Семья?

Мадонна тяжело вздохнула, посмотрела на чемодан, который так и не смогла толком закрыть, и с раздражением оттолкнула его в сторону.

— Ладно, — буркнула она. — Но если они опять начнут, я реально уеду.

Олег усмехнулся.

— Договорились.

Он протянул ей руку, и, немного помедлив, она всё же вложила свою в его ладонь.

Они вышли на улицу. Прохладный воздух освежал лицо, а лёгкий ветер развевал пряди её волос. Мадонна глубоко вдохнула, стараясь окончательно успокоиться.

— Ну и семья у тебя, конечно… — пробормотала она, пнув камешек носком ботинка.

— Они не со зла, — спокойно ответил Олег.

— Ага, просто любят обсуждать чужую жизнь.

Они немного прошли вперёд, и, когда напряжение слегка улеглось, Мадонна наконец спросила:

— А кто эта Катя?

Олег покосился на неё, но в голосе не было ревности, скорее просто любопытство.

— Просто девушка из прошлого, — пожал он плечами.

— Так… «Просто девушка» — это слишком размыто. Они же явно считали её подходящей для тебя.

— Они вообще много чего считают.

— Олег.

Он вздохнул.

— Встречались пару лет назад. Всё было… нормально. Пока не стало не нормально.

Мадонна подняла бровь.

— Это типа «мы разошлись по взаимному согласию»?

— Типа «я понял, что это не моё».

Она внимательно посмотрела на него.

— Почему?

Олег на секунду замолчал, глядя куда-то вдаль, потом усмехнулся.

— Она была идеальной. Слишком идеальной. Никогда не спорила, не устраивала сцен. Всегда вежливая, приятная.

Мадонна прищурилась.

— И это было плохо?

Олег повернул голову и посмотрел прямо в её глаза.

— Это было скучно.

Мадонна сначала опешила, а потом вдруг рассмеялась.

— То есть ты хочешь сказать, что тебе нравится, когда я устраиваю скандалы?

— Я хочу сказать, что ты живая. Ты злишься, споришь, доказываешь. Ты не боишься быть собой.

Мадонна фыркнула, но в уголках губ заиграла улыбка.

— Так и запишем: Олег Шепс любит скандалисток.

— Только одну.

Она остановилась и внимательно на него посмотрела.

А потом, не сказав больше ни слова, просто взяла его за руку и переплела их пальцы.

Они остановились у большого раскидистого дерева, чуть дальше от тропинки, ведущей к озеру. Вода блестела в свете солнца, лёгкий ветерок шевелил листья, создавая ощущение тишины и уединённости.

Мадонна всё ещё держала Олега за руку, но теперь смотрела не на него, а на водную гладь.

— Ты специально привёл меня сюда? — спросила она, слабо улыбнувшись.

— Может быть, — ответил он, слегка притягивая её к себе.

Она повернулась к нему, подняла голову, встречаясь взглядом с его тёмными, изучающими глазами. В них не было ни тени сомнения, только мягкая, уверенная решительность.

Олег провёл пальцами по её щеке, затем опустился к линии подбородка, заставляя её чуть приподнять лицо.

— Знаешь, мне нравится, когда ты ревнуешь, — тихо сказал он, уголки его губ дёрнулись в лёгкой усмешке.

Мадонна не ответила — просто схватила его за ворот футболки и потянула вниз, захватывая его губы в жадном, требовательном поцелуе.

Олег не сопротивлялся. Наоборот, его руки тут же скользнули к её талии, прижимая её ближе, как будто он боялся, что она исчезнет.

Поцелуй был долгим, страстным, переполненным эмоциями. Он длился вечность — медленный, глубокий, с лёгким вкусом табака и обиды, которая теперь растворялась в жаре его прикосновений.

Её пальцы зарылись в его волосы, притягивая ещё ближе. Он медленно провёл губами по её шее, вызывая у неё дрожь.

— Олег… — прошептала она, не открывая глаз.

Он снова поймал её губы, теперь уже мягче, медленнее, словно растягивая момент.

Где-то вдали слышался плеск воды и щебетание птиц, но для них мир в этот момент сузился до дыхания, прикосновений, губ, не желающих отрываться друг от друга.

Олег провёл губами вдоль её шеи, едва касаясь кожи, и это было достаточно, чтобы вызвать у Мадонны тихий, сладкий стон.

Он усмехнулся, довольный своей работой.

— Тише, а то кто-нибудь услышит, — прошептал он у неё на ухе, но сам явно наслаждался её реакцией.

Мадонна прикусила губу, с трудом удерживая себя в руках. Он знал, что делает. Чёртов экстрасенс, будто чувствовал каждое её желание, каждую эмоцию.

Ночь была тёплой, тихой, только ветер шумел в кронах деревьев, а где-то вдалеке плескалась вода. Всё это делало момент ещё более чувственным… но Мадонна прекрасно понимала, что здесь, на улице, ничего больше не будет.

Олег тоже это знал.

— Пойдём, — сказал он, перехватывая её запястье.

— Куда? — спросила она, хотя прекрасно понимала ответ.

— В машину.

Он усмехнулся, ведя её за собой сквозь темноту к припаркованному авто.

Мадонна лишь покачала головой, следуя за ним, сгорая от жара, который не собирался остывать.

Они почти не добрались до машины — сорвались на поцелуи ещё по дороге, прижимаясь друг к другу в тени деревьев. Но Олег всё же взял себя в руки и дотащил её до автомобиля, открывая дверь и притягивая её внутрь.

Сначала всё было медленным — прикосновения, поцелуи, тёплый выдох на её коже. Он изучал её, наслаждался каждым её движением, каждым вздохом. Но терпение кончилось быстро.

В тесном пространстве машины их дыхание становилось всё тяжелее, движения — отчаяннее. Стоны и шёпот переплетались, терялись в темноте. Стёкла запотели, скрывая их от внешнего мира, а тёплый воздух внутри был наполнен жаждой и желанием.

Это был не просто секс. Это был взрыв эмоций — ревность, страсть, потребность быть ближе, доказывать друг другу всё без слов.

Когда всё закончилось, они какое-то время просто лежали, восстанавливая дыхание.

Мадонна повернула голову, встретилась взглядом с Олегом и вдруг рассмеялась.

— Что? — лениво спросил он, проводя пальцами по её обнажённому плечу.

— Мы сбежали от твоих родственников на «короткую прогулку», — сказала она, утыкаясь носом ему в ключицу.

Олег приподнял голову и посмотрел на часы.

— Офигеть, — усмехнулся он. — Уже десять вечера.

Мадонна распахнула глаза.

— Чёрт. Нас, наверное, уже похоронили.

Олег зевнул, ухмыльнулся и потянул её к себе ближе.

— Ну что, ещё немного посидим, или поедем смотреть на разъярённую тётю Лиду?

Мадонна фыркнула.

— Устроим ещё один скандал?

— Ты же знаешь, я люблю, когда ты устраиваешь скандалы.

Она закатила глаза, но всё же поцеловала его, прежде чем потянуться за одеждой.

Они выбрались из машины, воздух был тёплым, наполненным запахом травы и воды. Ночь окутывала их мягким мраком, а вдалеке лениво плескалось озеро, отражая редкие звёзды.

Мадонна сделала пару шагов вперёд, огляделась, вдохнула полной грудью. Её щеки всё ещё пылали, волосы растрепались, губы были припухшими после долгих поцелуев.

— Эй, ты чего? — лениво спросил Олег, когда она вдруг сорвалась с места и рванула к воде.

Мадонна обернулась, её глаза сверкали в темноте.

— Хочу искупаться!

— В одежде?

— А что, правила запрещают?

И прежде чем он успел что-то ответить, она с разбегу прыгнула в озеро, всплеснув воду во все стороны.

Олег моргнул.

— Ты ненормальная… — пробормотал он, подходя ближе к берегу.

Мадонна вынырнула, откидывая волосы назад, и звонко рассмеялась.

— Ну так иди за мной, экстрасенс! Или боишься, что утонешь?

— Я боюсь, что ты меня утопишь, — ответил он, скрестив руки на груди.

— Может быть, — она хитро улыбнулась, подгребая к нему ближе.

Олег вздохнул, покачал головой.

— Только ради того, чтобы потом ты не ныла, что мерзнешь, — сказал он, прежде чем шагнуть в воду.

Мадонна широко улыбнулась и подплыла ближе, скользнув руками ему на плечи.

— Я знала, что ты не устоишь.

— Ты же знаешь, я люблю, когда ты устраиваешь хаос, — ответил он, прежде чем притянуть её к себе в ещё один долгий поцелуй.

Они плескались в воде, смеясь, как дети. Олег пытался увернуться от брызг, но Мадонна была быстрее — с искренним удовольствием плескала в него воду, пока он не перехватил её руки и не прижал к себе.

— Хватит! — засмеялся он. — Ты сейчас меня утопишь.

— Ну, значит, выплывай, экстрасенс! — хихикнула она, обхватывая его за шею.

Олег покачал головой, но улыбался.

— Ладно, держись крепче.

Мадонна обвила руками его шею, а ногами — талию, позволяя ему удерживать её вес.

— Так не честно, ты пользуешься моей добротой, — усмехнулся он, начиная грести к берегу.

— Конечно, пользуюсь, ты сильный и заботливый… К тому же, мне лень плыть самой, — прошептала она ему на ухо, зарываясь пальцами в мокрые волосы.

— Лень? — Олег ухмыльнулся. — Ну тогда я просто отпущу тебя…

Он ослабил хватку, сделав вид, что собирается её утопить.

— Нет! — взвизгнула она, вцепившись крепче.

Олег рассмеялся и продолжил плыть.

— Вот так-то лучше, — усмехнулся он, вынося её ближе к берегу.

Мадонна всё так же держалась за него, наслаждаясь моментом. Ей было тепло и спокойно в его руках, несмотря на прохладную воду.

— А вообще, нам стоило бы раздеться перед тем, как прыгать в озеро, — вдруг заметил он, чувствуя, как мокрая одежда липнет к телу.

— Ты предлагаешь раздеться сейчас? — лукаво прищурилась она.

— Поздно, мы уже выходим, — засмеялся Олег, вынося её на мелководье.

Мадонна довольно вздохнула, оставаясь у него на руках, даже когда они вышли на берег.

Олег чувствовал, как Мадонна дрожит в его руках. Её мокрая одежда прилипла к телу, волосы каскадом стекали по спине, оставляя холодные капли на плечах.

— Замёрзла? — спросил он, прижимая её плотнее к себе.

— А ты как думаешь? — пробормотала она сквозь стук зубов.

Он усмехнулся и ускорил шаги, направляясь к машине.

— Вот кто тебя тянул прыгать в воду в одежде?

— Моя непреодолимая жажда веселья, — слабо усмехнулась она, пытаясь прижаться к нему ещё сильнее, чтобы согреться.

Олег, не говоря больше ни слова, открыл дверь машины, усадил её на переднее сиденье и быстро перекинул с заднего сиденья свою толстовку.

— На, надевай, — сказал он, стягивая мокрую футболку с себя.

Мадонна схватила толстовку и, не стесняясь, тут же сняла прилипшую футболку, натягивая на себя тёплую ткань.

— О, боги… Это лучшее, что я чувствовала за этот вечер, — простонала она, кутаясь в его запах.

Олег усмехнулся, запуская двигатель и включая печку.

— Подожди, сейчас тебе вообще станет жарко.

Он взглянул на неё, и его губы дрогнули в улыбке. Её волосы были взлохмачены, щёки розовые от холода, а глаза сияли, несмотря на дрожь.

— Напомни мне, почему я тебя люблю?

Мадонна лениво улыбнулась, подтягивая ноги на сиденье.

— Потому что я делаю твою жизнь интереснее.

Олег хмыкнул, включая ближний свет фар и разворачивая машину обратно в сторону дома.