Одинокий и забытый

Юнги остался дома один и решил написать что-нибудь в дневник.
Усевшись за стол, он включил музыку и смотрел на эту бумагу.
И внезапно, в голову пришло его прошлое, неприятное, но из которого он извлёк уроки:
— Была не была, — прошептал он и взяв в руку черную ручку начал писать самое сокровенное:

"Мне было 9 лет, когда отец ушел от нас. Мама с ним сильно поругалась за то, что он прятал от нас деньги и пропивал их в клубах или в ресторанах, а жили мы тогда не очень хорошо. Я помню тот день, когда я хотел выйти к маме и попросить её дать мне молока, но потом услышал тихий плач и ругань, я спрятался за дверью и начал слушать. Тогда папа и ушел. Я выглянул из своего укрытия и папа заметил меня и последнее, что я помню, его слабая улыбка и хлопок дверью.
Это была первая вещь, которая сломало мое сердце, чуть повзрослев, я понял это.
Потом, пошел в младшую школу и это был кошмар. Все дразнили меня, что я чудик и что я вампир, потому что, моя кожа была слишком белой, я не знаю почему это происходило со мной. Помню, пацаны загнали меня в угол за школой и стали избивать. Тогда и появился Тэхен. Мне кажется это его долг, спасать тех, кто в опасности? Тех, кто одинок и не может справиться с обществом? Он помог мне и тогда, я первый раз взял его за руку. Этот момент был для меня и лучшим, и худшим.
Хоть в моей жизни и появился Тэхен, я все равно чувствовал себя одиноким. Наверное, мне было предрешена такая судьба.

Чувствовать грусть, одиночества и быть не таким как все.

Я чуть не умер в конце младшей школы, так как сильно перегрелся на солнце, когда у нас была школьная поездка.
Помню лишь одно, как я открыл глаза и часто дышал пытаясь поймать воздух и вздохнуть. Я лежал уже в больнице, а надо мной плакали Мама и Тэ.
Мама любила меня, но не так как я хотел. Да, она обнимала меня, она была чрезмерна добра, но порой, она просто забывала, что у нее есть сын. Проходила мимо, когда я звал ее, либо же уходила на целую ночь, забыв про маленького ребенка, но на следующее утро прибегала вся в слезах прося прощения.
А самое ужасное, что я так не хотел рассказывать Чонгуку это моя первая влюбленность в девочку.

Она растоптала меня окончательно, что я порезал себя.
Не сильно, а просто тыльную сторону руки.

Она была прекрасная. В средней школе все говорили только о ней и я стал понимать, что мое сердце бьётся быстрее и чаще только из-за нее. Я стал следить за ней. Куда шла она, туда я. Я не понимал, как нужно ухаживать за девочкой и поэтому оставлял просто записки, типо "хорошего дня", "ты сегодня красивая", а однажды проследил за ней до самого дома.
И потом, Ким заставил меня признаться ей.
Мы стояли после уроков перед воротами школами. Никого не было. Только она и я. Я был просто на седьмом небе от счастья и когда я сказал ей эти три слова:
— Ты мне нравишься!
— Так это ты тот сталкер? Фиии, — закричала девочка. — Я замечала, что ты ходил за мной, и что-то писал, а какой наглостью было, когда ты до моего самого подъезда за мной проследил. Знаешь, это не красиво, тебя могут неправильно понять и я так сделала. — она развернулась и уже хотела уйти, как остановилась и посмотрев на меня как на говно, произнесла, — А ещё, лучше встречаться с твоим лучшим другом, чем с тобой, тряпка.
Услышав эти слова у меня просто пропал дар речи. Сталкер? Противно? Почему? Я полностью не понимал этого. И почему Тэхен? Чем я хуже?
На следующей день все стали смеяться надо мной и говорить, чтобы я не попал случаем в тюрьму за то, что изнасилую в каком-нибудь подъезде девочку. Мне стало страшно. У меня была паника и я просто...сбежал в тот день.
Тэхен искал меня, звонил, но я не отвечал, я сидел в ванной комнате дома и тихо плакал.
Я просто влюбился. Почему люди не понимали меня? Из-за внешности? Я недостаточно хорош? Посмотрев на себя в зеркало я и правда увидел урода. Мешки под глазами, белые волосы(да, я тогда был блондином) и худой, с белой кожей. Мне стало противно от себя и я схватился за лезвие.

Но я не хотел умирать.

Я не мог оставить маму одну.
И поэтому просто сделал порез, не глубокий, но так, чтобы кровь хотя бы появилась. Вдруг, я облегчённо вздохнул, но потом резко выкинул эту хуйню и испуганно смотрел, то на руку, то на меня. Это было ужасно больно. Это вдвойне больно и не успокаивало нихера!
Тогда я и закрылся в себе. Просто был сам по себе. Конечно я общался с Тэхеном, но не так открыто как раньше. Я перекрасился в более темный цвет, всегда тоскал темный оттенок одежды и просто не попадал никому на глаза.

Пока я не встретил его.

Чонгука.

Он стал моим спасением, он дал мне надежду, что я ещё могу любить и что я живой, я здесь. Но он так же и уничтожил меня."

Дописав эту строчку, его рука ныла, и он не знал, оставить так или дописать.
Немного подумав он продолжил:
"На этом конец дневника. Я продолжу жить дальше как Мин Юнги, который будет просто жить. Не ждать, не надеяться, не верить. Что будет, то будет.
Но чувства сохраняться, как самые яркие воспоминания в моей жизни, глубоко в моем сердце. Я выбрал его. Я выбрал боль. Окей. Без проблем. Проживу как-нибудь. Это не конец.
Но конец состояния по Чонгуку.
Прощай."

Он закрыл тетрадь и закинул ее в тумбочку. Потянулся. Да, он решил закончить с этим. Просто без чувств идти дальше, как шел раньше, но уже с опытом. Это единственное, что сейчас он мог принять.
Отодвинув стул, встал и вышел из комнаты прикрыв дверь. А маленький стол стоял одинокий в комнате, где проникали пару лучей солнца, пылинки летали в воздухе и чья-то душа успокоилась.
А на белой стенке, над столом, была приклеена одна фотка.
Где два парня улыбались и обнимались.
Да, так надо.
Да, так нужно.
Жить дальше, если даже умер.
Если даже задохнулся от боли.
Просто. Жить.