Букет из лилий

Каждый день был наполнен тренировками и чем-то новым. Лига Неоэгоистов была очень интересным и необычным опытом, всё таки некаждый день есть возможность сыграть матч в одной команде и против лучших европейских лиг. Но было бы странно, если бы всё шло так легко и просто...

Рин сидел на полу в комнате в потёмках с огромным телевизором. Тёмно-зелёные волосы были взлохмачены и падали на лоб, скрывая половину лица, синяя пижама чуть смялась, а колени поджаты к груди. Два бирюзовых острых глаза впились в огромную плазму. На экране циклично показывались матчи Бастардов с другими командами. Крупным планом всегда был Йоичи. Его прекрасные синие волосы, которые, на вид, казались пушистыми и мягкими, липли к вискам и лбу от пота. Его чудесные синие глаза, в которых всегда горел огонь дерзости и мягкости. Его ослепительная улыбка, которая казалась чем-то идеальным. Да что уж тут говорить? Исаги — восьмое чудо света.

Но... эта поганая синяя немецкая роза со своим верным псом... действовали на мозг и сердце. Казалось бы, случайное касание или случайный взгляд во время игры, но почему это выглядит так провакационно? Нет, это неслучайно. Этот ебучий Кайзер явно положил свой подлый глаз на Йоичи. А что он вытворяет после матчей... У Рина сердце разрывается. В прямом смысле. Михаэль без созрения совести трогал Исаги за лицо, руки, плечи, талию... Да ему даже было плевать, что синеволосый отталкивает его. Как будто этот немец — какой-то мазохист с явными отклонениями в развитии.

А Итоши младший ничего не может с этим сделать, ведь они в разных корпусах и им запретили строго настрого бродить по корпусам других команд. Да даже если бы и можно было, то что бы он сказал? "Отвали от Исаги. Ему не нравится"..? А дальше что? Эта немецкая гиена явно просто так не отстанет. И это ранило больнее всего.

Как же больно наблюдать за тем, как Кайзер просто пользуется "природной" добротой Йоичи... Рин почувствовал, как что-то встало поперёк горла, перекрывая дыхательные пути. Он схватился за горло и, скрючившись, разразился кашлем, пытаясь сделать вдох. Свободной рукой он закрыл рот, чтобы не дай Бог не запачкать что-нибудь своей кровью и чтобы заглушить хриплый и сухой кашель.

Итоши был так сильно увлечён своей бедой, что даже не услышал, как механическая дверь открылась и кто-то зашёл. Внезапно Рин почувствовал, как кто-то начал хлопать его по спине, явно помогая ему прокашляться. Итоши вздрогнул от неожиданности и сразу же выплнюнул в свою ладонь пару окровавленных лепестков, но сразу же сжал руку в кулак, чтобы вошедший не увидел. Он повернулся, чтобы узнать, кто посреди ночи решил зайти в комнату для просмотров матчей, однако сразу услышал этот наглый голос, полный усмешки:

— Эй, Ринчик, чё это ты не спишь? Ещё и кашляешь тут... — проговорил Шидо, чьи блондинистые волосы были приглажены назад, но некоторые прядки всё равно наровили упасть на лоб. Его взгляд пал на телевизор, на котором сейчас стояла пауза на моменте, где Кайзер перекинул свою руку за шеей Исаги и свесил её с его плеча, а Йоичи в недовольстве и явной неприязни морщит нос. Рюсей уселся рядом и игриво пихнул Рина плечом, спрашивая, — Опять смотришь матчи немцев? Неужто так сильно хочешь уничтожить Йоичи?

Рин невольно напрягся и с трудом проглотил вновь подступивший к горлу кашель. Да, у окружающих выстроилось впечатление, что он с Исаги соперники. Отчасти, так и есть. Но такое странное явление, как любовь никто не отменял. Итоши чуть поёжился и ответил:

— Тебе-то какая разница, таракан? Что ты вообще тут забыл?

Шидо театрально всплеснул руками и с напускным возмущением проговорил:

— Эх, Рин-Рин, а я так надеялся, что хотя бы "спасибо" от тебя услышу, — Рюсей усмехнулся и спокойно добавил, — И в каком смысле, что я тут забыл? Это как бы мой корпус тоже.

Итоши нахмурился и пробубнел, стиснув кулак с кровью и лепестками и сунув руку в карман пижамы:

— Хорош уже играть в дурака. Ты прекрасно понял в каком я смысле. Или ты настолько глуп, что даже этого понять не смог?.. Почему ты не спишь?

Рюсей ухмыльнулся, сложил ноги, садясь по-турецки и положив руки на колени, а затем ответил:

— Ну-у, я ходил отлить, — Рин глубоко вздохнул, уже жалея о том, что спросил, — вот и услышал шумок какой-то. Кстати говоря, непервый раз уже слышал. Но мне было так лень, а, как оказалось, что это ты тут по ночам сидишь и глядишь матчи.

Итоши фыркнул, закатив глаза, а на шеках выступил едва заметный румянец, но его не было видно в полутьме комнаты. Сердце невольно ускорило свой ритм, а мысли вновь и вновь заполнялись Исаги, отдавая теплом и болью в грудь. Шидо хмыкнул, опёрся руками на пол за спиной, чуть откидываясь назад, и со своей фирменной лукавой улыбкой спросил, чуть склонив голову к плечу:

— Ну так, ресничка, дождусь ли я твоего скромного "спасибочки, Рюсей"?

Рин поджал губы, желая кинуть что-то колкое в ответ, но если посмотреть с другой стороны... Шидо действительно помог ему справиться с удушьем. Итоши отвернулся и тихо пробубнил:

— Спасибо...

Рюсей удивился. Неужели из Рина возможно вытянуть слова благодарности? Ещё и так быстро... Светловолосый ухмыльнулся и прокомментировал:

— Ого-о, Ринчик, приятно удивляешь... Скажешь ещё разочек?

Итоши резко обернулся, хмуря брови, и ответил:

— Иди нахуй. Одного раза достаточно. Больше не услышишь.

Шидо рассмеялся, но негромко, как это бывает обычно. Неужели беспокоится о спящих в соседних комнатах? Да ну, бред. Успокоившись, он уселся поудобней и заговорил, указывая пальцем на экран телевизора:

— Тебя тоже этот немец бесит? Два хвоста отрастил и думает, что крутой тут самый.

Итоши слегка напрягся и взглянул, на кого показывал товарищ по команде. Шидо показывал, как ни странно, на Кайзера. Удивительно, мысли Рюсея и Рина совпадают, но отличия всё же есть: у светловолосого просто неприязнь, а вот у зелёноволосого — полноценная ненависть. Но у младшего есть вопрос поинтересней.

— Неужели ты записи матчей смотришь? Думал, тебе плевать.

Шидо усмехнулся и ответил, пожав плечами:

— Вцелом, ты прав. Мне до фени, но всё же иногда нужно знать, против кого будешь играть в следующий раз.

Рин кивнул в знак понимания и вновь устремил свой взгляд в экран. На Йоичи. Уже завтра матч против немецкого Бастарда... Там будет Исаги. Наконец, не в экране телевизора, а на яву.

— Ой, ладно, пойду я спать, — заявил внезапно после образовавшийся тишины Шидр, вставая, — Ты тоже иди проспись, номер один. А то, как ты собрался немецкую розу топтать?

Рюсей усмехнулся и покинул комнату. Рин обернулся, словно проверял, действительно ли тот ушёл, а затем посмотрел на свою руку, в которой всё это время были смяты лепестки лилии, а кровь уже слегка подсохла. Он разжал кулак и посмотрел на свою ладонь, прошептав:

— Исаги...

***

— Кайзер слишком много себе позволяет.

— Полностью согласен с Хиори! — отозвался Курона, подняв руку, как будто хотел, чтобы на него обратили внимание, — А его собачка так и тяфкает без умолку!

Хиори кивнул в знак согласия, а затем повернул голову, посмотрев на Исаги, лежащего на своей кровати с какой-то глупой, но искренней улыбкой. Склонив голову к плечу Йо поинтересовался, мягко улыбаясь:

— Ты чего-то притих, Йоичи, хотя, обычно, самым первым начинаешь гнать на Кайзера. Ещё счастливый такой, как будто пожизненную лотерею выиграл.

— Точно-точно! — подтвердил Ранзе.

Исаги наконец выпал из своих мыслей и мечт. На его щеках выступил лёгкий румянец, а сам он уселся на кровати, чуть растрепав свои волосы, и ответил:

— Ничего я не притих, просто задумался. А Кайзер... клоун чистой воды, я уже устал его говном поливать.

Хиори хмыкнул, улёгся набок на своей кровати и проговорил:

— Ну, это понятно. А радостный-то чего такой? Колись давай.

Курона, соглашаясь, закивал, уставившись на своего синеволосого товарища. Исаги понял, что просто так он не отвертится от своих друзей. Он потёр шею, стараясь скрыть лёгкий румянец на щеках, и промямлил:

— Ну... просто я рад, что вновь смогу увидеть и сыграть с Рином... Давно его не видел...

— Соскучился, Йоичи!! — воскликнул Курона с широкой улыбкой, обнажая свои острые зубки.

Исаги залился краской ещё сильнее, если это вообще было ещё возможно. Ранзе прав. Йоичи очень сильно соскучился за Рином. Он каждый раз смотрел записи матчей французского ПХГ и смотрел только на Итоши... Младший всегда сиял, хотя синеволосый замечал, как тело Рина истощается, а сам он выглядит уже совсем не так, как в их первую встречу. Младший заметно исхудал и побледнел, хотя, возможно, это никто и не заметил, но Исаги... Он слишком хорошо запомнил Итоши. Зелёноволосый грел душу старшего и заставлял его сердце ускорять свой ритм. Йоичи понимал, что неравнодушен к Рину и это явно что-то больше, чем соперничество и восхищение... Что-то светлое, мягкое и необъятное... Кажется, именно так и выглядит любовь.

— Ты глянь, Йоичи и впрямь, как раскрытая книга, — хихикнул Хиори, прошептав Куроне.

— Ага, опять в облаках витает, — подтвердил Ранзе, кивнув.

— Йоичи, спокойной ночи, — намеренно громче сказал Йо.

Исаги чуть дёрнулся, вылетая из своих мыслей, а затем улёгся на кровать, отвечая:

— Доброй ночи, парни.

Курона с Хиори обменялись короткими смешками и тоже улеглись.

Йоичи прикрыл глаза. Голова всё ещё полна Рином, но это действовало, как успокоительное или снотворное.

Уже завтра парни встретятся и наконец увидят друг друга.