6
Минхо подошел и слушал с большим увлечением.
Все и не заметили, как песня кончилась. Т/и подошла к Чонину и пыталась привести его в чувства, ведь его очень растрогало ее пение.
Т/и: прием! Вызываем Чонина на землю.
Чонин: вау, Т/и, это было превосходно! Я даже расплакался.
Т/и: хихи, я вижу. Спасибо.
Они вышли из кабинки.
Хан: Т/и, это было превосходно.
Сынмин: полностью согласен с парнями.
Все стали хвалить ее голос и старания. У Минхо, который до сих пор стоял у стекла кабины и глазел на нее, открылся рот. Банчан, который это увидел, подошел и рукой поднял ему нижнюю челюсть.
Банчан: слышал?
Минхо: она превосходна.
Парень думал, что сказал это шепотом и никто не услышал, но лидер уловил его слова и улыбнулся. Далее свою песню пел Чонин, а потом они пели все вместе и дурачились.
Когда настала очередь Минхо, он выбрал не просто обычный трек, а ту самую песню, которая играла по радио в момент аварии родителей. Девушка терпела изо всех сил, чтобы не расплакаться. Но воспоминания и волна грусти заставили пролить слезы.
Она пыталась не зарыдать в голос, потому что он был бы слышен даже при пении парня. Закрыв рот рукой, она рванула на улицу. Хенджин, который сидел на диване дальше всех, заметил это и пошел за ней. Девушка сидела на крыльце и вытирала безумный поток слез из глаз. К ней подсели.
Х: эй, почему малышка плачет?
В моменте Т/и подумала: «Как хорошо, что я не пользуюсь косметикой. А то Хенджин увидел бы всю прелесть потекшей туши.»
Т/и: с каких пор я стала малышкой?
Х: в таком платьишке ты похожа на малышку, тем более когда заплакала.
Т/и: я не малышка.
Х: хорошо, прости, пожалуйста. Расскажешь, что случилось? Минхо тебя обидел, а я этого не видел?
Т/и: нет нет. - она стала отмахиваться руками. Слезы перестали течь. - С ним все в порядке. Просто песня, которую он стал исполнять... она напомнила мне о кое-чем, что произошло в детстве.
Х: расскажешь?
Девушка в ответ лишь промолчала.
Х: когда будешь готова обо всем рассказать, буду рад тебя выслушать и поддержать. Договорились?
Парень протянул мизинец. Девушка скрестила его палец со своим мизинцем. Хен слегка погладил ее по голове.
Т/и: договорились.
Они постояли на улице еще минут 5, чтобы Т/и подышала прохладным воздухом и все слезы высохли.
Х: готова идти к ребятам?
Т/и: да. Спасибо тебе, Хенджин.
Х: всегда пожалуйста.
Он открыл дверь и пропустил девушку вперед, далее зашел сам. Минхо уже давно закончил петь. Все были заняты автоматами. Но как только двое вошли в зал, все стали расспрашивать о случившемся. Т/и посмотрела на Хена, он кивнул.
Х: у Т/и закружилась голова. Я увидел и принес ей воды. Мы постояли немного подышали на улице и вот вернулись.
Банчан с беспокойством посмотрел на девушку. Она кивнула в ответ, что означало, что с ней все в порядке. Все снова разбежались по игровым автоматам.
Проведя тем самым часа два, если не больше, вся компания направилась в забегаловку, которая находилась за углом игровых автоматов.
Девятка расселась за большим столом и стала заказывать еду.
Хенджин: ну что, будем играть или все испугались?
Т/и: о чем это ты?
Феликс: о, это он говорит о том, кто будет платить за всех нас.
Чанбин: да, кто проигрывает, тот платит весь счет.
Т/и: ничего себе у вас весело.
Данная идея парней не обрадовала девушку, но и не участвовать в игре было нельзя. Она не может в первый же день показать себя слабой в таких мелочах.
Сынмин: Т/и не будет участвовать?
Банчан: я думаю, ей стоит не...
Т/и: я в деле.
Девушка перебила Банчана и согласилась быть с ними на равных. После заказа блюд они стали играть в «камень-ножницы-бумага». Девушке постоянно не везло. Уже приняв тот факт, что расплачиваться будет она, Т/и осталась один на один с Хенджином.
Хенджин: камень, ножницы... бумага!
Парень выбросил ножницы, а Т/и камень.
Хан: да!
Чонин: хахаха Хенджин!
Все стали смеяться, а у Т/и как камень с сердца ушел. Но Хенджина было немного жалко. Парень проложил руку ко лбу и сделал вид, будто падает в обморок.
Феликс: ну ты и драма квин, Хен.
Хенджин: ладно ладно, это должно было когда-нибудь случиться. Не всегда же Чану за нас платить. Думаю, третий раз разорения он бы не пережил.
Банчан: дада, ты прав.
Все снова посмеялись. И вот им уже принесли несколько блюд. Зашумели столовые приборы по тарелкам, был слышен звук открывающихся банок газировки и гудение разговоров этой большой компании.
Хан: итак, Т/и, сколько тебе лет?
Т/и: 17. В сентябре будет 18.
Чанбин: о, Чонини снова наш младший.
Хенджин, сидевший рядом с Чонином, потрепал его по волосам. Тот в ответ стал крутить головой.
Оставшийся вечер компания обсуждала различные темы.
Сынмин: Т/и, тебе кто-нибудь нравится?
Т/и: что ты, нет конечно. Когда бы я успела?
Сынмин: нуу, например, когда была помладше.
Т/и: в основном я не виделась с парнями, тем более с парнями из компании. Банчан - исключение. Он помогал мне в трудные периоды.
Чанбин: а, это когда у нас еда пропадала? А я то думал, почему ты не разрешал мне взять дополнительную порцию.
Чан смущенно заулыбался и засмеялся.
Т/и: мы сидели на жестких диетах. Не понимаю, зачем нас так мучали, если мой вес все равно был меньше, чем рекомендованный. Но правила есть правила.
Банчан: да, а еще в правилах гласит, что нам нельзя заводить отношения. Поэтому откинем эту тему на годиков так 5 вперед.
Разговоры продолжились дальше. Ребята провели в забегаловке полтора часа. Доели, собрались, поблагодарили повара и вышли на улицу.
Темнота заглушила зрение ребят, но их глаза быстро привыкли после света в забегаловке. Т/и вдохнула полной грудью ночной запах листвы. На секунду закрыла глаза и замечталась.
Хан: эй, мечтательница, пойдем уже.
Т/и: тоже мне, грозные котята, уже бегу.
Хан: а, ты уже видела название чата... ну зато мило.
Т/и: с этим я точно соглашусь.
Группа шла молча, иногда лишь они говорили о еде, которую недавно съели, о том, какая она была вкусная и сытная. А также о предстоящем дебюте. По приходу ко входу в общежития все стали прощаться. Банчан, Чанбин, Хан и Т/и договорились быстро переодеться в удобные вещи и встретится в студии записи.
Т/и, надев удобные спортивки, футболку оверсайз и смешные носки с черешней, побежала в студию. Она еще не была там, поэтому дернула за ручку, чтобы войти, и затаила дыхание.
Внутри небольшой комнаты стоял диван и кресло, также располагалась стойка с аппаратурой, маленькая комната со звукоизоляцией и стол. На нем стояли 4 стакана кофе и какие-то сладости.
Чан: заходи, располагайся.
Хан: Т/и! Я принес нам сладости! Какие ты любишь? Смотри, это кислое, это сладкое, это... это не знаю что такое, но тоже решил принести.
Т/и: хихи, спасибо, друг. Я обязательно все-все попробую.
Чанбин: даа, он любит угощать нас сладостями. Тем более тогда, когда мы работаем над музыкой вместе.
Хан: ну все все, мне для друзей ничего не жалко. Давайте начнем уже. Не терпится послушать окончательную версию.
Банчан с улыбкой кивнул, протянул всем наушники с проводами и нажал на кнопку проигрывателя. При прослушивании Хан стал плавно шевелить руками, будто он играет на воображаемом пианино. А Чанбин молча изображал, как тянет высокие ноты. Т/и вслушивалась в каждую ноту, проживала каждый аккорд. Она знала, что Банчан мастер своего дела. Не зря он каждую ночь тратит на то, чтобы написать мелодию. Кажется, это у него в крови. Он был рожден для этого.