А ЧТО ЭТО
Предупреждение: Содержание для взрослых, если хотите то прочитайте а если нет то просто листайте на верх, спасибо
Хён, хён, - засуетился Хан, правда голос получался нетвёрдым и тихим из-за неровного дыхания. - Осторожнее, нельзя...
Минхо не хотелось слышать чего там ему нельзя, потому что он и так знал ответ. И этот ответ его нереально раздражал.
- Хён, - выдохнул Джисон, когда юркий язык и горячие губы старшего коснулись его соска, а ладонь легла на пах. Чувствительность была обострена до предела. И чем дальше, тем сильнее. Все тело Джисона реагировало на малейшие прикосновения, и это заставляло его теряться в ощущениях и при этом метаться в нетерпении.
Победная улыбка тронула губы Минхо и он опустился ниже, взялся за резинку штанов и стянул их с Джисона вместе с бельем. В смущении Хан тут же отвернулся, он не хотел и не мог видеть, как его тело реагирует на Ли Минхо.
- Ты такой красивый, - промурлыкал Минхо и оставил лёгкий поцелуй на обращенной к нему щеке Хана.
Тонкие длинные пальцы кольцом обхватили так требующую к себе внимания плоть Джисона. Хан тут же перестал сверлить глазами входную дверь и обернулся к парню. Кошачьи глаза горели дьявольским огнем, а рука всё убыстряла темп. Джисон невольно прогибался в пояснице, закусывал губы, вздыхал. Хан, теряясь, куда себя деть, обнял шею Минхо и притянул за поцелуем, но тот лишь позволил едва коснуться губ , после чего отстранился и убрал руку, оставив младшего на грани. Тот тяжело выдохнул, слишком накалились нервы. Ли торопливо стащил с себя оставшуюся одежду.
Минхо тоже был на пределе, и Хан мог это видеть.
Не дожидаясь просьбы, младший нащупал флакон смазки у изголовья и подал его Минхо, избегая зрительного контакта. Щёки полыхали, мозг отчаянно посылал сигналы о своей нестабильной работе. Но остановиться было уже нельзя.
- Может ты сам? - предложил Минхо, устраиваясь между разведенных ног младшего и с намёком касаясь сжавшихся мышц.
- Даже не думай об этом, - резко пресек тему Хан, вновь отворачиваясь. Всегда он такой, этот хён... Просто так поймать белку и съесть нельзя, нужно поиграть с добычей.
Положительного ответа и не ожидалось, просто Минхо правда искренне нравилось, как смущается его белка Как краснеет, отворачивается и прикрывает лицо руками. Но больше всего нравилось, когда это смущение начинало уступать необузданному желанию.
Казалось вечностью то время, пока Минхо расправлялся со смазкой, каждый щелчок крышечки и влажные звуки от рук Ли отдавались эхом в голове Хана, ведь он предпочел не смотреть. А потому первое касание влажных и холодных пальцев прошлось электрическим разрядом в теле младшего, он зажался.
- Хани, малыш, - шептал Минхо. Скользкая и влажная рука принялась поглаживать живот Хана, и тот успокоился, приняв в себя сначала один, а затем и второй палец. - Умница.
Это чувство наполненности поначалу не было приятным, а потому Ли помогал, легко и редко касаясь члена младшего, то проводя по стволу, то обводя головку.
Хан жмурился, что-то мычал, мял руками простыни и поджимал пальцы на ногах. Слишком открыто, слишком беззащитно он себя ощущал, а возбуждение требовало более решительных действий. Джисон был больше не в силах это выносить.
- Хён, я готов, - тихонько протянул младший, с мольбой смотря в черные глаза парня, - пожалуйста...
Уговоры тут не требовались, Минхо пару раз провёл влажными пальцами по своему крепко стоявшему члену и, приставив головку к входу, осторожно стал вводить.
- Джисон, - голос Минхо был хриплый, а оттого невероятно крышесносный. Хан же не мог не отреагировать, услышав свое настоящее имя в такой момент. Он протянул руку к лицу хёна, огладив.
- Всё хорошо, - стоило Хану закончить фразу, как Минхо начал понемногу двигаться, отчего у Джисона мгновенно кончился кислород в лёгких. Хён знал нужный угол.
Яркие пятна заплясали на закрытых веках, а с губ то и дело срывались несдерживаемые вздохи. Минхо же было не многим легче. Горячие стенки сжимали его, заставляя здравый разум рассыпаться под натиском желания. И Ли не мог ему противостоять. С каждым разом он убыстрялся, не в силах остановиться, выбивая из Хана уже тихие стоны.
- Джисон, - Минхо притянулся к младшему, целуя того жадно и отчаянно. Одной рукой Ли удерживал себя на весу, а другой ласкал Хана в такт своим движениям. Младший застонал в губы Минхо, после чего тот отстранился.
- Всё верно, я хочу слышать тебя, - Минхо не унимался, не мог замолчать, хотелось сейчас боготворить и восхвалять Хана.
Парень под ним был просто прекрасен. Кожа на лице была алая от смущения, губы влажные и соблазнительные, глаза замутнённые возбуждением, - и всё это сейчас принадлежит только Ли Минхо. От этой картины искры в голове засверкали ярче, становилось ещё жарче. Скрипы кровати, звуки соприкосновения их тел и громкие стоны Джисона заставляли этот костёр полыхать неистовым огнём.
И в конце концов столб искр от разгоревшихся дров взрывается в небо. Джисон зажмуривает глаза, изливаясь в руку парня. Минхо чувствует тоже, что близок к апогею, а потому выходит из Хана
Ли устало свалился рядом с таким же запыхавшимся Джисоном.
Подрагивающей рукой Хан взялся за ладонь Минхо. Ли попытался убрать её, грязная ведь, но Джисон вцепился пальцами и не отпустил. Оба улыбнулись, говорить не было сил.
Отдышавшись, Минхо всё же попытался встать, правда Джисон всё ещё держал.
- Хани, отпусти, я за салфетками.
Пришлось послушаться, хотя Хан всё равно недовольно надул губы. Правда его компенсацией стало наблюдения полностью обнажённого танцора, занятого поисками салфеток. Заметив на себе пристальный взгляд, Минхо улыбнулся, посмотрев в ответ. "Полное отсутствие стыда" - резюмировал в своей голове Джисон и отвернулся. И в этот момент в хана прилетела пачка салфеток.
- Эй, а по-нежнее нельзя было? - возмутился Хан.
- Лимит нежности исчерпан на сегодня, - подшутил Минхо и поспешил присоединиться к Джисону, чтоб оттереть все следы с места преступления.
Минхо пришел обратно к Хану и лёг рядом
Д-я люблю тебя Хён
М-я тоже , очень сильно, давай спать
Д-мхм
Потом они уснули в абнимку
***
Яяя,... Мне очень стыдно очень аааа боже , вот и 11 или не знаю часть
918 слов