Между нами пропасть

18:10 того же дня.

Дождавшись подругу у подъезда, я вручила ей Юлю и, немного поболтав, направилась к остановке домой. Но, наверное, в этом районе спокойствия для меня не будет.

— ты чего одна тут ходишь? — послышалось позади меня.
Я обернулась, конечно, страх присутствовал. Уж очень много знаю я про это место.
В паре метров от меня стоял кудрявый парень, мило улыбался и, засунув руки в карманы, рассматривал меня.

— нельзя что-ли? — подняв бровь спросила я.

— ну просто тут опасно. Да и в принципе, ты хорошенькая, а хорошеньким тут вдвойне опаснее. — сделав пару шагов ко мне говорит он — хочешь, провожу?

— с чего бы вдруг такая милость? За «хорошенькую» спасибо, до остановки дойду сама. Досвидания. — я развернулась и направилась своей дорогой, но парень отставать не планировал.

— а ты когда злишься еще милее — кинул он мне идя позади. Я молчала, шла вперед, но лёгкая улыбка мелькнула на моём лице. — меня, кстати, Валера зовут — продолжал тот. — если не остановишься я узнаю где ты живешь и буду каждое утро ждать тебя у подъезда, а ночью орать песни под гитару — со смешком произнёс тот. Меня снова это улыбнуло. Я остановилась, повернулась к нему и, сняв варежку протянула ему руку.

— я Аня, провожаешь до остановки и отстаёшь. — чётко проговорила я.

— заметано — на лице проскочила хитрая улыбка.

Мы двинулись к остановке. Он шутил, рассказывал истории, я звонко хохотала. Расспрашивал меня о школе, планах на будущее да и сам рассказывал про свою группировочную жизнь. Так я узнала, что по дворовому его называют Турбо, но, почему-то моя шутка про «пару секунд» ему не понравилась и будто даже обидела. Так же он рассказал мне, что лысого парня зовут Вахит, но они называют его Зима, а Марата Адидас. Я смеялась с этих кличек и представляла, какую бы дали они мне.
В разговорах мы дошли до остановки. Он подождал пока я зайду в автобус, а потом еще стоял и смотрел ему вслед. Странно, но всю дорогу до дома глупая улыбка не сходила с моего лица и у меня уже в буквальном смысле чесались руки изложить все это на страницах своего дневника.

Вернулась домой я не поздно. Маму задерживали на работе, такое часто бывало, а папа все еще был в школе. Наверняка до поздна опять будет перебирать бумажки.
Я зашла в свою комнату и, бросив сумку с книгами прямо под ноги кинулась доставать заветную тетрадь.

Я час описывала сегодняшний день. Я нашкрябала запись на 4 страницы. Некоторые фразы из диалога я в буквальном смысле цитировала. Неужели, наконец, моя жизнь приобретает хоть какие краски. Перестает быть серой и скучной.

Мама вернулась ближе к ночи, папа уже спал. В последнее время такое у нас часто. Ужинаем вместе редко, родители часто ругаются да и «семьёй» нас уже сложно назвать. Порой мне кажется, что если бы не я, они бы даже не разговаривали.

                                        ***

8:22. Среда. 14.12.1983.

— Лиз! Ну договорились же к 8 встретиться! — психую я видя подругу, которая со всех ног несется ко мне.

— прости, родная, к папе в больницу забегала — с легкой одышкой говорит та

— и как он?

— состояние стабильное. Жизни ничего не угрожает. Но одна рука парализована. — отрезала та. — главное, жить будет, остальное поправим. Ты, кстати, как добралась вчера?

— нормально — как-то неожиданно даже для самой себя я улыбнулась глупой улыбкой.

— тааак, а что это за улыбочки такие? — прищурилась подруга

— меня Валера домой проводил. — улыбка с лица никак не хотела сходить, хоть я всячески пыталась ее сдерживать.

— какой еще Валера? Я его знаю? Он с нашей школы? — осыпала вопросами меня подруга.

— помнишь, тот кудрявый парень с группировки?

Лиза заметно поникла. Стала серьёзнее, а взгляд изменился на более суровый.

— так. Во-первых, ему 19. — загнула палец подруга — во-вторых, он группировщик — загнула еще один — в третьих мутный он какой-то. — загнув третий палец констатировала подруга.

— так он же просто меня проводил. — оправдалась я.

— ага, а потом будет: он же просто меня поцеловал, он же просто меня лишил девственности, он же просто меня бросил, он же просто сделал мне больно. Подруга, думай головой.

— ничего такого не будет! — я развернулась и чуть ли не вприпрыжку побежала к школе, не слушая бред подруги.

На уроках она то и дело пыталась завести тему об этом, но я всячески пыталась ее избежать.

                                        ***

15:05 того же дня.

— Турбо

— Братан, а ты уверен, что я вообще там нужен? — говорил Зима идя за мной еле еле поднимая ноги.

— ну конечно. Она сто про со своей этой подругой бешеной будет. Отвлечешь ее, не знаю, в снежки поиграете, в крестики нолики. А я приглашу на ДК Аню. — пожав плечами пояснил я.

— лаааадно, вот, только, одного не пойму, дискач аж в субботу, почему мы прёмся сюда в средине недели. — причитал друг

— Аня говорила, что у нее мамка строгая, так что заранее приглашу, чтоб как-то придумала она план побега.

— с чего ты взял, что она вообще согласится? — закатил глаза Вахит.

— да у нее выбора нет — засмеялся я.

— почему именно к школе? Она ж в последнее время часто на районе у нас трется, почему нельзя там пригласить? — Вахит не очень уж хотел учавствовать в этом всем, уж больно справедливый.

— ну типо, знак внимания, еще один шаг к выигрышу. Прикинь, она выходит, а тут я, она в шоке, я приглашаю, она соглашается. — четко пояснил я. Мне нужно было выиграть у Сутулого. Я ненавижу поражения. Да и с Сутулым у нас конкуренция с ранних лет. Мне нужна эта победа.

— Турбо, вот я всеравно не понимаю. Нах ты ввязался в этот спор. Она ж нормальная девченка вроде. Не вафлёрша, дорогу никому не переходила. Зачем так с ней. — начал моралить Зима.

— да потому что. Потому что мне это нужно. Утру нос Сутулому. Он условия поменял. Теперь играем на отшивание. Кто проиграет - будет отшит. — повернувшись к другу выпулил я.

— оойй дурааааккк — потянул Зима услышав это.

Да, Сутулого не отпускал этот спор и сегодня утром, на сборах, он подошел ко мне и сказал, что условия слишком просты. Он поставил самое жестокое, что может быть. А я заднюю никогда не даю.
Девочку не жаль совсем. Она переживет. Купит себе новое платье или безделушку какую. И все забудет. А я не могу терять свою репутацию.