой сын, — ответил мужчина и снова сделал несколько глотков.
Питер скорчил рожицу. Не то, чтобы он не любил кофе или шутки отца, но никто не отменял любовь к тому, чтобы надоедать Тони Старку. У кого ещё есть такие привилегии? Мало у кого.
Да, конечно, мало кто вообще знал о том, что — кто бы мог подумать! — Питер Паркер на самом деле Питер Старк — родной сын Тони Старка. Но и никто не должен был знать, верно? Хотя порой Питеру ужасно хотелось рассказать людям, как его отец гениален и что на самом деле он довольно интересный человек, совершенно отличающийся от представлений СМИ. И, да, надоедать Тони было одним из самых настоящих развлечений для Питера.
— А где твой шлем Дарт Вейдера? — спросил парень с ухмылкой.
Тони указал большим пальцем на последний Марк, стоящий за стеклом чуть в стороне.
— У меня более усовершенствованный.
— Это нечестно! — возмутился Питер, усаживаясь обратно на стул. — Он у него был чёрным.
— Я уже жалею, что ты фанат Звёздных войн, — вздохнул Тони и, поставив кружку на стол, сел обратно. — Зачем Нед показал тебе эти фильмы? Ужас.
— Это классика.
— AC/DC — вот это классика, — щёлкнул пальцами Тони.
— AC/DC — это музыка. А речь о фильме.
— Мне фиолетово, — пожал плечами отец.
Тони что-то набрал на компьютере и развернул модель костюма. Что ж, теперь они с Питером наконец займутся работой!
Было уже около двенадцати ночи, когда Питер почувствовал, что засыпает. Они с Тони попробовали переписать модель Марка, внесли две основные точки, которые предложил Питер — и, да, часы были прекраснейшей идеей, — и попытались разработать слаженную систему, по которой всё это передавалось бы без задержек и иных неполадок. Позже Тони предположил, что можно установить ещё одну фиксированную точку, на случай, если что-то повредит часы. Это было относительно здравой идеей, но требовало много времени и вложений сил, а Питер уже устал от работы.
— Тебе нужно поспать. Утром школа, — сказал Тони, когда ребёнок в очередной раз зевнул.
— Тебе тоже надо поспать. Сон полезен. Но ты же не спишь, — пожал плечами Питер, сам понимая, насколько уставший у него вид и как иначе звучит его голос. — Я спать не пойду, пока ты не ляжешь. И мне фиолетово на школу и завтрашние контрольные.
Тони прищурился, отрываясь от работы с созданием схемы механизма в системе Пятницы. Питер только развёл руки в стороны и снова зевнул.
— Это шантаж.
— Не-а.
— Да.
— Не-а. Шантаж — это если бы я угрожал тебе рассказать об этом Пеппер. Вот это был бы шантаж. А это… — зевок, — это моральная поддержка.
— Поддержка, навевающая скуку и сон, — кивнул Тони. — Да ты же излучаешь усталость, малыш.
Питер снова зевнул и взглянул на экран, рассматривая работу отца. Он готов был уснуть в любую секунду, но не собирался делать этого, потому что надеялся заставить Тони хоть немного сжалиться над самим собой и отправиться спать.
— Теперь переходим к демонстративному игнорированию? Оригинально, — фыркнул мужчнина.
— Я пойду спать только тогда, когда ты тоже пойдёшь спать.
— Ты вынуждаешь меня бросить работу! — возмутился Тони.
— Твоя работа никуда не денется. А вот здоровье — да. На одном кофе не протянешь.
Питер моргнул и понял, что с трудом разлепляет веки. Усталость брала верх над ним. Интересно, а если он уснёт в мастерской, он получит по шее за это? Потому что Тони ненавидит, когда кто-то спит в этом месте, куда владения Морфея не распространяются вообще.
На какое-то время наступила тишина, и Питер уже подумал, что уснул.
— Окей, шкет, твоя взяла. Пошли.
Питер тут же выпрямился, удивлённо глядя на Тони. Неужели сработало?! Отец выключил экраны и хлопнул в ладоши, отключая всё вокруг, кроме пары лампочек, которые теперь тускло освещали мастерскую. Он положил руку на плечо парня, и Питер поднялся со стула, на заплетающихся ногах следуя за отцом.
Они поднялись на пару этажей выше и пришли в ту комнату, что принадлежала ребёнку. Тони похлопал его по плечу и указал на кровать.
— Тебе сюда, — сказал отец.
— А-а, не-а, не прокатит. Ты со мной, чтобы я был уверен, что ты спишь, ясно? — Питер на мгновение приободрился и посмотрел на Тони пристальным взглядом.
— О боги, ты что, издеваешься?
— Нет, — улыбнулся Питер и почти сразу же зевнул, прикрывая рот рукой.
Тони вздохнул и развернулся вместе с ребёнком в другую сторону, направляясь в свою комнату.
— Ты спишь справа, как обычно, — немного грубовато кинул Тони.
Питер запрыгнул на кровать и посмотрел на отца, ожидая, когда тот уже сдастся окончательно. Наконец Тони себя пересилил и упал на кровать рядом с сыном, облегчённо вздыхая. Это явно было для него приятно, так что Питер внутренне заликовал. Это уже победа. Он смог заставить отца лечь спать!
Питер даже не понял, когда уснул. Тони же услышал мирное сопение и прикрыл глаза. Усталость накрыла его, словно цунами. Мужчина вытянул руку, приобняв Питера и прижав его к себе, затем придвинул одеяло, накрывая их обоих. Мирное дыхание ребёнка успокаивало, помогало сосредоточиться.
Тони слабо улыбнулся от мысли, что рядом с ним настоящий клад. Ладно, одна ночь сна действительно ему бы не помешала. Он снова прикрыл глаза, позволяя себе уйти в то царство, где ему всегда были рады.