Хён, пожалуйста, возьми меня!

После ухода Тэхена из кафе Чонгук остается стоять с раскрытым ртом и выпученными глазами. Когда он возвращается к столу, к ним подходит новый менеджер отца. Чонгук видел его пару раз мельком, замечал, как тот общается с отцом, однако лично с ним знаком не был.
– Чонгук, верно? – Кихен тепло улыбается. Узнать альфу труда не составило. У них с отцом есть схожие черты. Бета протягивает младшему ключи. – Господин Мин просил передать их тебе. Попросил отогнать машину домой.
– А где он сам? – молодой альфа хмурится, забирая ключи у менеджера.
– Он уехал пару минут назад.
Кихен уходит, снова оставляя Гука в полном недоумении. Какого черта тут происходит?
Домой этим вечером альфа возвращается крайне задумчивым. Все произошедшее сегодня похоже на плохо поставленный спектакль, где и сценарист был так себе, и актеры хреновые. Какого черта от отца-альфы сегодня пахло папой-омегой? Они снова решили сойтись? И как тогда объяснить тот шлейф отцовского феромона, что он уловил на Тэхене, когда тот поспешил уехать? Что-то здесь было совсем не так. И пьяная тушка отца, которую молодой альфа случайно обнаружил ночью в гостиной, когда спустился попить воды, только подкрепила уверенности. Завтра он обязательно допытается до Тэхена, чтоб все разузнать.
Вот только в университете на следующий день омега не появляется. Уже вечером Чон пытается дозвониться до друга, но в ответ только нескончаемые гудки, а потом "абонент временно недоступен"...
На следующий день история повторяется. Все альфы в их компании уже начинают нервничать, не зная, что думать.
– Может, у него течка началась? – Джексон почесывает затылок.
– За пару дней до течки его аромат усиливается. А такого не было, – на корню отрезает эту теорию Чонгук. Он единственный среди всех, кто сумел в последнюю их встречу обмолвиться парой слов с Тэхеном перед тем, как тот ушел.
– А что там с его папой? Кажется, он говорил, что ему нужно было срочно уехать из-за папы. Может, с ним случилось что? – Чжухон нервно стучит ногой.
– Я заеду к нему после пар, узнаю, – Чонгук пинает какой-то камушек.
После занятий он действительно едет домой к Киму, вот только дальше порога его не пускают.
– Тэхена сейчас нет дома, он на занятиях, – омега в возрасте тепло улыбается. Чонгук осматривает его внимательным, изучающим взглядом.
– Вы... потрясающе выглядите, – чуть заикаясь произносит альфа, вызывая смущенный румянец на щеках Джисона.
– Ох, спасибо, дорогой.
– А как Ваше здоровье? Тэхен зачастую переживает за Вас.
– Правда? Какой же у меня славный сынок, – омега прижимает к груди обе руки. – В последнее время я чувствую себя великолепно. Ни на что пожаловаться не могу.
– Я очень рад, – Гук чуть кланяется. – А Тэхен не сказал, когда вернется?
– К сожалению, нет. Сказал только, что у него много домашней работы накопилось.
Домой альфа приезжает еще более угнетенным, чем днем ранее. Какого черта? В универе не появляется, на звонки не отвечает, папе своему врет, что на занятия ходит, а самого там не бывает. Так где же его черти носят? Что-то тут не чисто. И единственным, кто может поведать обо всем случившемся, сейчас кажется лишь тот, с кем тогда Тэхен уехал из кофейни. Ли Минхо. Тэ ведь обмолвился, что они с Минхо были школьными друзьями. Значит, нужно начать искать с этого.
В следующий учебный день альфы своей небольшой компашкой пытались отыскать некого Ли Минхо. Успех улыбается уже под конец дня Джексону.
– Нашел! – вопит альфа, резко вскидывая вверх руку с телефоном. – Я нашел!
Все сразу же склоняются над ним, рассматривая профиль альфы в Kakao Talk. Ван быстро строчит сообщение:
"Привет, я друг Тэхена – Джексон. Он пропал, не выходит на связь. Надеюсь, что ты сможешь объяснить, что происходит с нашим другом. Пожалуйста, позвони, как только сможешь". Указав в конце свой номер, альфа тут же отправляет сообщение. Ответный звонок не заставляет себя ждать.
– Привет, Минхо, – здоровается сразу же Джексон, едва поднимает трубку. Он моментально ставит звонок на громкую связь, чтоб все сидящие могли услышать. – Ты уж прости, что мы тебя беспокоим. Мы просто за друга тревожимся. Он на пары не ходит, на звонки не отвечает. Его папа не в курсе всего происходящего. Может, хоть ты знаешь, что с ним?
– Простите, я... я не знаю, – после короткого молчания отвечают на том конце. – Мы с Тэхеном расстались.
Повисает минутная тишина. Альфы переглядываются меж собой.
– Что ж... Спасибо за информацию, – сдавленно отвечает Гук, сбрасывая вызов на чужом телефоне, но за несколько секунд до этого успев вбить номер уже себе в гаджет. Уж его таким ответом не обмануть.
– Может Тэ просто нужно время, чтоб отойти? Все же он омега, – Джексон неловко чешет затылок.
Друзья понимающе кивают головами, решая оставить эту тему и дать другу время прийти в себя. Все, кроме Чонгука. Этим же вечером, попрощавшись с друзьями, он снова набирает номер Минхо.
– Слушаю, – голос у Ли немного уставший.
– Привет, Минхо. Это Чонгук. Мы можем встретиться и поговорить?
– Прости, я... – начал было Ли.
– Я не верю тебе, – резко обрывает его Гук. – И мне нужна правда. Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь.
Слышно, как Минхо по ту сторону вздыхает и, кажется, раздумывает.
– Хорошо. Через час в кафе Дон в Итэвоне.

В назначенное время Чонгук оказывается у дверей нужного кафе. Минхо немного опаздывал, и это начинало нервировать. Мин постукивал ногой, осматриваясь по сторонам, вглядываясь в каждого идущего мимо. С каждой минутой он нервничал все больше. Но вот, наконец, на горизонте появился тот, ради кого парень сюда и притащился.
– Поговорим внутри, – Ли кивает на кафе и заходит в заведение первым. Они садятся за столик, заказав по чашке кофе. – Как много тебе известно?
– В тот вечер, когда вы уехали из кафе... От Тэхена пахло другим альфой. Не тобой. Вы расстались из-за этого?
– И да, и нет, – Минхо вздыхает, опуская взгляд на собственные руки.
– Я сохраню это между нами двумя, – Гук смотрит пристально, не сводя взгляда.
– Слушай, – парень мнет собственные пальцы, подаваясь чуть вперед и упираясь локтями в стол.
– Это из-за альфы, в которого Тэ влюблен? – Гук снова вкидывает информацию, от которой у Хо глаза округляются. – Да, я о нем знаю. Тэ встретился с ним на вечеринке в моем доме. Они переспали, а потом Тэхен долго пытался его найти. Но, вроде как, забросил эту идею, начав встречаться с тобой.
Минхо таращится на Чонгука так, словно тот только что рассказал какую-то шокирующую новость из личной жизни его самого, которую ну никто и никак не мог узнать.
– Ты знаешь, кто он? Он рассказал тебе?
В ответ лишь отрицательно качают головой.
– Я знаю лишь, что он намного старше.
Оплатив счет в качестве благодарности за информацию и встречу, Чонгук едет домой. Руки трясутся, кулаки чешутся, а в голове такой диссонанс... Это не так. Это не может быть правдой.

Следующие пару дней проходят в полной тишине от друзей касательно темы Тэхена. Все они приняли версию о том, что Ким отходит после расставания с Минхо. Они же альфы и не знают, каково омегам после такого, поэтому приняли негласное решение не беспокоить его и дать пострадать. Чонгук единственный среди них, кто знал, или точнее догадывался, о правде. И противнее всего было не от того, что кто-то посмел разбить сердце друга. Мерзко было от того, что причиной этому мог стать собственный отец.
Чонгук прокручивал в голове все моменты, когда Мин-старший говорил о Тэхене, когда Тэхен пересекался с ним или спрашивал об отце Гука. И каждый раз злость из-за этого становилась все сильнее.
Мин держался до последнего. Но когда проходит целая неделя с момента пропажи Тэ, Чонгук решает, что пора все же поговорить с тем, кого все эти дни презирал и избегал.
Вернувшись с универа, Чонгук садится в гостиной на диване, дожидаясь возвращения отца.

Тэхен понимал, что ему нужно время пережить все произошедшее. Он больше не хочет заставлять себя, выдавливать улыбку тогда, когда улыбаться не хочется, врать друзьям... Все это действительно достигло предела. Поэтому, когда папа уходит на работу, Тэхен остается дома, а когда тот выходной, омега собирается, как будто бы в универ, а сам выходит гулять один. Он не принимает звонки ни от кого, а иногда и вовсе выключает телефон. В университете не появляется вообще. Проводить время старается подальше от тех мест, где могут быть знакомые Кима, а один раз даже уезжает рано утром на автобусе к морю, садится на песок и просто пытается переосмыслить свою жизнь, свою боль. Понимает, что, навязываясь, он не сделал лучше, все стало только хуже. Может, если бы он был более терпелив, все вышло бы иначе.

Неделя проходит для Юнги в каком-то странном круге с непонятными событиями. Во-первых, он всю неделю не видел сына. Застать его дома в бодрствующем состоянии практически не получалось. Максимум, когда Мин видел Чонгука – это утром, когда младший альфа спускался, быстро хватал что-нибудь из холодильника и уходил, даже не удостоив отца пожеланиями доброго утра или приятного аппетита. Во-вторых, у него прибавилось работы. В третьих... Тэхен действительно больше не появлялся в поле зрения. И самое ублюдское, что сложно было сказать, рад этому альфа или нет. Но, во всяком случае, он мог использовать это время, чтоб уложить в своей голове все мысли и принять необходимое решение.
Сегодня Мин заканчивает работать около семи. По дороге домой он снова думает о прошедшей неделе. О сыне, который будто бы его избегает. Об омеге, который не вылезает из головы. О словах друга, которые он услышал в тот вечер. Вся эта каша продолжает вариться в голове ровно до того момента, пока мужчина не оказывается в стенах родной квартиры.
– Отец, – Чонгук застает Мина в момент, когда тот стаскивает с ног ботинки. – Поговорить нужно.
Молодой альфа первым уходит на кухню. Молча достает отцовский коньяк и два бокала. Наливает янтарную жидкость в оба и, когда к нему подходит отец, ставит перед ним один. Альфы молча садятся на стулья напротив друг друга, так же молча выпивают залпом алкоголь.
– Вы с папой снова вместе? – первым нарушает молчание Чонгук.
– Почему ты так решил? – Юн выгибает бровь от удивления.
– В тот день, примерно неделю назад, когда ты через менеджера передал мне ключи от своей тачки... От тебя пахло папой.
– Мы не вместе. Ночью твой папа позвонил мне пьяный и попросил забрать его из клуба. Кажется, его новый альфа бросил его. Я переночевал у него, потому что он попросил. Не захотел один оставаться, но между нами ничего не было. И не будет. Твой папа ясно дал понять, что я перестал устраивать его как альфа.
– Хорошо. Тогда что между тобой и Тэхеном?
Юнги заметно напрягся, и это не укрылось от молодых глаз.
– Значит, все же что-то есть.
– Почему ты...
– Он пах тобой. В уже упомянутый сегодня день он уехал из кофейни с Минхо, нося при этом на себе твой запах. Ты его обидел?
– Чонгук, – Юнги чуть хмурится.
– Что? Что "Чонгук"? – парень начинает злиться, даже на ноги подскакивает. – Мой друг уже неделю полностью игнорирует меня и всех своих друзей. Он расстался с якобы своим парнем Минхо из-за альфы, с которым переспал тогда на вечеринке в моем доме. Из-за альфы, по которому сох столько времени и пытался его найти. А этот ебучий альфа разбил ему сердце, – Чонгук уже едва не кричит. – Не ты ли сказал мне оберегать его, потому что он мой друг-омега?! И как ты посмел говорить мне это после того, как поступил с ним таким образом? Это мерзко, отец! Твой поступок мерзкий! И ты сейчас ведешь себя как конченный мерзавец!
– Прекрати! – Юнги рявкает, поднимаясь резко на ноги. – Я все еще твой отец, не забывайся и выбирай выражения!
– Конечно, как я мог забыть? Простите, отец, – молодой альфа презрительно фыркает, кланяясь. – Я поживу у папы. Видеть тебя не хочу.
Чонгук быстро выходит из кухни, подхватывая свой портфель с вещами, что собрал заранее и оставил в гостиной у дивана. Через пару мгновений пиликает замок на входной двери, извещая о том, что Чонгук покинул квартиру.

Этой ночью Юнги не может уснуть. Ворочается, прокручивает в голове все произошедшее. Да и последовавший рабочий день особыми успехами не отличается. Большую часть дня альфа просто сидит, залипая в одну точку. Часа в три он все же решается позвонить. Вот только не сыну.
– Привет, Хо, – начинает Мин, едва гудки сменяются голосом друга. – Выручи меня.
– Привет, друг. Без проблем. Что от меня нужно?
– В твоем университете учится омега. Ким Тэхен. Можешь узнать его домашний адрес?
Несколько секунд на том конце молчат.
– Это он? Тот омега? – в ответ утвердительное мычание. – Зачем тебе его адрес?
Мин вкратце рассказывает все произошедшее, а Хосок лишь присвистывает временами. Смс с адресом омеги Чон присылает минут через десять. Поблагодарив друга, альфа собирает в кулак свои яйца и едет к дому омеги.

***

Омега смотрит на часы. Примерно в это же время они обедают в универе. Прошла уже неделя, как он не ходит в университет. Пока ему везет и проблем не наблюдается. Но потом они точно появятся, Тэхен ведь наверняка столько пропустил, а справки о том, почему он отсутствовал - не существует.
Он только что приехал на автобусе с очередной прогулки по набережной и решил, что нужно перекусить, поскольку не ел со вчерашнего вечера. Омега заходит в небольшой магазинчик и берет себе картонную упаковку рамена, оплачивает ее и, на месте залив кипятком, садится у окна. Последнее время он одевается очень серо, неброско, в большие толстовки и оверсайз худи темных цветов, которые почти полностью закрывают не только тело, но и лицо. Зачастую натягивает капюшон на голову, если идет дождь или просто не хочется, чтобы случайно его кто-то узнал.
Сейчас парнишка чувствует себя спокойнее, свободнее. Все эти дни он убеждал себя, что ему никто не нужен. К черту всех этих альф. Нужно просто вернуться в то состояние, когда Тэ кайфовал от вечеринок, гула музыки, больших компаний, секса на одну ночь без обязательств и просто общения налегке. Жаль, что сделать теперь это куда сложнее, чем просто сказать.
Ким вспоминает, как несколько дней назад вечером папа сообщил, что к нему наведывался какой-то приятный молодой человек. Он даже вникать не стал, раз молодой – точно не Юнги. Да и разве этот самодовольный альфа придет? Никогда он не станет и близко показывать, что они с Тэхеном знакомы, в этом младший убедился уже не раз.
Наверняка кто-то из ребят приходил проведать его. Но, кажется, лишнего ничего не сказали, потому как папа претензий не предъявил и даже улыбался. На самом деле, неприятно было просто так бросить общение с друзьями, он понимал, что поступает не особо хорошо, не предупредил, не сказал ни о чем... Но поступить сейчас по-другому просто не было возможности.
Съедая порцию и чувствуя приятное насыщение от пищи и островатое послевкусие, Тэ потянулся, вставая с места, опять накинул капюшон и, немного затянув его, направился к дому. Сегодня он впервые вышел прогуляться, когда Джисон на работе. Обычно в такие дни он сидел дома и освобождался от гложащих эмоций – проще говоря, ревел в подушку.
Зайдя домой, Тэ вдохнул теплый, уютный аромат их небольшой квартирки и сразу же направился в ванную, прихватив полотенце. Нужно освежить и тело, и мысли. Снова.
После душа он выходит в теплом халате и плюхается на диван, выискивая какой-нибудь интересный детективный сериал. Хочется мозг занять чем-то более интересным, а не очередной порцией раздумий о собственной жизни, которая катится к херам. Возможно, его и из университета-то выпнут вскоре.

Доезжает до нужного адреса Юнги быстро. Обычный многоэтажный дом. Мин долго смотрит на него, не решаясь выйти из машины. Трусит. Придумывает план. Ну... приехать-то он приехал... А что он скажет? Что переживал сам? Или что Чонгук за него переживал? Бред же... Вздохнув, мужчина все же выходит из машины. На нужный этаж поднимается пешком. Во-первых, дает себе время подумать еще немного. А во-вторых, не знает, на каком именно этаже квартира омеги.
Но вот проходит десять минут. Юнги оказывается у нужной двери, а на кнопку все так и не жмет.
– Трус ебаный, – матерится альфа, рывком поднимая руку и нажимая на звонок. Теперь уже назад пути нет.
Очередная серия заканчивается примерно в тот момент, когда Тэхен слышит неожиданный звонок в дверь. Он немного удивлен, однако затягивает длинный халат посильнее и идет к двери.
– Пап, ты сегодня рано... – открывая дверь, Тэхен поднимает взгляд с легкой приветственной улыбкой, однако она тут же потухает, как только Ким видит, кто перед ним стоит. Меньше всего он рассчитывал увидеть этого человека, так еще и на пороге своего дома.
Едва дверь открывается, по сердцу прилетает удар. Ну, фигурально выражаясь. Юнги смотрит с несколько секунд на парня и уже хочет открыть рот, как дверь перед его носом начинает закрываться. Мужчина инстинктивно подставляет ногу, не позволяя захлопнуть ее.
– Зачем ты пришел? – в итоге сдается омега, холодно и сухо вопрошая, словно и не горит желанием узнать. Но отходить и пропускать мужчину дальше порога не планирует. Только ежится, кутаясь еще сильнее в халат и прижимая его ворот ближе к шее. Угораздило же.
– Давай поговорим, – почти умоляюще просит альфа. Заметив, как младший ежится (хочется верить, что от прохлады), мужчина чуть отстраняет Тэхена и все-таки переступает порог квартиры, захлопывая дверь. – Думаю, нам есть что обсудить.
У Тэхена даже подобие истерического смеха прорывается. Он только-только сумел вернуться в более стабильное состояние, а тут – получите, распишитесь.
– Как интересно. Когда это у нас вдруг появились темы, которые нужно обсуждать? Не припомню, – Тэ приходится инстинктивно сдать назад. Лучше не придумаешь. Брови его хмурятся только сильнее, хотя сердце заходится в страшно гулком ритме. Даже глаза приходится немного потереть пальцами, потому что стало казаться, что взгляд мутится. Понимая, что Юнги уже не выгнать, омега разворачивается и проходит вглубь квартиры, в гостиную, где смотрел сериал. На экране все еще отображается кадр с идущими титрами. Омега нажимает на кнопку пульта и пауза сменяется какой-то легкой музыкой и новой серией. Он будто не обращает внимания на присутствие Мина. Ну или пытается не выдать свое волнение. А еще просто боится этого разговора, оттягивая его всеми силами, потому идет на кухню, чтобы взять там пачку снэков.
Юнги проходит в квартиру не спеша. Осматривается по сторонам, отмечая мелкие детали чужого уюта. А еще дышит... дышит... Из смешавшихся в доме ароматов двух живущих здесь омег чуткий нос альфы легко выделяет тот, что патокой заливается внутрь, расползается по всему телу, заполняет собой легкие, голову, сердце... Альфа как привязанный следует за парнем из комнаты в комнату. Остановившись в дверном проеме, он с легкой улыбкой на губах любуется домашним Тэхеном. Черт, он так переживал об этом разговоре, а сейчас все, о чем может думать – это теплый, уютный омега.
– Так и о чем нам нужно поговорить?
– Ты действительно встречался с Минхо? Или это все было спектаклем, чтоб заставить меня ревновать?
– А какое тебе дело до того, встречался я или нет? Разве вам, взрослым, может быть дело до нашей подростковой жизни? – усмехается Ким, раздирая упаковку со снэками и отправляя себе в рот первый кусочек. Злится. Очень. Неужели Минхо все рассказал? Или проговорился?
Альфа вздыхает, встретившись взглядом с младшим.
– Вчера вечером сын многое мне рассказал. А точнее высказал. Назвал ебучим альфой, конченным мерзавцем, сказал, что ему мерзко от того, что я его отец, – Юнги усмехается, опуская взгляд в пол. – Понятия не имею, как он узнал о том, что именно я был тем альфой, с которым ты переспал тогда на вечеринке, но... Самое страшное уже случилось, малыш. Теперь мне нечего бояться. И нечего терять.
Мальчишка переводит взгляд на альфу и слышит то, от чего его глаза на лоб лезут. Неужели Гук все узнал? Но как? Чипсы медленно кочуют из рук на столик, пока в голове крутятся шестеренки. Ну, если это Минхо растрепал все и всем, то омега ему точно задаст трепку, как только войдет в прежнее состояние (а станет ли оно когда-нибудь прежним?).
Вот только теперь страшно от того, что будет, если Чонгук встретит Тэ в универе... Может, он его уже проклинает и ненавидит всеми фибрами души? Ведь если отцу словесно так досталось, то уж ему... Скажет, что Тэ больше не друг? Что он лгун и предатель? Наверное, Тэхен бы на его месте так и сделал. Особенно учитывая то, что обо всем произошедшем Чонгук узнал не от омеги и не от собственного отца, а от какого-то левого человека.
– Господи... – Тэ роняет голову на ладони и сжимает еще не до конца высохшие волосы между пальцев.
Вдохнув полной грудью, Юнги поднимает взгляд на омегу.
– Прости, что заставил тебя страдать. Я приехал, чтоб извиниться перед тобой. Понимаю, что легче от этого не станет и вряд ли уже изменит все то, что произошло. И, если честно, я понятия не имею, что будет дальше...
Омеге от этих слов смешно становится. Он практически прерывает мужчину, снова не выдерживая.
– Ты пришел сюда, чтобы тебя пожалели? Хочешь, по головке поглажу? – слова льются изо рта омеги с ощутимым ядовитым привкусом. – Или ты думаешь, что это я ему рассказал о нас?
Мужчина усмехается, вспоминая разговор в кабинете его кафе. Ведь именно такие слова он тогда сказал омеге. Что ж, вот они и вернулись обратно.
– Ох, я был бы счастлив, – Мин отвечает словами младшего, – только по другой головке погладь.
Тэхен нервно смеется, ощущая, как дрожат губы, отчего сразу закусывает нижнюю, чтобы прийти в себя. Никаких истерик сейчас. Он целую неделю обещал себе быть сильным. Не сейчас, когда только начал восстанавливать жизнь заново... он не должен попадаться на уловку собственного сердца снова.
Чуть улыбнувшись уголками губ, Юнги подходит к младшему вплотную и крепко обнимает. Широкая ладонь ложится на затылок, мягко проходясь по прядям. Ким снова чувствует этот запах свеженапечатанных книг и едва удерживает оборону.
– Меня не нужно жалеть. Я взрослый человек и в состоянии нести ответственность за последствия принятых мною решений, просто... Я хотел сказать, что теперь не боюсь. И больше не оттолкну, – чуть отстранившись от Тэхена, Юн легонько касается губами его щеки, на что Тэ немного отворачивается, словно ему неприятно, хоть это и не так вовсе. – Если ты решишься прийти ко мне еще хотя бы раз, я больше не оттолкну тебя. Но и требовать чего-то сейчас не стану. Права не имею после всего, через что ты прошел из-за чувств ко мне.
– Да, Мин Юнги. Ты не имеешь права больше, – шмыгает носом омега. Вроде должно было звучать уверенно, а в итоге... Тэхен откашливается, немного отстраняясь, потому что всю свою уверенность непосредственно рядом с Юном он теряет.
Погладив большим пальцем чужую щечку, мужчина покидает квартиру омеги, возвращаясь к себе домой. Вот так просто уходит, а Тэ остается с грузом собственных опять нахлынувших волной эмоций. Младший едва сдержался, чтобы не разрыдаться, не прижаться к чужой груди и, просто обнявшись, плакать. Мозг говорит, что Тэхен никогда не должен и никогда не придет больше к Юнги. Никогда! Вот только сердце кричит в ответ: "Я так не смогу".
По итогу сериал перестает привлекать внимание Кима. Он сидит и больше половины вечера смотрит в одну точку, размышляя. Одно он знает точно – с Чонгуком обязательно нужно поговорить. А возможно и с папой впоследствии. Потому что сам он не справится, ему необходим совет.

На следующий день Тэхен звонит Гуку. Тот берет трубку раза с четвертого и не с самым лучшим настроением, что слышно сразу же.
– Да?
– Чонгук, здравствуй. Мы... можем поговорить? Это очень срочно. Прошу, – с пару долгих секунд по ту сторону трубки тишина, но затем альфа все же отвечает.
– Встретимся в кафе около универа. Сегодня в четыре, – он почти сразу же кладет трубку. По тону Тэ понимает, что разговор точно будет не из легких.

К четырем часам Тэхен уже на месте, высматривает Гука, и вот, наконец, он показывается в дверях. Младший машет ему рукой, и Мин его замечает, направляясь к столику. Омега заказывает зеленый чай, а альфа – американо.
– Что хочешь сказать мне? То, о чем я уже знаю? Проснулась совесть, да? – Гук морщится и комкает в руках салфетку.
– Пожалуйста, выслушай меня... Мы ведь друзья, так? – Тэхен снова подводит как бы издалека.
– Друзья не спят с родителями друзей, если ты не в курсе, – хмурится старший, у него даже желваки ходят под кожей.
– Я не знал, что это твой отец. Изначально я вообще и подумать не мог, – пытается оправдаться омега, но Чонгук тяжело выдыхает.
– А твои вопросы по типу "ой, а кто же это заехал за тобой вчера? Ой, а какая у тебя семья?". И ходил ты к отцу наверх тоже "когда не знал", да? – рыкает Чон. Тэ понимает, что на них уже начинают поглядывать и шумно сглатывает, понижая громкость голоса.
– Пожалуйста, Гук-и... – он осторожно берет Чона за руку, но тот ее сразу выдергивает. – Я просто не знал, как сказать тебе, я понимал, что тебе вряд ли понравится такое.
– Скажи, зачем он тебе? Как ты вообще мог в него влюбиться?
– Я не знаю, сердце не спрашивает. Я действительно очень хотел быть с ним. Возможно, просто потерял голову от этого, – опускает взгляд Ким. Стыдно. – Прости меня, Чонгук... Но, как ни пытался, я не сумел искоренить эти чувства в себе. Мне без него очень плохо, – Тэ прикрывает глаза, ощущая, что вот-вот опять заплачет.
– Я не могу доверять вам обоим. Вы предали меня. Мутили какую-то игру за моей спиной, я до сих пор в ахуе, – Чонгук уже не выдерживает и замолкает, только когда им приносят напитки. Еще пара минут проходят в гнетущей тишины. Чон разом выпивает свой кофе, оставляя деньги на столике.
– Оставь меня, Тэ. Давай не будем общаться какое-то время, – после этих слов альфа уходит.
Очень больно. По итогу младший потерял все, что у него было. Остался только папа. Но и он вряд ли поймет такую разницу в возрасте.
Сделав глоток зеленого чая, Тэхен тоже удаляется из заведения. Ватные ноги несут его домой. Оказавшись в квартире, он плюхается на кровать, скручиваясь в комочек под одеялом. Как же холодно...

Джисон возвращается домой только поздно вечером. Последнее время он находит Тэхена, в основном, в кровати и в своей комнате. Мужчина заходит внутрь и видит, что омега лежит под одеялом.
– Папа? – несколько удивленно привстает Тэ и жмурит глаза.
– Тэхен, ты в порядке? Заболел? – Ким-старший подходит ближе и садится на край кровати. Омега тоже садится и потирает глаза.
– Пап, знаешь, я хочу поговорить с тобой. О личном. Ты, наверное, тоже меня не поддержишь, я уже ни на что не надеюсь, – нервно усмехается мальчишка.
– Что случилось?
– Я полюбил человека, однако... – он долго молчит, боясь шокировать папу. – У него есть сын.
Джисон немного недоумевает.
– Тэхен-и, ты боишься, что этот ребенок тебя не примет?
– Он уже меня не принял, – хмыкает Ким, посмотрев прямо на папу.
– Ну, знаешь, все это дело времени, милый. Ты бы хоть для начала показал этого парня мне, что за человек и почему у него в таком молодом возрасте уже ребенок...
Тэ прерывает отца.
– Пап, он не молод, – первый звоночек. Джисон хлопает глазами. Может, он чего не так понял?
– То есть?
– Он намного старше меня.
– На сколько же?
Тэхену страшно это говорить. Он представляет, какая истерика может начаться у папы от таких цифр.
– На двадцать лет.
– СКОЛЬКО?? – вскрикнул старший омега, аж подпрыгивая с кровати. Сонливость у Тэ как рукой сняло.
– Пап, я...
– Ты с ума сошел? Куда тебе этот старик? Какая любовь, милый?? Вокруг тебя же столько хороших парней! Лучше бы кого из них выбрал!
– Пап, он не старик, я...
– Даже не думай. Боже мой... Вот они, последствия воспитания без отца! – причитает Джисон, а омега срывается.
– Пап, да причем тут отец?? Юнги мне очень нравится и все, для этого не нужно никаких причин.
– Ах, Юнги, значит... Нет, это просто немыслимо. Дай мне его адрес, телефон, что угодно!
Тэхен понимает, что, сам того не желая, запалил имя мужчины.
– Я ничего тебе больше не скажу, – прикрикивает младший. – Почему все думают только о себе? Почему я не могу любить кого хочу, жить как хочу?! Как же вы все мне надоели! – Тэ утыкается в подушку и затыкает ей даже уши, больше не проронив ни слова и не слушая, что там пытается наговорить папа. Он знал, что никто не поймет, и, кажется, именно об этом говорил Юнги.
Джисон уходит в свою комнату, продолжая причитать от шока. Не хватало еще педофила какого-то им в семье. И на кой черт Тэхену альфа чуть младше собственного папы? Какой-то кошмар.
Он собирает белье из корзины на стирку и кладет все в барабан, когда на глаза вдруг попадается халат. Последнее время в нем ходит только Тэ после ванной. Омега берет его, как всегда проверяя карманы перед стиркой, и если в первом ничего не находит, то во втором обнаруживается занятная бумажка.
"'Мин Юнги" и номер телефона.
– Так значит Мин Юнги? – бурчит себе под нос Джисон, хмурясь. – Ну, сейчас я тебе устрою.
Ким смотрит на часы – время едва перевалило за половину десятого вечера. Спать в такое время рабочие люди не должны, поэтому Джисон запирается в ванной, чтобы Тэ, не дай Бог, не услышал, и набирает номер мужчины с бумажки.
– Мин Юнги? Это папа Тэхена, если Вам о чем-то говорит это имя. Я безумно хочу увидеть человека, что запудрил голову моему сыну.

***

Юнги, вернувшись от Тэхена, выпивает немного виски, а потом ложится спать. На этот раз сон срубает сразу. Еще бы, все же почти двое суток не спал, а ведь уже не так молод. Да и алкоголь тоже свое поддал.
На следующий день на работу Юн приходит едва ли не при полном параде. Не имеет значения, какие душевные терзания распирают его изнутри, никто не должен догадаться. Уж держать лицо на публике, так сказать, жизнь его научила. В офисе он работает до позднего вечера. Только после шести выбираясь перекусить вниз. А потом возвращается в кабинет, где и сидит до ночи. Может, и до утра бы просидел, если бы не входящий вызов с неизвестного номера. Сердце сперва ухает в пятки от мысли, что вдруг... возможно... это Тэхен?
– Алло, – голос отчего-то делается низким, тихим, вкрадчивым и оттого слегка хрипящий басовыми нотками. Вот только поняв, КТО ему звонит, альфа обмирает. Вот уж... не думал он, что придется познакомиться с папой омеги таким образом.
– Здравствуйте. Да, я... Думаю, мне стоит объясниться перед Вами. Если Вы позволите, я приеду к Вам в течение получаса.
Получив короткое "Жду" в ответ, альфа кладет трубку и буквально подрывается с места. В кофейне никого кроме него не осталось, поэтому, быстро все закрыв, альфа садится в машину и вжимает педаль газа в пол.

"Значит он и адрес знает?" – пронеслось в голове у Джисона. Не спросил ведь даже, куда подъехать. Стало быть, бывал здесь не раз.
– Сколько раз учил не водить к себе незнакомцев, тем более старых говнюков, охочих до молодого тела? – сам себе высказывает старший Ким и выходит из ванной, закинув-таки злосчастный халат в стирку.
Пока стиральная машина работает, мужчина идет на кухню и садится за стол, наливая себе стакан воды. В горле аж пересохло. Не верится, что придется встретиться с каким-то престарелым ухажером сына. Иногда Джисон поглядывает на дверь комнаты Тэ, но она все так же закрыта. Сын либо уснул, либо просто обиделся. Возможно, по отношению к Тэ мужчина и перегнул палку. В конце концов, ну не беременный вроде пока, так что никаких необратимых изменений еще не произошло.
– Он ведь говорил, что пользуется презервативами... – бурчит себе под нос омега. Нервничает ужасно.

У уже знакомой двери альфа оказывается чуть раньше, чем обещал. Гнал безбожно, да еще и улицы полупустые. А чего, спросите вы, он торопился? Потому что боялся. Не за себя. За Тэхена. Когда папа омеги звонил ему, у него был не самый добрый голос. Мало ли какой разговор состоялся перед этим между членами семьи, и в каком состоянии сейчас был сам Тэхен. От одной мысли о чем-то плохом поджилки тряслись.
Поправив чуть съехавший пиджак, мужчина жмет на кнопку звонка, что отдается трелью по квартире.
– Пришел, гад. Не соврал-таки, – омега даже удивлен. Зато лишний раз убедился, что этот Юнги явно бывал тут раньше вместе с его сыном.
Открыв дверь, Джисон видит перед собой довольно хорошо сохранившегося мужчину интеллигентного вида в костюме. Омега сказал бы, что он не так уж и старо выглядит, но, черт возьми, сами цифры его просто убили. Когда сын сказал, что этот альфа старше его на двадцать лет... Это ж охренеть не встать.
Юнги дожидается, пока дверь откроют. И как только это происходит, перед глазами появляется довольно симпатичный омега примерно его возраста. Ну, зато теперь Юнги знает, в кого Тэхен такой красавчик. Альфа склоняет голову в легком поклоне. Пусть он здесь и как претендент на сердце сына этого человека, все же... Они ведь почти ровесники.
– Так вот ты какой, значит. Ну, проходи, коли не боишься. Сейчас будет очень серьезный разговор, – хмурится мужчина и закрывает дверь за Юном. Путей назад нет.
На колкости альфа ничего не отвечает, молча проходя в квартиру. Идти куда-то не торопится, ждет, пока хозяин квартиры поведет его в нужную комнату. Коей, к слову, оказывается кухня.
По пути на кухню омега снова оглядывается на комнату Тэхена. Не вышел, даже не поинтересовался, кто пришел. Ну и ладно. Так даже лучше. Кивнув альфе, чтобы садился, Джисон скрещивает руки на груди и садится сам. Присев на один из стульев, Юнги сцепляет пальцы в замок и опускает их на собственные колени.
– А теперь я жду объяснений: откуда ты такой взялся и что наговорил моему сыну?
– Как я могу к тебе обращаться? – Юнги даже и не думал использовать официальный стиль и обращаться вежливо. В конце концов, омега первый задал слегка грубоватый тон их встречи. Задача Юнги лишь не усугубить.
– Вот же наглец, – фыркает омега. – Меня зовут Ким Джисон. И я хочу предупредить тебя, что я своего сына растил не для того, чтобы всякие альфы всех возрастов лезли к нему в погоне за молодым телом, – чуть более агрессивно произносит Ким.
– Для начала я хочу прояснить одну вещь: я не пытался охмурить твоего сына намеренно ради развлечения. Это не так важно, как все началось. Важнее то, что есть сейчас. И могу с уверенностью, со своей стороны, заявить, что мне нравится Тэхен.
– Тебе, значит, нравится? И все? А не побежишь ли ты через полгода к следующей омежке, испортив жизнь моему сыну? Где гарантии? – омега буквально закипать стал, сам от своих же слов, сжимая стакан с недопитой водой.
– Ты у меня в ногах валяться должен, просить прощения, а ты пришел сюда, наглец, даже не спросив адреса ради приличия! Ведь это твой запах я учуял на нем в ту ночь! – сорвался Джисон. Он в первую же секунду, как Юнги зашел внутрь, ощутил его природный аромат. Именно тот, который, вернувшись с вечеринки рано утром, принес на себе Тэ. Он этого никогда не забудет.
Юнги даже рта открыть в этом монологе не успевает. Джисона, кажется, прорвало. Повышать голос, чтоб пытаться что-то доказать, альфа не хотел, а потому молча выслушивал весь тот поток говна, что на него выливал Ким.
– Ты трахал моего сына, подлый ублюдок! – мужчина все же встает и подходит ближе, отвешивая сильную пощечину Мину. Кожу вновь обжигает. И что за привычка у омег этой семьи отвешивать пощечины Юнги?

Тэхен все так же лежал под одеялом, словно ленивец. Двигаться не хотелось, хотелось уснуть. И мальчишка был уже к этому близок, но вдруг услышал слабую трель дверного звонка.
"Кого это папа может ждать в такой поздний час?"
Тэхен фыркнул и не стал даже время тратить, перевернувшись на другой бок. Правда, вскоре разговоры перешли на повышенные тона, и Тэхену это не понравилось. Он вылез из-под одеяла и почти выбежал из комнаты, испугавшись за то, что папа впустил каких-то воров или маньяков. Но каков же шок был, когда Тэхен увидел в компании Джисона... Юнги.
Тэ едва не сполз по стене.
В этом конфликте (а это, безусловно, был он) агрессором выступал его папа. Омега застает момент, когда Джисон замахивается, ударяя Юна прямо по щеке. Так оглушительно, что омега вспомнил, как вот точно так же треснул альфу в его кабинете. Не самые приятные воспоминания.
– Папа! – вскрикивает ошарашено студент, подлетая к обоим и пытаясь разнять их. Он старается удержать отца, но тот не уступает, кричит, возмущается.
– Ты еще его защищаешь??? Этого говнюка!? – орет Джисон, тут же плеснув в Юнги водой из стакана.
Появление Тэхена, кажется, в планы старшего омеги (да и самого Юна, если честно) не входило. Мин переводит взгляд полный нежности на Тэхена, стараясь осознать все происходящее, когда ему в лицо (а казалось ведь, что пощечины должно хватить) прилетает струя воды из чужого стакана. Альфа морщится, вытирая ладонью лицо. Он бы и дальше молчал, если бы Тэхен не вступился в разговор и не начал... защищать его.
– Папа, хватит! – от такого поведения папы-омеги Тэхен округляет глаза и буквально орет, пытаясь вернуть рассудок обоим.
– Какого хера вы тут устроили? Откуда ты вообще узнал про него что-то? – Тэ все еще обращается к отцу. – Ты же взрослый человек, что ты делаешь? Если ты не прекратишь, я просто уйду из дома, мне это надоело! Я же всего лишь хотел с тобой поделиться, ты же мой папа, я был уверен, что ты поймешь меня, а ты меня позоришь... – топает ногой младший, чувствуя, как слезы в уголках глаз копятся. – Я не ребенок уже, давно не ребенок. Интересно, кто-то из вас вообще это поймет когда-нибудь?
– Тэхен, – Мин касается чужой руки, отводя его чуть в сторону, а потом и вовсе заслоняет собой перед отцом. Мало ли, а то вдруг еще и пареньку достанется. Пусть он все это и начал, но ответственность на себя возьмет Юнги. Потому что так должен поступать настоящий альфа. Потому что так его воспитали.
Тэхен хотел было уйти. Он был абсолютно разочарован в обоих. Хотелось спрятаться в какой-нибудь кокон и оттуда больше не вылезать, но Юнги внезапно отводит его чуть в сторону, а затем и за спину собственную ставит. И уже после этого Тэ, да и Джисон тоже (хоть сначала и хотел сорваться на сыне), практически молча слушают.
– Прости, Джисон, но ты перегибаешь палку. Я не планировал начинать отношения с кем-то после развода с бывшим мужем. Тэхен ворвался в мою жизнь совершенно внезапно, перевернув ее. Но это не значит, что я теперь понесусь трахать каждого молодого парня, желавшего заиметь себе папика. Мне нравится твой сын. И если он примет меня, я сделаю все, что в моих силах, чтоб он был счастлив. Я не бедствую, поэтому твой сын никогда не будет ни в чем нуждаться. Так как я уже зрелый альфа, то и изменять ему не стану. У меня есть голова на плечах. Да и гормоны уже не скачут направо и налево. Со мной Тэхен будет под надежной защитой, – Мин замолкает, но лишь на секунду, чтоб набрать в легкие воздуха. Все это время он говорил спокойно, сдержанно. – Я взрослый и серьезный человек. И делаю этот выбор осознанно. Увы, мой сын этот выбор не принял. И я его потерял. Не совершай ту же ошибку. Поверь, это чертовски больно, когда не имеешь возможности обнять собственного ребенка. Я понимаю, как это тяжело. Но постарайся принять Тэхена. Ты – его единственный близкий человек. Единственный, на кого он мог положиться. Не отталкивай его.
Тэхена слова альфы трогают сильно. Да и старший омега вроде подуспокоился.
– Поучи меня еще тут, – все же в конце говорит Джисон, но уже без той изначальной агрессии. Он трет глаза, чуть запрокидывая голову, и тяжело выдыхает.
– Поверь, я знаю, о чем говорю. Все же... Наши дети почти ровесники, – усмехается старший, вновь невольно напоминая самому себе о возрасте.
– Ровесники? – Джисон едва воздухом не давится и тут же ладонь ко лбу прижимает, охая. – Бог мой... беда пришла откуда не ждали, – тяжело выдыхает старший омега, наливая себе еще воды. – Такими темпами мне уже скоро придется пить таблетки для сердца, – журит сына Ким.
Вздохнув, Юн поворачивается вполоборота, смотря на Тэхена. Теплая улыбка касается губ.
– Прости, я не хотел, чтоб ты стал свидетелем всего этого. Надеялся спокойно поговорить и все объяснить твоему папе.
– Спокойно – это не для нас. Мы семья импульсивных омег, – Тэ с долей грусти улыбается, опустив взгляд.
– Я оторву тебе яйца, если что, учти, – опять обращается старший омега к Мину, а затем все-таки переводит взгляд на Тэ.– Скажи мне, как так вышло? Вокруг тебя всегда было столько ровесников-альф... Я постоянно боялся, что ты залетишь от кого-нибудь из них, а ты вдруг решил вот такой сюрприз мне устроить, – папа садится обратно за стол и облокачивается на его поверхность.
Тэ переглядывается с Юнги.
– Так получилось. Мы не выбираем, кого полюбить, пап, – простая истина, но даже не все взрослые ее понимают.
Поймав взгляд младшего, Мин тепло улыбается, чуть сильнее сжимая тонкую ручку в своей. Вот уж правда... Выбираем не мы, а наше сердце. Юнги не планировал заводить отношения с таким молодым омегой. Да что там, вообще не планировал. Но один случайный, казалось бы, секс решил все за него. Потому что еще в ту ночь сердце екнуло, увидев такого строптивого, не похожего на других омегу.
– Чонгук со мной не хочет разговаривать. Я пытался объяснить ему, но это... тяжело. Он не может нас принять, но я не хочу его осуждать. Он был мне отличным другом, а я... Я его обманывал.
– Я думаю, он отойдет. Ему просто нужно время. Я считаю, что воспитал его хорошим альфой. И он должен понять нас. Рано или поздно. Не переживай из-за этого, малыш.
Юнги пальцами касается чужих прядок, убирая их за ушко. Что ж, кажется, хоть что-то начало налаживаться. Омега слегка улыбается и смотрит на Юнги.
– Я надеюсь, что для него это не будет так сильно тяжело, – Тэхен ощущает теплое прикосновение к щеке и как-то на автомате ластится.
– Хэй, я все вижу. На моих глазах даже не думайте целоваться, – фыркает Джисон, – а то опять водой запульну, – вроде говорит серьезно, но Тэ уже немного смешно с этих угроз. – Мне между прочим тоже нужно время вас принять.
– Если все еще хочешь облить кого-то водой, то, будь добр, вылей ее на меня. Только Тэхена не ругай и не бей, – Мин чуть крепче сжимает в своей руке чужую. Повернувшись обратно к старшему омеге, альфа вздыхает, не зная, как лучше сейчас поступить. Остаться тут он не может, но и уехать боится, оставляя Тэхена одного. Мало ли что. И с собой забрать не может. На каком основании?
– Джисон... – подождав, пока тот поднимет на него взгляд, Мин чуть склоняет голову в поклоне. – Спасибо, что вырастил такого чудесного сына. Я обещаю, что позабочусь о нем. И если когда-нибудь захочешь убедиться в том, что он действительно в хороших руках – позвони мне. Я с радостью покажу тебе свой дом.
Старший омега хмыкает. Речь этого альфы звучит достаточно неплохо и в целом, можно сказать, что этому мужчине хочется верить. Очень хочется. Уж слишком убедителен.
– Ты говоришь так, будто уже забрал его себе. Поосторожнее с такими словами. Он пока еще мой сын, но не твой муж. И вообще-то должен закончить университет, – щурится Ким-старший. – Но я запомнил, интересно посмотреть, где живет будущий зять.
– Ну, пап! – Тэхен даже краснеет, как помидор. Он не хочет торопить события, да и навязываться теперь тоже. Все это по итогу для них вышло не самым лучшим образом.
– Я не собираюсь отнимать его у тебя. И заставлять его бросать учебу тоже. Да и... – Юнги сглатывает. – Я, вроде как, еще одного ребенка иметь не планировал. Поэтому за сохранность своего дитятка можешь не переживать. В любом случае, пока что я оставляю его в твоих руках, Джисон.
Улыбнувшись старшему омеге, Мин кланяется, прощаясь, и идет к двери, а Тэ следует за ним. Они-то толком после всего и не поговорили, именно поэтому он многозначительно кивает папе, чтобы оставил их. Джисон закатывает глаза, но остается на кухне, чтобы не мешать.
– Я не ожидал такого, если честно. Тебя точно папа там не заставил поклясться на крови? – омега говорит негромко. – Ты действительно сам решил, что мы можем попробовать быть вместе...? – он смотрит на альфу внимательно. Как бы ни старался забыть, это получается только на время. Когда Тэхен видит этого мужчину вживую, все чувства возвращаются с новой силой. И как бы Ким себя не убеждал... без Юнги очень и очень херово.
У альфы губы в улыбке расплываются. Ну что за милый мальчик?
– Я ведь говорил об этом, когда пришел к тебе. Мне теперь нечего терять, нечего бояться. Так что... Да, я готов. Я хотел бы этого.
Альфа мягко проводит ладонью по щечке, а потом крепко обнимает младшего, на секунду прижимаясь губами к виску. Прерывает их кашель Джисона, вынуждая быстро отстраниться друг от друга.
– Кхм-кхм. Прошу прощения, что прерываю столь интимный момент, – Джисон держит в руках пластиковый контейнер с двумя крупными кусками домашнего пирога с мясом, – перекусишь дома или на работе. Я вчера готовил. Не бойся, ядом не сдобрено. Просто нам двоим не съесть такое количество... Ну и ты, вроде как, член семьи. Будущий, – Ким-старший протягивает контейнер мужчине.
Тэхен только мотает головой, тихо посмеявшись. Своего родителя он очень хорошо знает.
– Это папа так извиняется за пощечину.
Юнги, получив в свои руки контейнер, удивленно выгибает брови, то поднимая взгляд на Кима-старшего, то снова опуская на тару в своих руках. А потом тихонько смеется. Весьма необычный презент... Помнится, он получал что-то подобное от родителей Чимина, когда заходил к ним в гости еще в школьные времена. С бывшими тестями он до сих пор поддерживает хорошие отношения, иногда даже в гости заезжает, подарки периодически привозит им.
– Спасибо. Я с удовольствием съем это, – Мин чуть приподнимает вверх контейнер. А потом возвращает взгляд на Тэхена. – А что на счет твоей пощечины? Признаться, она была для меня куда болезненнее той, что я получит от твоего папы. Извиняться не будешь?
Альфа уже откровенно хихикает, глядя на младшего. Что ж, сегодня он уйдет из этого дома со спокойным сердцем.
Тэ оборачивается к папе и снова многозначительным взглядом прогоняет его от дверей. Тот только фырчит. Надеялся подглянуть за обоими, это точно, но все же ушел в свою комнату.
– А я не буду извиняться. Это ты передо мной должен. Ибо получил ты ее заслуженно, – омега скрестил руки на груди, задрав подбородок. Но, конечно, кое-что еще он действительно хотел сделать.
– Я перед тобой извинился, – Юн легонько щелкает парня по кончику носа. – Я пойду.
Мужчина уже успевает открыть дверь и даже переступить порог, когда Тэхен внезапно оказывается перед ним, прижимаясь своими губами к чужим, теплым. Альфа пару раз хлопает глазами удивленно, а потом прижимается ими чуть крепче. Без разврата, без пошлости, просто теплый и почти невинный чмок, затянувшийся на несколько долгих секунд – и омега с характерным звуком отстраняется, пока мужчина не успел ничего понять.
– Пока, хен!
– Пока, малыш.
Тэхен сразу убегает, хлопая дверью. Внутри снова разливаются сотни приятных эмоций, а сердечко колотится как сумасшедшее. Барабанную дробь отбивает. Неужели что-то получилось? Неужели хотя бы папа смог принять Мина? И сам альфа все же решился... Вот только Тэхена беспокоил Чонгук и отсутствие у Юна возможности с ним общаться. Да и сам Тэ попал в черный список для альфы.
Младший идет в комнату папы.
– Ну и защитничка ты себе нашел... – усмехается Джисон. – Но ребеночка нам надо. Просто не сейчас, а вот когда учебу закончишь, займитесь этим, – старший омега деловито клацает кнопками на пульте. – Судя по всему, он у тебя еще не импотент и, надеюсь, за пару лет им не станет.
Тэхен краснеет, цокая языком.
– Ну, па!