The wings

Тэхён сидит в самом центре адской равнины и медленно, но верно тянет в себя силу всех душ, что бродят вокруг. Полукровка не чурается даже высасывать всю материю из копошащихся под тоннами пепла мерзких тварей, что охраняют границы Ада. Зачем стеречь место, из которого выйти всё равно никто не сможет, а войти - не захочет? Тэхён считает это глупым. Хотя в целом ему просто плевать, что станется с этой равниной, когда он поглотит всю материю, что питает эту часть Ада. Всё, что его волнует, это накопление силы, которой понадобится немало для начал его небольшого крестового похода. К тому же, когда он уничтожит эту равнину, привязка Юнги к ней исчезнет. Тогда демон сможет легко перемещаться по всему Аду, а не только сидеть на скалах. Стоит засчитать за ним должок. - Тэхён? Ты не думаешь, что... Не стоит торопиться? - негромко спрашивает Чимин, и полукровка приоткрывает глаза. Чимин полностью восстановился и весь окутан ярким сиянием своей души. Но это сияние сдерживается его белоснежными крыльями, обёрнутыми вокруг тела наподобие кокона. Поверх его крыльев красуются крылья Юнги, который обнимает своего и только своего ангела со спины, защищая собой от воздействия Ада. Эта парочка смотрится как кофе с молоком и жжёным сахаром. У Юнги белая кожа, но волосы и одежда чёрные, как и перепончатые крылья. У Чимина медовая кожа и светлые золотистые волосы, что лишь подчёркивается его белоснежной одеждой и не менее белоснежными крыльями. Ангел и демон смотрятся красиво вместе. Настолько, что Тэхён даже позволяет себе потратить несколько томительных мгновений на любование ими. Такая странная парочка: ангел, привязанный к Небесам, и демон, всё ещё являющийся хранителем адской равнины. Их чувства можно было бы поставить под сомнение, но Тэхён отлично видит крепкую связь, окутывающую обоих. Ту самую связь, о которой мечтал Хосок и ради которой купидон пошёл даже на принуждение и подчинение чужой воли себе. Тэхён вовсе не глуп. Он с самого начала прекрасно понимал, что Хосок что-то затеял. Не просто так он пропитывал Чимина своим ядом, отправляя его нутро и питаясь его силой. Не просто так он вцепился именно в Пака. Полукровка видел связь между ними. Она сама бросилась ему в глаза: уродливая, неправильная, омерзительная в своей неестественной природе. Знал Ким и о том, что купидон наверняка захочет и его использовать в своих целях. Чего только стоило пробуждение его дьявольской сущности, из-за которой Чонгук умер в жутких муках. Тэхён не собирался этого прощать и не собирался забывать. Он никому не позволил бы использовать себя. Не для этого он долгие века томился в клетке. Хосока он уничтожил бы, обязательно уничтожил. Если бы только его не опередил Юнги. Демону не понравилось, как купидон разбрасывался оскорблениями, пытался схватить Чимина и увести за собой. Это было действительно зрелищно. Не имея возможности шагнуть за границу равнины, Юнги просто отдал ей приказ, как полноправный хозяин всей пустоши, покрытой пеплом. Тэхён даже отвлёкся от рассматривания разваливающихся руин своей бывшей клетки и обернулся посмотреть, отчего так вопит купидон. А покричать повод был. Серебряные цепи появились прямо из земли, оплетая чужую оболочку сетью и затаскивая в Ад. В самом прямом смысле. А как только Чон оказался на территории Юнги, тот взялся за дело сам и разодрал ему грудную клетку, вырывая сущность и уничтожая её без остатка. - Вот за это я и недолюбливаю демонов, - проворчал тогда Тэхён, осматривая растворяющуюся в пепле оболочку Хосока. - Вечно вы разбрасываетесь ценными материями, не удосуживаясь оценить их ценность. Купидонов во всём мире осталось не так уж много, чтобы бездумно уничтожать их сущности. - Мне плевать, - прорычал в ответ Юнги и тут же заключил в свои объятия Чимина, который не побоялся пересечь границу, чтобы наконец-то спустя множество веков вновь коснуться своего любимого. Собственно, после этого Тэхён и решил оставить парочку наедине. От окружающей их ауры счастья и любви его немного, самую малость подташнивало. Тэхён не желал признаваться даже самому себе, что при виде счастливых ангела и демона внутри начало что-то неприятно ворочаться. Он едва смог отогнать от себя последний болезненный взгляд Чонгука, его едва слышное «кажется, люблю тебя» и пронзительный предсмертный крик. Не то чтобы его мучила совесть, ведь её у демонов просто нет, но каждый демон ценит сделки. Тэхён заключил такую с Чонгуком, и ему было немного некомфортно из-за того, что он был стороной, нарушившей условия. Пусть во время заключения договора он и был больше ангелом, чем демоном. Именно от этих мыслей отвлекает его подошедший спустя какое-то время Чимин, защищаемый со всех сторон крыльями своего демона. И пусть его слова полукровке не нравятся, лучше так, чем ненужный ворох мыслей в голове, отвлекающий от важных вещей. - А я разве тороплюсь? - спрашивает Тэхён, вскидывая бровь и шевеля сложенными за спиной крыльями. - Я сижу здесь и отдыхаю. Набираюсь сил. Привыкаю к присутствию крыльев за спиной. - Я имею в виду... Уничтожение мира. Ты не думаешь, что его ещё можно изменить, исправить? Зачем же сносить всё, над чем корпел Создатель? - робко интересуется Чимин, отводя взгляд, ведь смотреть в чёрные глаза друга выше его сил. - Не думаю. И тебе не советую, - холодно отрезает Тэхён, вмиг подбираясь. - А теперь оставьте меня одного, иначе я и вас ненароком впитаю. Не то чтобы материя будет лишней, но вы такие слащавые сейчас. Боюсь, не смогу переварить. Чимин тяжело вздыхает, а Юнги усмехается. Ему в отличие от ангела жуткие шутки Тэхёна приходятся по душе. Поэтому он не даёт Чимину вновь открыть рот и переносит их обоих в скалы, чтобы не отвлекать полукровку. Тэхён, оставшись в долгожданном одиночестве, выдыхает и вновь погружается в собственное мироощущение. Он чувствует, как копится в нём сила. Как быстро перерождается внутри впитываемая материя, отчего скелет крыльев становится всё крепче и крепче. Тэхён чувствует, как сознание расширяется всё больше и охватывает всё большую местность. Теперь он может слышать гул людей, что ходят по земле. Может слышать крики тех, кого пытают в Аду. Чувствует даже те души, что заперты за Райскими вратами. Невообразимая сила. Гораздо большая, чем в прошлый раз. Полукровка уверен, что в этот раз легко сможет поквитаться с самим Создателем за все те разы, когда Он запирал Тэхёна после завершения очередного апокалипсиса обратно в клетку. И демон знает, почему так. Знает, чем вызвана эта сила. - Спасибо тебе, Чон Чонгук, за твою маленькую, но светлую душонку, укреплённую нитями любви, - сладко тянет Тэхён, видя под закрытыми веками всполохи пламени. Кто бы мог подумать, что ключик к могуществу всё это время лежал в человеческой душе? Не в сущности каких-либо мудрёных созданий, а в самой обычной душе самого обычного человека? Отданная изначально добровольно, душа Чонгука полностью слилась с сущностью Тэхёна, многократно делясь многочисленными нитями света. Эти нити прошили всю сущность полукровки, делая её как никогда цельной, связанной, единой. Оттого и возросшая сила, в тепле которой нежится сейчас Тэхён. - Не за что, демон. Мне было не жаль поделиться ею. Голос, раздавшийся в стороне, заставляет дёрнуться и распахнуть глаза. Обернувшись, Тэхён замирает. Прямо перед ним на расстоянии жалких трёх метров стоит Чон Чонгук.

*** Где-то на Земле ***

Сокджин открывает глаза и первое, что он видит - звёздное небо над головой. Чёрное полотно ночного неба и яркие звёзды, точками складывающиеся в причудливые узоры. После ангел начинает чувствовать холод и влагу под пальцами. Сев прямо, Сокджин обхватывает себя руками за плечи и осматривается. Железнодорожные пути, множество вагонов и он сам, сидящий в огромном сугробе. На нём привычная белая сорочка и белые штаны. Вот только жалкие клочки ткани не защищают от мороза, вгрызающегося в кожу. Промокшая ткань лишь неприятно липнет к телу, заставляя кривиться и стучать зубами. Сокджин поднимается на ноги и вылезает из сугроба, понимая, что ноги совсем не слушаются и подкашиваются при каждом шаге. А ещё ангел осознаёт, что его тело слишком тяжёлое, чувствительное и чересчур восприимчивое. Слишком материальное. Встряхнув влажными волосами с запутавшимися в них снежинками, парень пытается прочувствовать пространство и время, материю, но ничего не получается. Взгляд карих глаз скользит по покрасневшим от холода рукам, а после поднимается к Небесам. Ничего. Сокджин абсолютно ничего не слышит и не чувствует. Лишь холод, влагу снега и ветер, а ещё неприятное онемение. Взглянув на свои ноги, ангел понимает, что шатается лишь потому, что босые ступни замёрзли от долгого стояния на снегу.- Что происходит? Что со мной? - испуганно спрашивает ангел сам себя, а после замирает.Воспоминания о произошедшем невыносимо быстро прокручиваются в голове, вызывая боль. Сокджин вспоминает, как Тэхён обрёл свои новые крылья и первым делом отравил его сущность, которая тут же начала разрушаться вместе с оболочкой. Потом Сокджина поглотила тьма, полное ничто. Сокджин просто перестал существовать, растворившись в бесконечности времени. Так почему же он сейчас стоит на Земле? Почему он... Жив?«Теперь ты - человек. И только тебе решать, дар это или наказание. Ты был одним из лучших моих творений, и мне жаль, что в конце наши пути разошлись», - шепчет чужой голос в голове, а после Сокджин уже не слышит ничего.Потому что Он воссоздал его. Потому что Он изгнал его на землю. Потому что Сокджин больше не ангел. Он - человек.Сердце заходится бешеным стуком, ветер воет и свистит в ушах, а Сокджин бежит. Спотыкается, больно ударяется ногами о железные балки рельс, но бежит. Местность кажется ему знакомой, и ощущения не подводят, ведь через несколько минут парень выбегает к старому закрытому депо. Перед ним тут же показывается знакомый вагончик, в окнах которого горит свет, а на крыльце сидит его хозяин. В руках парня стаканчик с дешёвым кофе. У Сокджина, что медленно подходит ближе, в глазах собираются слёзы. Заслышав скрип снега под ногами постороннего, парень вскидывает голову. Глаза его комично расширяются, а после он подрывается с места. Стаканчик с кофе летит в снег, окрашивая его мутными разводами, а сам парень уже стоит перед дрожащим на ветру Сокджином, судорожно оглаживая его заледеневшие плечи.- Это ты! Я даже не поверил своим глазам сначала. Думал, галлюцинации! - взмахивает руками парень и широко улыбается. - А ты опять без обуви и тёплой одежды. Тебе не холодно? Эй, почему ты плачешь?Сокджин не знает, что ответить. Люди такие глупые и беспечные, не верящие ни во что, кроме того, что можно увидеть, потрогать, а ещё и желательно попробовать на вкус. Что Сокджин может сказать этому человеку? Что он был ангелом, которого уничтожил полукровка, а Бог воскресил его и отправил в ссылку на Землю, отрекаясь от своего создания, потому что Сокджин не позволил эту самую Землю уничтожить?- Я больше не смогу никогда восстанавливать вещи, которые ты поломал, - выдыхает наконец Сокджин, наблюдая за чужим взволнованным лицом. - И да, мне холодно. Очень холодно. И страшно. Потому что я остался совсем один.- Не велика беда, - широко улыбается парень и тянется к лицу Сокджина.Пальцы касаются ледяных раскрасневшихся щёк и вытирают слёзы. Бывший ангел широко раскрытыми глазами смотрит на стоящего перед ним человека, не понимая его доброты и открытости, а тот лишь улыбается в ответ.- Вещи, которые я ломаю, я же обычно и чиню. Неловкость у меня в крови, знаешь ли. С холодом тоже разберёмся. Пошли, я тебе горячего чаю сделаю и выдам одежду. А одиночество... Если тебе некуда идти, оставайся у меня. Кстати, как тебя зовут?- Сокджин... Меня зовут Сокджин, - выдыхает ангел, ставший человеком, и чувствует дрожь, когда его берут за руку и тянут за собой.- А меня - Намджун. Ким Намджун, - представляется парень и забегает в вагончик, тут же хватаясь за чайник, чтобы подогреть воду.- Знаю, - шепчет Сокджин и заходит следом, позволяя себе робкую улыбку. - Я знаю.

*** Где-то в Аду ***

Юнги бесится. Он сидит возле границы Ада и пилит взглядом Чимина. Ангел находится по другую сторону, наворачивает круги, рассказывает что-то, громко смеётся и активно жестикулирует руками. Но Юнги не слушает его. Он лишь наблюдает, изучает и пытается отпечатать увиденное на подкорке сознания. Ему нравится смотреть на своего ангела. На золотой блеск волос, на нежную кожу, на чувственные пухлые губы. На руки, увитые чуть выступающими венами. У Чимина невероятно красивые глаза чаще всего янтарного цвета, хотя иногда они сменяют цвет на бледно-голубой. Но это лишь в моменты хандры, а так Чимин всегда пышет энергией и жизнерадостностью, широко улыбаясь и часто смеясь. Юнги смотрит и не может наглядеться. И бесится. Потому что с момента, когда Тэхёна в очередной раз запихнули в клетку, прошло чертовски много времени, но ангел больше не пересекал границу. Юнги не касался его так долго, что раздражение само собой поднимается из глубины демонской сути. Ну, а ещё бы. Чимин ведь тактильный маньяк. Он обожает кого-то обнимать или к кому-то прижиматься. Этот мальчишка не бросил своих привычек и всё так же мотается к Тэхёну, постоянно переплетая с ним пальцы, чтобы утешить и поддержать. А ещё у Чимина с недавних пор очередной подопечный, для которого Пак является ангелом-хранителем. И этого жалкого человека Юнги уже ненавидит всем своим существом.- Юнги-я, ты опять не слушаешь меня! Вот зачем я каждый раз что-то тебе рассказываю, если ты всё пропускаешь мимо ушей? - недовольно ворчит Чимин, неожиданно оказавшийся прямо перед Юнги, который всё это время был занят тем, что рисовал пальцем бабочку на полотне из пепла, покрывающего землю вокруг.- Вот и я не знаю, зачем ты каждый раз рассказываешь мне про других крылатых, о которых я ничего не желаю знать. Твой новый подопечный меня тоже не волнует, но ты раз за разом говоришь про него, выводя меня из себя. Если ты не перестанешь, то я не поленюсь, найду эту земную крыску и начну ставить на ней эксперименты. И тогда твой подопечный станет наркоманом или алкоголиком, который в приступе неадеквата изнасилует какую-нибудь девушку, а после повесится. Его душа попадёт в Ад, и я ноги нашему Высшему вылижу, но добьюсь разрешения лично пытать эту душонку, - рычит Юнги, резко поднимаясь на ноги.Его демонская суть вырывается на свободу. Придерживаясь обычно человеческого облика в присутствии Чимина, Юнги больше не сдерживает себя. За спиной показываются перепончатые крылья, а глаза заполняет тьма. Вокруг него воздух густеет, а пепел вспыхивает под ногами, из-за чего до ангела доносится тяжёлый запах серы. Юнги выглядит жутко и пугающе, вот только...- Как же я люблю, когда ты ревнуешь.Ярко улыбнувшись, Чимин в мгновение ока перескакивает границу и влетает всем телом в застывшего демона. Секунда, и крылья Юнги окутывают Чимина, защищая от воздействия Ада. Ангел же не обращает никакого внимания на образовавшуюся плотную ловушку, обнимает Юнги за шею и жмётся всем телом, довольно урча.- Я люблю тебя, Мин Юнги. Человек ты или демон, для меня не имеет значения. Есть ли у меня новый подопечный или нет, тоже никакого значения не имеет. Потому что мне нужен только ты, - шепчет ангел в чужие губы, и Мин кривится.- Да что ты говоришь? Кажется, ты чуть не ушёл в закат вместе с одним настырным купидоном, - фыркает он, и Чимин прикладывает пальцы к его губам, мешая говорить.- Ты знаешь, что я не по своей воле был с ним. Знаешь, что меня до сих пор мучает совесть. Так что не говори об этом, ладно? Пожалуйста, Юнги. Мне так больно вспоминать те минуты, когда я ничего не чувствовал к тебе. Минуты, когда поддался его влиянию. Не надо...Юнги послушно замолкает. Потому что не может вынести виноватое выражение лица своего любимого. Потому что сам не хочет вспоминать те жуткие мгновения. Потому что Чимин наконец-то в его объятиях, и Мин может почувствовать чужое тепло, нежность кожи и приятный запах мороза и хвои, который повсюду сопровождает Чимина. Зачем тратить время на ссоры и склоки, когда можно потратить его на что-то более приятное?- Ты тогда не говори о своём подопечном. Меня выбешивает одна только мысль о том, что ты связан с кем-то, а ты ещё и в подробности вдаёшься, - фыркает Юнги.А после подаётся вперёд и целует Чимина. Поругаться они смогут и стоя по разные стороны границы, а вот когда Чимин наконец-то в его руках, нужно пользоваться случаем. Пак его мнение явно разделяет, прижимаясь крепче и отвечая на поцелуй. И это действительно так. Чимин по своему Юнги тоже успел очень сильно соскучиться, но не решался первым проявить инициативу, смущаясь. Но сейчас смущению между ними нет места, потому что Юнги целует его так нежно и приятно, что в голове туман, а внутри оболочки будто всё заполнено бабочками.Потому что между ними - любовь, и это - правильно.

*** Где-то на Небесах ***

Отдалённый уголок Небес, расположенный почти на самой границе с Пустошью, оглашает громкий крик, переходящий в вой. Слышатся звуки ударов, скрежет железа и громкие ругательства, от которых у рядовых ангелов перья дыбом. Шум не затихает ни на секунду, становясь со временем лишь громче. Доносится он из клетки, которую на Небесах прозвали ящиком Пандоры. В шутку, разумеется, но содержимое клетки недалеко ушло от содержимого того самого ящика.- Ты опять шумишь и заставляешь меня присматривать за тобой, словно за малым ребёнком, - перекрывает шум голос, пропитанный недовольством.Тут же повисает тишина, которая, впрочем, вскоре обрывается.- Между прочим, мне очень больно. Только посмотри на мои раны! У меня отваливается вся спина, и всё сочится эта золотая жижа, которая тоже жжётся. И почему я вообще должен оправдываться перед тобой? Это ты вырвал мои крылья! А я ведь даже ни разу взлететь не успел!В клетке вновь повисает тишина, на этот раз более долгая. Тэхён сидит в углу, подобрав под себя колени, и сверлит тяжёлым взглядом ярко-голубых глаз своего нового пленителя. Чонгук стоит в другом углу клетки с мученическим выражением на лице и каждую пару минут закатывает глаза. Он бы с радостью нашёл Сокджина и высказал бывшему ангелу всё, что о нём думает, но не может. Потому что Чон Чонгук - ключ от новой клетки Тэхёна и не может покидать не то что Небеса, а даже тот отдалённый уголок, где эта самая клетка находится. Поэтому хранитель может лишь вскинуть на Тэхёна пронзительный взгляд синих глаз и приторно сладко улыбнуться.- Уж простите за неудобства, Ваше Величество, - язвительно тянет Чонгук и кривится. - Крылья я ему вырвал. А ты пробил мне грудную клетку и вырвал из меня душу. Мне тоже было больно, знаешь ли. Так что не тебе меня упрекать, Ким Тэхён.- Это была мимолётная боль! Ты сразу же умер! - пытается отразить удар Тэхён.Он даже на ноги подрываясь в негодовании, но Чонгук одаривает его таким взглядом, что вся сущность полукровки сжимается в комок.- Мимолётная? Я ждал тебя, чтобы объясниться. Ждал, чтобы сказать, как сильно полюбил тебя, хотя и не сразу осознал это чувство. А ты напугал меня до дрожи, наговорил обидных слов, окатил меня грязью, растоптал к чертям нашу связь и утопил в своей ненависти. И только после этого ты вырвал мою душу, убивая меня. Уж поверь, боль от потери и без того потрёпанной души не сравнится с той болью, которую я ощутил, когда ты сказал, что ненавидишь меня, - жёстко припечатывает Чонгук и уходит, проходя сквозь стену и оставляя ангела в одиночестве.Тэхён провожает его взглядом, едва слышно фыркает и вновь садится в полюбившийся угол клетки. С момента заточения ангела прошло больше ста сорока лет по людским меркам, но Чонгук всё ещё не устаёт подлавливать моменты и напоминать ему о грехах прошлого. Какой же этот человечишка оказался злопамятным! Тэхён бы возненавидел его, если бы мог. Но он не может. И дело не в том, что он сейчас вновь в большей степени ангел, а ангелам чужды столь тёмные эмоции. Дело в том, что это Чонгук, а зависимым от него Тэхён стал ещё тогда, когда впервые увидел яркий свет его почти полностью чистой души.

-flashback-

Чонгук чувствует себя странно в тот момент, когда понимает, что его существование не прекратилось. Ощутив в себе неожиданный прилив сил, парень распахивает глаза и первое, что он видит, это невероятно красивое лицо молодого мужчины с завораживающими глазами, на дне зрачков которых пляшут золотые искры. Сокджин, так зовут этого ангела, как оказывается позже, одним прикосновением ладони к его груди передаёт ему все знания, когда-то принадлежащие лишь ему одному. Чонгуку кажется, он скользит сквозь время. Столько всего за считанные секунды проносится в его голове и оседает в памяти.- Ты должен остановить его, Чонгук. На это способен только ты, - сообщает ангел и отстраняется.Эти странные слова не находят внутри никакого отклика. Чонгук не понимает, о чём говорит ангел. Не понимает, кого он должен остановить, и что вообще происходит. Спросить он не успевает. Обстановка вокруг неожиданно меняется, и парень отвлекается на разглядывание очень красивых руин, появившихся со всех сторон и некогда представляющих собой наверняка прекрасную залу. Когда Чонгук замечает, что с Сокджином что-то не так, уже поздно. По лицу ангела ползут трещины, и парень бросается вперёд в неясном порыве помочь, но предпринять ничего не успевает. Сокджин рассыпается прямо перед ним прахом, пеплом, звёздной пылью, превращаясь в абсолютное ничто. Сам Чонгук в ту же секунду падает на колени, подкошенный болью, что пронзает его голову. Недостающие воспоминания, факты и лица начинают мелькать в его голове, объясняя неясные слова Сокджина. Когда боль отступает, Чонгук осознаёт всё. Вот только он всё ещё абсолютно не знает, что ему делать и куда идти.Тэхён где-то рядом. Тэхён очень опасен. Это единственные мысли, что крутятся в голове парня. Поднявшись с колен, он окидывает взглядом растворяющиеся вокруг него руины и направляется в сторону выхода. Перед ним оказывается пустота, но парень не пугается. Делая шаг вперёд, он знает, что не провалится и не упадёт. Так и случается. Только что он стоял на окраине разрушающихся руин, а вот уже вновь оказывается в совершенно другом месте. Место это, мрачное и тёмное, не оставляет сомнений в своей принадлежности. Покрытая пеплом равнина, простёршаяся перед ним, давит липким вязким воздухом, пышущим жаром. Тэхён где-то здесь. Чонгук не знает этого наверняка, но чувствует, поэтому направляется вперёд. Обходит попадающиеся на пути горящие деревья. Игнорирует стенания воющих грешников, бродящих вокруг. Старается не обращать внимания на лёгкое удушение из-за царящей вокруг ядовитой тяжёлой атмосферы. Сколько времени проходит, он не знает, но в какой-то момент деревья и грешники исчезают, а прямо перед ним оказывает гора крупных валунов. На одном из них восседает Тэхён. Глаза ангела закрыты, а за спиной чернеют крылья. Они огромные и пушистые, с длинными острыми перьями. В них искрится дикое пламя. От них веет завораживающей силой. Чонгук смотрит на эти крылья, чувствует их и понимает, почему Тэхён так сильно желал вернуть их себе. Он уже подходит ближе, желая окликнуть ангела, но слова застревают в горле, когда парень слышит чужой хриплый насмешливый голос.- Спасибо тебе, Чон Чонгук, за твою маленькую, но светлую душонку, укреплённую нитями любви.В момент, когда Чонгук осознаёт смысл этих слов, все положительные эмоции и неожиданно всколыхнувшаяся при виде блондина нежность испаряется. Не то чтобы Чонгук надеялся на тёплый приём после того, как Тэхён выдрал его душу с корнем, причиняя неимоверную боль, но он надеялся, что остался в памяти ангела чем-то приятным и светлым. А вот оно как оказалось. Всего лишь какой-то жалкий человек, как и шипел ему тогда ангел. Всего лишь жалкая не самая лучшая душонка. Сжав кулаки, впившись ногтями в ладони, Чонгук подходит ближе, пусть и хочется сбежать, исчезнуть, забыть, и встаёт напротив ангела. Хотя ангела ли? Нет, это уже не ангел. Будучи ангелом, Тэхён никогда не говорил ему злых слов. Будучи ангелом, Тэхён никогда не причинял ему боли. Будучи ангелом, Тэхён окутывал его теплом и заботой, своим вниманием. То, что сейчас перед Чонгуком, совсем не ангел. То, что сейчас перед Чонгуком, это...- Не за что, демон. Мне было не жаль поделиться ею.Сколько же сил требуется на то, чтобы сказать это холодно, без лишних эмоций. Сколько требуется сил, чтобы не отступить, когда Тэхён распахивает глаза и смотрит на него. И пусть в глазах его полыхает адское пламя, а воздух вокруг начинает искриться от напряжения, Чонгук видит и неверие, и лёгкую растерянность, и даже чувствует отголоски застарелой, тщательно скрываемой глубоко внутри чужой сущности боли. Демон медленно поднимается со своего места. Чонгук не двигается, но ощущает давление чужой силы и наконец-то задумывается о том, что же ему делать теперь, когда он нашёл Тэхёна.«На это способен только ты», - шепчет голос в голове, повторяя слова Сокджина.Звучит просто и понятно, но что Чонгук может сделать? У него есть знания погибшего ангела, но нет осознания ситуации. У него нет плана и нет времени, чтобы придумать что-то. К тому же Тэхён явно ощущает таящуюся в нём для себя угрозу. Демон медленно обходит его по кругу, осматривает цепким пристальным взглядом и скалится так жутко и кровожадно, что колени начинают дрожать. Чонгук знает, в нём не заложено чувство пустого страха, но он всей своей сущностью содрогается от силы, что таится в крыльях полукровки, способного уничтожить весь мир.- Надо же. Сокджин оказался умён и хитёр. Когда он только успел вытянуть из тебя частицу души? Как он вообще додумался воссоздать твою душу по образу и подобию? Невероятно. Удивительно. Не зря я говорил, что место этому крылатому чёрту в самой глубине Преисподней. Даже жаль, что он уже не восстановится после моего вмешательства в его сущность. Было бы забавно полюбоваться на его падение. Всевышний не прощает таких выходок. Впрочем, не будем о нём. Итак, Чон Чонгук. Ты пришёл сюда по его приказу, чтобы запереть меня обратно в клетку. И как же ты собираешься это сделать, когда твоя сущность при виде меня бьётся в агонии ужаса.Тэхён смеётся. Смеётся громко, заливисто. Вот только смех этот пропитан ехидством, насмешкой и злобой. Демон бесится уже только из-за того, что Чонгук посмел явиться к нему с такой целью. Он явно не считает его хоть сколько-то достойным внимания соперником, и Чонгук не может обвинить его в этом. Потому что он этому демону действительно не соперник. Он слаб, дезориентирован, напуган, и у него нет абсолютно никакого плана. Ему даже неоткуда ждать помощи. Сокджин возложил на него свою миссию и погиб, а Чонгук теперь гнётся под тяжестью обязательства, о котором не просил. Которое ему не по плечу. Будто читая все его мысли, демон вновь хохочет. И, глядя в его дикие глаза, Чонгук вдруг чувствует неожиданный покой. К чему всё это волнение? К чему муки совести? Перед ним не Тэхён. Перед ним дикая сумасшедшая сущность, готовая вот-вот утопить всё вокруг в крови. Вскинув подбородок, Чонгук резко подходит к полукровке и вцепляется пальцами в его плечи, удерживая приплясывающего беса на одном месте и пристально глядя в его глаза.- Я знаю, что мне тебя не одолеть, - спокойно говорит он, вглядываясь в багровые всполохи пламени в чужих глазах. - Я и не желал взваливать на себя столь тяжкое бремя. Ты сам всё это прекрасно знаешь. Поэтому, раз уж я должен буду умереть второй раз, у меня есть желание. У всех смертников есть предсмертное желание. И ты не посмеешь отказать мне. С учётом нашего общего прошлого, с учётом моей жертвенности, без которой твои крылья всё ещё находились бы в зачатке, ты не посмеешь мне отказать.В Тэхёне явно зарождается желание оттолкнуть его и испепелить на месте за наглость и напор, однако Чонгук понимает, этого не произойдёт. В демонской сущности прямо на его глазах просыпается любопытство. Тэхёна явно забавляет происходящее. Забавляет то, как Чонгук содрогается всей сущностью, стоя рядом с ним, но при этом продолжает касаться его плеч, смело смотреть в глаза и даже строить из себя самоуверенное существо.- Почему нет? Ну, давай-ка посмотрим, чего ты хочешь, - сладко тянет демон и притягивает его к себе за пояс, обнимая.Чонгук не демон. Чонгук не ангел. Чонгук не человек. Чонгук не полукровка. Что-то новое, неизведанное. Тэхёну невероятно интересно. Тэхёну любопытно. Тэхён хочет познать чужую неизвестную сущность. Хочет коснуться её пальцами, из-за чего в нетерпении сжимает мальчишку теснее в своих объятиях. Хочет попробовать на вкус. Хочет узнать все грани её запаха. Наклонившись к застывшему в его руках парню, Тэхён проводит носом по его беззащитному горлу и невольно облизывается.- Чего же ты хочешь, Чон Чонгук? - повторяет свой вопрос демон, шепча его в аккуратные мягкие даже на вид губы.Тэхён невольно вспоминает тот вечер, когда впервые поцеловал Чонгука в открытую, без утайки. Вспоминает, как мальчишка умолял его перестать. Как смущался, краснея до ушей, и отпихивал его от себя. Вспоминает, как сладко было ощущать свой триумф в тот момент, когда Чонгук сдался. Когда неуверенно обнял его за шею. Когда начал тихо постанывать в поцелуй, потираться об него всем телом и тихо скулить, когда Тэхён надавил коленом на его пах. Уже тогда демон из Тэхёна рвался наружу. Уже тогда тёмная сущность брала реванш и нарушала в нём равновесие, желая вырваться и забрать Чонгука себе, присвоить его без остатка. После смерти Чонгука внутри образовалась некая пустота. Как будто сквозная дыра в груди или в животе, не желающая зарастать. Демоническая часть из-за этого жутко бесилась. Тэхён осознавал, что своими собственными руками уничтожил в пылу ярости то, чем желал обладать. Может, именно из-за этого он так наслаждался смертью Хосока. Это купидон подстрекнул его на убийство Чонгука. Это из-за него Тэхён потерял своё неожиданно приобретённое сокровище. А теперь Чонгук снова есть. Стоит перед ним, такой горячий и живой. Находится прямо в его руках, податливый настолько, что удержаться просто невозможно. Тэхён не собирается вновь его упустить.- Я хочу, чтобы ты показал мне свой ангельский лик, - едва слышно отвечает Чонгук, дрожа от ласки в его руках.Он тоже вспоминает тот злополучный вечер, после которого всё покатилось к чертям в прямом и переносном смысле. Чонгук чувствует возродившееся из пепла притяжение. Чувствует, как всю его суть вновь тянет к Тэхёну. Как по телу пробегают волны удовольствия лишь из-за того, что Тэхён прикасается к нему. Хочется раствориться в чужих объятиях. Хочется принадлежать без остатка. Но воспоминания о том, чем закончился тот злополучный вечер, никуда не исчезли. Помнит Чонгук и о том, что перед ним демон. Бездушный, злобный, алчный, похотливый демон. С ним Чонгуку не справиться. Слишком велико влияние тёмной сущности. Ангельская сущность Тэхёна, забитая в самый угол - материя светлая, лёгкая, нежная. С ней никаких проблем быть не должно. Именно поэтому Чонгук попросил демона ангельский лик. Нужно, чтобы демон оказался заперт внутри полукровки и его общего сознания. Нужно отвлечь его внимание. Тот способ решения проблемы, что пришёл в голову Чонгуку, с демоном не сработает, но ангел... Доверчивый, тёплый, родной ангел. Да, именно с ним всё должно получиться.- Странное желание. Но не неисполнимое, - усмехается демон.Он явно предчувствует скорую победу. Гордыня никого не доводит до добра. С волнением в груди Чонгук наблюдает за тем, как чернота покидает глаза Тэхёна, обнажая ярко-голубой льдистый цвет. Мгновение, и внутри замёрзших озёр с прозрачной водой, на которые стали похожи глаза полукровки, начинают сверкать и искриться белые и золотые всполохи, молниями прошивающие радужку. Вскоре взгляд ангела начинает проясняться, наполняться осознанием, и тут же Чонгука окутывает волной удивления, благоговения, едкой вины и тянущей тоскливой боли. Встряхнув головой, откинув со лба белокурую чёлку, Тэхён осматривает Чонгука, стоящего перед ним посреди покрытой пеплом адской равнины, и неуверенно ломано улыбается.- Чонгукки, - шепчет он и протягивает к нему дрогнувшие руки.«Мой Тэхён. Мой ангел. Тот, кому я отдал свою душу, своё сердце и свою любовь в ту проклятую ночь», - с такой же тоскливой тянущей болью осознаёт Чон.Только сейчас он осознаёт, насколько его задумка чудовищна. Тэхён был заперт так долго. Тэхён мечтал о крыльях так сильно. Чонгук помнит, как много сочувствия, жалости и горькой нежности затопило его в тот момент, когда ангел показал ему рубцы на спине, оставшиеся после того, как ему вырвали крылья. Он ведь душу ему отдавал именно ради того, что Тэхён вновь обрёл способность летать. И что в итоге? Сейчас, когда Тэхён доверчиво тянется к нему, снедаемый виной за то, что нарушил своё слово, предал и убил так жестоко, причинив огромную боль, Чонгук сжимает в руках рукоять невидимого ножа из той людской поговорки, прикидывая, как бы получше всадить лезвие в доверчиво подставленную ему спину. Он сам себе омерзителен в этот момент. Вновь просыпается желание сбежать, спрятаться, просто забыть обо всём, но он не может. Приказ Сокджина набатом гудит в голове, и Чонгук делает первый шаг вперёд.- Прости меня, Тэхён-а, - шепчет он с горькой улыбкой. - Прости, если сможешь. Прости...- Чонгук? Что ты собираешься...Договорить ангел не успевает. Чонгук резко подаётся вперёд и прижимается к его губам в поцелуе, крепко обнимая за плечи. Тэхён замирает на мгновение, смотря на него широко распахнутыми глазами, но вскоре отмирает и первым углубляет поцелуй, расслабляясь в его руках и нежась теплом того, кого когда-то выбрал своим человеком. Крепко обняв его, Чонгук наслаждается поцелуем с любимым ангелом ещё несколько секунд, а после решается. В эту самую минуту он осознаёт, что ему необходимо делать. Знания Сокджина просыпаются в его крови, но вспышку ярости и ненависти к погибшему ангелу, вырвавшему Тэхёну крылья, приходится подавить. Зажмурившись, Чонгук скользит ладонями с плеч Тэхёна на его бока, а после на спину. Пальцы подбираются к крыльям и крепко обхватывают их у основания. Тэхён дёргается, распахивает закрытые до этого глаза и дёргается в сторону. Льдисто-голубая радужка начинает наполняться чернотой, но выбраться демон не успевает. Доля секунды, и тишину равнины разрывает нечеловеческий оглушающий рык, от которого у любого застыла бы кровь в жилах.- Ах ты маленький паршивый...Демон завладевает оболочкой, но не успевает ничего сделать. Не успевает защититься, уничтожить, оттолкнуть. Не успевает даже договорить. Безвольное тело оседает на землю, поднимая вокруг клубы пыльного пепла. Какое-то время демон дёргается в диких конвульсиях, прожигая его яростным взглядом, полным боли и отчаяния, и ненависти, и желания разорвать на куски, а после глаза его закатываются, и сознание меркнет. Сквозь набежавшие на ресницы слёзы Чонгук видит заливающую спину демона кровь, смешивающуюся с текущей из ран золотистой жидкостью. Взглянув на вырванные тяжёлые крылья в своих руках, Чонгук едва подавляет приступ тошноты и отбрасывает их в сторону. Тут же чёрные перья вспыхивают алым пламенем и оседают на земле серебряным пеплом, который подхватывает и разносит по равнине воющий ветер, оплакивающий вновь павшего полукровку. - Прости меня, - шепчет Чонгук, утирая мокрые щёки, а после бережно и осторожно подхватывает безвольное тело полукровки на руки. - Прости меня, Тэхён. Я не хотел этого. Я не хотел, чтобы вот так...

-end flashback-

После этого запоминающегося во всех смыслах воссоединения Тэхён и оказался вновь запертым в клетке. Его крылья опять оказались уничтожены, но на этот раз не руками Создателя и не руками Сокджина, а руками его любимого Чонгука. Это приносило боль и печаль. Тэхён с радостью бы позабыл обо всём, но в этот раз никто не удосужился стереть ему память, из-за чего ангел прекрасно помнил обо всём, что успел натворить. Исследуя свою новую клетку, менее роскошную, чем прошлая, но более уютную, Тэхён осознал так же новую сущность Чонгука. Парень действительно оказался не ангелом, не демоном и не человеком, попавшим на Небеса. Сокджин воссоздал его душу на основе украденной ранее из неё частицы, но также вложил в неё часть своей души и материю, которую Создатель использовал для создания порталов между мирами. Причудливое переплетение разных нитей сделал Чонгука идеальным ключом для идеальной клетки. В Тэхёне тоже есть похожее переплетение нитей, ведь он является ключом от абстрактной клетки первородного Хаоса, но с экспериментом Сокджина всё намного сложнее и запутаннее. Тэхён чувствует связь между Чонгуком и клеткой. Что бы он ни делал, как бы ни пытался её разрушить, у него ничего не выйдет. Видимо, именно в этой клетке ему действительно суждено просидеть до скончания веков.Единственное, что по-настоящему радует ангела, это то, что после исчезновения крыльев его демоническая сущность вновь забилась в угол и перестала его тревожить. Тэхён на самом деле этому очень рад. Вспоминая всё, что произошло по вине тёмной части его сущности, Тэхён злился на себя, пусть и знал, что ни в чём не виноват. Удивительно, но после лишения столь желанных крыльев, едва приобретённых и тут же потерянных, ангел не испытал такой же ярости, какая рождалась в нём в прошлом. Вместо этого всё его внимание занимала новая природа Чонгука, нежные чувства к которому никуда не исчезли после всего случившегося. Вместо того, чтобы громить и крушить клетку изнутри, Тэхён тихо радуется тому, что всё так сложилось. Его сущность согревает осознание того факта, что теперь Чонгук всегда будет рядом с ним. Он не постареет и не умрёт. Он не сможет никуда уйти. Из-за самого существования Тэхёна и новой сущности Чонгука они связаны навеки, и ангела это более чем устраивает.- А то явился бы какой-нибудь очередной позабытый всеми божок вроде Хосока, и оставалось бы мне только локти в бессилии кусать, - сам себе едва слышно шепчет Тэхён, передёргивая плечами и поправляя статуэтку на каминной мраморной полке.И вздрагивает, ощущая крепкие объятия со спины. За своими размышлениями о прошлом, настоящем и будущем ангел не заметил, что Чонгук вернулся. Не заметил, что тот всё это время наблюдал за ним, считывая мысленные образы и эмоции, чтобы удостовериться, что демоническая кровь окончательно успокоилась. Впрочем, помимо этого Чонгуку просто нравилось наблюдать за своим ангелом, таким открытым и живым, не прячущимся от него за масками и барьерами. Вот только последние слова, такие нелепые и смешные, но наполненные странной нелогичной в них верой, побуждают его оборвать поток чужих размышлений. Именно поэтому он подходит к своему ангелу со спины и крепко обнимает его, опуская подбородок поверх плеча, как когда-то любил делать сам Тэхён.- Мне не нужен никто, кроме тебя, - шепчет Чонгук в чужое ухо и улыбается, когда Тэхён резко разворачивается в его объятиях, одаривая гневным, но явно смущённым взглядом. - Наверное, я стал принадлежать тебе даже раньше, чем ты сам выбрал меня. Я ведь и в любви тебе уже признался. Неужели не помнишь? Пусть у нас с тобой много чего произошло, и о многом я никогда не забуду, как и ты сам, со временем мы ведь сможем восстановить всё, что разрушили. Разве не так?- Так, - фыркает Тэхён и окидывает его явно собственническим взглядом, а после усмехается, и в глазах его вспыхивают золотые искры. - У тебя, Чон Чонгук, просто нет выбора. Ты - ключ к моей клетке. Мы теперь навеки вместе, и не могу сказать, что меня это расстраивает. Совсем наоборот. Ты - мой, Чонгук, - шепчет он в чужие губы и с удовольствием наблюдает за тем, как щёки младшего заливает румянец. - Но, как ты и сам прекрасно знаешь, в любви ты признался всё же не мне, а демону. И с учётом того, что после этот самый демон тебя убил, как я могу безоговорочно верить в твою любовь?- Именно потому, что убил меня демон, спящий сейчас внутри тебя, а не ты сам, я не понимаю твоих сомнений в искренности моих чувств. Ты был заперт внутри собственной оболочки и никак не мог помешать происходящему. Разве не это ты доказывал мне последние лет так семьдесят, мучаясь чувством вины? - быстро берёт себя в руки Чонгук.И тут же сдувается, притихая, когда Тэхён сгребает его в объятия и начинает поглаживать по спине с совершенно непередаваемым бессовестно-довольным выражением лица. Видимо, долгое пребывание демона на свободе оставило свой след на его личности, и именно поэтому Тэхён всё так же хитро и расчётливо им манипулирует. Не то чтобы Чонгук против, ведь это его любимый бескрылый ангел, прекрасно осознающий необходимые границы.- Восемьдесят пять, вообще-то, - недовольно поправляет Тэхён и притирается щекой к его виску, обнимая крепче.- Ах, ну да. Ведь ещё пятьдесят пять лет ты со мной не разговаривал, обижаясь на мою выходку.- Это была профилактика. Ты вырвал мои драгоценные крылья, Чон Чонгук!- Я вырвал их не тебе, а демону! Это, в каком-то роде, было необходимо для твоего же спасения. И кто бы говорил! Ты вырвал мне душу!- Её вырвал не я, а демон!Продолжая извечный спор и при этом едва не душа друг друга в крепких объятиях, Тэхён и Чонгук даже не замечают, что за ними наблюдают. Стоящий возле внешних прочных прутьев клетки Чимин с мягкой улыбкой наблюдает за тем, как Тэхён в итоге затыкает тут же покрасневшего до ушей Чонгука поцелуем, и незаметно отступает в сторону, скрываясь в молочном тумане, окружающем новый вечный дом полукровки. Тот всё ещё сохранил в себе способность выигрывать любой спор, но Чимин не может не замечать, с каким удовольствием Ким использует грязные методы, если дело касается его невинного не развращённого Чонгука. Явное остаточное воздействие тёмной половины его сущности. Впрочем, Пак так же знает, что Чонгук вовсе не против такого расклада, если дело касается его бесценного бескрылого ангела.«Как удивительно всё-таки всё сложилось. Кто бы мог подумать, Тэхён-а, что именно в клетке, из которой ты всегда мечтал вырваться, ты найдёшь своё истинное счастье», - думает Чимин и, в последний раз взглянув на замершую в объятиях друг друга пару, разворачивается и уходит.Ему и самому нужно поторопиться. Юнги уже так долго ждёт его на границе миров, что обязательно будет возмущаться. Придётся успокаивать его, а на это ангел совершенно не желает тратить время, ведь решил в кои-то веки вытащить ворчливого демона на свою сторону границы миров. Уж очень Чимину интересно проверить, отличаются ли чем-то поцелуи на Небесах от поцелуев в Аду.

|End|