27
- Мам, смотри, красиво? – Соня протянула матери квадратный лист бумаги с несколькими отверстиями.
- Очень красиво! – похвалила девочку Вера. – Просто замечательная снежинка!
Соня задумчиво оглядела своё творение и недовольно хмыкнула.
- Но она какая-то не скруглённая, - малышка насупилась, бросила снежинку на пол и громко потребовала: – Дай другой листочек! Я новую вырежу. Только скругли её!
Вера улыбнулась, свернула лист бумаги и, обрезав острые углы, протянула заготовку Соне. Та, обрадованная таким поворотом, быстро схватила будущую снежинку и начала усердно работать ножницами, отвергая все попытки помочь и подсказать. Потом вдруг, посмотрев на снежинку, вырезанную Верой, девочка швырнула ножницы в сторону.
- У тебя лучше получаются! – обиженно глядя на маму, Соня топнула ножкой.
Вера осторожно подняла ножницы, и, вложив их в маленькую детскую ручку, тихонько прошептала:
- Я уверена, если ты очень постараешься, твои снежинки станут самыми красивыми. Вот смотри, какие ты узоры начала вырезать – я так не умею, - Вера поцеловала малышку в щёчку. – Научишь меня, когда закончишь?
- Конечно, мамочка! – радостно защебетала малышка, и с ещё большим старанием принялась кромсать бумажный круг. Спустя несколько минут детский шедевр был готов.
- Мам, смотри, как получилось! – довольная собой и полученным результатом, воскликнула Сонечка, разворачивая завершённую работу.
- Ух ты! И правда, здорово! – подтвердила успех Вера.
Соня аккуратно положила бумажную снежинку в маленькую стопочку и гордо произнесла:
- Теперь всем хватит!
- Кому чего хватит? – уточнила Вера.
- Ну, мам, это – подарки. Я их в коробочки положу, бантик приклею, и все будут смотреть и радоваться, какая я молодец! – ответила малышка.
- Понятно, - рассмеялась Вера. – Уверена, всё так и будет.
- Вот эта – самая красивая – вам с папой, а эта – бабе, а вот эта – тёте Вере, она чуть-чуть порвалась, - щебетала Сонечка, перебирая подарки.
Девочка до сих пор ничего не знала о случившейся трагедии. Вера с грустью посмотрела на Соню. Малышка искренне считала Веру своей мамой, и та не собиралась переубеждать ребёнка. С сообщением о смерти «тёти» решили пока повременить. Когда-нибудь они обязательно всё ей расскажут, а пока Софье лучше пребывать в счастливом неведении.
- Тетя Вера приедет на праздник? – спросила Соня.
- Нет, малыш, - с грустью в голосе ответила Вера, - У неё не получается. Совсем никак. Твоя... тётя сейчас очень далеко, оттуда сложно приехать...
- А она сказала, что приедет. – Как бы между прочим, расправляя и раскладывая в ряд плоды собственного труда, произнесла Сонечка.
- Когда сказала? – не поняла Вера.
- Вчера сказала, - не обращая внимания на удивлённую мать, Соня продолжала заниматься своим делом.
- Как это вчера?
- Ну, она вчера в гости ко мне приходила. – Сказала малышка, укладывая снежинки в подготовленные коробочки.
- Это тебе сон такой приснился? – Вера ошарашенно посмотрела на девочку.
- Нет. Не сон. Она, правда, приходила.
- Но...
- Антонина Сергеевна! – Веру прервала вошедшая в детскую няня. – Там к Вам мужчина какой-то пришёл. Ждёт внизу.
- Что ещё за мужчина? – сегодня день неожиданностей, решила Вера.
- Не знаю. Высокий, тёмненький. Ждёт Вас в гостиной.
- Хорошо. Пойду посмотрю, что за «высокий, тёмненький». Соня, с Наташей повырезайте пока снежинки, а я скоро вернусь.
Девушка быстро спустилась по лестнице в гостиную и увидела знакомый силуэт. Задумчиво разглядывая стены и потолок комнаты, стоял смуглый кареглазый мужчина с чёрными вьющимися волосами. Это был Сэм – дружок её погибшей сестрёнки.
- Как вы посмели сюда явиться? – пытаясь сдерживать подкатывающее негодование, спросила Вера.
Сэм на секунду опустил глаза и внимательным полным страдания и скорби взглядом посмотрел на собеседницу.
- Простите, пожалуйста. Я не должен был... - путанно начал он, - После того случая на выставке...
- Вам, видно, мало было того случая! – недовольно сказала Вера.
- Нет, Вы не поняли...
- Вам лучше уйти, у меня нет абсолютно никакого желания видеть Вас, и тем более говорить с Вами.
- Прошу, выслушайте меня! Я долго искал Вас, мне нужно было сказать... - пытался донесть свою мысль Сэм.
Но Вере это было неинтересно. Она уже прекрасно поняла, что из себя представляет этот мужчина, лучше ему держаться подальше и от неё, и от её семьи.
- Прощайте, Самюэль. Выход Вы найдёте сами. Прошу Вас забыть сюда дорогу и больше никогда не попадаться мне на глаза! – Вера раздражённо фыркнула, развернулась и зашагала в сторону лестницы.
- Вы были правы, – крикнул вслед уходящей девушке Сэм. – Это я виноват в смерти Веры.
Та замерла на месте от неожиданности. Она почувствовала, будто на неё опрокинули ведро ледяной воды.
- В смерти кого? – медленно оборачиваясь, спросила Вера. – В чьей смерти Вы себя считаете виновным?
- Веры. Вашей сестры. – Сэм с нескрываемой надеждой смотрел на хозяйку дома.
Вера молча села на диван, с трудом пытаясь переварить услышанное. Она не верила собственным ушам. Как всё это следует понимать? То есть, Сэм считает, что в том злополучном самолёте разбилась сама Вера, а не Тоня? Значит, сестра изначально назвалась её именем, и все её песни про сестринскую помощь, про двухнедельный перерыв в ужасной, опостылевшей семейной жизни, про необходимость всё обдумать и принять важные решения были просто гнусной ложью? Все эти слёзы, сопли и мольбы на коленях оказались заранее спланированным спектаклем? Но для чего? С какой целью Антонина надумала вот так нагло, беспардонно, отвратительно лгать единственной родной сестре? Зачем она в первые же минуты знакомства с Сэмом положила на алтарь собственную семью? Неужели этот мужчина стоил подобных жертв?
Тысячи мыслей в Вериной голове закружились в быстром, спутанном, разрывающем мозг хороводе. Она внимательно с ног до головы оглядела мужчину, так беспощадно перевернувшего их с сестрой судьбы, и настороженно произнесла:
- Говорите.
Сэм, нервно потирая руки, опустился в кожаное кресло и неуверенным голосом сказал:
- Спасибо, что согласились выслушать. После того... что произошло на выставке... я понял, что Вы оказались правы. Это полностью моя вина.
- Даже не сомневайтесь в этом! – грубо сказала Вера.
- Я понимаю... - виновато опустив глаза, произнёс Самюэль. - Мы познакомились с Верой в галерее, она писала статью об одном Бразильском художнике, а я хорошо был с ним знаком.
«Замечательно, сестрёнка успевала и по выставкам шастать, когда в семье был полный бардак», - подумала Вера, слушая откровения Сэма.
- Как-то быстро всё закрутилось, - продолжал мужчина, - Мы не поняли сами, как влюбились друг в друга. Это была любовь с первого взгляда. Мы встречались несколько месяцев, и всё было замечательно. Но внезапно Вера решила уйти. Она перестала отвечать на звонки, просто исчезла. Я долго пытался её вернуть, но она не хотела. Однажды я позвонил ей, и она согласилась встретиться. Я объяснил, что всё ещё люблю её, и хочу, чтобы мы были вместе, что для меня всё это очень серьёзно и попросил дать мне последний шанс. Вера согласилась. Мы полетели в Бразилию, знакомиться с моей семьёй. Поначалу всё шло хорошо, родители приняли Веру, она им понравилась, и её саму, казалось, всё устраивало. А спустя неделю она внезапно сказала, что возвращается в Россию. Никакие уговоры не помогали, она всё время плакала. Я просил подождать несколько дней и полететь вместе, но она не захотела. Мы сильно поругались..., и я позволил ей уехать одной... Если бы я не отпустил её, если бы уговорил, или попытался понять, а не кричал на неё, всё было бы по-другому. Я не уберёг её... Она доверила мне самое дорогое – свою жизнь, а я...
Боже! Сколько судеб поломала сестра своими необдуманными, бессовестными, непозволительными поступками! Какое количество непоправимой лжи нагородила Тоня, и сама в ней окончательно запуталась, так и не успев выбраться. Что же она натворила, глупая! Верина злость на Тоню за её сумасшедшие, преступные проделки сменилась бесконечным состраданием.
- Она была необыкновенной женщиной, - с тоской в глазах говорил Самюэль, - Таких как Вера я не встречал никогда, и больше уже не встречу. От неё исходил какой-то особенный свет, она была настоящей, очень доброй и с большой душой... Мне её не хватает... Я никогда не смогу простить себе её смерть...
Вера заметила, как по смуглым щекам Сэма покатились слёзы. И ей стало искренне жаль его. Было видно, что этот человек по-настоящему любил её сестру и тяжело переживал гибель Тони. Он явно не догадывался о Тонином обмане, даже не подозревая, что та его просто бессовестно использовала. Вера подумала, что не стоит добивать и так безысходно страдающего Сэма и открывать всю правду о сестре. Пусть в его израненном сердце Тоня навсегда останется светлой, чистой и непорочной.
- Сэм... - с видимым сочувствием в голосе произнесла Вера, - Я ничего этого не знала... Вы... простите, пожалуйста... мою... несдержанность.
- Я на Вас совсем не обижаюсь, что Вы, – спокойно ответил мужчина. - Я прекрасно понимаю, что для Вас значила сестра, и как тяжело терять близкого человека.
Вера облегчённо вздохнула.
- Может хотите чай, или кофе? – с теплотой в голосе спросила она гостя, словно пытаясь загладить свою вину за ту ужасную пощёчину и непростительное поведение на выставке.
- Спасибо. Но не буду злоупотреблять Вашим гостеприимством, – едва улыбнувшись, сказал Сэм. – Я Вам благодарен за возможность объясниться. Для меня это много значит. Мне стало легче после разговора с Вами.
- Для меня, если честно, тоже многое стало открытием, - задумчиво сказала Вера, прокручивая в голове услышанную информацию.
- Ещё раз спасибо. Думаю, мне пора. – Сэм поднялся из кресла и протянул хозяйке дома свою руку.
- И Вам спасибо, - Вера пожала руку Сэму и проводила его к выходу.