ЭПИЛОГ
Открываю и закрываю рот, не зная, что сказать. Блин, это пипец как неожиданно! В груди становится горячо, на губах появляется шальная улыбка.
— Ты правда этого хочешь? — немного отстраняюсь, чтобы видеть его лицо.
— Да. Нам хорошо вместе, мы привыкли спать в одной комнате, так что не вижу смысла тянуть с этим вопросом.
— Как сухо и не романтично ты отвечаешь!
— Ну как есть, — пожимает он плечами. Разворачивает меня и заглядывает в глаза. Касается моего лица, волос. Дышит быстрее обычного. Волнуется.
— Конечно, я согласна! Блин, ты реально думаешь, что я могу отказаться от такого предложения? — от возмущения хлопаю его по плечу. Легонько.
— Да кто ж вас, девушек, знает, — выдыхает он.
— А других тебе знать и не надо. Только меня, — весело бросаю я и прижимаюсь к Егору. Целую его куда-то в шею, смеюсь. — Вот только Владимира это не понравится. Точно-точно. Он к моим ночёвкам ещё не привык, а тут такое!
— Значит, немного повременим.
— Сколько?
— Ну-у-у, — Егор делает вид, что глубоко о чём-то задумался, — недельку, может, две или три.
— Ага, щаз! — фыркаю я. — Готова подождать два или три дня.
— И меня это полностью устраивает, — мягко произносит Егор. И смотрит так, что я дар речи теряю. В этом его взгляде мелькает нечто большее, не просто желание, влечение или заинтересованность, а настоящее чувство. Я боюсь ошибиться, поэтому выбрасываю слишком оптимистичные мысли из головы. Посмотрим, что будет дальше.
— Меня тоже, — успеваю пискнуть я перед тем, как Егор подхватывает меня и уносит куда-то. — Ага, стол, — хихикаю я, располагаясь на твёрдой поверхности.
— Да, мы ведь давно хотели его опробовать, — с многозначительной хрипотцой произносит Кораблин
Несколько дней спустя.
— Что вы собираетесь делать? Жить вместе? — переспрашивает отчим, переводя взгляд с меня на Егора.
Владимир этой новости вообще не рад. Хотя я другого и не ожидала. Но мы с Егором целую неделю к этому событию готовились, так что нам ничего не страшно. Справимся.
— Да. И чем скорее, тем лучше, — прямо отвечает Егор.
— Ну вы и скоростные, — по-доброму улыбается мама. — Такое событие нужно отметить. Да, любимый?
— Не будем мы ничего отмечать! — мотает головой отчим.— Они слишком молодые, чтобы жить вместе.
— Не такой уж я и молодой, — резонно замечает Кораблин.
— А я давно чувствую себя взрослой, — тоже не могу промолчать. — И вообще, какая разница, сколько нам лет? Мы же не свадьбу играть собираемся.
— Ещё чего не хватало, — бурчит Владимир. — Совсем с ума посходили. Раньше по-другому было: парень с девушкой долго встречались, на свидания ходили, в кино там или в кафе, а сейчас спешат куда-то, хотя вся жизнь впереди.
— Ну так чего откладывать приятное на потом? — пожимаю я плечами.
— Ты ошибаешься,Владимир. В наше время очень быстро и свадьбу организовывали, и детей рожали. Сейчас молодёжь серьёзнее к этому делу
относится, — возражает мама.
— Угу, серьёзнее. Вот сначала бы поженились, а потом жили
вместе, — продолжает упрямиться.
— Мы поженились после того, как я к тебе переехала, — говорит мама.
Не сдаётся она, мягко и осторожно доказывает своему мужу, что он видит катастрофу там, где её нет. Егор берёт меня за руку и в сторону отводит.
— Пусть поговорят, — объясняет он.
Мы выходим во двор, идём к нашей любимой беседке. Столько всего здесь случилось: от первой встречи до первого счастливого семейного застолья! Ох, мы с Егором и правда очень спешим. Не прошло и месяца, как мы из конфетно-букетного периода перескочили к совместному проживанию. Ну да какая разница?
— Как думаешь, Владимир успокоится?
— Конечно. Твоя мама верёвки из него вьёт, — хмыкает Егор.
— Что? — возмущаюсь я. И руки в бока упираю. — Ничего подобного моя мама не делает, она просто знает, как разговаривать с твоим упрямым отцом!
— Ого, — усмехается Кораблин. — Защитница ты моя. Я восхищаюсь твоей мамой. Раньше считал, что она плохо влияет на отца, но сейчас вижу, что ошибался. Она нашла к нему подход, даже за границу впервые за много лет вытащила. С ней он научился отдыхать от работы. Да и на наши отношения хорошо отреагировал.
— Значит, моя мама тебе не нравилась? Как и я?
— Снова ворошишь прошлое?
— Немного. Я же любопытная, капец.
Смягчаю свой вопрос милой улыбкой. Егор должен на неё купиться!
— Ладно, отвечу в первый и последний раз: да, поначалу вы обе мне не нравились, но постепенно я изменил свою точку зрения и избавился от предубеждений. Зато ты всегда казалась мне смешной и умной девчонкой в милых очках. Жаль,что ты их не носишь.
— Не знала, что тебе нравятся очки. Тайные фантазии?
— Ну почему же тайные, если я их озвучиваю? — хмыкает Егор.
Я встаю на цыпочки, чтобы поцеловать его, но спустя несколько секунд нас обрывает наигранный кашель. Оглядываюсь. Мама с отчимом вернулись. Блин, как неловко!
— Егор, давай в магазин съездим, — говорит отчим .
— У нас чего-то нет? — старательно прячет улыбку Кораблин.
— Да посидим нормально, обсудим всё.
— То есть отметим хорошую новость? — не выдерживаю я.
Мама закрывает рот ладонью, дескать, молчи, Мика, не искушай судьбу.
— Да, отметим, — с тяжким вздохом произносит отчим.
И как только они с Егором уходят, я наконец смеюсь, не сдерживая эмоций.
Полгода спустя.
— Как у вас с Егором? — осторожно спрашивает Ленка.
— Хорошо всё. Даже замечательно. Он сейчас с Кириллом и Романычем тусит. У них там мальчишник, а у нас девичник.
— Ничего подобного, — машет указательным пальцем Света. — Девичник бывает только перед свадьбой. А у нас просто бабские посиделки. Не путай.
— Фу, мне не нравится это слово, — кривлюсь я.
— Какое? Бабские? Мне тоже не нравится, — вздыхает Тая.
Ленка смотрит на нас удивлённо и смеётся. Вот она никогда за своей речью не следила, но в последнее время что-то в ней изменилось. Меньше матов стало и слишком личных вопросов. За полгода мы почти вернули нашу дружбу в прежнее русло, но на откровенные темы всё равно не разговариваем. Ну как, это я стараюсь не разговаривать, а вот Ленка делится со мной своими проблемами.
Мы раз в неделю собираемся с девчонками и хорошо проводим время, болтая о важных и не очень вещах. Егор тоже дома не сидит, у него столько знакомых появилось за полгода — всех и не упомнить! Он ведь теперь с отцом работает, а там связи новые образуются чуть ли не каждый день. Ходят слухи, что Владимир скоро на пенсию уйдёт, и Егор станет главным в его компании.
*
Прощаюсь с девчонками и выхожу на улицу. Егор уже здесь. Стоит у машины, руки спрятаны в карманах брюк, лицо серьёзное, невозмутимое, но в уголках его губ прячется лукавая улыбка. Машу ему рукой и бегу, перепрыгивая через лужи. Вчера была сильная гроза, а мы смотрели средненький боевик. Но когда грянул мощный гром, я испуганно прильнула к Егору, а он воспользовался ситуацией, выключил телевизор и всеми возможными способами отвлекал меня от светопреставления за окном.
От воспоминаний обжигает щёки, а пульс стремительно учащается.
— Привет! — утопаю в родных объятиях. — Ты рано сегодня.
— Это упрёк? — насмешливо интересуется Егор. Внимательно смотрит на меня, считывая каждую эмоцию, и вздёргивает левую бровь. — Ты чего так часто дышишь? Запыхалась? Или вчерашнюю ночь вспоминаешь?
— Ой, у тебя всё на одну тему! — дую губы. — Конечно, запыхалась.
— Я так и понял, — Егор наклоняется и мучительно долго меня целует.
— Отстань, — прошу, когда появляется возможность.
— Хорошо, — быстро соглашается Егор. — Пристану уже дома.
Я подавляю вздох сожаления и крепко свожу ноги, когда оказываюсь в салоне автомобиля. За полгода наша сексуальная жизнь стала только лучше, и нам порой сложно сдерживаться. Чтобы порадовать родителей, я иногда ночую в их доме. Ну как ночую — с трудом засыпаю, думая об Егоре и иногда устраивая с ним секс по телефону. Хорошо, что в доме надёжная звукоизоляция.
— Как прошла ваша мужская встреча? — кричу из ванной. Глаза немного слезятся, поэтому я достаю линзы и надеваю очки.
— Да нормально. Романыч с Яной в Норвегию собираются.
— О, круто. Может, и нам куда-нибудь поехать?
— Я тоже об этом думал. Куда бы ты хотела?
Егор смотрит на меня с улыбкой, его глаза блестят, в них восхищение смешивается с пороком. Он обожает, когда на мне только его рубашка и очки с толстой оправой.
— Нравится? — уточняю.
— Сама ведь знаешь.
— Ничего я не знаю. Ты не любишь прямо отвечать на мои вопросы.
— Конечно, нравится, — сдаётся Егор. Подходит ко мне вплотную, за талию обнимает. — Ты мне очень нравишься, Мика.
— Это взаимно.
— И не просто нравишься. Я люблю тебя, — отрывисто произносит Егор.
Об этих словах я мечтала так давно, что теперь не верю собственным ушам!
— Правда, что ли?
— Конечно. Я тебя люблю.
— Буду почаще надевать очки, — растерянно бормочу я себе под нос, а потом смотрю на взволнованного Кораблина и наконец произношу то, чего он так сильно жаждет: — И я тебя люблю. Очень-очень!
— Дождался, — ёрничает он.
Ох, знал бы Егор, как долго мне пришлось его ждать! Ну ничего, оно того стоило.
— Повтори ещё раз, — прошу.
— Люблю тебя, Мика, — шепчет он.
— И ещё раз, — требую.
— Только после тебя, — качает головой Егор.
И всю ночь мы признаёмся друг другу в любви. Параллельно занимаясь и другими, не менее интересными и приятными вещами.
•Конец•