Надо лишь подождать,
Все уже знали о чём иногда подумывает Альберу, и о чём разговаривает Хан с детьми. Все, кроме Кейла, разумеется.
И те кто знал главную мысль, что заложена в эти извращения… Они поддерживали её. Они поддерживали друзей в их идее запереть Кейла где-нибудь и не выпускать того искать приключения на задницу, которые могут закончиться его смертью.
Никто не против и цепи, ведь лучше перестраховаться, нежели потом потерять шанс даже объяснить, зачем они это сделали.
Правда, были между командой, что является семьёй, пусть и не кровной, разногласия, ведь были и те, кто думал, что одной комнаты мало. Но тогда вставал вопрос, что сделать с цепью, ведь тогда Кейл может легко вылезти в окно.
Ответом была магия, но некоторые всё равно хотели лишить себя ежечасового суицида нервных клеток. И за время войны с лихвой хватало их смертей.
Собственно, война уже закончилась, Кейл валялся в коме, а его команда продумывала многоуровневое защитное заклинание, чтобы Кейл отныне был в безопасности и всегда под их присмотром. Банальные вещи, например, та же цепь (что они к ней привязались?) никто не забывал и не откидывал как бесполезный вариант.
Никто не был против того, чтобы запереть Кейла и посадить его на цепь (тц, у них что, фетиш на неё?), ведь война закончилась, Кейл снова в коме, а впереди неизвестная «спокойная» жизнь.
На войне все могли предположить, что выкинет Хенитьюз следующим, в мирной же жизни — нет.
Команда Кейла никогда не была обычной и психически нормальной или стабильной, а потому никто не смеет обвинять их в том, что они задумали выполнить. (Ладно, можете, но это бесполезно)
Ведь потеря дорогого тебе человека — это больно. А видеть его страдания ещё больнее.
И потому, ненависть к себе, за этот поступок, семья Кейла как-нибудь переживёт (они оправдаются, к тому же, Кейл никогда не сомневался, что они все — психи).