глава 15. без театра.
Мы так и заснули на этом диване.
Выглядело это конечно забавно - как два обессиленных котенка. Но внутри что-то встало на место.
Открыв глаза, я поняла что русоволосый еще спит. Оно и к лучшему, успею сходить в магазин и купить чего-то на завтрак, а то у Вани мышь в холодильнике повесилась. да и самой есть охота.
Решила что ничего теплее и добрее блинов в это утро не придумать, тем более в голове всплыл мамин рецепт. Я быстро заварила чайник с чаем и принялась выпекать.
Спустя какое-то время тишины, на кухню буквально вбежал сонный Ваня:
— Ты тут - это было не вопросом, а облегчением.
— Я тут - хохотнула я
— я, честно, уже успел подумать что мне все это приснилось - ответи он, потирая виски
— так, окей - выдохнула я
— зайди через десять минут - попросила я. не люблю когда мне говорят под руку когда я готовлю.
Парень бесцеремонно ушел в комнату.
***
— очень вкусно - вдруг произнес он.
Его глаза буквально горели от вкуса теплой, домашней еды
— Я соскучился по твоей еде. до сих помню твою пасту и куриный бульон. Ты.. будешь еще готовить? - с сомнениями спросил тот
— Буду, куда я теперь денусь - спокойно произнесла я
— Ну вот и мама отдохнет.
кстати о его маме. она до сих пор ни разу не видела меня вживую, а из вчерашнего разговора я узнала что она даже не в курсе о нашем расставании и уверенна, что все это время мы были в любви и счастье. это и к лучшему.
————
— Только Вань.. - настороженно произнесла я за столом
— надо быть честными. сначала перед собой, а потом перед другими.
Он насторожился.
— Кому именно ты сейчас намекаешь?
— Ну, например, моей маме. ты же помнишь, как она тебя «очень тепло» приняла в прошлый раз?
— если ты про «если ещё раз увижу этого мальчика у тебя дома - лично вызову полицию?», то помню - затих он
— Именно - усмехнулась я
— Придётся объяснять. Что он не просто «этот мальчик», что он теперь снова часть моей жизни.
Кажется эти слова обрадовали русого, ведь на его лице появилась слабая, но жизнерадостная улыбка
— А Соня? - спросил он уже тише
— Она ведь до сих пор думает, что всё кончено. И что ты ещё на стадии «хочу всех забыть и начать жить заново»
— ну, технически я так и делаю - сказала я.
— только не совсем так, как она думала.
———————
после еды я аккуратно составляла посуду в посудомойку, в то время как Бессмертных ушел в душ.
как вдруг, когда я уже была готова уходить с кухни, почувствовала его присутствие сзади себя.
Я чуть отстранилась, чтобы взглянуть ему в лицо. Он смотрел внимательно, будто пытался понять, правда ли всё это.
— Можно? - тихо спросил он.
Я не ответила словами, а просто поднялась на носки и коснулась его губ. Осторожно, мягко, как будто впервые. Он ответил сразу - не резко, не с нажимом, а будто с облегчением. Как будто ждал этого давно, но боялся попросить.
Поцелуй был долгим, без спешки. Его пальцы скользнули по моей щеке, потом зарылись в волосы. Я обняла его за шею, прижавшись ближе. И не было страха, только тёплая дрожь и что-то трепетное и родное внутри.
Когда мы отстранились, я только улыбнулась. Он провёл большим пальцем по моей щеке, будто проверяя, не сон ли это.
— с этого и начнём - тихо сказала я, а тот еще раз поцеловал меня в нос
______________________
Соня...
Соня всё это время была рядом. После больницы она почти не спрашивала. Просто была, как якорь, как память, как рука на плече, когда мне было плохо. И я понятия не имела, как сказать ей, что я снова с ним. Что он, тот самый, из-за которого мне было хуже всего, снова сидит рядом со мной по утрам и ест мои блины, как будто ничего не было.
Но и молчать я тоже не хотела
***
Позже в тот день, мы с Ваней всё-таки поехали к моим родителям. Он волновался, я тоже, но старалась не показывать. Мама открыла дверь и сразу напряглась. Отец выглянул из кухни и сжал губы.
— Мы поговорим? - спокойно сказала я, прежде чем мама успела сказать что-нибудь колкое.
Мы сидели на кухне, и я впервые за долгое время говорила вслух всё, что прятала внутри. Про боль, про срыв, про одиночество, про то как всё было сложно. И про то, как, несмотря ни на что, я снова хочу попробовать. Потому что иначе просто не получается.
— Мы не просим благословения - сказала я, глядя на них.
— Но прошу: не ставьте между нами стену.
Мама молчала, сжав руки. Отец вздохнул.
— Ты взрослая - наконец произнес он. — Мы не обязаны понимать, но обязаны уважать тебя и твой выбор.
— Я этого не понимаю, но это твоя жизнь. И я привыкну и приму это в скором времени. Только пообещай, что не будешь снова молчать, если станет плохо. - сухо сказала мама
Я кивнула.
Папа подошел и положил руку мне на плечо:
— Главное, чтобы ты счастливо проживала свою жизнь.
Родители обратились в Ване:
— И ты, Ваня, не переживай. Полинин выбор мы примем, примем и тебя. Для этого просто нужно время.
Ваня тоже кивнул.
***
Позже я встретилась с Соней. Мы сидели на лавке у студии.
— Рассказывай. Никогда не поверю, что ты позвала просто так посидеть на скамейке - сказала она вдруг.
— Ни черта не понимаю, что происходит. Ты ведь не просто так вчера исчезла?
Я сглотнула.
— Я была у Вани.
Она повернула голову, её лицо стало серьёзным.
— У него?
— Да. Я... мы снова вместе - я смотрела ей в глаза пытаясь вымолить прощение.
Она ничего не говорила. минуту, две, потом кивнула.
— Ладно - она сделала паузу.
— Я не одобряю, но я и не судья. Просто знай, если он снова сделает тебе больно - я уже не останусь в стороне, он получит объективом за всё хорошее.
Я выдохнула, засмеялась.
— Спасибо.
— Не за что. Мы же команда, даже если у тебя странные вкусы в парнях.
———————
В тот вечер я вернулась домой и написала короткое сообщение Ване:
— Всё улажено, почти. Теперь мы не тайна.
Он ответил быстро:
— Я люблю тебя.
И я впервые за долгое время я светилась от счастья, глядя в экран телефона.