Часть 7
Мальчика выписывают и Луи впервые берет на себя ответственность и отвозит мальчика домой. Они едут в тишине, которую нарушает только тихое пение радио, да звуки проезжающих мимо машин. Гарри не пытается разрушить тишину, безмолвно наблюдая за сменой пейзажа, за людьми, что пытаются спрятаться от дождя. И причина этому есть. Перед отъездом мальчика заставили принять цветные пилюли и сейчас он чувствует себя другим. Голоса стали добрее, танцуя в его голове вальс из мыслей, что сменяются медленно, витая в воздухе. Луи наблюдает за ним, пока они стоят в пробке и немного хмурится. Но вдруг мальчик начинает говорить.
- Dieu travaille de façon mystérieuse.
- Что, прости? - спрашивает Луи, хмурясь.
- Я думал, что вы знаете французский, мистер Томлинсон.
- Я понял, что ты сказал. Я не понимаю, к чему ты это сказал.
- Пути господни неисповедимы. Белый халат сказал, что только Бог может спасти меня и подарить мне покой. Существо, которого никогда не видели, может взять и спасти меня. Тогда всего один вопрос. Почему он не спас меня в самом начале моего пути? Почему позволил столько страдать?
- Многие считают, что вера спасает. Поэтому люди молятся, ходят в церковь, ставят свечи за здоровье и упокой. Они искренне считают, что...
- Вы верите в Бога, мистер Томлинсон?
Этот вопрос звучит так неожиданно, что Луи не успевает ответить, замечая что им нужно двигаться дальше. Его родители были верующими, его родня тоже. Но верил ли в это он?
- Лично я нет, - продолжает Стайлс. - Раньше я верил в существование чего-то мистического, чего-то неземного. Мне всегда говорили, что на небе есть тот, кто присматривает за нами и помогает. Но на деле оказалось иначе. Бог. Люди так зациклены на этом. Если он есть, тогда почему он спокойно смотрит на то, что творится в мире и бездействует? Войны, голод, разруха, болезни, стихийные бедствия. Человек пошел против человек, жаждая власти, жаждая денег. И все винят не Бога, который ничего не делает. Все винят Сатану, который якобы нами правит. Но это не так. Люди просто теряют веру и творят, что им вздумается. Убивают ради того, чтобы хоть мгновение почувствовать себя Им. А потом их расстреливают, взрывают, бросают в тюрьмы и что? Их тела гниют. Так же, как сгнил их разум.
Луи смотрит на Гарри и в последний момент успевает вырулить, чтобы не закончить их жизни прямо на этой дороге. Он никогда не слышал от мальчика ничего подобного и сейчас пребывал в шоковом состоянии, из которого старался выйти.
- Почему ты так считаешь? Каждый волен верить во что хочет. Так устроен человек.
- А убивать себе подобных, убивать животных, загаживать планету, загрязнять водоемы? Все это разрешено только потому что мы люди? Человек Разумный. Ха! Мы давно перестали быть разумными! - огрызнулся Гарри. - По вашему, это разумно - владеть миллиардами, но вкладывать их в разработку ядерного оружия, а не в поиски лекарства от рака? Разумно вырубать миллионы деревьев, а потом жаловаться на смог и облака из копоти, которые выхаркивают из себя заводы? Разумно бурить скважины в поисках нефти, а потом удивляться обрушениям и землетрясениям? Почему люди не понимают, что все это - опасные игры? Наводнения, ураганы, пожары, землетрясения. Это не ваш Бог посылает это на планету. Это сама планета противостоит нам, отвечая на все зло, на всю боль, что ей причиняют ежедневно.
Мужчина удивленно смотрел на Гарри и совсем не понимал причины его внезапной агрессии. Луи надеялся, что мальчик скажет что-то еще, но он молчал, а потом резко стал совсем другим. И даже улыбался, обращаясь к нему на "ты".
- Луи, мама вряд ли отпустит меня в школу после такого. Но от твоих уроков я отказаться не могу. Может... Может ты будешь заходить к нам иногда? - спрашивает мальчик, закусив губу.
- Гарри, ты... Ты хорошо себя чувствуешь? Может тебе надо выйти на свежий воздух?
- Со мной все в порядке. Настолько, насколько это возможно под эффектом цветных пилюль, что мне дают. Из-за них у меня быстро меняется настроение. Я словно становлюсь другим, теряю себя. Но потом это отступает и я возвращаюсь. А голоса снова затихают.
- Врачи уверены в том, что эти таблетки не вредят тебе?
- Белые халаты приводили ко мне женщину около семи месяцев назад. Она проводила какие-то тесты и выяснила, что эти пилюли только вредят мне, а не помогают. Белые халаты долго на нее кричали, а потом выгнали. Они думали, что я ее забыл, но нет. У меня остался ее номер, ее визитка. А что? - спросил мальчик, обходя стороной слова про другого него.
- Ты не будешь против, если мы съездим к той женщине на прием? А к белым халатам больше не поедем. Никогда.
- Обещаете?
- Обещаю, милый. Больше я тебя туда не отдам, - говорит Луи. - Иди сюда.
Мальчик улыбается и придвигается к Луи, кладя голову на его плечо и расслабляется, чувствуя родную руку на своей талии. Гарри начинает играть с пуговицами на рубашке и разговаривает обо всем подряд, становясь тем мальчиком, которого Луи видел на своих уроках. Он внимательно слушает
мальчика и поглаживает его по талии, поддерживая разговор и слушая его тихий смех, который посылает непроизвольные мурашки по шее. Но, теперь, Луи не старается оттолкнуть, или что-то еще. Он борется с собой и принимает Гарри к себе ближе, следя за дорогой. Мальчик замолкает и Луи слышит тихое сопение, опускает взгляд и слабо улыбается. Гарри сейчас выглядит таким расслабленным, таким умиротворенным. Луи убавляет звук радио и возвращает руку на талию мальчика, который жмется к нему, ища защиты и тепла.
Луи оставляет машину около дома Гарри и заглушает мотор, оставаясь в машине, чтобы не будить мальчика. Он рассматривает его и поправляет прядь волос, после невесомо целует в лобик. Луи не до конца понимает, что происходит с Гарри, но он точно разберется в этом. Они вместе позвонят той женщине и начнут правильное лечение. Сидя в машине, обнимая мальчика, он дал себе клятву. Луи поклялся сам себе, что поможет Гарри вернуться к обычной жизни. К той жизни, которой он жил до того, как с ним сотворили все это.