искра

Утро проходило как обычно, за исключением мыслей нашей героини.
То, что произошло вчера её явно обеспокоило и не на шутку. Машины мысли пожирали её саму, потихоньку, въедаясь в кожу и кости. Эта причина не давала спать девочке, проспала она всего лишь 2 часа. Глаза пытались не сомкнуться. Белые белки покрылись красными сосудами, под глазами образовались синиватые синяки. Солёные капли из слизистой стекались на шею, по белой коже Лебедевой. Слёзы капали на мятную ночнушку в мелкий горошек.
Сидя на кровати, облокотившись об стену, Маша никак не могла понять, что не так? Она слишком близко принимала всё к сердцу. Не подумав, что это может быть всего лишь шуткой.
Девочка всё так же сидела на кровати, сжав в свои маленькие кулачки мятую простынь.
Ребят разбудили ранние утренние песни птиц.

-ты чего? -подходя к кровати Маши Анастасийка положила свою ладошку на хрупкое плечо подруги.

-ничего.-всё так же как и раньше Маша втыкала в одну точку.

-ну скажи, я смогу помочь? -Настя была обеспокоена своей подругой, хотела помочь, но та лишь цикнула и отвернулась.

Сергушина не стала настаивать и побежала собираться на завтрак.
Маша всё так же сидела, как будто и не думала переодеваться.
Спустя минут пять девочке пришлось выйти из своих утопий раздумий.
Одевшись в своё белое как облако платье, Лебедева побежала в столовую, в надежде, что с ее другом всё хорошо.
Зайдя в помещение она сразу же заметила Лёву. Весь напионерился. Что это с ним? Особого внимания этому Маша не предала, ведь волновал её совсем другой вопрос.

Подбежав к столику, где сидел мальчик со своими ребятами с корпуса, она спросила:

-Лёв,всё хорошо? -Маша была явно озадачена.

-ну да. А почему должно быть плохо? -с заинтересованной мимикой ответил Хлопов.

-ну вчера... ты не помнил, как мы разговаривали с тобой вечером, после того, как ты заснул. -запинаясь выдала она.

-не понимаю о чём ты. Наверное, забыл. -Лёва всё так же не помнил, наверное и вправду забыл.

Неожиданно для мальчишки Маша накинулась на него с объятиями, ведь она так сильно переживала за него.

Бам.
Вся столовая обернулась в сторону двух друзей. Лёва оттолкнул бедную Марию. Причина этого непонятна. Маша осознавала что сейчас произошло, она лежит облокотившись на локти и с непониманием смотрит на Лёву, серьёзного, как никогда. Мурашки пробежали от его не живого лица. Вдруг, белокурая почувствовала гнев, который расползается по всему телу, доходя до мозга. Оттолкнувшись руками об пол, она встала. Столкнувшись лицом к лицу, Хлопов и Маша смотрели друг на друга кто как. Девочка с неким гневом и вопросами. А юноша с серьёзной и ядовитой физиономией.
Бах.
Раздался еще один хлопок. На этот раз доминировала Маша. Красный отпечаток ладони на лице Лёвы. Он мышенально приложил руку к щеке. Девочка отходила от Хлопова дальше и дальше. Слёзы накатывались и сползали по лицу и шее. В шоке от происходящего Маша убежала. Бежала она как могла, со всех ног. куда? Она сама не знает. Куда только глаза глядят.
Солёные капли падали на сухую почву, будто вот вот из этих слезинок прорастёт расток, который превратится в изящный и великолепный цветок.
Сзади. Кто то сзади. Неосознанно Маша обернулась. Лёва. Он догнал её? Но как? Если он был в столовой и даже не думал бежать за ней, а тут раз, и он уже в трёх шагах от девочки.

-ты совсем, Рия? -Рия? Её так еще никто не называл, даже Лёва, но что на него повлияло, что он решил дать мне такое прозвище.

Холодная рука взяла запястье Маши. Будто труп коснулся её руки, а не Хлопов. Он сжимал запястье, с каждым разом всё сильнее и больнее. Визг пронзился в перепонки мальчика. Неосознанно он отдёрнул от себя Лебедеву. Ей было так больно, больно физически, морально, от того, что всё это произошло. От того, что ей сделал больно он, ее родной и добрый друг, но где он сейчас? Вместо него холоднокровный, ядовитый, злой и невыносимый мальчик. От Лёвы осталось только имя. Даже внешность поменялась, мимика, глаза. Они стали более глубже, вот вот утонешь в них, умрёшь.

-конец тебе, Рия. -новое прозвище пронзало девочку. С каждый словом ей становилось всё противнее и противнее от юноши.
Как можно было так поменяться всего лишь за одну ночь? Это как так надо постараться?
голубые очи потеряли искру, которая была между мальчиком и юной художницей. С каждой минутой её рассудок мутнеет.
Отвернувшись от "собеседника" Маша ушла на требуны, единственное,чтт могло её хоть как то успокоить, так это рисование. Как всегда.
Открывая свою тетрадь и взяв карандаш в руки, Лебедева начала выводить линии. С каждой линией капля её слёз стекала на гладкую бумагу,от чего она становилась мокрой. Боль пропитывала девочку. Боль, обида, гнев, непонимание, слёзы. Всё это впитывал в себя рисунок. Да и сама Маша. Ей хотелось закричать, так сильно, чтобы её услышали все, чтобы поняли, что она чувствует сейчас, чтобы прочувствовали тоже самое, что и она. Левая рука девочки болела от причиненной Лёвой боли. От покраснений на запястье не осталось ничего, остались лишь синяки. Пока что они были зелённо-голубые. Но вскоре должны были превратиться в фиолетовые, синие. Ведь Хлопов сжал руку Маши настолько сильно, что у нее поткосились ноги, казалось, что вот вот она потеряет сознание.
Но физическая боль девочку не пугала, лишь моральная.
Что будет дальше? Не хотелось знать.

Рия... Рия...

Небо покрылось звёздами, девочка всё никак не хотела идти в корпус. Она поменяла локацию и уселась на скамейке около фонтана. Утопая в раздумьях сзади подошел мальчишка. Это был Логунов.

-ты как?. -вопрос был твёрдым.

-никак.-Маша и вправду себя так чувствовала , даже хуже. Намного хуже.

Не зная что и ответить, Валера сел рядом, тоже думал о чём то, смотрел на ультрамориновое небо . Наше присутствие дополняло друг друга, было комфортно. Каждый думал о своём, погружаясь в раздумья.

-чего расселись, в корпус давно пора. -это был Игорь Саныч, вожатый отряда.

Молча, мы с Валеркой отправились по комнатам. Маша шла не спеша, на что она надеялась? На то, что, возможно сейчас подойдет Лёва и скажет, что всё это было шуткой и извиниться? -нет.
Она надеялась лишь на то, чтобы Лёва стал прежним, потому что, это была явно не шутка. С ним что то стряслось.

Ночью Лебедева всё так же не могла заснуть. Утыкаясь в одну точку её веки начали слипаться, глаза полностью сомкнулись.

нет, её не надо. Не надо будить. Пусть спит.
Но я хочу отомстить ей, показать, кто здесь главный, и пусть, это будет таким способом.
Но я не могу... Я же.. Она же нравилась мн... ЗАТКНИСЬ! никто не может тебе нравится, делай дело. Делай, как приказали и как надо.

Что то слизкое прошлось по запястью Лебедевой, её голубые глаза открылись. Резко.
Не понимая, что происходит она увидела Хлопова, склонившись на корточках над её рукой он пил кровь. Стоп. Пил, что?
КРОВЬ.
самое ужасное было то, что Маше было приятно, что из неё буквально высасывают её же кровь. Но, она смогла. Смогла сопротивиться, отдернув руку девочка вскочила. Она хотела спросить, что он делает? Что это? Это всё сон?.
Но её взор отвлекся на руку.
Машины вены сверкали. Что это?
Кровь, которую пил Лёва из руки покрылась золотом. Чем то ярким. Оба смотрели на запястье девочки. Что это за явление и что это значит? Вопросы пролетели в головах двух бывших друзей.

Заснула, она заснула. Неужели, эта девка "искра"

(Позже узнаете, что это значит, если что, это дело чисто моей фантазии)

Голова девочки пульсировала. Она повернулась и осмотрелась назад. Лёвы не было. Наверное это был просто сон, странный до жути. (Это не сон).

Продолжение следует....