Эпилог
К читателям
Это заключительная глава. Спасибо, что дошли до нее. Мне приятен каждый ваш комментарий и каждая ваша оценка.
Кстати, если кому-то нравятся пейринги Сириона и Снейджер, то предлагаю почитать мой новый фанфик "Два врага – одна любовь". Первая часть уже есть на фикбуке, завтра выставлю и здесь.
P.S. Фанфик о том, как Сириус и Северус почти одновременно влюбляются в Гермиону. Будет романтика и стекло.
*****
— Северус, мы свободны, как птицы в небесах! – объявил Люциус Малфой, не успев полностью выйти из камина.
— Поздравляю. – Снейп пожал руку Люциуса и пригласил того за стол. Следом за главой семейства вышли Нарцисса и Драко. Миссис Малфой сияла от счастья, а Драко недовольно хмурился, не желая разделять радость родителей.
Алан, до этого сидевший в кресле и читавший книгу, вскочил, встречая гостей.
— Драко, тебя не оправдали? Ты какой-то невеселый, – младший Снейп поддерживающе потрепал друга по плечу.
— А наш сын – гордая личность, – съязвила Нарцисса. – Ему, видите ли, не понравилось, что нам на защиту встал Гарри. Спасибо, что не высказал свои мысли вслух.
Драко с укором посмотрел на мать, и натянул улыбку в попытке развеять атмосферу.
— А у вас как все прошло? – поинтересовался Люциус.
— Как видишь, – Северус оглянулся на сына, – сидит дома, радуется жизни. – В его голосе прослеживались нотки укора, но внешних проявлений негодования Снейп себе не позволил.
— Папа убедил всех, что мне пришлось убидь Дамблдора, да и этот старик уже был одной ногой на том свете.
— Алан, – Снейп окинул сына предупреждающим взглядом и опять вернулся к разговору с Малфоями. – Да, я показал из воспоминаний Алана твое письмо. Также пришлось пригласить специалиста, который убедил суд в том, что у Алана была детская травма, которая повлияла на его поведение. – Северус немного сконфузился и опустил взгляд.
— Ой, ладно, сейчас же все хорошо. – Алан подошел к отцу и положил свою голову ему на плечо. — Спасибо тебе, – на ухо прошептал он и предложил гостям приступить к обеду.
Жизнь Снейпов потекла в обычном русле. Единственной непривычной вещью стали вечерние посиделки отца и сына у камина. Алан расспрашивал о свой маме, просил рассказать истории из детства отца, а Северус с радостью выполнял отеческий долг.
— Эстель Блэк была необычной девушкой. Да, у нее не получилось влюбить меня, но это была только моя вина. Она верно шла за Темным Лордом, но в ней не было той фанатичности, как у Беллатрикс. Эстель желала больше удовлетворить свои запросы, которые, по счастливой случайности, совпадали с желаниями Волан-де-морта. Ты, кстати, перенял эту черту. – Северус прервал рассказ и повернулся к сыну, тот улыбался и требовал продолжения. – она любила меня, постоянно ходила по пятам, желая добиться взаимности, но я был слеп.
— Почему ты не отдал меня в приют? – неожиданный вопрос Алана поставил Снейпа в тупик.
— Как бы я к тебе не относился, ты – мой сын, и даже тогда, я в глубине души любил тебя. У меня ни разу не промелькнула такая мысль.
Алан улыбнулся и налил себе бокал вина, подаренного Малфоями в честь оправдания и начала новой счастливой жизни. Северус понял, что какими бы хорошими теперь ни были их отношения, он не станет для сына непрекословным авторитетом. Алан вел себя при отце достаточно свободно, не стыдился своего нового пристрастия к алкоголю и маггловсим сигаретам.
Однажды младший Снейп решил наведаться на могилу той самой женщины, которая изрядно подпортила его жизнь. Годрикова впадина была почти заброшена, но поговаривали, что скоро сюда станут заселяться семьи волшебников, и отстроятся новые дома. Подойдя к могиле, Алан опустился на колени и устремил свой взгляд на надпись "Лили Поттер". Странно было осознавать, что эта девушка стала причиной сломанной судьбы двух поколений Снейпов, но злости уже не ощущалось. Алан вытер от пыли гранит и наколдовал венок из белых лилий.
— Я ведь чуть не убил Вашего сына, – прошептал он, возводя глаза к небу, будто напрямую обращаясь к Лили.
— Снейп? – сзади послышались чьи-то осторожные шаги. Алан поднялся и медленно повернулся. По голосу он уже узнал, кто это, но хотелось убедиться.
— Я...– Слова застряли в горле или их просто не было. Снейп стоял напротив Поттера, избегая прямого взгляда.
— Мне кажется, я могу тебя понять, я даже простил тебя, еще тогда, во дворе Хогвартса. – Гарри дружелюбно улыбнулся и подошел к могиле родителей. — А где твоя мама похоронена?
— Я не знаю, – обреченно ответил Алан. · Никто не знает. Хотя, может быть, знала Беллатрикс, но уже спросить нельзя. – Алан отвернулся и снова поднял глаза к небу. – Прости меня, Гарри. Ты – настоящий герой, я рад, что учился с тобой.
Снейп тихо ушел, только венок на могиле напоминал о его пребывании. Гарри знал, что Алан всегда был на их стороне, но внутренний его демон-бунтарь выбрал иной путь, за это не стоит винить, скорее всего, младший Снейп будет таким же закрытым, как его отец. Он не принесет глобальный вред, а будет портить жизнь только избранным.
Гермиона Грейнджер улыбнулась яркому солнцу. Сегодня был самый счастливый день: вчера она вернула родителям память, и теперь наступило новое мирное время. Неспешно одевшись, Гермиона вышла на порог, чтобы вновь вдохнуть запах родной улицы. Когда Грейнджер открыла дверь, она чуть не запнулась об огромный букет разнообразных цветов. Все они были дикими, но безумно красивыми. Многие она даже не видела раньше. Возле букета лежала записка, Гермиона подняла ее и быстро развернула.
"Дорогая мисс Грейнджер. Гермиона. Я знаю, что ты никогда не захочешь слушать меня, поэтому решил прислать эту записку вместе с букетом. Ты мне очень нравишься, я всегда считал тебя умной, красивой, неповторимой девушкой. Каждый твой локон остался в моей памяти навсегда. Есть вероятность, что мы еще увидимся, ведь мир так мал, но сделай вид, что этой записки и всех признаний не было. Я должен был излить свою душу, иначе жалел бы всю жизнь. А.С. Снейп"
Гермиона не могла уложить все происходящее в голове. Алан признался ей в любви. Ей! Грязнокровке! Подруге Поттера! Видимо, она еще не выспалась. Забрав все-таки букет и спрятав записку в карман, Гермиона вернулась в дом. Конечно, где-то в глубине души, как и любой девушке, ей было приятно внимание со стороны противоположного пола, но Грейнджер не собиралась всерьез рассматривать его кандидатуру – у нее был парень, которого она любит, и с которым будет счастлива.
Через полтора года, с подачки Люциуса, Алан женился на одной из сестер Кэрроу. Ни одна из них не была такой красивой и умной, как Грейнджер, но зато его жена не требовала порядка в доме, и Алан наслаждался свободой. Он открыл свою лавку в Лютом переулке, где продавал ядовитые травы и зелья. Сейверус закрывал глаза на увлечения сына темными искусствами, так как сам когда-то упустил его воспитание.
Не смотря на проигрышный на первый взгляд бизнес, младший Снейп смог заработать неплохие деньги, получив постоянных обеспеченных клиентов. Слух о прекрасном молодом зельеваре разнесся даже за границу, заказов становилось больше и больше. Молодые Снейпы не бедствовали.
Одним осенним днем Алан вернулся домой и нашел свою жену, сидящую с прямой спиной на диване, сложив руки на коленях. Он подошел к ней и приобнял за плечи.
— Я беременна, – объявила она.
Алан улыбнулся и подхватил жену на руки.
— Я люблю тебя, моя хорошая. – Снейп закрутил ее по комнате. – Я люблю тебя и буду любить нашего ребенка. Он будет самым счастливым на свете, я все сделаю для этого. Обещаю.